Выше головы

Сережа помнит, когда в детском доме его закрыли в подвале. Случайно, видимо, но намерений уже никто не узнает. Сережа помнит холодные, почти ледяные пальцы, что обхватили его плечи, нашептывая слова успокоения для маленького Разумовского. Когда в жизни Сережи появился Олег, с его плеч пропали когтистые ладони, а вместо них — теплые руки Волкова. Только вот где-то на подсознании, мальчишка знал — оно все еще с ним, все еще маячит где-то у него за спиной, подобраться ближе боится. Олег — это его, Сережи, ангел хранитель, спаситель и смысл существования в целом. Сережа знает, что если спотыкнется — его поймают. Желтые глаза недовольно поблескивали из темноты, но существо никогда не решалось сделать и шага в сторону Сережи. Потому что Олег рядом. Олег. Олег. О-л-е-г. — Выше головы не прыгнешь, Сереж, — грустно выдыхает Волков, ласково поглаживая друга по длинным рыжим волосам. — Мы детдомовские, нам дорога на заводы, да в притоны. У нас здесь будущего ноль, — он переворачивается набок, разглядывая в полутьме нахмурившегося Разумовского. — Выше головы? Я стану акробатом, — уверенно кивает Сережа. — Вот увидишь, — мальчишка перехватывает ладонь Волкова, сжимая в стальной хватке. — Мы будем другими. Сережа улыбался тогда, а вот сейчас, стоя на перроне и провожая Олега туда, в неизвестность, в армию, едва ли не плачет. Уж очень Волкова расстраивать не хочется. Раньше Сережа расстраивался только из-за потерянного цветастого зонтика в синий крупный горох. Сейчас Сережа расстраивается из-за того, что он так и не сказал Олегу самое главное. Раньше Сережа боялся того, что его накажут за любой проступок. Сейчас Сережа боится себя, собственного отражения в треснутом зеркале и того, что стоит позади него, стискивая в объятия и убедительно рассказывая о будущем. Будущем без Олега, потому что желтоглазая уродливая тень теперь свободна. — Выше головы не прыгнешь? — Вскидывает бровь Сережа, откидываясь на спинку стула, наблюдая за тем, как Гром двигает фигуры на шахматной доске. — Что? — Тот хмурится, пытаясь сообразить: это очередная уловка Сергея или просто попытка завести разговор. — Ничего, — посмеивается Сергей, скашивая взгляд вбок. Цепь звякает, а лампочка на металлическом ошейнике озорно мигает алым. Разумовский думает, что в момент, когда Птица направляет дуло пистолета на Волкова, Олега, его Олега, сам он, Сережа, летит с обрыва вниз. — Олег? — Сквозь слезы выдыхает Сергей, оглядывая рослую фигуру, распахнувшую дверь в его камеру. — Я прыгнул выше головы, — печально усмехается Олег. «...Я разбегаюсь для последнего прыжка Выше головы!»