Потерянные

Лекции проходят слишком быстро. Слова Ника только сейчас гвоздем вбиваются в голову – впереди выходные, когда от мыслей не будет возможности избавиться на лекциях или в обсуждениях, и мы останемся наедине. Последняя на сегодня лекция – у профессора Ли. Подхожу к кабинету заранее, никаких опозданий. Дверь его кабинета открыта, но внутри пока никого нет. Тем не менее вхожу и занимаю свободное место. Профессор сидит за своим столом и читает какую-то книгу. Он приподнимает взгляд из-за оправы своих очков: - Надо же, теперь вы первая, похвально. Из одной крайности в другую. Он равнодушно опускает взгляд к книге. Что ж, а кто говорил, что будет легко? - Вы читали русских прозаиков? - не поднимая глаз, он задает вопрос. - Смотря каких вы имеете в виду. - Назовите тех, кого читали. - Пушкин, Гоголь, - начинаю перечислять, как вдруг профессор перебивает. - Банально, еще. - Лермонтов, но у него только одно произведение. - «Герой нашего времени», - скорее утверждает он, нежели чем спрашивает. - Толстой, - не отвечаю ему на последний комментарий, - Достоевский, Горький. - Вот последние два уже интереснее. Что у Достоевского запомнилось? - Братья Карамазовы, - не задумываясь отвечаю ему. - Интересный выбор, обсудим. В кабинет начинают заходить студенты, но профессор продолжает: - А у Горького, наверняка, читали только «На дне»? Неужели он спрашивает, а не утверждает, удивляюсь, но все-таки отвечаю: - И эту пьесу в том числе. Еще «Мать». - Хм, - он делает паузу. Занятие уже началось, но он не торопится. - Назовите еще одного автора. Но не торопитесь, подумайте. Кого бы вы поставили в ряд с теми писателями, кого уже обсудили? Все студенты заняли свои места, в кабинете тишина, все смотрят на нас с профессором, гадая, что за игра тут началась. Я и сама не понимаю, что происходит. Ловлю взгляд того надоедливого парня – Фрэд, кажется. Он с интересом смотрит на меня, ожидая ответа, как и все. Мысленно прохожусь по своей воображаемой библиотеке: все прочитанные когда-либо книги, которые я запомнила и люблю – в одном ряду, чуть ниже – те, которые не так глубоко коснулись своими историями чего-то внутри меня. Глажу корешки этих книг, аккуратно расставляя их на свои места. - Солженицын, - наконец, прерываю молчание, - да, он. - «ГУЛАГ», - чуть тише обычного произносит профессор и кивает. Ему будто нечего добавить к моему выбору. - Сегодня мы обсудим с вами английских классиков, а именно – Шекспира. Профессор с обычным, свойственным именно ему, говором начинает лекцию. Занятие проходит слишком быстро, профессор как всегда интересно ведет беседу, заводя нас в некие ловушки, заставляя отрекаться от сказанного или подводя под сомнения наши же слова. - Нужно уметь отстаивать свою точку зрения, запомните. Конечно, если она не глупая. Глупость никогда не нужно отстаивать. Занятие закончено, жду вас в понедельник вместе с подготовленным материалом по Шекспиру и готовности к дебатам. Тему озвучу на занятии. Он, не прощаясь дает понять, что занятие подошло к концу и мы должны уйти. Собираю вещи в охапку, выхожу в числе последних и слышу его комментарий в спину: - Мисс Миллер. Замираю и оборачиваюсь. - Я бы тоже выбрал Солженицына и «ГУЛАГ». Непонимающе смотрю на него, но киваю. - Идите, до понедельника. - Что это у вас было? Дуэль? Фрэд поджидает у выхода и начинает идти рядом. - Типа того. Или какая-то проверка. Но мы этого уже никогда не узнаем. - Ты и правда читала все эти книги? – он удивленно смотрит на меня. Господи, что этот парень тут делает? - Почему ты выбрал этот курс вообще? Если ты не читаешь, зачем тебе курс иностранной литературы? - Нужно было что-то выбрать, - без смущения пожимает он плечами в ответ, - в футбольной команде сказали, чтобы я выбрал что-то полегче, но, как оказалось позже, я прогадал. Он посмеялся самому себе, а я продолжала непонимающе на него смотреть. Футболист, это многое, конечно, объясняет. Пытаюсь остановиться себя: не нужно судить о людях по их увлечениям, вешать ярлыки – тем более. - Так как тебе первая учебная неделя? – он продолжает следовать рядом, беззаботно болтая. - Активно и интересно, - коротко отвечаю ему. - Чем будешь заниматься вечером? - Слушай, Фрэдерик… - Фрэд, - поправляет он, - я не собираюсь тебе предлагать что-то невообразимое, не обольщайся. Просто хотел проявить доброжелательность, все-таки ты – первокурсница. Приходи к нам на вечеринку сегодня вечером, в дальнем кампусе. - Спасибо, Фрэд, но я не люблю вечеринки. - Да ладно, как можно не любить то, чего ты не знаешь? - А кто сказал, что я их не знаю? - Мне кажется, что… - Тебе кажется, - довольно осаждаю его и улыбаюсь, - я видела много разных студенческих вечеринок в другом колледже. - Тогда тем более приходи, будет, с чем сравнить, - не унимался он. - Хорошо, я подумаю. - Наш кампус самый маленький – в конце главной улицы. Но у нас самые громкие и крутые вечеринки, имей в виду! - Я подумаю, спасибо. - Да брось, приходи, - он перегораживает путь, - я не пытаюсь тебя уломать на что-то, просто ты действительно забавная, нам в компании не хватает свежей крови. Он довольно смеется и смотрит мне прямо в глаза. Почему-то верю, что он искренне хочет пообщаться, а не имеет какие-то сомнительные планы. Выдыхаю и отвечаю на его долгий взгляд: - Сдаюсь, ко скольки приходить? - К одиннадцати, но можешь пораньше, чтобы успели поболтать, - подмигивает он. - Тогда к одиннадцати, поняла, - парирую ему, отчего Фрэд снова смеется, - можно подругу взять? - Если только такую же симпатичную, как ты. - Она даже лучше. Фрэд снова смеется и кивает. - Тогда до вечера.