Надараам

Надаран проснулась, ощущая приятную истому и расслабленность во всем теле. Она потянулась, откинув одеяло и задев ногой чужую ногу, и зевнула. И только после этого повернулась к соседу, с которым разделила ложе этой ночью. Рядом спал Леви. Надаран чмокнула его в нос и села, вновь потягиваясь. Она не успела ничего предпринять, как сзади на талию опустились горячие ладони, и Леви хриплым спросонья голосом пробормотал: – Куда это ты собралась? Еще рано. Он притянул ее в объятия и зарылся носом в волосы. – Еще рано, – повторил он. Извернувшись в его руках, Надаран повернулась к нему лицом и несколько мгновений вглядывалась в глаза, ощущая под собой тепло его большого тела, а затем склонилась к нему в поцелуе. Однако почти сразу вновь отстранилась и сообщила: – Может, и рано, но мне надо в кусты. Она слезла с Леви и переползла ко входу в палатку. Через несколько мгновений, наполненных шорохом ткани, она спросила: – Где наша одежда? – М. На берегу?.. – Леви закинул руки за голову и наблюдал, как Надаран оглядывается в тесном пространстве. – А это твоя палатка или моя? – снова задала она вопрос. – А чьи вещи тут лежат? – Ничьи. Тут нет вещей – ни одежды, ни сумок, ни рюкзаков – только мешки с провизией. Оружия тоже нет. – Vashedan! – Леви в одно мгновение превратился из довольного и расслабленного в напряженного и даже грозного. – Katara toh! – Остынь. Это просто шутка. Спорим, мы найдем наше барахло развешенным на ближайшем дереве? Надаран еще раз зевнула и снова оглянулась в поисках чего-то, чем можно прикрыться. Кроме одеяла ничего подходящего не было. Леви все еще хмурился, и она, усмехнувшись, откинула полог и вылезла наружу как была – голышом. От костра и соседних палаток разнеслись свист, улюлюканье и смех. Выпрямившись во весь рост, Надаран осмотрела веселящихся товарищей – их лица светились предвкушением. – Ну, и куда вы все дели, засранцы? – спросила она. Одежды нигде не было заметно. – Поищи, – выкрикнул весьма довольный собой Арко. Никаких сомнений в том, кто именно пробрался в палатку и спер вещи, не разбудив спящих, не оставалось. Надаран, хотя кожа уже начала покрываться мурашками от более чем прохладного утреннего воздуха, демонстративно потянулась, вызвав довольные возгласы, и проникновенным тоном предупредила: – Вы ведь помните, что у Леви с чувством юмора туго? Он очень-очень не в духе. В этот момент из палатки показался и сам Леви, с обернутым вокруг бедер одеялом. Его глаза уже наливались красным, и еще минуту назад веселящиеся парни ощутимо напряглись. – Не гоношись, Леви, – осторожно произнес Сато-кас. – Мы пошутили. Никто не хочет тебе зла. – Где мой меч? В ответ Сато-кас кивком головы указал на ящик неподалеку от палатки, на котором грудой были сложены клинки – и вало-кас Леви, и полуторник Надаран, и куча их ножей. На земле рядом лежал баклер. Заметив оружие, Леви расслабился, хотя и продолжал хмуриться. – Верните одежду, venak hol, – потребовал он. – Вам придется ее достать, – развел руками Сато-кас и посмотрел куда-то ему за спину. Надаран, уже изрядно замерзнув, обернулась, морально готовясь лезть на самое высокое дерево в округе, но реальность превзошла ожидания: на верхушке шеста со знаменем Вало-кас болтался мешок, судя по всему, с их одеждой. А вместо самого знамени ветер развевал льняные короткие штаны, в которых Надаран без труда узнала свое белье. С возмущением оглянувшись на товарищей, она увидела только их широкие довольные улыбки. – И как вам только Шокракар позволила? – недовольно спросила она, ни к кому конкретно не обращаясь – Но, Надараам, ведь твои подштанники – настоящее достояние нашего отряда, – в восторге воскликнул Каарис. – Мы все согласны биться под таким флагом – так мы тебя любим. – Засранцы, – беззлобно обозвала их Надаран и вновь повернулась к шесту. Рассчитывать, что товарищи смилостивятся и помогут, было бесполезно, а она уже начинала замерзать по-настоящему. Переглянувшись с Леви, который все это время сверлил основательно вкопанный в землю шест глазами, они направились доставать свою одежду.