Прими свою судьбу, Солдат.

Развеялось победы знамя Над Берлином и Москвой, А в пустоту тоска не канет. Солдат ничей, ещё живой, Валяется в гнилой канаве, Над собой грезя расправе. Он не знает о победе И о победе бы не знал, Если бы слепой мальчишка Взахлёб «Ура!» не прокричал. Солдат восстал из той земли, Что обнимала грязью черной. Цветы шесть лет здесь не цвели, Керстой готовясь стать покорной. А сколько парень здесь лежал?.. Он сам забыл и промолчал. Теперь одна лишь цель грядёт — До столицы доползти, Не попав под пулемёт, Не упав среди пути. А столица за горами — Там награды раздают. «Мне б привет отправить маме, Мне б домой — в тепло, уют,» — Думал, плача, рядовой, Полумертвый, неживой. Думал, как бы свою юность, Не потерять с гнилой ногой. Не приобрел с войной он мудрость, Не зажёг в душе огонь. Под Москвой мужик свалился Не от боли — от тоски. Лишь на груди портрет разбился, Лица́ на ней черты кратки. Одно лишь жаль, что не проведал, Одно лишь жаль, что не разведал. Она, небось, грустна и ждёт. Её уж не увидишь. Жаль! И поцелуй её, как мёд, В гроб утащишь, как печаль. Вновь цветут цветы, гвоздики, Мимо люди мирно ходят, Ходят дети, без грустинки, Но с трупа смрадного не сводят Лишь вопросительного взгляда. Да телу то уже не надо. Никто парнишке не помог, Пока в пути упал, ребят Не волновал он, ждал свой срок, Себе твердил, шепча: «Не рад? Так от радости есть прок? Прими свою судьбу, Солдат.»