И чего я ждал?

      Баки отсутствует уже 10 дней. Насколько Бекка помнит, он упоминал что миссия в Европе. И то что он задерживается уже на 3 дня — ее очень беспокоит. Хоть Барнс и уверял, что если с ним случится что-то, то ее оповестят. А раз никто не звонит, значит все хорошо, хоть и не по плану. «Ты сама подписалась на отношения с агентом, Бекс, не накручивай себя. Он постоит за себя, к тому же он с Сэмом…» эту мысль Бекка крутила в голове на разные лады.       Пока Джеймс отсутствовал, Бекка успела найти один магазинчик, в котором ей дали возможность представить свои изделия. Счастью не было предела, а поделиться им не с кем. Так что работать пришлось усерднее, чтобы заполнить выделенное ей в магазине место. Вдохновения было море и Ребекка с лёгкостью отшила 8 сумочек к тем 10, что у неё уже было готовы. И сегодня ей надо было все отвезти и обсудить цены с управляющей магазином.       Пока она собиралась, раздался звонок на мобильный. Это была постоянная клиентка Бекки, отношения с которой стали больше приятельскими. Пейдж, взбалмошная блондинка, лет 25. Которая покупала по 1 сумочке раз в пару месяцев и постоянно пыталась затащить ее в клубы, «показать провинциальной девушке настоящий Нью Йорк». Но Бекка ограничивалась совместными походами в кофейни и кафе. — Пэйдж, только не говори, что тебе срочно нужна сумка из крокодиловой кожи как в прошлый раз! — смеётся Бекка. — Привет, Крошка! Ещё раз мне это припомнишь, и я заставлю тебя сшить мне сумку из рыбьей кожи! — девушка в отличном настроении, значит звонит не по делу. — Лаааадно! — У меня есть пригласительные на частную вечеринку в жутко элитном месте, и ты должна пойти со мной. Там будет очень много людей с деньгами, ты обязана там появиться и завести знакомства и пропиарить себя. — Пейдж, спасибо за заботу конечно, но я не очень умею вести себя на подобных мероприятиях. К тому же как ты себе это представляешь? — Детка, предоставь знакомства мне. Ты обязана начать светскую жизнь и заявить о себе. Возьмёшь с собой свою самую роскошную сумочку и кучу визиток. Поняла? С одеждой я помогу. Черт, ну согласись, ты заслуживаешь, чтобы о тебе узнали наконец! — Твоя взяла. Но если ты правда поможешь мне собраться, я боюсь выглядеть глупо. — Я заеду к тебе в субботу в 18, вечеринка в 21. Успеем. — Спасибо тебе! — Все, мне пора бежать, обед закончился. Пока!       Когда Бекка сбросила вызов, она поняла на что согласилась… сегодня среда, а значит осталось очень мало времени, чтобы придумать и воплотить в жизнь такую сумку, которая перевернёт всю ее жизнь.       Через пару часов она уже сдала свою коллекцию в магазин, обсудила все детали и пыталась поймать такси до дома. Неожиданно она почувствовала чей-то взгляд затылком. Обернулась — обычный поток людей на бульваре. Стало не по себе. «Недосып» — подумала девушка и села в остановившееся такси.       Остаток вечера она провела делая наброски той самой сумочки, перебирая материалы, подбирая цвета. Поняв, что «глаз замылился», решила идти спать. Проверив телефон на наличие новых сообщений, и с грустью обнаружив что от Джеймса до сих пор ни одного — Бекка расстроилась. «Черт бы тебя побрал, Барнс! Неужели нельзя прислать одно сообщение, что ты блять живой…» — именно эти мысли проносились у неё в голове, пока она принимала душ.       Выйдя из ванной, она увидела человека, стоящего в темноте квартиры. Баночка с кремом упала из рук и она закрыла рот рукой чтобы не закричать! Тень делает шаг навстречу… — Не хотел тебя напугать! Включил свет и лампочка перегорела. — Джеймс выходит к свету от фонаря в окне. И протягивает руки к девушке. — Господи, ты меня заикой сделаешь так! — Бекка бьет парня в грудь а потом прижимается к нему всем телом. Вдыхает его запах. Он. Живой. Рядом. — Прости, маленькая моя! Я так скучал! — Джеймс покрывает лицо девушки поцелуями. — Так скучал, что ни разу не спросил как я и не дал знать, что с тобой все в порядке! — обиженно говорит Бекка. — Я знал, что с тобой все хорошо. За тобой приглядывают. — Ты сволочь, Барнс! 10 дней, 10 чертовых дней я не знала где ты и как! Если ещё раз такое повторится — забудь сюда дорогу. На этих словах, Баки затыкает девушку поцелуем, подхватывает на руки и несёт в спальню. Извинялся он всю ночь.

***

— Ты моя! — он шепчет, его заглушает шум воды. — Джеймс… — Бекка закрыла глаза и подставила лицо струям воды. Они стояли так какое-то время, боясь шелохнуться и прогнать этот момент. — Нам надо помыться, в конце концов. А то ты меня как мороженку растопишь тут своими нежностями, — выскользнула из объятий парня. Она берет мочалку, выливает на нее очень много геля для душа с запахом миндаля. И начинает водить по груди Баки, пены очень много, он послушно расставил руки в стороны, чтобы облегчить ей задачу. Она намыливает его торс, руки. — Повернись! — Мне нравится, когда ты командуешь, — усмехается он. — Я учту, — коварно подмигнув, она продолжила намыливать его. Потерла широкую спину с множеством шрамов, упругую задницу. Бекка присела на корточки, намылила ноги со всех сторон. — Повернись! — Для тебя что угодно! — он повернулся, явив ей внушительную эрекцию. Бекка прыснула: — Ну все с тобой понятно, мы — просто моемся! Она мочит губку, выдавливая еще больше пены, и ведет ей по стволу его члена и вниз, намыливает мошонку, под ней. По-хозяйски, нагло смотря в глаза. Барнс, шумно сглатывает, кадык ходит ходуном. Взгляд его серых глаз становится собственническим. Дышит тяжело, едва сдерживаясь, чтоб не нагнуть эту нахалку прямо тут. Но ему приходит идея получше. Он отступает на шаг назад, смывает под водой всю пену, моет голову. Девушка встала в недоумении… Она просто стоит, облокотившись на стенку, заведя руки за спину, закусив нижнюю губу, любуется телом своего любовника. 90 килограмм совершенства, великолепный член, развратные губы и самые красивые глаза на свете. Ребекка ждет, что он схватит ее и заставит пожалеть обо всех шалостях. Но Баки, закончив с волосами, берет ту же мочалку и выливает на нее гель. — Твоя очередь! — Я уже помылась, — хмыкает она. — Судя по тому, что ты все еще здесь, видимо — недостаточно. Пока Бекка думала, что ответить с круглыми глазами, он развернул ее к себе спиной за локоть. И нежно водит губкой по плечам, рукам, спине, попке и ногам. Девушка ждет, что он вот-вот начнет ласкать ее, предвкушает. И ее возбуждение играет с ней злую шутку. Он убирает губку с ее тела. — Повернись ко мне. Бекка слушается, но она слегка румяная от возбуждения и злости. Это ее выдает. Барнс усмехается про себя. Он начинает намыливать ее грудь, животик, его рука скользит ниже. Он становится на колени. И когда его лицо на уровне с лобком девушки, выдавливает пену с мочалки себе на руку. И ладонью живой руки проводит по ее промежности. От этого движения она заводится еще больше. Подается навстречу его ладони. Баки смотрит на Свою любимую как на самое дорогое в его жизни. Он моет ее складочки тщательно, трет вперед-назад между губ. Девушка не может больше держать в себе это, и стонет. Баки улыбается во все 32. Значит он на верном пути. Бекка кладет одну ладонь ему на щеку и гладит, прося большего, а второй сжимает левую грудь, оттягивая сосок. Стонет снова, глаза в глаза. — Баки… , аххх, я, не останавливайся! Джеймс повернулся навстречу ее ладони и обхватил губами ее указательный пальчик. Посасывает его, продолжая массировать и играть с ее прелестями. Ей много и не надо было, еще пара движений и она кончает, схватив его за плечи, запрокинув голову назад. Вид снизу на нее у Баки потрясающий. — Вот теперь ты чистая! — ухмыляется парень и выходит из душа. Бекка стоит ошалевшая, и хватает ртом воздух, не понимая, что вообще происходит. — Ну ты и гад! Я тебе это еще припомню! — злость Бекки заставляет ее закипеть. Ей ничего не остается, как смыть с себя пену и включить воду похолоднее, чтобы протрезветь после оргазма. Баки тем временем оделся, и вышел из квартиры. Выйдя из ванной, девушка обнаружила, что ее парень куда-то исчез, не оставив записки. Пожав плечами, она решила высушить волосы. Минут через 15 дверь хлопнула. — Детка, я купил нам выпечку на завтрак! Надеюсь, ты любишь круассаны с шоколадом и карамелью? — он проходит на кухню и раскладывает добычу на тарелки. — Я уж думала, ты сбежал после своего гадского поступка! — отвечает Бекка из ванной. — Какого поступка? — Барнс –сама невинность, подходит к ванной комнате и наблюдает как девушка мажется всякими кремами. — Ты о том прекрасном оргазме, который я тебе подарил? — он подошел к Бекке со спины и обнял за талию, вдыхая запах ее волос. Ребекка смотрит на него в зеркало и пытается вывернуться из его объятий. — Не изображай тут ангелочка, ты меня раздраконил и бросил! — Бекка бьёт его по рукам на своей талии. — Я добывал нам еду. Я выполняю все мужские обязанности. Секс, еда. Чего тебе не хватает, женщина?! — уже издевается Баки, кусая ее за мочку ушка. — Это не секс. Тебе память отшибло, как это делается? У тебя ранний альцгеймер? Хотя почему ранний, сто лет — самый раз! — Сто шесть вообще- то! — ржет Барнс. — Еще чуть-чуть, и буду ходить под себя. — Вот угораздило же!.. У вас, дедуля, пенсия по каким числам? –девушка бросила попытки вырваться из объятий своего престарелого «молодого человека… — Так, юная леди! Хватит издеваться, а то накажу. — Баки прижимается пахом к попке Бекки. Там происходит что –то, что определенно ее порадует. Взгляд девушки тяжелеет и темнеет. Она заводит руку за спину и кладет ладонь на ширинку Джеймса. Надавливает и сжимает его член через джинсы. Он давно возбужден. — И как же? Отшлепаешь? — Бекка сглатывает и закрывает глаза. Бионикой Баки стягивает с нее полотенце, и в зеркале ему открывается невероятно возбуждающий вид на тело его девушки. Упругая большая грудь, животик… Ее голова откинута на его плечо, она облизывает пересохшие губы. Она продолжает натирать его член, Джеймс шипит и тяжело дышит. Он кусает ее плечи, хоть и зарекался не оставлять следов. Он мнет ее грудь, гладит ее по животу и бедрам. — Я тебя трахну, Бекки, и возможно не дам кончить. — он вылизывает ее острые плечи. — Прошу, не поступай со мной так! — хнычет она, расстегивая пряжку на его ремне одной рукой, второй она ласкает себя. Барнс с ума сходит от того что он видит и чувствует. Воздух в комнате можно резать ножом. — Если будешь хорошей девочкой, то не стану. — Баки перекидывает копну ее волос на одну сторону и целует ушко, водит языком за ним по шее вниз, прикусывает, трется щетиной о нежную кожу. — Попроси меня. Хорошо попроси. — Пожалуйста, Джеймс… — Пожалуйста ЧТО? — Я хочу тебя! — Проси! — Я умоляю Джеймс, трахни меня. — скулит Бекка, кусая губы, и сминая член Баки в руке. Он наклоняет ее вперед, резко отстраняется, стаскивает вниз джинсы вместе с бельем. Ребекка упирается ладонями в столешницу раковины. Джеймс проверяет, готова ли Бекка, потом проводит рукой по налитому члену, распределяет выступившую смазку. Вторгается в девушку до самого конца резко и неотвратимо, выбивая из нее то ли стон, то ли мольбу. Он обхватывает ее бионикой за талию, а живой рукой за грудь. — Какая ты горячая внутри! — Баки закрывает глаза и вдалбливается в любимую.       Входит резко, и медленно выходит. Наслаждается каждой секундой внутри нее. Бекка открыла глаза и смотрит на них в зеркало. Есть в этом что–то животное, что еще больше заводит. Видеть, как твой мужчина трахает тебя, и целует с закрытыми от удовольствия глазами, — это нечто. Каждый раз во время секса с Барнсом она думает, ну все — лучше уже быть не может, слаще не бывает. И каждый раз он доказывает, что он лучший любовник из тех, кто у нее был. С ним она отдается процессу полностью, без остатка, ее не посещает смущение или мысли, что же он подумает о ней… Заниматься сексом с Джеймсом так же естественно для нее, как дышать. Любить его тело, как она умеет, показывать, насколько он ей дорог, и как сильно она его хочет. Невозможно отказаться от его прикосновений, поцелуев, горячечного шепота на ушко во время секса, его невероятных глаз. Когда Баки смотрит на нее, ей кажется, что земли под ногами нет, и она сама не имеет тела. Ей хочется раствориться в нем, отдаться, отдать все что есть. Только бы он не прекращал. От одного его взгляда в глаза, от того как он скользит по ее телу — она намокает.       Джеймс ласкает грудь Бекки, сминает ее в ладонях, втрахивается в ее горячее лоно быстро и резко, стонет так громко, так несдержанно… что-то шепчет, но не разобрать, потому что он без конца целует и лижет шею и плечи девушки. Внутри у нее все начинает пульсировать, она пытается сдвинуть ноги, вырваться из-под него. — Любимая, кончи для меня, — Барнс еще ускоряется. Звуки секса эхом раздаются в ванной комнате. Наконец, последние толчки и Бекка взрывается под мужчиной, она стонет, перед глазами световые пятна. Джеймс кончает вслед за ней, обхватив ее тело так сильно, словно она собиралась сбежать. Ноги ее не держат, она обмякает в его руках.