Благо

      — Ты сегодня поздно, — голос Леви спокоен, улыбка на лице приветливая, только взгляд, наполненный болью, выдаёт его.       Но Эрвин взгляд Леви не замечает — подходит, обнимает, целует.       — Прости, — извиняется он. — Вопрос о целесообразности новой экспедиции сейчас на согласовании. Вот и приходится пороги оббивать с протянутой рукой.       Леви прижимается к Эрвину, обнимает в ответ, прикрыв глаза.       — Каждый раз одно и то же, — ворчит он.       Эрвин вздыхает. Да. Каждый раз.       — Я так устал, — его голос непривычно тихий.       Леви стискивает зубы, делает короткий вдох, сильно зажмуривает глаза.       — Тебе нужно отдохнуть, Эрвин.       Эрвин смотрит на тёплую улыбку, слушает мягкий голос и улыбается в ответ. Хотя предпочёл бы провалиться сквозь землю, но эти мысли он задвигает куда подальше.       — Только в душ схожу.       И идёт. Закрывает дверь, хотя знает, знает, что Леви не зайдёт. Скидывает форму в кучу на пол. Под холодной водой трёт тело жёсткой мочалкой — до покрасневшей кожи, до крови.       — Это нужно для блага человечества.       Шум воды не может заглушить стон жены очередного богача, звучащий в его голове. Он до боли сжимает зубы.       — Командор, ради вас я и сама бы вступила в разведку.       Эрвин подставляет своё лицо под холодные струи и кривится от омерзения.       — Наша форма… — он проводит языком по груди, —… была бы вам к лицу.       Его рука скользит между разведённых ног: примерная жена и достопочтенная мать семейства бесстыдно стонет.       Эрвин намыливает тело ещё раз.       — Хочу видеть вас чаще, командор, — она облизывает губы, пока водит по его члену кончиками пальцев.       Конечно, он соглашается. Конечно, он говорит, что тоже хочет видеть её чаще. Ради того, чтобы её муж не отказался спонсировать экспедиции Разведкорпуса, Эрвин готов был сказать ей всё, что угодно.       Эрвин выключает душ. Какое-то время он стоит, уткнувшись взглядом в слив, куда стекает вода.       Пора выходить. Закрыв лицо руками, он слегка надавил на глаза. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вдох-выдох.       Эрвин досуха вытирается, растирая тело до боли. Достаёт из ящика (идея Леви) чистое нижнее бельё (постирал Леви), надевает. Вместе с бельём он надевает на лицо маску лицемерного спокойствия.       Леви уже ждёт его в спальной. Окно открыто и в комнате немного прохладно.       — Давай скорее под одеяло, пока не замёрз.       Снаружи Эрвин улыбается. Внутри ему тошно от самого себя.       Когда он ложится, Леви кладёт книгу на тумбочку и задувает свечу.       — Доброй ночи, Эрвин, — в голосе Леви он слышит вопросительные нотки.       Он ничего не отвечает. Притягивает Леви к себе и целует. Целует так, что дышать тяжело и голова кругом.       Леви в долгу не остаётся: гладит член Эрвина через ткань, обхватывает ладонью, сжимает, пока Эрвин не начинает нетерпеливо толкаться в руку. Он хочет снять с Эрвина нижнее бельё, но тот останавливает. Сам раздевает Леви и спускается вниз, обхватывает его член губами, одним движением вбирая его в себя до основания.       В этот момент Леви забывает обо всём. Горячие губы сжимаются вокруг возбуждённого органа и медленно скользят по нему, заставляя срываться на стоны. Язык Эрвина двигается вверх и вниз, выписывая на бархатистой коже узоры.       Дрожащей рукой Леви нащупывает флакончик смазки под подушкой и протягивает Эрвину. Тот, не прекращая ласки, сжимает его в кулаке, чтобы нагреть.       Леви выгибается, стонет, сжимает простыни руками, двигает бёдрами навстречу ласкающим его губам.       Эрвин снимает нижнее бельё, открывает флакончик и выливает на ладонь приятно пахнущее масло. После чего обхватывает член Леви, распределяя смазку по нему.       Леви лежит с закрытыми глазами, тихо постанывая. Открывает он глаза, когда Эрвин тянет его на себя, ложась рядом.       — Эрвин? — шепчет Леви, нависая над ним.       — Сегодня ты сверху, — выдыхает Эрвин ему в губы, после чего целует.       Леви не спорит. Проводит пальцами между ног Эрвина, собираясь подготовить его к проникновению, но Эрвин нетерпеливо отталкивает его руку.       — Просто войди в меня, — его голос дрожит и срывается.       Леви кивает. Обхватывает рукой член, направляет его, начиная медленно входить, но Эрвин вновь проявляет нетерпение и насаживается сам.       Нависая над Эрвином, он сначала двигается неспешно, но уже через несколько толчков резко вбивается в него, сжимая ему горло. Эрвин запрокидывает голову назад.       — Сильней, — едва слышно шепчет он.       И Леви сжимает. Сильней. Ещё сильней.       Эрвин царапает его руку, проваливаясь в темноту, хрипло стонет и гнётся, когда оргазм накрывает его с головой. Он кончает без рук, изливаясь себе на живот. В этот момент Леви ослабляет хватку и Эрвин жадно ловит ртом воздух.       Кольцо мышц пульсирует, сжимая член Леви, пока он продолжает быстрые движения. Он не успевает вынуть член — Эрвин резко притягивает его к себе, целуя шею, плечи, ключицы, крепко обнимает, прижимаясь всем телом. И Леви кончает с громким стоном — Эрвин научил его не сдерживать свои эмоции.       Леви осторожно вытаскивает член, ложится рядом и обнимает Эрвина. Тот жмётся к нему, закидывает на него ногу, кладёт голову на грудь, берёт за руку, переплетая пальцы.       — Я тебя люблю.       Леви улыбается. Тепло, искренне.       — А я тебя.       Леви целует Эрвина в макушку.       Он ещё долго лежит, глядя в потолок, слушая спокойное дыхание спящего Эрвина. Мысли проносятся, сменяя друг друга, Леви толком не успевает их обдумать. Да и нужно ли. Есть ли смысл сожалеть об очередной жертве, которую они принесли во благо человечества?