Полное труляля

      Вот как оно и бывает: начали за здравие, а кончили за упокой. В случае Васи здравие закончилось долгим поцелуем с Лукой. — Лука, ну… неправильно это всё как-то… — Поцелуй не измена. Они продолжили целоваться. Но потом Вася недовольно застонал, отпрянул от Луки и тронул губу. Она неприятно саднила. — Чё с губой? Это он тебя ударил, да? — Лука взглянул на его губу. — Да, это он тебе вдарил. — Лука, нет! Это он меня укусил… Он никогда на меня руку не поднимает. И не поднимет. — Губа очень неприятно щипала. — Твой парень выглядит как бандит. Зачем тебе бандит? — Мой парень — не бандит. — А кто он? На мерсах только бандиты разъезжают. — Он из хорошей семьи, вот и всё. Снова нависла пауза. Лука обратил внимание на засосы на его шее. — Читал «Лиличку» Маяковского? — Читал… А причём тут это? — А притом, что он написал этот стих, когда Лиля Брик еблась со своим мужем, а самого Маяковского в это время они запирали на кухне, жили все втроём. Он всё слышал и рвался к ним. Я как Маяковский. Такие же муки испытываю, пока ты со своим ебёшься. Лиличка. — он ткнул пальцем в один из засосов на его шее. Вася тут же скрыл засосы (хотя бы попытался скрыть) воротом своей рубашки. — Вот пуля в пулю! КРОМЕ ЛЮБВИ ТВОЕЙ МНЕ НЕТУ СОЛНЦА, А Я НЕ ЗНАЮ ГДЕ ТЫ И С КЕМ!!! — Лука истошно и с выражением закричал во всю глотку, рвя голосовые связки. Зашёлся в сильном кашле. — Блять, чуть глотку не сорвал. Вася был напуган от такого порыва Луки. — Воды?.. — прошептал Вася. — Да. Он пошёл на кухню, налил из графина воды в стакан и отнёс его Луке, сев обратно к нему. — Осторожно, она холодная. — Похуй. — Лука опустошил стакан в три больших глотка. — Не холоднее тебя по отношению ко мне. Без ножа резал. Каждое слово в адрес Васи — словно лезвием по самому нежному и живому. — Горький, твоя фамилия под стать тебе. Знаешь об этом? — Я. просто не знаю, как быть и что делать с тобой… — Просто сделай так, ёбаный ты волшебник, чтобы ты разрешил мне тебя любить. Васька очень растерялся. С другой стороны: что тут такого — любить? Люби, пожалуйста. Но, насильно же мил не будешь. Слишком добрая душа у Васьки. — Мы же с тобой можем дружить, быть хорошими друзьями… — А сосаться? Щёки Васьки покрылись румянцем. — А разве так можно?.. Поцелуи это когда с любимым там… — Ещё скажи, что друзья не целуются. — У меня нет таких друзей… — Вот сколько тебе лет? — Мне восемнадцать. — И за восемнадцать лет, извини меня, ты себе не завёл друзей? Е-ба-ну-ться. — Нет, ну… Там… у меня по работе там, дружим там, на природу выезжаем. — Это не друзья, это коллеги. Которым нужно постоянное соперничество между собой, сегодня тебя там уважают, а завтра хуй забивают. Конкурентство, все дела. Я лично конкурентов не терплю, пошли они нахуй. — Мой молодой человек для тебя — тоже… конкурент?.. — Не поверишь, но да. — Не трогай его… — всхлипнул Вася. — Да мне в хуй не всрался твой парень, знаешь. Мне ты нужен. — Лука положил свою голову ему на плечо. Васька начал гладить его затылок. — Мне можно у тебя переночевать? Я не хочу домой идти. Там пусто. — Лука крепко обвил руками его бока. — Скоро вернутся мои родители… — Я не буду попадаться им на глаза. — Можно попробовать… — Вася тяжко вздохнул. И в ту же секунду почувствовал благодарный поцелуй на своей шее.