sunray

— Так ты, значит, подался в учителя? — улыбается Люмин солнечно, спрыгивая с дерева, на котором сидела до прихода адепта. Он оборачивается на звук и закатывает глаза, — весьма необычно. — Издеваться будешь? — спрашивает ворчливо, однако Люмин прекрасно знает, что без толики агрессии. Путешественница наклоняет голову вбок и невольно засматривается на блики дневного солнца, играющие изумрудом в его волосах. Стоящая в тени дерева, она уверенно глядела на него яркими медовыми глазами. Адепт улыбался едва заметно, но все его нутро излучало умиротворение. Здесь, в залитом солнцем месте на вершине горы, с на редкость улыбчивой сегодня путешественницей и нерадивой, опаздывающей уже на двадцать пять минут, новоиспеченной ученицей. Гань Юй была милой, спокойной и слишком мягкой для адепта — Сяо находил эти качества неприемлемыми для тех, в чьих жилах текла схожая с его собственной кровь. — Что ты, когда такое было? — Люмин улыбчиво сверкает хитрыми глазами, делает пару шагов вперёд и тут же оказывается заключённой в объятия Сяо. Люмин видела в его тактильности что-то отчаянное — так сильно он прижимался к ней, так преданно переплетал их пальцы и робко зарывался носом в ее шею, оставляя россыпи коротких поцелуев. Сяо был травмированным от и до, но отношения с ним оттого и были здоровыми — он ценил ее свободу и помогал в поисках брата, яростно борол любые признаки ревности, когда общительная, она заговаривалась с другими людьми. Но каждый раз взгляд ее верно находил его, нелюдимого, где-то вдалеке и подмигивал. Он медленно вдыхает запах ее пшеничных локонов и улыбается, пока этого никто не видит. Ее пальцы пробегаются по его руке, поднимаясь наверх и касаясь свисающих волос, — мягкие, — она накручивает прядку на палец и слегка оттягивает. Адепт благодарно смотрит на неё и слегка улыбается, прежде чем отстранить ее от себя. — Тебе не нравится? — спрашивает она с едва заметным разочарованием, предпринимая попытку сделать шаг назад. Сяо испуганно вздрагивает и тут же поспешно придвигает ее обратно, располагая голову на макушке и обвивая руки за ее спиной. — Вовсе нет, — его испуганный голос переполнен виной, — я хотел сказать, что Гань Юй идёт и… я не хотел обижать тебя… — Сяо, — шепчет Люмин тихо, пытаясь вставить слово в его перепуганную речь, — Сяо, все в порядке. Тебе не нужно извиняться, — запечатлев в уголке его губ короткий поцелуй, она лучезарно улыбается и, напоследок проведя ладонью по его щеке, в два прыжка снова залезает на дерево, располагаясь на особо толстой и удобной ветке. Адепт следит за ее действиями смущенным взглядом и едва ли успевает накинуть на лицо маску безразличия, когда рядом появляется девушка. Люмин любуется ей: Гань Юй была потрясающе красива и скромна. Путешественница воистину гордилась их названной дружбой. Словно почувствовав ее присутствие, адептша, как по щёлку, оборачивается к дереву, встречаясь с ней удивлённым взглядом. Махнув ей кончиками пальцев, она тут же получает выговор от Сяо, сложившего руки на груди в излюбленной позе. — Не отвлекайся, когда я с тобой разговариваю, — отчитывает он ее холодно. Гань Юй вздрагивает и покорно кивает. Люмин закатывает глаза от его неуважительного обращения к этой прекрасной девушке и поудобнее устраивается на дереве, укладывая голову на ствол, местами вслушиваясь в их размеренную беседу, — тело и разум должны быть связаны воедино. Сейчас мы проверим твоё тело. Не разочаруй меня, — указывая глазами на место испытания, спокойно говорит он. Гань Юй быстро разворачивается и направляется туда, даже не взглянув на Люмин. Кинув возмущённый взгляд на Сяо, внимательно следившим за подопечной, путешественница следует его примеру переводит взгляд на поле боя. Она была воистину грациозна и натягивала тетиву особенно легко, словно это было так просто. Мечтая научится стрелять из лука, Люмин даже как-то брала уроки у Венти. Однако веселое божество обозвало ее неуклюжим носорогом с копытами вместо рук и, заливисто хохоча, принялось убегать от ее праведного гнева. В конце концов он был пойман и скинут в реку, из которой потом, отплевываясь, пытался выйти и не задохнуться в своём звонком смехе, который Люмин так откровенно обожала. Вспоминая о былых деньках, путешественница хихикнула в ладошку. Порой она действительно была счастлива в этом мире, когда особые люди, попадающиеся на ее пути, умело выгоняли тоску из ее головы. Смех первого встретившегося ей Архонта и его игра на лире, игры в догонялки с малышкой, которая взрывала все на своём пути, приготовление пищи для бедствующей любительницы астрономии, наставленный меч на поверженного парня из Снежной и его виноватый смешок — воспоминания пролетали перед глазами, сменяя одно другим. Их связывало гораздо больше и Люмин была искренне благодарна каждому. Отходя от веселых мыслей, она тут же возвращается к пропавшему близнецу, чувствуя знакомый холод в груди. Утопая в мрачных воспоминаниях о брате, она пропускает момент, когда Гань Юй вернулась к адепту и воодушевленно ему о чем-то твердила. Мотнув головой и отогнав хмурые мысли, Люмин вслушалась: — Ты должна отчитываться не мне, — Сяо закатывает глаза, смущая и без того робкую девушку, — и делала ты это тоже не для меня. Хватит искать одобрения у других людей, — Люмин, не в силах побороть свое желание защитить отнюдь не беззащитную девушку, направляет на адепта лёгкий поток анемо энергии. Этому тоже учил ее Венти, когда они озорничали в таверне. Ветерок запутывается в его волосах, лёгкий и нежный, вздымая сине-зеленые пряди ввысь. Они оба направляют свой взгляд на неё. Сяо — удивлённый, Гань Юй — насмешливо-благодарный. Поймав ее осуждающие глаза, он опускает свои вниз. Люмин ободряюще улыбается Гань Юй и показывает ей большой палец вверх. — Поразительно, — она нежно улыбается ей уголком губ, — как легко снять спесь с легендарного охотника на демонов, — улыбается адептша. Сяо поднимает на неё обиженно-угрожающий взгляд, который угрозы, как таковой, в себе вовсе не таит — Гань Юй была последним человеком, который пошёл бы против него и Сяо это прекрасно знал. Потому и согласился быть наставником, когда она пришла к нему, потому и отчитывает — помочь хочет. — Твои тренировки будут продолжаться и усложняться с каждым разом, — хрипло подает голос он, мотнув плечом в знак недовольства. Кивнув, она тут же развернулась и ушла прочь, не забыв подмигнуть Люмин на прощанье. Проводив ее смешливым взглядом, путешественница спрыгивает к Сяо, стоявшему к ней спиной устремившему свой взгляд куда-то за туманные вершины. Располагаясь на его плече и обвивая его шею со спины, Люмин вздыхает где-то рядом с его ухом, также всматриваясь вдаль. Они стоят так молча некоторое время — Сяо лишь обвивает ее руку своей, покрываясь румянцем, — достоин ли я этого? — тихо спрашивает он, откидывая голову назад, на ее руки, и устремляя глаза в небо, — я стольких убил… А сейчас стою и наслаждаюсь этим видом с тобой. Я не… — Сяо, — едва слышно прерывает его Люмин, — хватит. Ты достоин куда большего, чем можешь себе представить, — ее тихий голос действует успокаивающе. Интересно, ее ли рук дело тот тёплый ветерок, что подул сейчас на него? — Ты так заботлив, адепт, — она легко соскальзывает с его плеча и бесшумно подходит ближе к краю, — позволь наконец кому-то позаботиться о тебе. — Кому-то? — эхом переспрашивает он, глядя как она оседает на траву. Он, не долго думая, садится следом, — я никогда не позволю кому-то… только тебе, — он едва заметно хмурится. Люмин склоняет голову набок и усаживается поудобнее, разглаживая юбку и пригласительно хлопая по ней. Адепт покорно ложится на ее колени, чувствуя ее руку на своей голове. — Поспи, — тихо просит она, — я знаю, тебе снятся кошмары, и я не смогу ничего сделать, но… если тебе будет… страшно, я всегда буду рядом. Я разбужу тебя. Обещаю. Адепт задерживает дыхание в такт его с ума сходящему сердцу. Он благодарно укладывает руку поверх ее собственной на своей голове и слегка сжимает. Сяо уже почти засыпает, когда она наклоняется, возвращая ему поцелуй в макушку. На лице его проступает едва заметная улыбка.