Драконьи сказания

Лина сидела у себя в комнате. Было где-то около полуночи, и все в доме уже спали. Только Мурчащему Ветру после насыщенного дня почему-то не спалось. Девушка, укутавшись на кровати в тёплый плед, слушала музыку в наушниках и размышляла о чем-то своём. Окно было приоткрыто, и лёгкий ветерок влетал иногда в комнату с запахом весенней ночи и звуками проезжающих далеко машин и изредка проходящих людей. Но в один момент девушка вдруг вздрогнула и настороженно оглянулась, будто почувствовала чьё-то присутствие. В тот же миг очередной порыв ветерка показался ей голубым, а через 2 секунды перед ней очутился её старый знакомый Дима. — Доброй ночи, — поздоровался он так, словно ничего необычного только что не произошло. Лина удивлённо взглянула на внезапно появившегося. — Эм, доброй, — неуверенно пробормотала она. — Что-то не так? — друг то ли подкалывал, то ли действительно не понимал, от чего девушка так удивилась. — Ну, как бы... — запнулась Лина, — Ко мне редко кто через окно в полночь заходит... — Прости, если напугал, — Дима обнял девушку. — Да ничего страшного, — улыбнулась Муртерок. Дима по просьбе подруги тихонько слетал на кухню и заварил чаю,и вот уже через пять минут в комнате пили чай и тихо общались два дракона. — Ты последнее время подозрительно часто прибедняешься, — начал разговор после недолгой паузы Дима, размешивая ложечкой в чае мёд. — В каком смысле? — поинтересовалась Лина. — В смысле твоих текстов, например, — серьёзно ответил друг, — Говоришь, что писать не умеешь, хотя это отнюдь не так. — Очень даже так, — возразила девушка, — Стихи ещё ладно,а вот проза у меня — дичь какая-то. — А вот и не дичь, — продолжал спорить дракон, — Она, может, раньше тебе не нравилась,а сейчас вдруг напишешь что-то такое восхитительное, что и тебе, и читателям понравится? — Не напишу, потому что не пишется мне сейчас, — грустно ответила Муртерок, — А если и напишу, то мне это не понравится. По опыту знаю. Возникла недолгая пауза. Лина разочарованно смотрела в почти пустую кружку. Чай, пока они общались, внезапно в её кружке почти закончился. О чём размышлял дракон Муртерок не знала. Саму же девушку сильно задела тема её отношений с писательством, потому как в последнее время творческий кризис стал её постоянным "гостем". Писать хотелось, но выходило что-то непонятное и для чтения непригодное. И девушку это ужасно раздрожало, и она боялась, что это навсегда затянется. — Есть идея, — неожиданно оторвал от негативных размышлений Лину голос Димы, — Ты ведь танцевать любишь? — Спрашиваешь ещё! Конечно! — Во-о-от, — обрадовался дракон, — Значит, давай так: мы сейчас идём под ночным апрельским небушком танцевать, а завтра ты пишешь восхитительный рассказ, с любовью прописывая и проживая каждый момент. Идёт? — Ну... — призадумалась Лина. Обещать что-либо было сложно, но когда ещё появится возможность потанцевать с ночным ветром и с любимым другом. И Муртерок согласилась. Два дракона, активно притворявшиеся людьми, вылетели из окна, вновь вернулись в человеческий облик, и стали танцевать. Дима и Муртерок слышали музыку мира, под которую могли двигаться немногие. Дракон вёл Лину и, казалось, старался запутать её в бесконечности поддержек, шагов, поворотов и увести от плохого настроения, что и правда последнее время часто овладевало девушкой. А Мурчащий Ветер впервые за долгое время почувствовала себя и правда ветром, направляемым знакомым более старшим и опытным другом, и от этого ей было как-то по-особенному хорошо. Примерно через час сего прекрасного действа Дима повёл девушку домой. — Тебе высыпаться нужно, — ласково сказал он, влетая вместе с ней в окно комнаты, — А то сил писать рассказ не будет. Девушка хотела пошутить в ответ на реплику друга, но глаза уже закрылись от усталости, и мозг отчаянно пытался провалиться в сон. — Спокойной ночи, — напоследок тихо сказала она. Дракон обнял девушку на прощание и улетел, прикрыв за собой окно. А в голове Мурчащего перед сном лишь и звучало отдалённо: "Вдруг ты вот прям сейчас напишешь что-то такое... С любовью прописывая и проживая каждый момент..."