Мы ночуем на сеновале.

—Нет, ты серьезно? Мы будем ночевать здесь? —А что? Не худший вариант.—усмехнулся Сэм, взбивая сено.—Ты вроде не принцесса на горошине, на полу спишь, поспишь и на сене. —На полу гораздо приятнее.—буркнул Баки, присаживаясь на стог. Вообще, Баки и сам не понимал, что его так бесило в данной ситуации. То ли Уилсон с его бесконечным оптимизмом. То ли сломавшиеся рации и севшие телефоны, из-за которых невозможно было связаться с Торресом, чтобы он их забрал. То ли сваливший Земо, который больше не оплатит им номера в пятизвездочных отелях и не покатает на частном самолете (не то, чтобы Баки такой меркантильный, но роскошь ему понравилась.) То ли вообще эта странная полузаброшенная деревушка в окрестностях Резекне. Сэм прав, Баки вовсе не неженка и спокойно поспит на сеновале (вернее, нифига не спокойно, потому что посреди ночи он наверняка снова проснётся с криком на всю Ивановскую после очередного кошмара.) Просто сеновал Барнсу не внушал доверия. Черт его знает, почему. —Может лучше переночуем в том лесу за речкой?—взмолился Баки, заставив Сэма закатить глаза. —Чем лучше? Мало ли, что в том лесу, а тут хотя бы люди поблизости. —В этом и дело. —Так, Барнс, кончай выебываться! Сгоняй лучше в тот магазин, купи чего-нибудь пожевать, а то я умираю с голоду. —Вот и умирай себе спокойно, щит тогда по-любому моим будет. Я-то его не проебу при первых же неудачных переговорах с правительством.—усмехнулся Баки, а в следующую секунду почувствовал несильный удар по затылку. —Ты охренел блять?! —Это тебе за твоё хреновое чувство юмора!—парировал Сэм, раскладывая спальники.—Пиздуй в магазин уже! —Козел!—бросил Барнс, однако поднялся с сена и, круто развернувшись, направился в сторону магазина! —Хлеба купи!—услышал он насмешливый голос Сокола. —Пошёл ты!—крикнул в ответ солдат, подкрепив свои слова адресованным напарнику средним пальцем. Хлеб Баки не купил. Но зато приволок бутылку водки из местного алкомаркета, четыре банки пива, шпроты (они же в Латвии в конце-то концов), сигареты, три огромные пачки сырных шариков, пару бутылок воды и шоколадку, которую сразу спрятал в карман, решив, что точно не поделится ею с Уилсоном. Тот в свою очередь соорудил из сена некое подобие шалаша, которое выглядело на удивление мило и уютно. —Костёр разводить не будем?—поинтересовался Баки, раскладывая покупки на рюкзаках, что послужили им столами. —Чтобы сжечь тут все нахрен? Нет, не для того, я тут нам гнёздышко обустраивал. —Семейное? —О да. Так я все проверил, змей тут быть не должно, мыться будем в речке, туалет за теми кустами. Через час окончательно стемнело. Парни сидели в соломенном шалаше, накрыв поляну сразу там. Сейчас Баки даже готов был признать, что есть какой-то особый шарм в том, чтобы сидеть на сеновале, закусывать водку шпротами, делить с Сэмом один плед, который они стащили из отеля в Риге, и болтать просто обо всем на свете. В дали слышался беспокойный лай собак и приглушённые разговоры на смеси латышского и русского. Выход из шалаша открывал обзор на бескрайние темные поля. Баки невольно улыбнулся. На ум пришли воспоминания о Ваканде, о спокойной деревенской жизни в течение двух лет, полной умиротворения, счастья освобождения от кода, детского смеха и веры в светлое будущее. А что сейчас? Сейчас он что-то среднее между гражданским и мстителем, охотится за террористами, ненавидит нового Кэпа и вроде как сдружился с Сэмом. Правда, порой он ловит себя на мысли, что неплохо было бы возвести эту дружбу на новый уровень. Дело в том, что Сэм вызывает у него странное чувство, желание дать в морду и крепко обнять, впившись поцелуем ему в губы. Баки почему-то уверен, что Сэм отлично целуется. Но он гонит эти навязчивые мысли прочь. Они с Соколом не пара! У них просто когда-то был общий друг, которого больше нет. Но они не команда, не друзья и уж точно не партнеры. —Ты снова пялишься!—беззлобно фыркает Сэм, закидывая себе в рот сырный шарик.—О чем задумался, Бак? —Я просил не называть меня так.—Баки стыдливо отводит глаза и делает глоток пива из банки. —Ты ведь это чисто из вредности не так ли? —О то есть это я вредный?! —Он ещё и сомневается!—смеется Уилсон и Баки против собственной воли улыбается. У него просто не получается сейчас злиться на Сэма, как бы он не пытался. —Сам ты вредный.—шепчет он. —Не, это ты у нас злыдня. Но очень милая злыдня. —Ты уж определись, вредный я или милый.—Барнс продолжает вести себя непринужденно, но умом понимает, что из-за вот этого вот очарования Сэма его лицо цветом как вареные раки. —Ладно, ты моя милая вредина. Будем считать, что ты мне достался от Стива вместе с щитом. —Который ты проебал. —Мы его уже вернули. Баки хотел снова ответить ему что-нибудь язвительное, но вырвавшийся из горла зевок не дал ему это сделать. —Устал?—в голосе Сэма кажется прозвучали нотки заботы. —А то. —Давай спать тогда. У нас завтра большой день.—Уилсон загородил выход из шалаша щитом и лёг на сено рядом с Баки, любезно поделившемся с ним половиной пледа. Самым удобным вариантом было бы спать в обнимку, но они уже и так положили болт на личное пространство и вообще какие-либо границы и теперь лежали лицом друг к другу, почти соприкасаясь носами. —Спокойной ночи, Сэм.—прошептал Баки. —Сладких снов, Бак.—ответил тот, погладив его по живому плечу и заставив сердце Барнса отбивать чуть ли не барабанный ритм. Баки резко просыпается, рефлекторно садясь на сено. Его колотит, сердце, кажется, сейчас выпрыгнет из груди, а горло саднит от крика. Неожиданно, чужие руки обнимают его за плечи. —Бак,—слышит он шёпот Сэма.—Опять кошмары? Барнс тяжело дышит, сглатывая вставший в горле ком. —Да.—тихо отвечает он, понимая, что нет смысла врать. В конце концов, Сэм тактичный человек и не будет устраивать ему прожарку в стиле доктора Рейнор. —Иди сюда.—Уилсон тянет его к себе, заставляя лечь головой на грудь, обнимает за талию, мягко поглаживает по спине. Баки на автомате обнимает его в ответ. —Расскажешь, что снилось?—спрашивает Сокол, перебирая обрезанные волосы. —Это был даже не сон, а воспоминание. Я...—он осекся, снова тяжело сглатывая.—Сэм, я не могу... —Тише, Бак. Ничего страшного, всем тяжело говорить о кошмарах. Успокойся, я рядом.—Уилсон обнимает его ещё крепче, оставляя поцелуй на макушке. Они и сами не знают как долго так лежат. Спать уже не хочется. Баки окончательно успокаивается, чувствуя сердцебиение Сэма прямо под ухом, и теперь он борется желанием поцеловать его прямо туда. Или ниже. Он слабо улыбается своим мыслям, прикрывая глаза, когда чувствует пальцы Сокола на оголенном участке поясницы. От этого прикосновения кожу ошпаривает будто кипятком. Он чувствует, как Сэм запускает ладони прямо под его футболку. Баки тихо стонет. —Я думал ты заснул.—усмехается Уилсон, ведёт ладонью вниз и сжимает его ягодицу. Баки бьет током. —Сэм! —Что? Что ты хочешь? —Поцелуй меня.—слова вырываются изо рта Барнса прежде, чем он успевает их обдумать. Он прикусывает язык, ругая себя за несдержанность. На удивление, Сэм не отталкивает его, не насмехается и не лезет драться. Он помогает Солдату лечь рядом с собой и берет в ладони его лицо, прижимаясь поцелуем к чужим губам. Баки чувствует как его внутренности начинают плавиться. Ему слишком хорошо. Он отчаянно цепляется за Сэма, углубляет поцелуй, стонет ему в рот. Уилсон нависает над ним, оглаживает руками его бока и бёдра и наконец-то отрывается. —Баки... —Не останавливайся, прошу! —Ты правда этого хочешь? —А ты нет? —Я давно хотел. Но никогда не думал, что ты хоть как-то заинтересован во мне. —Какой же ты идиот! Хотя я, пожалуй, тоже!—смеется Баки, расстегивая рубашку Сэма. Тот в ответ целует его в шею, ставя засосы, и расстегивает ремень на чужих джинсах. —Ты точно уверен?—в последний раз интересуется Уилсон, запуская руку в трусы напарника и оглаживает его член по всей длине. Баки протяжно стонет, рефлекторно разводя ноги и толкаясь в его ладонь. —Я весь твой, вперёд. Раздеваться в ветхом и узком пространстве оказывается не очень удобно. Сено неприятно впивается в кожу спины, но Баки все равно. Он с восхищением разглядывает обнаженный раскачанный торс Сокола, чувствуя как слюна скапливается во рту. На задворках сознания мелькает воспоминания о том, как несколько дней назад в гостях у Шерон Барнс упорно пытался не смотреть на переодевающегося не-партнера, а потом два часа дрочил на него в душе в номере отеля. Но сейчас можно было и смотреть, и трогать, и кусать, и ставить засосы. Баки расцеловывает все лицо Сэма не в силах поверить своему счастью. —Есть смазка?—спрашивает Сэм, с трудом оторвавшись от манящих губ напарника. —Откуда? —А презервативы? —Тот же вопрос. —Ладно. Попробуем обойтись без всей этой утвари. Скажешь, если будет больно. Уилсон сплёвывает себе на руку, размазывая слюну по пальцам, и аккуратно поглаживает вход Барнса. От прикосновения по позвоночнику второго пробегает дрожь. Он снова громко стонет в надежде, что не разбудит всю деревню. Сэм проталкивает палец в него, лаская простату. —Черт, Сэм!—Баки скулит на высокой ноте, раздвигая ноги ещё шире и насаживаясь на палец.—Хочу тебе внутри! —Детка, это я только начал.—соблазнительно усмехается тот, заставив Солдата закатить глаза, но все же добавляет второй палец. Барнс и сам не понимает, как он не кончил к тому моменту, как Сокол начал растягивать его тремя пальцами. Хотя сам отчетливо видел, что Уилсон еле сдерживался, чтобы не войти в него резко без подготовки. —Уилсон, мать твою!—вскрикивает он, ударяя железным кулаком по сену. —Ну все, все, детка. Готов? —А что не видно?! И не смей называть меня так! —Детка.—дразнится Сэм, медленно входя в него. Баки стонет так, что не узнаёт собственный голос. Он крепко сжимает ногами талию напарника, надеясь, что не сломает ему кости. —Двигайся.—шепчет он, надрывно дыша. —Сейчас.—Сэм последний раз целует его в губы, делая медленный, но глубокий толчок. У Баки такое чувство, что он попал в рай. С каждым толчком его тело прошибает ударами тока, заставляя выгибаться на твёрдом и колючем сене. Барнс чуть ли не орет от удовольствия, царапая ногтями спину Уилсона. Тот в ответ впивается пальцами в его бёдра, оставляя синяки, и двигается быстрее, попадая точно по простате, из-за чего Баки впадает в экстаз. —Сэм, я...ах...блять... —Давай, детка! Кончай!—приказывает Сокол, хватая его истекающий смазкой член и резко проводя по нему рукой. Баки с криком выплескивается на руку Уилсона, выгибаясь до хруста в спине и сжимая в себе его член. Сэм делает ещё несколько сильных толчков по чувствительной простате партнера, после чего со стоном изливается внутрь и падает рядом. Приходя в себя от сильного оргазма, Барнс расплывается в обалдевшей улыбке. Черт, он только что трахался с Сэмом на сеновале под звёздным небом. Стив бы, наверное, в гробу перевернулся. —Охренеть!—подает голос Уилсон, восстанавливая дыхание. —Действительно. —Ну что, мы все ещё не партнеры? —Нет...не знаю. —И я не знаю.—улыбается Сэм, подавляя зевок. Баки не может не улыбнуться в ответ, прижимаясь к нему и утыкаясь лицом в шею. —Какой ты ласковый сразу стал.—фыркает он. —Заткнись.—усмехается Баки и берет его правую руку, оборачивая вокруг своей талии и заставляя обнять себя. —Ладно, утром поговорим. Надеюсь, я хоть ненадолго излечил тебя от кошмаров.—Сэм сжимает его в объятиях, целуя в лоб. Засыпая, Баки думает, что идея переночевать на сеновале оказалась не так уж и плоха. Правда, шоколадкой придётся все же поделиться.