Crossing the line

      Чун Юнь смотрел в потолок своей спальни, отчаянно пытаясь заставить себя уснуть. Последние несколько недель его часто мучила бессонница. В чём причина? Конечно, Син Цю.       Начнем с того, что то, как Син Цю игрался с экзорцистом, изначально было странно. Он зашел слишком далеко. Чун Юнь может быть и идиот, но даже идиот может понять, насколько далеко они зашли.       Отчасти в этом была вина и экзорциста. Мальчик никогда не мог заставить себя отказаться от похотливых предложений Син Цю. У него никогда не хватало смелости сказать «нет». Син Цю никогда его не заставлял это делать. Он всегда ждал... пока Чун Юнь даст ему согласие на продолжение. Экзорцист не испытывал ненависти ни к каким из действий друга. В какой-то момент он даже начал с нетерпением ждать их следующей встречи, задаваясь вопросом, будет ли Син Цю снова делать что-то непристойное.       Но четвертый раз так и не наступил. С последнего раза прошло около пяти дней, а Син Цю так ничего и не делал. Он вёл себя вполне... нормально. Изменение было заметно.       Син Цю, случайно, не надоел экзорцист?       Чун Юню было страшно от этой мысли. Может быть, его друг понял, как странно звучат стоны экзорциста... Может быть, ему казалось лицо Чун Юня уродливым, когда он кончает. Может быть, он нашел новую жертву для поддразниваний. Скорее всего, ему нашли замену.       Чун Юнь закрыл глаза и нахмурил брови. Меньше всего он хотел, чтобы ему нашли замену. Син Цю был его единственным настоящим другом, он не хотел его потерять...       Он застонал от разочарования, продолжая пялиться в потолок.       Син Цю должен быть его нормальным другом. Чун Юнь не должен расстраиваться из-за того, что больше не участвует в непристойностях с его лучшим другом. Они возвращались к нормальной жизни... Это определенно к лучшему.       И всё же у экзорциста постоянно вставал, когда он думал о том, что было в ресторане. Прямо как сейчас. Его рука нерешительно легла поверх нижнего белья. Нужно держать себя в руках. В конце концов, мастурбировать на друга — это то, что он определенно не может сделать. Он будет ненавидеть себя вечно.       Но это не меняло того факта, что Чун Юнь чувствовал себя ужасно подавленным. Может быть, если бы он не думал о Син Цю и просто мастурбировал, он бы не чувствовал такой вины?       Немного потрогать себя не повредит... Это никогда не было такой большой проблемой для Чун Юня. Он сделал глубокий вдох и спустил нижнее белье, обхватывая рукой член. Экзорцист начал двигать рукой, а другая заползала под майку, чтобы потрогать соски. Чун Юнь парень, его грудь не должна быть такой чувствительной... но ему было очень приятно, когда Син Цю дразнил его соски.       Он трогал себя за грудь, но это совсем его не возбуждало... Может именно у пальцев Син Цю было такое воздействие на мальчика. Экзорцист никогда не сможет испытать это чувство в одиночку. То же самое касалось и движений внизу. Он не мог сам ощутить то, что заставлял испытывать его Син Цю, даже когда тот слегка касался его пальцами.       Он нуждался в Син Цю.       Он хотел, чтобы Син Цю был его единственным. Прикасался к нему, целовал... Чёрт, его мысли всегда возвращались к Син Цю. Почему Чун Юнь думает о том, как друг целует его... Щеки экзорциста покраснели. — Чёрт... — фыркнул Чун Юнь, ускоряя темп. «Ты только посмотри на себя, дорогой Чун Юнь. Ты сейчас такой несчастный». — раздался в голове мальчика голос Син Цю.       Чун Юнь слегка застонал. Опять эти дурацкие галлюцинации. «Ты так сильно хочешь, чтобы я прикасался к тебе? Ну, знаешь, я ничего не делаю просто так. Ты должен попросить красиво. Ну же... умоляй об этом». — Почему это всегда ты? Ты... и это самодовольное выражение твоего лица... оно меня бесит. — пробормотал Чун Юнь скорее себе, чем Син Цю из своих фантазий.       Он начал двигать рукой чуть сильнее, пытаясь подражать движениям Син Цю. — Это не должно меня заводить... — Чун Юнь тяжело задышал. — И всё же...       К нему прикасался не Син Цю. Ну почему не он?... Экзорцист был на грани оргазма. Но при этом... почти ничего не чувствовал. Спустя какое-то время он кончил. Чун Юнь тяжело дышал. В его глазах застыли слёзы. Экзорцист заплакал.       Что Син Цю с ним сделал?       Он всегда был таким... отвратительным? Чун Юнь закрыл свои глаза, полные слёз, его рука лениво лежала на вялом члене, обеспечивая едва удовлетворительные движения после оргазма. Всё было по-другому, когда Син Цю дотрагивался до него.       Может быть, он просто привык к тому, как Син Цю дрочил ему. У него, вероятно, была какая-то особая техника. Наверное. Неудивительно, что Чун Юнь каждый раз после этого испытывал такое удовольствие. Последнее бессмысленное движение, и Чун Юнь понял, что не может продолжать дальше. Стало больно... А боль это последнее, что он хотел сейчас чувствовать. Как у Син Цю вообще получилось отсосать ему после оргазма? Почему сейчас всё было вообще по-другому?       Несмотря на всю жару, которую он сейчас чувствовал, экзорцисту резко стало очень холодно. Вероятно, это было из-за холодного ветра, дувшего из открытого окна рядом с ним и обдувавшего его скользкое от пота тело. В конце концов, была почти зима. Это было приятно...       «Спокойной ночи, дорогой Чун Юнь». — голос снова эхом раздался в голове экзорциста. Чун Юнь улыбнулся, его разум был всё еще затуманен. — Спокойной ночи... мой дорогой Син Цю. — пробормотал он и провалился в сон.

***

      Громкий чих раздался в стенах ресторана «Вань Минь»: Чун Юнь четвертый раз за день потёр свой красный нос. — Мой дорогой Чун Юнь простудился? — спросил Син Цю. В его голосе не было и намёка на дразнящий тон, которым он обычно разговаривал. — Н-ни за что! Ты же знаешь, что я просто физически не могу заболеть. — раздался еще один чих. — Не нужно притворяться, дорогой Чун Юнь. Я слишком хорошо тебя знаю. — Син Цю усмехнулся в ответ. — Заткнись. — пробормотал Чун Юнь, запихивая в рот еще одно онигири. Син Цю промурлыкал в ответ. — Уже почти зима. Может быть, ты снова переоценил свои силы и попытался тренироваться на холоде? — Дело не в этом... — смущенно пробормотал Чун Юнь. Он понимал беспокойство друга, но никогда бы не смог объяснить ему, почему именно он простудился. Чун Юнь знал это точно, потому что прошлой ночью он спал, не надевая штаны. Холод, который он чувствовал на скользкой от пота коже, определенно что-то с ним сделал.       Мастурбировать на Син Цю было плохой идеей с самого начала. Чун Юнь застонал. — Тогда в чём же еще может быть причина? — невинно спросил Син Цю. Щеки Чун Юня покраснели, как помидоры, и он не смог заставить себя посмотреть другу в глаза. Он чувствовал себя слишком виноватым. Поспешно опустошив тарелку с едой и выпив стакан воды, стоявший рядом с ним, экзорцист встал, вытирая остатки воды с губ рукавом. — Куда ты уходишь? Что за спешка? — спросил Син Цю с другого конца стола. — Мне нужно идти. — торопливо ответил Чун Юнь. — Куда? — спросил Син Цю. — Ээ... поручение! Я взял одно сегодня утром с доски объявлений гильдии искателей приключений. — быстро ответил Чун Юнь, собираясь уходить. — Хочешь, я тебя провожу? — предложил Син Цю с улыбкой, заставив экзорциста замереть на месте.       Нет. — Ты болен! Я не могу позволить своему дорогому другу отправиться на поручение одному, когда он плохо себя чувствует. — заявил Син Цю. Чун Юнь почувствовал, что его сердце тает. — Разве у тебя нет других дел? — он надул губы. Син Цю знал, что тот ему никогда не откажет. — Я всегда могу найти время для тебя, мой дорогой Чун Юнь. Твоё здоровье важнее любого из приоритетов моей гильдии. — ответил Син Цю с милой улыбкой, вставая, чтобы похлопать экзорциста по плечу. Чун Юнь стоял в ступоре. Син Цю так нежно о нем заботился... Какой замечательный друг. И всё-таки мальчик не мог не фантазировать о нем в своих непристойных мыслях. Он был ужасным другом для Син Цю. — Ну? Чего ты ждешь? — Син Цю махнул рукой перед лицом экзорциста. Последний моргнул. — Куда мы должны идти? — А... — он начал рыться в карманах в поисках бумажки с подробностями поручения. Он протянул ее Син Цю, чтобы тот прочитал. — Там говорится, что какие-то хиличурлы устраивают беспорядки в деревне Цинцэ. — Деревня Цинцэ? — повторил Син Цю. — Это довольно далеко. Это может занять целый день. Чун Юнь нервно рассмеялся. — Аа, да.. поэтому тебе не стоит беспокоиться об этом. Я имею в виду, все эти путешествия ради каких-то хиличурлов? Это не стоит того. — У меня появилось только больше причин сопровождать тебя. — покачал головой Син Цю. — Н-но это отнимет у тебя весь день. — возразил Чун Юнь, но палец коснулся его губ. — А теперь тихо. Когда мы выдвигаемся? Чун Юнь почти забыл, как дышать. Его тело замерло в ответ на это движение Син Цю. С сердцем, бьющимся со скоростью тысяча ударов в секунду, он осторожно убрал палец Син Цю от своих губ. — Эм... сейчас? — О, круто! Может, попросим Сян Лин упаковать нам что-нибудь на обед? — засиял Син Цю. — Конечно. — смущенно ответил Чун Юнь. — Почему ты так обрадовался? — Я проведу с тобой весь день! Почему бы мне не быть радостным? — Син Цю игриво фыркнул, бросая недоверчивый взгляд на Чун Юня. — Аа.. — лицо экзорциста вспыхнуло красным. — Н-ну хорошо. — пробормотал он.

***

      Проходив пешком большую часть дня, они, наконец, достигли окраины деревни. Чун Юнь вытащил карту, чтобы свериться, в том ли направлении они идут. — Я думаю, что лагерь хиличурлов должен быть где-то поблизости. — пробормотал он, ожидая ответа от Син Цю... Но ответа так и не последовало. Чун Юнь оглянулся, но Син Цю нигде не было видно.       Какого... Он его потерял? — Боже... — Чун Юнь ахнул. — Куда он делся? — он отчаянно огляделся, запихивая карту обратно в сумку. Он даже не оглядывался на Син Цю последние несколько минут. Вот почему было так тихо. — Ахх... — простонал Чун Юнь, идя назад по тропинке, по которой он пришел сюда. Вскоре он услышал слишком знакомую фразу «знай мой меч», сопровождающуюся звуками плещущейся воды вдалеке. Чун Юнь шел на голос, беспокоясь до предела. Син Цю попал в беду? Он представлял только наихудшие сценарии... — Син Цю! — экзорцист остановился, как вкопанный, увидев открывшийся перед ним вид. Син Цю был там со своим мечом, изящно ударив в последний раз, и митачурл перед ним растворился в воздухе. Он никогда не видел такого во время тренировки. Во время боя Син Цю был... таким другим. Такой обаятельный... и всегда такой изящный в своих движениях.       Экзорцист подошел к мальчику, глядя на грязные маски, разбросанные по траве внизу. Син Цю обернулся и сладко улыбнулся Чун Юню. На его дорогой кофте не было и пылинки, на теле мальчика не было ни царапины. Чун Юнь по какой-то причине почувствовал мимолетное чувство поражения. Может быть... нет, конечно, он мог справиться с такой работой сам. Но он знал, что если бы это был он... он бы сделал это очень неуклюже, оставив синяки и царапины по всему телу. Но Син Цю.. казалось, для него это было слишком легко. Он был невероятно хорош во всем. В отличие от Чун Юня, который, будучи экзорцистом, не мог изгнать ни одного духа. Полный провал.       Между ними существовал своего рода разрыв в умственном плане... и с точки зрения таланта. Син Цю был вундеркиндом, вторым наследником уважаемой торговой гильдии Фэйюнь, в то время как Чун Юнь был всего лишь экзорцистом... экзорцистом только по названию. «Блять». — он внутренне проклинал себя за чрезмерные размышления. Иногда его мысли просто ему не подчинялись. Син Цю стоял перед ним с очаровательной улыбкой на лице. Экзорцист не мог испортить себе настроение этими мыслями сейчас, не так ли? — Мне жаль, что я пошел без тебя. — Син Цю нервно рассмеялся, потирая затылок. — Ты плохо себя чувствовал... Я не мог позволить тебе перенапрягаться, так? — Т-ты должен был сказать мне, прежде чем исчезнуть. — Чун Юнь надулся в ответ. — Я беспокоился. Уголки губ Син Цю приподнялись в самодовольной улыбке. — Ой... Ты настолько беспокоился? Посмотри на себя! Ты весь в поту. Ты что, бежал сюда всю дорогу? Чун Юнь фыркнул. — Неважно. Мы закончили с поручением, не так ли? Давай вернемся в гавань. — он повернулся, собираясь уйти, но Син Цю схватил его за запястье, заставив мальчика остановиться. — Не так быстро, дорогой Чун Юнь. — Син Цю потянул его за рукав, жестом говоря мальчику оглянуться. — Я сражался с хиличурлами вместо тебя. Ты будешь собирать маски. — Ч-что? — Чун Юнь недоверчиво моргнул. — Уберись за мной, ладно? — Син Цю подмигнул. Чун Юнь пораженно вздохнул. В конце концов, он должен выполнить часть работы. Он не может расслабляться только потому, что немного заболел. — Хорошо. Чун Юнь застонал, волоча ноги, и принялся собирать грязные маски одну за другой. Син Цю сел на землю с книгой в руке, любуясь Чун Юнем издалека. Мальчику больше всего нравилось дразнить Чун Юня. Застенчивый, неуклюжий Чун Юнь... мальчик всегда очень забавно реагировал на его шалости. Он просто не мог насытиться им. Син Цю улыбнулся. У него был такой милый друг. Такой доверчивый, такой невинный и такой милый.       Чун Юнь остановился, чтобы зевнуть. Почему-то недосып часто стал его беспокоить. — Усердно работаешь, дорогой Чун Юнь? — крикнул Син Цю, застигнув экзорциста врасплох. — Д-да. — Чун Юнь вздрогнул. Он впился взглядом в Син Цю, прежде чем вернуться к своей работе. Экзорцист вздохнул. Разве Син Цю не говорил о том, что не будет заставлять его перенапрягаться? Теперь он скинул на него весь ручной труд. Чун Юнь издал недовольный звук, пнув небольшой камешек, который был у его ног. Камешек улетел на небольшое расстояние и исчез. Чун Юнь приподнял бровь. Он просто... исчез? Он подошел к месту, куда его пнул, и увидел яму. Огромную яму. Она была расположена так, что если бы Чун Юнь не обратил внимания, то точно бы в нее упал. Ров не выглядел слишком глубоким, и там пряталось три-четыре хиличурла.       Он отступил, собираясь предупредить друга о яме, но случайно поскользнулся, падая на спину в нее. — А... — он недовольно хмыкнул после удара. Экзорцист лежал и стонал от боли, когда заметил, что хиличурлы загнали его в угол. — О нет... — Чун Юнь молился Богам, чтобы Син Цю заметил его отсутствие и спас его от этого ужасного беспорядка. Его спина сильно болела после падения, но все же он сумел встать, беря в руки свой большой меч, чтобы запугать хиличурлов вокруг. — Чун Юнь! — друг окликнул его, выглядывая сверху. — У тебя все нормально? — О, слава Богу. — Чун Юнь мысленно вздохнул с облегчением. — Ну, держись, Чун Юнь. Я тебя понял. — крикнул Син Цю и скрылся из виду. — Что?! Куда ты уходишь? — Чун Юнь крикнул в ответ, но безрезультатно. Син Цю просто... исчез.       Чун Юнь попытался успокоиться, делая глубокие вдохи. Похоже, Син Цю решил бросить его. Классно. В любом случае, экзорцисту не нужен Син Цю, чтобы победить этих слабых хиличурлов. Он ударил хиличурла своим двуручным мечом, но тот даже не пошатнулся. Чун Юнь нервно попятился. Хиличурлы здесь более... стойкие? Он решительно кивнул. Идеально. Нет другой возможности, кроме как здесь, чтобы проверить свои навыки. Для него это был идеальный вызов. Возможность затмить своего друга.       Несколькими взрывами стихий спустя Чун Юнь отступил, наблюдая, как последний хиличурл растворился в воздухе. — Легко. — он ухмыльнулся, тяжело дыша. Все его тело и лицо были в царапинах. Поистине некрасиво, в отличие от Син Цю. Но это неважно. Важно то, что он жив. Он никогда бы не смог сравниться с Син Цю, даже через сто лет тренировок. Чун Юнь думал об этом, собираясь уйти, как вдруг увидел то, чего боялся больше всего...       Крио слаймы. О нет.

***

      Син Цю вернулся немного позже, но обнаружил, что Чун Юнь свернулся в углу и плачет. Крио слаймы окружали его со всех четырех сторон. — Ч-чун Юнь? — Син Цю еле сдержал смех. Чун Юнь оживился, услышав этот голос. Он вытащил голову между колен и бросил на Син Цю смертоносный взгляд. — Слишком долго.       Син Цю взял свой меч и, наконец, рассмеялся. — Я искал более безопасный способ спуститься. — Не смейся. В считанные секунды слаймы испарились. Син Цю преклонил колено перед Чун Юнем, все еще смеясь. — Я не ожидал этого от тебя. — он поддразнил его, вытирая слезы на лице Чун Юня. — Тебя слишком легко заставить плакать. Это мило. Но... кто бы мог подумать, что кучка крио слаймов может тебя запугать. — Они — моя единственная слабость, ладно? — пробормотал Чун Юнь. — У тебя тоже не будет и шанса против гидро слаймов. Не только я такой. — он надулся. — Я справлюсь даже не глядя. — Самоуверенно. Отлично. Мы проверим это в нашем следующем приключении. — бросил вызов Чун Юнь. — Хорошо. — Син Цю самодовольно улыбнулся. — Вызов принят. Син Цю медленно приблизился к экзорцисту. — Ты выглядишь изрядно побитым. Ты, должно быть, довольно голодный после того, как весь день играл роль девушки, попавшей в беду. Сердце Чун Юня заболело от этих слов. Девушка в беде? Неужели Син Цю так плохо думал о нем? Думает, что он не может защитить себя? Мальчик разочарованно закусил губу. Это же неправда... Но Син Цю действительно был намного лучше его во всех сферах. Конечно, он считает способности Чун Юня ничтожными. — Хорошо, что я попросил Сян Лин упаковать нам обед. Что бы ты делал без меня, дорогой Чун Юнь? Он не знал, что это так его заденет. — Чун Юнь? — Син Цю обеспокоенно склонил голову. Чун Юнь попытался смахнуть слезы, он не мог вынести того, что выглядел слабым перед своим другом. Он хотел сказать, что с ним все в порядке... Но он знал, что его голос задрожит, как только он откроет рот. — А? Ты плачешь? — спросил Син Цю, нахмурив брови. Блять, от кого он вообще пытается скрыть свои чувства? Син Цю всегда читал его, как открытую книгу. — Нет! — Чун Юнь взглянул на Син Цю. — Я не... я не плачу. — его голос дрогнул. Единственное, чего он боялся сейчас, это то, что слезы сейчас вырвутся наружу. Он застонал. — Посмотри. Я не плачу, ладно? Что-то попало мне в глаз... — Это потому, что я смеялся над тобой? — Син Цю убрал руку Чун Юня от его глаз и обхватил его лицо ладонями. — Н-нет! Я в порядке. Это просто недопонимание. — он попытался отвести взгляд, но Син Цю не позволил ему. Он знал, что звучит сейчас плохо, и слышал свой невероятно скрипучий голос, эхом отражающийся в его голове, и начал сожалеть о том, что вообще открыл рот.       Син Цю было невозможно обмануть. — Я.. я просто.. — Чун Юнь позволил вырваться своим слезам наружу, не было смысла лгать Син Цю. — Я не девушка в беде. — он надулся сквозь рыдания. — Что? — Син Цю ответил растерянным выражением лица. — Вот почему ты плачешь? — Я же сказал, я не плачу! — Чун Юнь усмехнулся. — Да, конечно. — Син Цю хихикнул. — Но мне очень жаль. Я сказал это не потому, что хотел причинить тебе боль. — Ты ничего плохого не думаешь обо мне? — Чун Юнь прикусил губу. — Боже мой, ничего подобного, дорогой Чун Юнь. Я просто пошутил. — успокоил Син Цю, нежно потирая щеку Чун Юня. — Н-не ври. — Мне очень жаль, если я заставил тебя грустить. Я не это имел в виду. Ты не слабый. Боже мой... Мой Чун Юнь не нуждается в защите от хиличурлов, это хиличурлы нуждаются в защите от Чун Юня. — он фыркнул. — Ты силен, надежен и невероятно талантлив. А еще ты выглядишь очень мило, когда держишь этот большой меч в своих крошечных ручках. — Не думаю, что я должен быть доволен словом «мило», которое ты добавил. — Чун Юнь надулся, его сердце бешено колотилось в груди от множества комплиментов. — Тебе не нравится, когда тебя называют милым? — недоверчиво спросил Син Цю. Чун Юнь нерешительно кивнул. — Как ты тогда хочешь, чтобы я тебя называл? Красивый? Очаровательный? Сексуальный? — предложил Син Цю. — Н-нет, не так! — Чун Юнь почти чувствовал, как его сердце вырывается из груди. — Эти слова не для меня... — Ооо, Чун Юнь стесняется. — Заткнись! — Хорошо. — Син Цю улыбнулся. — Просто чтобы ты знал, ты не слабый. Ты просто... ты как моя принцесса, я бы хотел тебя защитить в любое время. Вот почему... эээ... я так сказал.. Не думай об этом слишком много, хорошо? — П-принцесса? — глаза Чун Юня полезли на лоб от недоумения. — Держи это при себе, пожалуйста. Это неловко...       Чун Юнь попытался закрыть лицо, которое становилось все горячее. Син Цю отвел руки Чун Юня, чтобы сильнее обхватить его лицо. Он погладил левую щеку мальчика большим пальцем, медленно приближаясь. Чун Юнь чувствовал, что его сердце сейчас по-настоящему откажет. Он так приближался... Экзорцист рефлекторно закрыл глаза по какой-то причине, ожидая... чего-то, что должно было произойти.       С закрытыми глазами он почувствовал что-то вокруг себя, легкое ощущение прохлады начало покалывать его кожу. Он нерешительно открыл глаза, но обнаружил, что мечи Син Цю кружат вокруг него. — Ты думал, я тебя поцелую? — поддразнил Син Цю, застигнув экзорциста врасплох. — Я не... — ответил Чун Юнь, смущенно отводя взгляд. Чего он вообще ожидал? — Я вижу. — сказал Син Цю, проводя большим пальцем по губам экзорциста. — Ты сильно пострадал? На твоем красивом лице царапины. — Ничего страшного. — Чун Юнь усмехнулся. — Но я сильно ударился задницей. — А? — лицо Син Цю загорелось от ответа. — Хочешь, я сделаю тебе массаж? — К-как бы ты собирался это делать? — Чун Юнь был уверен, что выглядит сейчас, как помидор. — Ты скоро узнаешь. — Син Цю подмигнул, от чего экзорцист покраснел еще сильнее. — Что... — Чун Юнь потерял дар речи. Син Цю... флиртовал с ним? — Я просто шучу. — Син Цю хихикнул, увидев шокированное выражение лица друга. Он убрал руки с лица Чун Юня и протянул ему одну, чтобы тот встал.       Син Цю потянул мальчика за руку, чтобы тот сел на большой плоский камень, удобно расположенный недалеко от них. — Тебе нужно поесть. — сказал Син Цю, открывая сумку и вытаскивая обед, который Сян Лин приготовила для них. Там были приготовленные на пару клецки, завернутые в пергаментную бумагу. Сян Лин никогда не оставляла мальчиков недовольными. Чун Юнь поднялся. Син Цю развернул клецки и откусил одну, издав звук удовлетворения. — Еда действительно вкуснее после тяжелой работы. — У нас еще половина дня. — Не нужно портить мне настроение. — Син Цю надулся на такой ответ. Чун Юнь почему-то совсем не хотел есть. Он был доволен, наблюдая за тем, как ест Син Цю. Он выглядел сегодня ужасно красиво... Он выглядел так каждый день, в этом не было ничего нового. Но сегодня все было по-другому... Потому что внутри груди Чун Юня что-то трепетало, он не знал, как описать это чувство. — Знаешь, грубо с твоей стороны так пялиться. — поддразнил Син Цю, поймав Чун Юня за его бесстыдным взглядом. — Я не смотрел! — Чун Юнь смущенно смотрел в сторону. — Конечно. — Син Цю протянул с понимающей улыбкой на лице. — Почему ты не ешь? — Я... я не хочу есть. — ответил Чун Юнь, нервно потирая затылок. — Да? — Син Цю с любопытством наклонил голову. — Еда для тебя слишком горячая? Она должна была остыть по дороге сюда. Но, кажется, начинка все еще немного теплая. — он развернул еще одну клецку, разорвал ее посередине и начал дуть внутрь, давая ей остыть до температуры, подходящей для Чун Юня. — Вот. Как насчет этого? — сказал он, жестом показывая Чун Юню открыть рот. — А? — Чун Юнь чуть ли не подпрыгнул. Син Цю хихикнул от странной реакции экзорциста. Чун Юнь впился взглядом в мальчика. В конце концов, он открыл рот, кусая мягкую клецку, и боже, Син Цю выглядел таким сосредоточенным, когда кормил его. Всегда ли он был таким заботливым? — Вкусно? — спросил Син Цю, отстраняясь с улыбкой на лице. — Да. — сказал Чун Юнь, любуясь красивым лицом Син Цю. — И тот факт, что ты кормишь меня, делает вкус еще лучше. — выпалил Чун Юнь, сразу же пожалев об этом. Син Цю засмеялся, глядя в сторону. — Я не ожидал, что ты будешь со мной флиртовать, дорогой Чун Юнь. — экзорцисту было интересно, не покраснел ли он до самых ушей.       Син Цю неловко заерзал, и Чун Юнь мог только предположить, что он облажался с таким резким заявлением. Син Цю глубоко вздохнул, снова повернувшись к Чун Юню с самой широкой улыбкой на лице. — Ты такой невыносимо милый. — он ворковал, приближаясь к экзорцисту. Чун Юнь неосознанно отстранился от внезапной близости. Син Цю надулся в ответ на этот жест и схватил лицо Чун Юня обеими руками, впиваясь в его губы. Чун Юнь почувствовал, что мир перестал вращаться. Все вокруг застыло. Он не мог слышать ничего, кроме стука собственного сердца. В какой-то момент он почти перестал дышать. Он целовал Син Цю? Нет... Син Цю целовал его? Это сон?       Син Цю медленно отстранился, на его лице все еще была головокружительная улыбка. Чун Юнь хотел взять мальчика за воротник и поцеловать в ответ, но у него не хватило смелости даже открыть рот после поцелуя. — П-почему? — взволнованно спросил Чун Юнь. — Ты смотрел на меня, как будто хотел поцеловать. Поэтому я сделал это. — Син Цю хихикнул. — Разве? — Чун Юнь в замешательстве заморгал. Ему это нравилось... Син Цю быстро отвернулся, сменив тему. — На обратном пути зайдем в хижину Бубу. Твое лицо выглядит очень красным, я думаю, ты все еще болен. Еще меня беспокоят твои травмы, в конце концов, мои мечи не очень хороши в исцелении. — А? Х-хорошо... — Чун Юнь застенчиво кивнул.       И всё? А что насчет поцелуя?

***

      Чун Юнь спустился по лестнице из хижины Бубу к Син Цю, который стоял снаружи, ожидая экзорциста. — О, ты вернулся. — сказал Син Цю, закрывая книгу, которую читал, чтобы скоротать время. — Уже довольно поздно. Тебе не нужно было меня ждать... — пробормотал Чун Юнь. — Да ладно, я бы ненавидел себя всю жизнь, если бы ты потерял сознание по дороге домой или что-то в этом роде. Я здесь для моральной поддержки. Так... Что сказал Бай Чжу? — Ээ... он дал мне лекарства от лихорадки. — ответил Чун Юнь, тряся бумажным пакетиком в руке. — Я сказал ему о боли в спине, и он просто протянул мне обезболивающее, вот и все. — он пожал плечами. — Ой. — Син Цю вытащил сумку из рук Чун Юня и заглянул внутрь, чтобы проверить лекарства. Он одобрительно кивнул и отдал сумку обратно мальчику. — Тебе все еще нехорошо? — Эм... не совсем. — ответил нервно Чун Юнь, протягивая руку, чтобы взять сумку. — Тогда они тебе не нужны. — Син Цю отстранился. — Эй! — Чун Юнь, нахмурившись, схватил сумку. — Моя спина все еще болит, ладно? — Ты знаешь, предложение на массаж все еще в силе. — Син Цю подмигнул, поворачиваясь, чтобы пойти вперед. — Нет, спасибо. — пробормотал Чун Юнь. — Ты многое упускаешь. — промурлыкал Син Цю, идя дальше и ненадолго остановившись, чтобы взглянуть на Чун Юня, который смотрел на него с красным и взволнованным выражением лица.       Син Цю вздохнул, подходя к экзорцисту. Он схватил мальчика за свободную руку и сцепил их пальцы. Уже покрасневшее лицо Чун Юня стало еще краснее. — Пошли? — Син Цю улыбнулся. Чун Юнь не мог не почувствовать, как его сердце бешено забилось. Они... держались за руки?       Они держались за руки довольно много раз раньше, но не так... это было... не так, потому что мальчик начал видеть Син Цю в другом свете. Это было совсем по-другому. Чувство счастья, охватившее Чун Юня, мгновенно исчезло, когда он почувствовал, что его ладони начали потеть от нервов. О нет... Экзорцист запаниковал. Что, если Син Цю сочтет это отвратительным? Что, если он захочет уйти? Что, если он решит больше никогда не держать его за руку? Чун Юнь просто надеялся, что прогулка до его дома не будет долгой. Син Цю успокаивающе сжал руку экзорциста. — Ты хорошо себя чувствуешь? — спросил он. — Я... я в порядке. — робко ответил Чун Юнь.       Да... Син Цю был слишком хорош для этого мира — он бы никогда не осудил Чун Юня за то, что у него потные ладони. Чун Юнь мог бы поспорить, что он... — У тебя ладони потные. — Син Цю хихикнул. Чун Юнь выругался про себя, он просто хотел провалиться сквозь землю. — Это мило. Ты нервничаешь? Чун Юнь сжал губы. — Может быть? — Почему? — спросил Син Цю. — Мы делали вещи и похуже, чем просто держаться за руки. Почему это заставляет тебя нервничать? Чун Юнь снова лишился дара речи. — Не заставляй меня вспоминать об этом. — он надулся. — Ой? Мы должны поговорить об этом в спальне? Хорошо! — поддразнил Син Цю. — Н-нет! Я не это имел в виду... — Чун Юнь мягко повысил голос. Экзорцист услышал приближающиеся шаги позади них и быстро вырвал руку из хватки Син Цю. Это был миллелит, который патрулировал по ночам. Он странно посмотрел на Чун Юня из-за его бурной реакции, но просто пошел дальше.       Син Цю хихикнул, увидев эту сцену. — Прекрати смеяться. — Чун Юнь нахмурился, его щеки горели. — Мне жаль. — Син Цю засмеялся еще громче. — Боже, ты заставляешь меня так сильно улыбаться, у меня болят щеки. — З-заткнись. — пробормотал Чун Юнь, протягивая руку и застенчиво глядя в сторону. Син Цю некоторое время смотрел на руку. — Что? — Твоя рука. — Чун Юнь почувствовал себя совершенно смущенным. — Ты хочешь, чтобы я держал тебя за руку? — Син Цю самодовольно улыбнулся экзорцисту. — О, дорогой Чун Юнь. Я думал, что ты не можешь быть еще милее. — он усмехнулся, переплетаясь своими пальцами с пальцами Чун Юня.       Они пошли за руку до поместья Чун Юня. Оно было не таким красивым, как особняк Син Цю, поэтому Чун Юнь никогда не хотел, чтобы друг приходил. Это было обидно, разрыв между их финансовым положением был слишком велик. — Я... думаю.. это всё? Увидимся завтра. — сказал Чун Юнь, неохотно отпуская руку Син Цю. Он знал, что всю ночь будет скучать по теплу его ладони. — Уже? — Син Цю приподнял бровь. — Как грубо. Я ухаживал за тобой весь день, потому что беспокоился за тебя, а ты вот так меня благодаришь? Как насчет того, чтобы пригласить меня на ужин или что-то в этом роде? Чун Юнь в замешательстве моргнул. — Ч-что ты имеешь в виду? Хочешь зайти поужинать? Но уже поздно... Мои родители, наверное, уже спят. — Ты умеешь готовить, не так ли? — беспечно спросил Син Цю. — Я... я знаю, но... — запнулся Чун Юнь. — Это всё, что имеет значение сейчас. Давай. — Син Цю схватил Чун Юня за запястье и подошел к входной двери. — Н-не через входную дверь! — Чун Юнь оттащил друга назад. — Давай воспользуемся задней дверью. — Похоже, что мы собираемся делать что-то плохое. — Син Цю хихикнул. — Я имею в виду... я просто не хочу, чтобы моя семья проснулась... вот и все. — ответил Чун Юнь, глядя в сторону. Как и предложил экзорцист, они вошли через задний вход. Чун Юнь потянул Син Цю за руку, проводя его в свою комнату. Син Цю с трепетом огляделся. Хоть они и были друзьями долгое время, это был первый раз, когда Син Цю оказался у него дома. Чун Юнь предложил другу сесть на кровать. — Хочешь заставить меня лечь на кровать, как только я тут оказался? Я не ожидал, что ты такой смелый, дорогой Чун Юнь. — поддразнил Син Цю. — Что? — Чун Юнь удивленно моргнул. Не показалось ли для Син Цю его предложение слишком настойчивым? Экзорцист запаниковал. Син Цю заметил панику в поведении своего друга и рассмеялся. — Я просто пошутил, дорогой Чун Юнь. Не нужно так волноваться. — А.. да? — Чун Юнь облегченно вздохнул. — Я приготовлю тебе что-нибудь поесть. Я вернусь через несколько минут. Чувствуй себя как дома и делай все, что хочешь, пока меня нет. — Все, что хочу? — повторил Син Цю, делая ударение на этом слове. Чун Юнь в замешательстве посмотрел на мальчика. — Я ушел. — он неловко помахал рукой, выходя.

***

      Чун Юнь вернулся с двумя тарелками холодной лапши, удерживая в руке бутылку с водой, и спиной толкнул дверь в свою комнату. Экзорцист посмотрел на комнату и чуть не уронил все в своих руках от шока. Его комната была в полном беспорядке. — Что ты делал, Син Цю? — Чун Юнь огляделся с широко раскрытыми глазами. — Я... эээ... искал. — Искал что? — Что-нибудь... что-то, что я смогу использовать в качестве материала для шантажа. — Материал для шантажа?! — А, я не должен был говорить это вслух. — Син Цю прикрыл рот. — Ой? — Убирай этот беспорядок. — фыркнул Чун Юнь. — Никаких оправданий. — сказал он, ставя тарелки на тумбочку. — Холодная лапша? — спросил Син Цю, принюхиваясь. — Это единственное, что ты умеешь готовить? — Это проблема? — Нет. — Син Цю хмыкнул, подходя к Чун Юню. — Сначала убери комнату. — Чун Юнь зашипел, отмахиваясь от руки друга, приближающейся к тарелке. — Хорошо... — Син Цю драматично вздохнул, волоча ноги в сторону шкафа Чун Юня. Он поднял упавшую на пол одежду и начал бросать ее внутрь одну за другой. — Правильно. — протянул Чун Юнь. — В любом случае, что ты хотел найти? — спросил он, закатывая глаза. — Порно книжки? Твой личный дневник или что-то в этом роде? Что-нибудь сомнительное для парня твоего возраста? Но ты сказал мне, что я могу делать все в твоей комнате. Полагаю, тебе нечего скрывать. — Син Цю застонал. — И я подумал, что если ты мне предоставишь свою комнату на несколько минут, у меня появятся новые зацепки, который помогут мне разобраться в тебе. Но твоя комната оказалась такой же неинтересной, как и ты... — Я небезынтересен. — обиженно сказал Чун Юнь. Син Цю улыбнулся ответу. — Да, я солгал. Ты никогда не можешь быть неинтересным. Я каждый день узнаю о тебе что-то новое. — он хихикнул. — Например здесь. Смотри. Я нашел ящик, в которым ты хранишь свое нижнее белье. — сказал он, открывая один из ящиков с широкой самодовольной ухмылкой. Лицо Чун Юня мгновенно покраснело. — Чт.. что? — пробормотал он, приближаясь к своему другу. — Надо сказать, они довольно красочные. Я не ожидал, что ты... — рука накрыла мягкие губы Син Цю. — Замолчи. Ты сегодня достаточно меня дразнил. — он пробормотал, глядя в сторону, его лицо все еще было красным. Син Цю ухмыльнулся из-за ладони экзорциста, лизнув мягкую кожу. Чун Юнь быстро отдернул руку, чуть ли не закричав, но он смог собраться вовремя. Он не мог позволить себе разбудить родителей, пока был охвачен безумной любовью.       Син Цю громко рассмеялся. — Я так люблю это. — он продолжал смеяться. — Прости, ты просто... вёл себя так восхитительно, что я ничего не мог с собой поделать. — Отвали. — прошипел Чун Юнь. — Ооо, Чун Юнь ругается. — Син Цю засмеялся сильнее, на уголках его глаз выступили слезы. — Это так редко. — Ты можешь заткнуть свой рот? Моя семья спит. — прошептал Чун Юнь. — Ах да. — Син Цю прикрыл рот. — Мне жаль. — ответил он, все еще хихикая. Чун Юнь взглянул на своего друга в последний раз, прежде чем помочь мальчику убрать беспорядок, который он создал.

***

— Ты пойдешь домой так поздно? — спросил Чун Юнь, собирая тарелки и ставя их у двери. Он уберет их утром или после того, как попрощается с Син Цю. — Хм? — Син Цю в замешательстве склонил голову. — Я никуда не собираюсь. — Ты не пойдешь домой? Син Цю кивнул. — Да, я остаюсь ночевать. Я не ясно выразился? Ты правда хочешь меня выгнать как можно скорее, да? — он игриво надулся. — Н-нет! Это не то, что я имел в виду. Эээ... мне просто придется принести отдельный матрас, ты должен был сказать это раньше. — экзорцист огляделся и бросился к тому месту, где хранил запасную одежду и матрасы. — Зачем нужен отдельный матрас, если мы можем спать вместе? — поддразнивающе ответил Син Цю. — На твоей кровати. — Н-на моей? — Чун Юнь сильно покраснел. — Мы ведь спали вместе раньше, не так ли? — Син Цю небрежно пожал плечами. — Это ничем не будет отличаться. И в конце концов, я уже устал... — он зевнул, прикрыв рот рукой. — К-конечно. — пробормотал Чун Юнь. Син Цю вытянулся, сняв носки и шелковую одежду. Он залез на кровать и лег в угол у стены, устроившись поудобнее. Он похлопал рукой по месту на кровати рядом. — Ложись? — Я... — Чун Юнь заколебался. — Подожди секунду. — ответил он, выключив свет, и начал снимать толстовку.       Чун Юнь не знал, что если Син Цю будет лежать на его кровати, он будет так горяч. Это была та самая кровать, на которой он лежал, когда мастурбировал на своего друга. Еще даже не прошел целый день. На следующее утро он сменил простыни, но чувство вины так и не покинуло его. — Я когда-нибудь говорил тебе? — Син Цю посмотрел на экзорциста, лунный свет был единственным источником света, освещавшим тело мальчика. — Что ты выглядишь довольно сексуально в своей майке без рукавов... — ..Я? — Чун Юнь ахнул, он не ожидал, что Син Цю будет наблюдать за ним, пока он раздевается. — Н-не смотри. — Почему нет? — ответил Син Цю. — Я просто переоденусь в другой комнате. — фыркнул Чун Юнь. — А я подумал, что ты устроишь мне шоу сегодня, плохо... — драматично сказал Син Цю. Чун Юнь закатил глаза. Что вообще стало с его другом в последнее время?       Через некоторое время экзорцист вернулся и увидел Син Цю, скрюченного в своем уголке. Он направился к кровати и потянул одеяло, чтобы Син Цю освободил часть для него. Чун Юнь лег рядом с мальчиком и сильно выдохнул, пытаясь отогнать неловкое молчание. — Спокойной ночи, дорогой Чун Юнь. — сонно пробормотал Син Цю. — С-спокойной ночи. — прошептал в ответ Чун Юнь.       Подождите.       Это всё?       Всё это накапливалось в течение дня, и они просто собирались спать? Разве они не собирались говорить о поцелуе? О том, как держались за руки? Что-то из этого вообще что-нибудь значило для Син Цю? — Син Цю... — прошептал Чун Юнь.       Нет ответа.       Чун Юнь нервно закусил губу. Что он вообще собирался сказать? Неужели он был в таком отчаянии? Син Цю уже спал? — Син Цю... Кто я для тебя? — Чун Юнь говорил едва слышным тихим шепотом.       В течение последних нескольких дней казалось, что мир Чун Юня рушится. Больше ничего не имело смысла. Его разум был заполнен Син Цю и только им... Обычно это не было таким странным, но мысли, поглощающие разум Чун Юня, были довольно... сомнительными.       Мысли о тонких пальцах Син Цю, поглаживающих его обнаженную грудь, мысли о том, как его влажный язык ощущается на члене Чун Юня, мысли о том, как Син Цю целовал его. Син Цю лежал так опасно близко к нему, на той же кровати, на которой он мастурбировал вчера вечером. Экзорцист услышал тихое дыхание мальчика. Он, наверное, очень устал. Неудивительно, что сейчас мальчик не дразнил его. Потому что весь этот флирт в течение дня определенно не был частью любовных галлюцинаций Чун Юня. Или он, все же, придумал все это себе... — Эй... — тихо произнес Чун Юнь, понимая, что его друг уже спит. — Мы не будем делать это сегодня? Он чувствовал покалывание в груди, непреодолимое желание прикоснуться к себе. Он физически не мог заставить себя сделать это, зная, что Син Цю спал прямо рядом с ним. Но... он ничего не мог с собой поделать. Он был в отчаянии. Очень отчаянно нуждался во внимании Син Цю.       Его пальцы проскользнули в штаны, он потянул их вниз ровно настолько, чтобы обнажить свой полутвердый член. Он нежно потер пальцами по всей длине, закусив губу. Неужели он действительно собирался мастурбировать в присутствии Син Цю? Идея уже была ужасающей. Что, если мальчик проснется, когда он будет в самом разгаре? Нет, наверное, это так просто не закончится. Син Цю это могло даже показаться отвратительным. Чун Юнь осознал чувства к своему лучшему другу... Все это в любом случае не могло закончиться хорошо.       Он глубоко вздохнул. Все в порядке. Только в этот раз... Он начал тереть пальцами по всей длине, обхватив ее ладонью, затем продолжил двигать рукой более грубо. Экзорцисту не потребовалось много времени, чтобы почувствовать легкое движение со стороны Син Цю. Сердце мальчика ушло в пятки.       Блять. Чун Юнь закрыл глаза, его сердцебиение выдавало его. Он просто надеялся, что Син Цю этого не услышит. Он ждал чего-нибудь... осуждения, дразнящих слов... что угодно. Но со стороны Син Цю была полная тишина.       Чун Юнь нерешительно открыл один глаз, глядя на затылок Син Цю. Он все еще спал. Чун Юнь вздохнул с облегчением.       Правильно, его друг крепко спал... Он не мог так легко проснуться. Чун Юнь неохотно продолжил двигать рукой. Его единственным желанием было как можно скорее покончить с этим. — Чун Юнь... — заговорил Син Цю, нарушив тишину в комнате. — Ты... мастурбируешь? Сердце Чун Юня чуть не остановилось. — Н-нет. — Знаешь, тебе следовало бы быть более осторожным, если бы ты хотел меня обмануть. — Син Цю хихикнул, поворачиваясь к Чун Юню лицом. Чун Юня поймали с поличным. Он не мог этого отрицать. — Ты что, настолько возбужден? Ты даже не подумал о том, что я лежу рядом с тобой. — Я-я не думал, что ты проснешься... так что... — Я не спал. Лицо Чун Юня горело. — Так... ты слышал? — Да. — Син Цю лукаво улыбнулся. — Я все слышал. — П-правда? Син Цю драматично вздохнул. — Дорогой Чун Юнь, тебе следует быть со мной более честным. Если ты попросишь меня прикоснуться к тебе, я это сделаю. Не стесняйся. — Н-но зачем тебе это вообще делать? — Для этого нужны друзья, не так ли? Я помогу тебе.       Друзья. Чун Юнь нервно закусил губу. — Тогда... прикоснись ко мне. — Хорошо, дорогой Чун Юнь, как пожелаешь. — Син Цю сладко улыбнулся в ответ, пододвинувшись ближе, чтобы легонько поцеловать экзорциста в висок. Он обхватил член мальчика рукой и подмигнул ему. — Начинай двигать. Я помогу тебе. — прошептал Син Цю. Чун Юнь нервно кивнул в ответ. Экзорцист начал двигать своей рукой под руководством Син Цю. — Ахх... — Чун Юнь тихонько застонал, его хватка ослабла, и Син Цю воспользовался этим как возможностью взять все под свой контроль. Он навис над экзорцистом, отбрасывая накрывавшее их одеяло. Мальчик поднял темную майку, обнажив бледную грудь Чун Юня. Он нежно сжал его промежность и укусил молочно-белую кожу на его шее. — А... что? Ай... — Чун Юнь закричал. Это было совершенно неуместно. Син Цю отстранился, любуясь следом от укуса, который он оставил, облизнув губы. Одной рукой он опирался на кровать, а другой продолжал двигать по члену экзорциста. Мальчик наклонился, чтобы лизнуть место укуса. — Я уверен, что когда ты примешь ванну, оно будет болеть. — Т-тогда зачем ты это сделал? — Чун Юнь заскулил, пока его друг продолжал лизать чувствительную кожу. Син Цю оставлял небольшие засосы. Затем он остановился на сосках экзорциста. Чун Юнь застонал от ощущения теплого языка Син Цю на его холодных сосках. — Син Цю... я не девушка, почему мои соски?... Син Цю лизнул сосок, прежде чем слегка прикусить его. — Они милые. Я люблю их дразнить. — прошептал он. — Аах... не кусайся. — громче простонал Чун Юнь. — Твои стоны говорят мне об обратном, дорогой Чун Юнь. — сказал Син Цю, отстраняясь, чтобы оставить поцелуй на щеке экзорциста, которая с каждой минутой становилась все краснее. Син Цю продолжил двигать рукой по члену экзорциста, одновременно облизывая и кусая его соски. — Э-эй, если ты будешь делать это одновременно... я... — Ты кончишь? Конечно. Вперед, давай. — прошептал Син Цю, посасывая правый сосок, а его свободная рука терла левый, время от времени оттягивая. — Гхх... — Чун Юнь тихонько простонал. — Еще н-нет. Я пока не могу кончить. Син Цю сжал член экзорциста. — Хорошо. — сказал он, вставая с кровати.       Нет... он уходит? Экзорцист почти пожалел о своих словах. Он скучал по теплым прикосновениям к его промежности и по горячей влажности на сосках, пока наблюдал, как Син Цю подбирает свой красивый пиджак. Мальчик возился с его карманами, победно усмехаясь, когда вытащил бутылочку... масла? — Ч-что это? — с любопытством спросил Чун Юнь. — Чун Юнь, я хочу кое-что попробовать. Ты позволишь мне? — спросил Син Цю с мягкой улыбкой. — Что ты хочешь попробовать? — было что-то в его словах, что заставило Чун Юня ужасно забеспокоиться. От нежной улыбки друга его кожа покрылась мурашками.       Син Цю подошел к экзорцисту, толкнув его на кровати. Он подошел ближе, крепко обнимая мальчика. — Дай мне знать, если тебе покажется это странным. — прошептал он, когда его руки двигались ниже к ягодицам Чун Юня. — Ч-что... — дыхание экзорциста прерывалось. Его друг мягко погладил экзорциста по ягодицам, в результате чего Чун Юнь издал тихий стон. Син Цю открутил крышку бутылки с маслом, пролив его себе на пальцы. Он продолжил массировать мягкую кожу на ягодицах своего друга, прежде чем один его палец начал скользить около отверстия. У Чун Юня перехватило дыхание, и он попытался отодвинуться, но Син Цю прижал его к себе. — С-син Цю... — Оставайся на месте. — зашипел Син Цю, проводя пальцем, смазанным маслом, о край отверстия экзорциста. — Я заставлю тебя чувствовать себя потрясающе. Чун Юнь потянул Син Цю за рубашку. — П-подожди... — Ты боишься? — Син Цю прошептал мальчику на ухо. — Не бойся. Хватка Чун Юня за рубашку Син Цю усилилась, когда он почувствовал, что тот вставил палец внутрь. — Это странно? — осторожно спросил Син Цю. Чун Юнь кивнул, закусив губу. — Это кажется странным. — Не возражаешь... если я добавлю еще один палец? — спросил Син Цю, легонько поцеловав экзорциста в лоб. — Еще нет... — Чун Юнь ответил почти мгновенно. — Вот как? — Син Цю улыбнулся. — Хорошо. Сегодня мы довольствуемся одним пальцем. — А? — Чун Юнь в замешательстве посмотрел на мальчика. Что это должно было значить? Син Цю ненадолго вытащил палец, а потом снова засунул его внутрь, стараясь делать это как можно мягче. — Я был уверен, что это где-то здесь... — Чт... аах... — Нашел. — Син Цю торжествующе улыбнулся. — Что ты нашел? П-подожди, это странно. — Чун Юнь застонал громче, чем раньше. — Это. — прошептал Син Цю, когда его палец снова нажал на конкретное место.       Этого было достаточно, чтобы Чун Юнь потерял рассудок. Он громко закричал от удовольствия, после чего послышалось тихое хныкание. Он уткнулся головой в грудь Син Цю, пытаясь сдержать стоны. — Я сказал тебе, что заставлю тебя чувствовать себя потрясающе. — Син Цю хихикнул, самодовольство все еще было в его тоне. — П-продолжай так делать. Приятно. — пробормотал Чун Юнь. — Как хочешь, моя принцесса. — ответил Син Цю, вытаскивая палец из дырочки и засовывая его обратно, продолжая попадать в то место, к которому Чун Юнь был ужасно слаб. — Я-я кончу... — Чун Юнь всхлипнул. — Вперед, продолжай. — Н-но подожди... — фыркнул Чун Юнь. — Не так быстро, ты будешь смеяться. — Я никогда не буду осуждать тебя, дорогой Чун Юнь. — успокаивающе ответил Син Цю. — Аахх... — Ты так мило насаживаешься на него, дорогой Чун Юнь. Мне нравится это.       Эти слова... «Мне нравится это»... — Ты сдерживаешься, Чун Юнь? — Син Цю слегка рассмеялся. — Я же сказал, что не буду осуждать тебя. Ты можешь кончить, если этого хочешь. Чун Юнь энергично покачал головой. — Н-нет, это слишком хорошо. Я не хочу, чтобы это заканчивалось. — Знаешь, мы просто можем сделать это снова. — ответил Син Цю. — Мы будем делать это столько раз, сколько ты захочешь. Чун Юнь резко всхлипнул, когда палец в его заднице перестал двигаться. — Потому что я твой друг? — тихо спросил он. После короткой паузы Син Цю выдохнул. — Да. Чун Юнь неловко закусил губу. — Т-тогда, как друг, могу я попросить тебя снова поцеловать меня? — Конечно. — Син Цю засмеялся. — Тогда поцелуй меня. — смело сказал Чун Юнь, отстраняясь. Он пристально посмотрел в глаза Син Цю, пытаясь понять, о чем думал мальчик. Син Цю сладко улыбнулся, прежде чем приблизиться к Чун Юню и припасть к его губам.       Все казалось нереальным. Он снова целовал Син Цю... его сердце бешено колотилось в груди. Экзорцист был уверен в том, что это был не сон. День, который он провел с Син Цю, был очень... очень реальным. Чун Юнь страстно поцеловал мальчика в ответ, покусывая нижнюю губу друга. Син Цю отстранился, смеясь. — Ты знаешь, как кусаться, не так ли? Ты собака? — Нет. — Чун Юнь надулся, возвращаясь к губам Син Цю. Син Цю улыбнулся в поцелуе. Экзорцист почувствовал, как влажный язык скользнул по его губам, ему не потребовалось много времени, чтобы осознать ситуацию и приоткрыть рот, впуская внутрь язык Син Цю. Их языки неаккуратно сцепились, оба из-за всех сил старались не отставать от скорости друг друга. Чун Юнь застонал в поцелуе, чувствуя, как палец в его отверстии начал двигаться с большей скоростью. Син Цю продолжал попадать в одну и ту же точку снова и снова, и этого было более чем достаточно для того, чтобы Чун Юнь кончил.       Тело Чун Юня сильно тряслось, когда из его члена выливалась сперма. Чун Юнь оторвался от поцелуя, уткнувшись головой в изгиб шеи своего друга. Он заговорил, тяжело дыша. — Извини, моя сперма попала на твою дорогую рубашку. — Для меня это не проблема, дорогой Чун Юнь. — он засмеялся, расстегивая рубашку и бросая ее на пол. Чун Юнь тоже воспользовался этим как возможностью снять майку. В комнате становилось слишком жарко. — Ч-что насчет тебя? — пробормотал Чун Юнь, его рука скользнула вниз, чтобы взять Син Цю за член. — Он твердый... я тоже хочу помочь. Син Цю остановился, затаив дыхание от внезапного прикосновения. — Правда? Тогда... — начал он, схватив руку Чун Юня за запястье. — Раздвинь ноги.       Чун Юнь сначала колебался, но повиновался. Син Цю улыбнулся, взяв бутылку с маслом, которую он отбросил в сторону, и намазал маслом свой член. — Ч-что ты делаешь? — Тшшш. — Син Цю поместил свой член между бедер Чун Юня, обхватив руками его торс. — Держи меня. Обними меня как можно крепче, хорошо? Чун Юнь не мог понять, что происходит, но опять повиновался. — А теперь сожми бедра. — прошептал Син Цю на ухо экзорцисту. Дыхание щекотало его ухо, он поежился от этого ощущения. Чун Юнь сглотнул. — Так? — Ах... идеально. — Син Цю кивнул. — Теперь... может быть немного трудно вот так двигаться, но держись за меня, ладно? — Хорошо. — Син Цю неловко закусил губу. Син Цю слегка отстранился, чтобы оттолкнуться от Чун Юня. — А? В-вот так? — Чун Юнь ахнул от внезапного движения. — Не волнуйся, я скоро кончу. — выдохнул Син Цю, притянув Чун Юня ближе за талию. Син Цю ускорил темп, из-за чего Чун Юнь тихонько застонал. — Ах... подожди, ты трешь мой... — Подожди еще немного, Чун Юнь. — Син Цю фыркнул, двигаясь быстрее, чем раньше. — Ааах... — простонал Чун Юнь, его член был все еще чувствительным после предыдущего оргазма, а член Син Цю терся об него. Это было... потрясающе... Чун Юнь прикусил губу, нахмурив брови и крепче сжимая Син Цю.       Они были так близко, что между их грудями почти не было расстояния. Время от времени твердые соски Син Цю терлись о грудь экзорциста, и он издавал тихое хныкание в ответ на это ощущение. Чун Юнь почти чувствовал биение сердце Син Цю, он не мог сказать, было ли оно учащенным, и было ли оно Син Цю или его, но это не имело значения. Имело значение только то, что это было великолепно. Быть так близко к Син Цю... заниматься чем-то таким интимным... Это было похоже на сбывшуюся мечту Чун Юня. Он чувствовал, как дыхание мальчика щекочет его шею. Он чувствовал запах фирменного шампуня Син Цю с ароматом цветов на его волосах. Все в Син Цю было... таким несправедливо эротичным. Чун Юнь прикусил губу, чтобы сдержать стоны. — К-кончаю... — Я тоже... — резко ответил Син Цю.       Это было почти как если бы они занимались сексом... На что вообще должен быть похож секс между двумя парнями? Чун Юнь смутно вспомнил слова своего друга: «В зад». Что, если... Син Цю поместит свой... внутрь... Будет ли это так же потрясающе, как его пальцы? Но член Син Цю был далек от размера одного пальца. Сможет ли он вообще войти?       Син Цю крепче сжал Чун Юня, последний в ответ сильнее сомкнул ноги. Син Цю застонал прямо в ухо Чун Юню, кончая. Даже стоны Син Цю звучали так по-странному особенно... Вскоре после этого кончил Чун Юнь. Два мальчика лежали на кровати, пыхтя и вспотев. Син Цю отстранился, тяжело дыша. — Т-твои родители! Мы ведь не были слишком громкими, правда?       Мысли Чун Юня казались слишком туманными. Он боролся с желанием упасть замертво и заснуть в объятиях Син Цю, его день был слишком насыщенным, а веки казались очень тяжелыми. — Ах да, мои родители... Я почти забыл... — пробормотал он, прежде чем его глаза закрылись, и мальчик, казалось, погрузился в вечный сон.