Чертова метка

      Мысли, беспорядочные мысли крутятся в голове. На работе сосредоточиться не получается совершенно. Метка чешется, жжет, каждую минуту напоминая о своем существовании. Тэтте все больше и больше охватывает липкое чувство тревоги. Всегда спокойный и сдержанный Суэхиро стал дерганным и нервным. Что-то определенно не так, вот только пока что он не может понять, что именно. Успел ли он пожалеть о том, что вообще связался со всем этим? Нет, еще нет, но возможно скоро пожалеет, потому что вся эта связь соулмейтов не удосужилась оставить хоть самой небольшой инструкции. Где предупреждение о том, что каждую ночь он будет видеть такие сны? Тэтте устало прикрыл глаза. Точно, сны... Кажется за всю свою жизнь он не видел ничего подобного, все как наяву, слишком хорошо, поэтому проснувшись, хочется любой ценой вернуться обратно, кажется это действительно может свести с ума. Суэхиро мог бы еще долго рассуждать о том, что именно должно привести его к родственной душе, но работа ищеек не дает возможности бездействовать так долго, наверное поэтому он слышит как кто-то раздраженно и настойчиво стучит в дверь его небольшой комнатки. Тяжело вздохнув Тэтте подходит к двери и открывая ее, упирается взглядом в вечно недовольное лицо своего напарника. — Тэтте, отлыниваешь от работы? Как безответственно для того, кого называют "сильнейшим". – Дзено пренебрежительно показал в воздухе кавычки. — Я работаю, просто у себя в комнате. – Слегка отодвинулся, указывая на собранные материалы на рабочем столе, несмотря на то, что Дзено проверить их наличие явно не сможет. Сайгику такое объяснение, каким-то образом задевающее его гордость, явно не понравилось, однако он намеренно промолчал, видимо не желая открыто демонстрировать свою слабость. — Может это и к лучшему, видеть тебя в нашем общем кабинете каждый день по-настоящему невыносимо, ты такой громкий. – Дзёно пожал плечами, но все ещё не уходил, как будто что-то хотел сказать, но это явно давалось ему не так уж и легко. — Что-то ещё? – первым не выдержал Тэтте, пытаясь как-то избавиться от затянувшегося молчания. — Вернись на место работы, это не профессионально, заполнять отчеты в своей комнате. — Возмжно, но я хотя бы заполняю их, а не отдаю своему напарнику, может заберёшь свою половину в таком случае? - Тэтте поднял тяжелый взгляд на Дзено. Обычно он соблюдает все правила и не позволяет себе вот так вот бессовестно уходить в рабочие часы, но за последнее время он так устал, эти сны и мысли действительно выматывали, не давая спокойно провалится в сон после и без того тяжелого рабочего дня. — Нет, с чего это я должен брать половину ТВОЕЙ работы. – Сайгику сморщил нос, что вызвало у Тэтте легкую ухмылку. — Я вообще-то кожей ощущаю как уголки тоего рта, пропитанные очередным странным и абсолютно безвкусным сочетанием продуктов сейчас ползут вверх. Между прочем я чувствую себя не важно и хочу спать, поэтому будь добр, поднимайся и помоги мне с оставшимися делами. – Тэтте вдруг напрягся по непонятной для Дзено причине. — Ты плохо спишь? — Да, только что это сказал, сколько раз мне нужно повторить, чтобы ты наконец-то понял? — Почему? — Почему? Это тебя не касается, вообще какого черта ты лезешь не в свое дело? — Ладно, пойдем. – Тэтте подошел к столу, взяв стопку с документами и отдав половину Дзено. — Я же сказал, помочь, а не дать мне дополнительную работу. — Я просто соблюдаю правила, думал этого ты от меня и хочешь. — И когда ты успел стать таким остроумным? – прошипел Сайгику. — Знаешь, так ты еще невыносимее, можешь просто молчать и не действовать мне на нервы? После этого они шли тихо и каждый думал о своем. Тэтте все еще не мог избавить свои мысли от слов Дзено, плохо спит? С чего бы это, он никогда не жаловался на плохой сон за все то время, что они работали вместе, может быть он болен? Тогда чем и почему не скажет об этом командиру? Да, он действительно переживал за напарника, на самом дле он всегда наблюдает за его состоянием, да так, что даже сам Дзено наверное никогда не смог бы этого понять, даже задействовав все свои чувства на максимум, возможно это потому, что для всех, в том числе для Дзено, это стало обыденностью, а возможно он просто не любил и не хотел замечать такие вещи. Гордый, своенравный Дзено Сайгику, он явно не был тем человеком который легко и просто примет заботу о нем, вероятнее всего это приведет его в то самое состояние в котором он желает всем вокруг смерти. Наверное поэтому Тэтте не стал расспрашивать напарника о его самочувствие, ничего дельного он от него все равно не добьется.

***

Очередной сон? Сколько можно? Дзено проснулся посреди ночи, все тело неприятно поламывало и он был действительно зол, так зол, что готов был взять лежащий на столе клинок и вырезать сердце, избавлясь от этого хауса в голове и путающихся мыслей, не дающих сосредоточиться на главном - работе. Дзено не мог точно описать свои чувсва по отношению к ищейкам, он не горел этим так как Тэрруко, определенно нет, но это давало ему какой-то смысл и иногда ему в голову приходила мысль, что это единственая подходящая для него дорога, единственный логический исход - умереть за правое дело, ведь пути назад отрезаны, он продал душу дьяволу, имя которому Фукучи Оччи, и теперь путь для Сайгику заказан только в один конец, а пока он отрабатывает свое плохое поведение, все лучше чем вариться в котле в самой преисподней, хотя он все равно отправится туда, отдав жизнь за какого-то простачка с улицы. От размышлений Дзёно отвлёк противный зуд на запястье. «Этого ещё не хватало» Дзёно скрипнул зубами и вдруг резко выпрямился, мгновенная мысль врезавшаяся в голову заставила его слегка подпрыгнуть на скрипящей кровати, он подорвался легко и бесшумно приближаясь к столу на котором сверкал острый клинок. Гладкая рукоятка идеально легла в руку, было в этом что-то постоянное и неизменное, то как оружие лежит в его руке несмотря на то кто он, опасный преступник или ищейка. Сайгику горько усмехнулся, поднося лезвие к въевшейся метке, сжал зубы до мерзкого скрежета и полоснул одним точным движением, срезая надоевший участок кожи с мясом, чтобы уж точно избавиться от этого недоразумения навсегда. Больно? Нет, ему не было больно, он уже давно перестал чувствовать ту грань между болью и чем то обычным, ищейки - камень, ограждающий порядок от хауса, творящегося в мире, они не чувствуют боли, им просто напросто это не позволено, как и не позволено чувствовать сострадание, страх, смятение и любовь, тем более любовь. Пожалуй ему действительно было жаль человека которому судьба в качестве спутника жизни выдала его, бездушную ищейку и преступника в одном лице. Да, такая вот «судьба» человеку даётся только один раз, поменять ее, что-то изменить увы не получится. Дзёно открыл тумбочку, доставая из неё бинты и обматывая покалеченную руку. «Вот и все, с таким нужно разбираться сразу, не затягивая и срезая все на корню».