Полное труляля

Тёмка никогда не врал Васе, ни в чём. Но сегодня ему пришлось соврать, точнее, немного исказить информацию. Никаких справок он не наводил, он просто знает, что за Лука перец такой, и как он 3 года назад попортил ему нервы и отношения с крёстным отцом.

***

Лука настоящий артист. Только попал немного не в те руки. Ему правда, надо было бы блистать своим талантом на сценах ведущих театрах страны или сниматься в мыльных операх. Но, реальность оказалась таковой, что он был заводной игрушкой в руках дяди Маркиза. Которому три года назад очень лихо перешёл дорогу один криминальный авторитет по кличке Малина. Который решил поиграть в хорошенького: раздать игрушки в детскую больницу и в детский дом. Это очень не понравилось дяде Маркизу, ведь только он и его мальчики могут дарить детям улыбки. План был у Маркиза очень своеобразен. Зная, что Малина является крёстным сынку главаря Железных рукавов, он решил подставить Малину именно через его крёстного сына. Мальчики Маркиза тайно снимали сына Григория Стрельникова на фотоаппарат: вот он у машины со своим отцом. А вот его сын у порога школы. Маркиз очень трепетно относился к Луке, внешность которого к 27-ми годам не претерпела значительных изменений, он выглядел гораздо младше своих лет. И лицом, и комплекцией. А уж его актёрский талант мог играть всем на руку, Лука мастерски играл юных парней, примерно возраста крёстного сына Малины. Ещё на руку играла неведомая схожесть. Как раз кстати. Он выложил фотографии Малины и его крестника на стол перед Лукой. — В общем так, малой, смотри. Вот этот человечек в малиновом пиджаке — твоя жертва. Устранить. — Маркиз выдвинул вперед несколько фотографий Романа Малиновского. — Ага, понял. Есть план по устранению? — В этом я возлагаю надежды на тебя и твой талант перевоплощения и соблазнения, сам понимаешь. — Маркиз показывает ему фотографии крестника. — Вот этот пацан — его крёстный сын. Твоя задача — переодеться в него и постараться соблазнить, я знаю этого старого хера, мальчиков любит так, что аж слюни пускает, так что я уверен, что и на своего крестника он засматривался. Дальше на перо его насадишь, хотя что я тебе это повторяю, ты же у меня и так молодец в этом деле. — Маркиз галантно улыбнулся. — Одежду подгоню к завтрашнему дню. Этот выскочка должен получить сполна. Наше везенье, что пацанёнок на тебя похож. Адреса где живет и куда ходит — всё будет завтра. — Сделаю. — Я в тебе и не сомневался. К следующему дню вся необходимая одежда, как у крестника на фото, была подобрана. Пацан носит чёрные брюки, водолазку и пиджак, а на шее золотая цепь. Сколько она интересно стоит? И на всех фото он в солнцезащитных очках. Лука оделся, и посматривая на фото этого крестника так же причесался — сделал прообор на бок, нацепил цепь, к сожалению, бижутерию. Малость припудрился чтобы выглядеть посвежее. Покрутился перед зеркалом, держа в руках те фото. Похож, ну очень похож. Лука надел тёмные очки и теперь на него из зеркала смотрел этот крестник. Завершающим штрихом был складной нож, спрятанный в карман брюк. — Дядя Маркиз, как я тебе? — Шикарен… — Маркиз подошёл к нему сзади и обнял за талию. — Один в один. Теперь за дело. Хотя подожди… — Он развернул Луку к себе лицом и тот почти невесомо коснулся губами его губ. — Ну что это такое, давай нормально, по-взрослому. Лука поцеловал его крепче. — Вот так, другое дело. Теперь беги. Лука пошёл к машине и сел за руль. Малиновский живёт один, и в это время должен быть дома. Он поехал сразу на домашний адрес. Спустя полчаса он был уже у дома Малиновского, машину припарковал в нескольких домах от его дома. Неплохую себе домину он отгрохал, в три этажа. Он подошёл к воротам и нажал на домофонную кнопку. — Кто? — хрип в динамике. — ДядьРом откройте это я. — мягким голосом ответил Лука. — А! Давай заходи мой хороший, проходи. Сказать честно, Лука был в шоке, зайдя в его дом. Глаза так и гуляли туда-сюда по этим колоннам из мрамора, статуям лошадей из мрамора, даже перила в доме были из него же. Снаружи Лука показывал полную невозмутительность. Но хорошо, что тёмные линзы очков скрывают ошарашенный взгляд Луки. — Ну что Тёмчик, как твоё там «хорошо», все в порядке? Почему ты без телефона? — Малина стоял перед ним в одном халате изумрудного цвета. — Да нормально. Я телефон забыл. Торопился. — Торопи-и-и-лся он, иди сюда, обниму своего любимчика, как говорят итальянцы: внезапный гость всегда хорошо. «Ага, будет тебе хорошо, урод…» — пронеслось в голове у Луки. — Ты что-нибудь будешь? Виноград, бананы? Тёмчик, дорогой, ты извини что я в одном халате, я купался в бассейне, но мы ж с тобой мужчины и нам скрывать друг от друга нечего. — Я ничего не буду. — ответил «Тёмчик» — Мне скучно. — он надул губы. Малина развёл руками. — Ничего, скуку мы развеем, Тёмчик. «Воткнуть сейчас нож или подождать?» — Каким образом? — Лука сел на диван. — Можно выпить. Папке только своему не говори, а то он мне пальцы секатором переломает. — Малина раскатисто рассмеялся. — У меня есть немного другой способ. — он начал гладить его шершавую щеку. — Совсем другой… Должно понравиться обоим… — А я догадываюсь о чём ты, Тёмчик. Ты же сколько раз от меня руки отводил… — Тогда не хотел. Сейчас хочу. — «Тёмчик» встал с дивана, потянув Малину за руку. И тут же был подхвачен Малиной на руки. — ДядьРом… так это же мой первый раз будет, да? Я романтики хочу! — он стукнул его кулаком в спину. — Будет, будет тебе романтика, мой дражайший мальчик. И отнёс его в спальню. Пока «Тёмчик» был на руках, он по дороге сумел ловко достать складной нож из кармана и удачно его спрятать под рукав. Спальня была довольно богато обставленной: огромная кровать, настолько огромная, что на ней могут спать четверо человек, шёлковые шторы лилового цвета, пластиковые окна, шёлковые красные обои, дорогой мебельный гарнитур — он выглядит очень массивно и монолитно, особенно комод. Малина очень бережно положил своего «крестника» на кровать. — Тёмчик, мой дорогой, подождёшь меня, буквально минуту? Мне нужно достать в ванной комнате смазку. — Валяй. Вот он момент. Лука вытащил нож и спрятал его под одну из подушек под своей головой. — А вот и я мой дорогой, ты извини, но для романтики у меня в доме свечей нет, но тебе понравится. — Малина вальяжно зашёл в спальню с большим тюбиком смазки, прилёг к «Тёмчику» и утянул его к себе. — Нет-нет-нет ДядьРом, я немного по-другому хочу, давай я сам разденусь. «Тёмчик» начал медленно снимать пиджак сидя в кровати. Так же медленно он начал снимать свою водолазку, предварительно сняв очки, обнажил свой голый торс. — Вот Тёмчик, умеешь же старика порадовать. — Малина не отрывал взгляда от того, как тот раздевается, и попутно наглаживал свой наливающийся член. — Помочь тебе снять брюки, дражайший мой? — ДА, помоги ДядьРома… — «Тёмчик» лёг на спину, и Малина расстегнул ему пуговку на брюках, ширинку. Заметил шрам у него на боку. — Тёмчик, чой-то шрам у тебя, когда успел-то, бандюга наш? — он стянул брюки сразу вместе с трусами. — Боевое… Продолжай, не медли. — «Тёмчик» утянул Малину в крепкий поцелуй, схватив его за золотую цепь. Руки Малины жадно и похотливо бродили по телу «Тёмчика», гладили его бёдра, сжимали его тонкую кожу, губы целовали его грудь, спустились ниже, к животу, целовали его шрам. Мягко перевернул того на живот, приступил к целованию спины, спускался ниже, до поясницы. «Тёмчик» бесстыже раздвинул свои ноги и слегка приподнялся. Малина рыкнул и «Тёмчик» почувствовал прикосновения языка к своей дырочке. Кайф. Язык проникал дальше, мышцы поддавались всё больше и больше. В ход дальше пошли пальцы, щедро смазанные смазкой. Тяжкий стон. Прям по простате идёт, шельма. — Какой послушный мальчик, умница… Такой сладкий… — Я хочу чтобы ты уже в меня вошёл. — прошептал «Тёмчик». — Хочу чтобы я сверху, это… — Понял, дражайший мой. Малина снял халат, лёг на спину. Отлично, как раз недалеко от того места где очень удачно для Луки лежит нож. Член будущей жертвы стоял и был внушительных размеров. Роман взял его за руку и «Тёмчик» перекинулся через него, начал скользить дырочкой по его члену. Сам же, без помощи Малины приставил член к своему входу и медленно насаживался на него. Начал двигаться на его члене. Движения плавные, умелые не по возрасту «Тёмчика». Малина просто сходил уже с ума, схватил его крепко за бёдра и начал направлять его сам, увеличивая темп. Он уже скакал на его члене, Малина двигал бёдрами и прижал «крестника» к своей груди, продолжая двигаться в нём. Всё шло гладко во всех смыслах этого слова. Лука стонал вовсю, одновременно наслаждаясь, и просто охуевал со вкусов этого старого хера. Вот и кульминация. Малина кончил в него, громко простонав и начал двигаться ещё быстрее, доводя пацана до оргазма. «Тёмчик» кончил, задрожал от кайфа. Лёг на Малину, отведя правую руку в сторону подушек. Незаметно достав нож, выпрямился, заведя свои руки за спину, раскладывая нож. — Сдохни, ёбаный выскочка, сраный извращенец!!! — «Тёмчик» ловко замахнулся на него ножом. — Тёмчик, ты чё?! Удар в грудь, ещё удар. Страшные хрипы, доносящиеся из лёгких, багровая кровь. Лука очень быстро оделся и, убрав нож, побежал со всех сил к своей машине. Малина выжил. Стрельников навестил его в больнице. — Здарова отец. Ну чё ты, как ты умудрился? — И тебе привет, Гришан. Это всё твой сынок постарался. Ты чё за сыном своим не следишь? — Слышь, за базаром-то следи, и причём тут мой сын? — Он меня ножом пырнул, с твоего спрос. — Ты на моего сына-то не гони, он мёртвой мухи не обидит. А за клевету я сам могу тебя пырнуть ножом, прям щас. — Да блять, ты ёбнулся мне не верить, своему старому другу? Ко мне приезжал твой сын, в позапрошлое воскресенье, ты чё? — Малина срывался на осиплость. — Проспись, хрен. — Ёбаный ты дурак, он ко мне даже приставал, раздевался передо мной! Говорил, — Малина раскашлялся, — что шрам в бою каком-то получил, на боку. Блять, да у него ещё родинка на жопе, ты чё? — Я не знаю что за хрень ты пил, но такого БРЕДА я даже от врагов своих не слышал. Я своего сына, знаю как облупленного, и у нет ни шрама, не родинки на жопе. Я даже на разборки его не беру. А в то воскресенье, как ты говоришь, Артём был со мной дома. — холодно ответил он Малине. — Алкаш. — Да он точно был у меня, что я, совсем чтоль с ума выжил? Покрываешь своего выродка, я понял. — Я тебе сейчас личико покрою, кулаками. Стрельников жёстко и чётко прописал ему по лицу кулаком, сломав нос. И ушёл. С тех пор Малина к Тёмке даже на расстояние пушечного выстрела не подходит, а сам Тёмка не понимает, почему дядя Рома так его сторонится….