Полное труляля

      Утром снова позвонили на тёмкин сотик. Голос в трубке строго, но с дрожью, просил дать ему Васю, если тот вообще рядом. Тёмка передал трубку ему. — Да пап, что случилось? Как папа Сева?! — Василёк, скажи мне, ты ТОЧНО был с Тёмкой вчера вечером? — голос дрожал. — Пап, я был с ним вчера вечером только проснулись вдвоём, мы весь день дома у него провели! Как папа Сева? Что у тебя с голосом? — Вася растревожился не на шутку. — Вытащили, Василёк, живой! Я ему полтора литра своей крови отдал, можешь себе представить? А я обойдусь… Навестишь с Тёмкой его? Я ещё у Тёмки, это, прощения хочу попросить… — Мы навестим, хоть сегодня, пап, где он? — В Девятой больнице.       Всеволода буквально вырвали с того света, зашив ему живот, и перелив ему нужную кровь, благо, такая нашлась быстро — к счастью у Феди была необходимая группа крови для мужа. Но пока ещё Севу не перевели из реанимации в обычную палату.       Федя добился того, чтобы быть рядом с ним в реанимации с утра и до позднего вечера, и он будет с ним теперь в таком ритме пока тот не встанет на ноги. Он сидел рядом и держал руку Севы в своей и покрывал поцелуями. Бледный, почти слившийся цветом с больничным бельём Сева был ещё совсем слаб и периодически хныкал от боли. Спрашивал слабым голосом, как там Вася, как у него дела, и навестит ли тот его. На что Федя отвечал ему, что всё хорошо, а когда навестит — пока не знает, но обязательно должен и придёт может быть даже сегодня. Сейчас Федя больше всего на свете хотел только забрать всю севину боль себе, лишь бы Севе было легче. — Шрамы будут… — тихим и слабым голосом сказал Сева. — Ну и ничего страшного, Севушка, главное что ты живой у нас! А живот я тебе потом каждый день целовать буду, хошь? Сева кивнул, слабо улыбнувшись. — Вот и замечательно! — Федя хотел уже было погладить его живот, но вовремя одёрнул свою руку, потому что пока нельзя, шрамы свежие и лишний раз трогать перевязанный живот пока не надо. — Это правда был не Тёма… — продолжил Сева. — Голос… слегка не тот… Что мне ещё, голос зятя родного… что ли не знать… — Он посмотрел мужу в глаза. — Да то понятно, я Ваське позвонил, он подтвердил что это самое, Тёмка с ним был у него в доме. — Я недавно из квартиры у нас… того парня выгнал… Может быть он был, как-то… не знаю… — Солнце, не нагружай сейчас свою головушку, — Федя несколько раз поцеловал его в лоб, затем в переносицу. — мы с этим потом разберёмся, ладно? Сева снова кивнул и у него начали слипаться глаза. Федя аккуратно укрыл его по шею. Сева не отпускал его руку, так и заснул. После обеда в больницу подоспели ребята. К папе в палату пустили только Васю, Сева осторожно обнял его лёжа, несколько раз поцеловав его в щёку.       За дверями палаты остались Федя с Тёмой. Федя схватил Тёмку за плечи. — Тёмка, родной, прости меня, пожалуйста. Я знаю что ты не виноват. Прости за вчерашнее… — Дядь Федь, меня подставил один парень, и он знает меня, мной может переодеться, он и отношения мои с крёстным папой попортил вот так… А сейчас Васю преследует… Просто потому что ему нужен Вася… — Да что ж это такое, Тёмка, раз ты что-то знаешь, можешь что-то предпринять? В смысле, без криминала, Тёмка… — Я постараюсь, мне просто известно где он работает, Вася там и познакомился с ним. — Сынок, Тёмка, я на тебя, на твою ясную голову очень надеюсь. — Федя крепко обнял его своей стальной хваткой.