Будь моим смыслом жизни

Неделя прошла быстро. Антон полностью выздоровел, как и Серёжа с Оксаной, Дима и Арсений наконец-то вернулись в город, всё слишком хорошо. Надолго ли?

***

Неделя учёбы началась просто замечательно, «святая троица» наконец-то встретилась, парни приняли решение, что без Оксаны в их компании они теперь не обойдутся. Ну нужна хоть одна девочка в компании, ну.       На уроке русского, Павел Алексеевич решил не грузить школьников и просто делился впечатлениями о том, как они съездили в Сочи, как он соскучился по «своим балбесам» и как его заебал Попов. Ребята дружно похихикали. Литературы сегодня не было, а это значило, что Антону не удастся пересечься с Арсением, но он не сильно огорчился, потому что они договорились, что именно сегодня проведут дополнительные. Антон, конечно, не был против, но его удивила такая спешка приступать к дополнительным, но Арсений обосновал это тем, что нужно больше заниматься, так как осталось не так много времени до экзамена. «Ну так-то по факту, ведь полтора года для человека, который учится почти на пять это мало… Очень мало ага, да…»

***

Когда Шастун уже был дома, он решил немного порисовать. Так как у Оксаны через пару недель день рождение, Антон рисовал портрет девушки, он ведь обещал ей что-нибудь нарисовать. Через пару часов ему пришло сообщение от Арсения в ВК, что странно, ведь они всегда общались через простые СМС. Арсений П. Антон, я сейчас нахожусь не далеко от Диминого дома, могу за тобой заехать, начнем немного раньше?

Антон Ш.

Я не против.

Арсений П. Тогда через пять минут спускайся, я подъезжаю:)

Антон Ш.

Хорошо.

Быстро собравшись и предупредив Диму, что поехал на допы к Арсению, Шастун спустился на улицу. Через пару минут подъехал Арсений. — Ну привет что ли — поздоровался первым Арсений, уже покинув машину и подойдя к парню. — Привет, — ответил Антон и протянул Арсению руку, за которую был притянут в приветственные объятия. «Шаст, только я тебя прошу, не плыви» — Едем? — поинтересовался парень. — Едем, Тош, едем, — занимая водительское место, ответил учитель. Почти всю дорогу Арсений рассказывал про поездку, про то как ему не хватало своей «святой троицы» и как его заебал Добровольский. «Знали бы вы, Сергеич, насколько это взаимно» — хихикнул мысленно Антон, вспоминая, как Павел Алексеевич говорил то же самое и о самом Арсении.

***

Сидя в гостиной преподавателя, Антон активно наглаживал пушистый комочек «зла», который знатно вырос за те несколько недель, что его не было в гостях у Арсения.       Арсений в это время на кухне заваривал чай. Вернувшись в гостиную, он хохотнул над активно пытающимся располосовать Антону все руки и лицо котом. — Ты ему нравишься, — напомнил учитель. — И это пиздец как заметно, между прочим, — ответил Шастун и показал расцарапанные руки. — Во первых, не выражайся, а во вторых, сам ему руки даёшь царапать, не нравилось бы — давно уже отругал, — закатил глаза литератор и направился на кухню за аптечкой. Вернувшись, он отогнал кота от Антона и сел напротив парня. — Закатывай рукава и давай сюда лапки, будем обрабатывать, — сказал Арсений. В этот момент Антон был бы очень рад иметь способность растворяться в воздухе, ведь если Арсений увидит его порезы, то беды не миновать. — Давай я сам лучше? — пытается увильнуть Шастун. — Шастун, закатал рукава и дал сюда руки, — уже более строгим голосом добавил Арсений. — Ну правда, не нужно, это ведь не страшно, просто маленькие царапинки, — делает ещё попытку юноша. По лицу Арсения было ясно — он понял, что пытается скрыть от него Антон. «Блять, блять, бляяяяять и что делать?!» Антон начал паниковать и не зря, ведь в следующую секунду Арсений уже стоял напротив парня и, взяв его руку, закатал сначала один рукав, а потом то же самое проделал со вторым. На руке, где были шрамы, было много браслетов из-под которых полос не было видно, но Арсений был не глупым и поочередно начал снимать браслет один за другим. С каждым снятым браслетом его лицо менялось, и когда не осталось ни одного украшения на запястье, он смотрел на оголённую, худую руку парня, на которой красовались широкие и длинные белые, а поверх них ещё и не до конца зажившие розовые шрамы. Одна полоса длиннее и шире другой. Увиденное повергало в шок всё больше и больше. — Тош… — мужчина растерялся, ведь такого, он совсем не ожидал увидеть. Антон ничего не отвечал, лишь смотрел куда-то сквозь стену, а на глазах появились предательские слезы, которые в скором времени уже катились по лицу парня. Ему сложно принять то, что его слабость раскрыта, что кто-то, кроме его лучших друзей, узнал о его главном секрете, который он все эти годы удачно прятал под тонной браслетов и кофтами с длинным рукавом. Арсений выбил дверь во внутренний мир Антона Шастуна, но пропустит ли его за порог сам хозяин? Неизвестно. — Тош, мы можем поговорить об этом? — обеспокоенно спрашивал Арсений у парня, который был полностью погружён в свои мысли. — Арсений Сергеевич, можно мне уйти? — перевёл своё внимание от стены Антон. — Антон… — только и смог произнести Арсений, а Антон, не дожидаясь полного ответа, встал и направился к двери. — Прости… — произнёс Арсений вслед ушедшему Антону.

***

Выбежав во двор, Антон привалился к стене многоэтажного дома и осел на землю, пытаясь восстановить сбившееся от истерики дыхание, что сделать было невероятно сложно. « Как я мог так проебаться… Теперь он знает, он не должен был узнать. Не сейчас. Только не он…» Мыслить здраво не получалось: гнев, боль, безысходность — вот, что чувствует Антон. Человек, с которым он, казалось, начал сближаться, узнал то, чего не должен был, ну или должен, но не таким образом…

***

Кое-как добравшись до Димы, Антон рассказал ситуацию другу. — Тох, всё будет нормально, я уверен, он не будет на тебя давить с расспросами, это ведь, по сути, вообще не его дело, — пытался подбодрить Антона Дима. — Дим, кроме вас об этом никто не знает, а он, как класс.рук. может отправить к психологу. А мне этого вообще не надо, и так проблем дохуя, — напомнил Антон. — Да брось, Попов не станет слать тебя к психологу, вам просто нужно поговорить, и между прочим срочно. Не думаю, что он наслаждается жизнью после увиденного, — добавил Дима. — Не сегодня, я не готов, — ответил парень. — Хотя бы напиши, что всё нормально, он наверняка переживает, — дал совет друг. — Ладно. Взяв телефон и зайдя в ВК, Антон увидел три сообщения от Арсения. Арсений П. Антон, прости… Я не должен был этого видеть… Тош, прошу, скажи, что с тобой всё хорошо, я переживаю. Мы обязаны поговорить, я это так не оставлю, прости ещё раз.

Антон Ш.

Я дома, всё нормально.

Извините, но на разговоры не настроен.

Арсений П. Я понимаю, но мы должны поговорить, я не смогу нормально жить, если мы не обсудим это.

Антон Ш.

Доброй ночи, Арсений Сергеевич.

Арсений П. Арс, просто Арс. Доброй ночи, Тош… Перечитав ещё раз этот скомканный и, казалось бы, совсем чужой диалог, Антон отключил телефон, не желая сегодня с кем-либо общаться. Подойдя к столу и открыв первый рисунок в альбоме, Антон грустно улыбнулся, проведя рукой по яркому и красочному изображению листа с подписью в правом нижнем углу: Моему маленькому Тошеньке в день рождения от Евы. И красивой, ровной подписью. — Тох, хватит… Ты обещал… — положив руку на плечо Антону, тихо напомнил Дима. — Дим, я не могу… И, видимо, никогда не смогу… — опустив голову, сказал Антон. Молча развернув парня лицом к себе, Дима обнял друга, а после отвёл к кровати, прикрыв альбом. Усадив Антона на кровать, Дима помог другу переодеться и уложил его, накрыв одеялом. — Давай чай, потом спать, хорошо? — предложил Позов и, услышав в ответ утвердительное «угу», он отправился на кухню. Заварив чай, Дима вернулся в комнату. Антон всё так же лежал и смотрел в одну точку. — Успокаивающий, — произнёс Дима, помогая встать Антону и отдавая ему кружку. — Спасибо, Дим, ты правда лучший, — попытался улыбнуться Антон, но вышло не очень. Допив напиток, Антон лег спать. Завтра, всё завтра, а сейчас спать, нужно отдохнуть, слишком много произошло за один день.