Мы друзья

-Мне просто хочется исчезнуть. Раствориться в небытие. Рассыпаться на месте в прах. Стереться в порошок. Кануть в эту темную бездну и утонуть, утягивая за собой не только остатки разума, но и души... Души, что давно гниёт, и от этого неприятно отдаёт болью, рассеевающейся по всему телу, - произнес черноволосый парень каким-то монотонным не свойственным ему голосом. -Слишком поэтично говоришь. В тебе умирает великий писатель, - с лёгкой ухмылкой и каплей иронии выдаёт парень спустя несколько секунд молчания. - А вообще, ты всегда был слишком... - парень подбирал слово, чтоб не задеть друга. - Апатичным? Фраза прозвучала, как вопрос, нежели утверждение. Синеглазый юноша лишь хмыкнул в ответ. Рыжеволосый все-таки решил поправить себя. -Хотя нет. Ты скорее меланхоличный или депрессивный. - теперь слова парня звучали более убедительно. -Я бы с тобой не согласился, потому что я самый обычный, - ответил он.- Да, самый обычный. И вот только не надо мне сейчас говорить, что это не так. Со мной все нормально. Я, как и все, самый простой. -Только ты так и думаешь. - немного обиженно протинул парень. Хотя причин для обид и не было. Он просто не любил, когда с ним спорит друг.- Дуреха ты! Они шли от спорт центра до остановки. В основном они общались в коротких промежутках между учёбой и занятиями в спортивных секция и домом. Эти двое со стороны скорее походили на парочку, чем на двух друзей. Это друзья и сами понимали. Хотя то, что между ними происходило, пара бы и сама не назвала дружбой. Это было нечто иное. Но уж точно не дружба. Это была, вероятнее всего, любовь. Любовь между двумя людьми. Даже не так- родственными душами. Как их там в литературе кличат? Соулмейты? Щеки синеглазого были красными от морозного румянца, а изо рта лишь вырвались сизые облачка его дыхания. Парень смотрел то под ноги, то вперёд, изредка поглядывая на друга. Он, как всегда, не следил за своими действиями, не обращал внимание на окружающий её мир. Рыжий был сосредоточен на лице парня. Кагеяме всегда некомфортно говорить лицо к лицу, его охватывало чувство неловкости, заставляя закрываться в себе на все замки. С этим парнишкой же все было не так. Хината должен был разговаривать с ним, не теряя зрительно. Он его приучил. Ещё в пятом классе, когда они лишь познакомились. Всегда, разговаривая с ним, одноклассник с вызовом смотрел ему прямо в глаза. А если отводил взгляд, то хватал то за руки, то за подбородок, заставляя поднять на него глаза. Только вот рыжий очень долго противился, не желая подчиняться таким вот "причудам". Медноглазый лишь краснеа или пытался укусить парня за руку, так и норовя его проучить. Парень не отступался, что уже через несколько месяцев, одноклассник сам с вызовом смотрел на него, ругая за ошибки в тетради по японскому. Так синеглазый юноша мог общаться с ним, только с ним. С другими же ему было не обязательно находиться в поле видимости. Так они и шли. Парень знал, что он не смотрит никуда, поэтому следил, чтоб друг не упал. Изредка он хватал Шоё либо за руку, чтоб он не упал на скользкой ледяной корке, что покрывала асфальт, либо за плечо, чтоб он не впечатался в кого-нибудь из прохожих, либо за капюшон куртки, если ни первое, ни второе не действовало. -Сам ты-дуреха,-с вредностью ответил связующий. Он взмахнула руками. - Я ж ничего не могу с собой поделать. Какой родился! -Нормальным ты родился, а стал вот такой вот... - ответил парень поворачивая на него голову. - Глупый и закомплексованный. - Да ну, кто бы мне это говорил. - Темноволосый лишь издал смешок, после чего продолжила сверлить рыжего взглядом. - Я не закомплексованный, просто у меня самооценка немного не очень... -Не очень,- с язвительной ухмылкой он перебил друга. - Да она у тебя на дне океана! Ты ж вечно из-за всего загоняешься. Ты, конечно, вредный, но не настолько, чтоб бросить свои заморочки. -Ой, Хината,- протянул в ответ друг, закатывая глаза и кривя гримассу обреченности. Меньше всего ему сейчас хотелось слушать нотации от друга о его самооценке. - Если я был б с такой самооценкой, то не ходил на волейбол. -Вечно ты прикрываешься своим волейболом. Хотя ты отменно может избить любого пацана, у тебя руки сильные от подач. Синеглазый лишь расплылся в коварной улыбке. -Я-то могу, а ты можешь? - вот теперь почувствовалось лёгкое напряжение. Темноволосый с неким вызовом смотрел на парня. Он немного напрягся, но старался не падавать виду. Оба знали к чему все ведет. -Опять намёки на то, что твой волейбол лучше моего волейбола? -Не понимаю о чем ты... - как-то фальшиво изображая непонимание, пролепетал невинно юноша. - А ты так считаешь? -Я неженка, это ты у нас бой-парень. Мне не зачем это все. Бить меня мячом - это по твоей части. -Так я и не спорю,- он снова развёл руками. - Тем более тебе нравится играть. Не буду же я тебя тащить на мордобой с игры через силу. Хотя от тебя я явно больше получаю по лицу мячом. -Кто тебя знает.-фыркнул Хината. - Ты же у нас вечно влезаешь во всякую дичь, ещё и меня втягиваешь во все это. Сколько тебя знаю, ты всегда был упертым, как... -Крыса,- перебил его Кагеяма. - Я в год крысы родился, а не барана, так что... -Я вообще-то хотел сказать Король, но твой вариант меня тоже устраивает,- глаза рыжего загорелись озарными огоньками. - Крыса... - Пи-пи-пи, мать твою,- произнёс Кагеяма. Парень поддержал друга. Одноклассник лишь цокнул языком и попытался изобразить лошадь, но тут же поскользнулся и упал на спину, больно ударившись копчиком. Кагеяма пытался сдержать смех, подавая другу руку. -ЭТО все из-за тебя, - с ядом в голосе прошипел Хината, морщась от боли. - Не буду больше с тобой возвращаться. -И как всегда виноват я, - друг усмехнулся и закатил глаза. - Ты это по 400 раз на дню говоришь. Всё в порядке? -Не ссы, я в норме. Я ж тоже Крыса. -Ну да- ну да... Метрах в ста виделась остановка. Парень вопросительно взглянул на рыжего . Он немного притормозил. -Опять через склон на попутке? - задал вопрос парень. -Да, на свой уже опоздал автобус, да и когда я возвращался по-другому? Они снова двинулись с места. Тобио смотрел на него немного обеспокоенно. -Не убьёшься по дороге? - Да не, - отмахнулась он. - Мама прибьет правда. Опять врать придётся, что на подготовке к экзаменам в школе задержался. Ну ты и сам знаешь. -До сих пор не сказал? Ты же волейболом в комплексе уже 3 года занимаешься, чего не скажешь? Может, она поймёт. - Кагеяма искренне недоумевал, зачем друг врет мамери столько времени. -Не поймёт она. Только наорет, и я никуда больше не выйду. Друзья уже стояли на остановке, краем глаз поглядывая на дорогу, дабы не пропустить попутку. Одноклассник кивнул. У него не было проблем с родителями. Они его принимали, понимали и давали некую свободу действий. У Шое же все было в точности да наоборот. Тоталитаризм головного мозга и частной жизни их первого ребёнка. Не знаю почему, но они относились к нему с таким контролем, как не относились ни к одному из его одноклассником родители. Старшие по команде жили более свободно: они не отчитывались по поводу каждой оценки, не знакомили с друзьями родителей, не показывали телефон с перепискми, историей браузера и музыкой, мало ли что их ребёнок смотрит и слушает; не давали полный отчёт о каждом передвижении. Тотальный контроль. Хината не знал, как и чем это заслужил, но уже свыкся. Как свыкся - приспособилась. Только эта самая приспособленность заключалась в недомолвках, лжи и вечном селфхарме, пока все спят. Если родители прознают, что она ходит на волейбол в комплекс, а не в клуб, тратя накопленные деньги, гуляет с друзьями и ведёт обычную подростков жизнь, то убьют его. Не меньше. Только не физически, а морально. Будут изничтожать, как личность, пока он не сдастся, не рухнет безвольной куклой перед ними. На глазах блестнули слезы обиды. Блокирующий постарался их сморгнуть и, чуть задрав голову, посмотрел вверх, чтоб не разрыдаться. Он не любил плакать. Считал, что сильный, выдержит все и не разрыдается, тем более прилюдно. Тем более перед лучшим другом. Парень молча прижал его к себе, гладя по спине, облаченной в тёплый пуховик. -Все в норме, не переживай. Я с тобой. - он его успокаивал. -Всё в порядке. - хриплым голосом выдал Шое. В груди разливалось тепло. Хоть кому-то на этом свете было не плевать на него. Он натянул улыбку, после чего в ответ обнял парня. Рыжий мог ему доверять. Знал, что Тобио поддержит, поймёт, заступится. Хотя эта черта была присуща скорее ему. Хината всегда встревал во время конфликтов. Когда его другу нужна была помощь, он всеми силами его защищал, физически и словесно. Но Кагеяма его защищал от этого мира. Он это не просто знал, чувствовал. С ним было спокойно, безопасно. Друг мог его утихомирить и во время перепалок, и истерик, и и просто нервных переживаний. Где-то вдали показался знакомый номер, на что Кагеяма развернул однокласснтка лицом к дороге. Он, щурясь, увидел машину-попусту нужную ему. Они оба стали нервно махать руками, такая дурацкая привычка имелась у обоих, чтобы машина остановилась. После чего водитель остановился у края бордюра. -Как дома будешь, напиши, - Хината заскочил в маршрутку и произнёс это громким хриплым голосом. В ответ он лишь помахал рукой и крикнул:. -Не убейся там, крыса...