Shut up

Съёмки RUN-а всегда приносили веселье парням. Во-первых, они могли дурачиться вдоволь, во-вторых, после этого стафф угощал их едой (и не важно, что каждый из них владеет апартаментами в Сеуле). — Хен, а я туфли нашёл, — громко произносит Хосок, показывая обувь Сокджину, улыбаясь при этом во все тридцать два. Ким издаёт тихий смешок, а затем прижимает младшего за шею к себе, тихо шепча на ухо: — Заткнись, Хоби — Вы слышали, он сказал мне заткнуться, — со смехом говорит Чон, а затем смотрит вслед хену, скрывая от камер свой взгляд. Когда прощальные слова уже сказаны и всем приходится собираться, чтобы покинуть площадку и разъехаться по домам, Чонгук предлагает засесть у него за бокалом вина. Кажется Чимин протестует, говоря, что вино не удовлетворит его сегодня и нужно брать виски как минимум. — Я пас, — говорит Хосок, поднимая обе руки, — Устал, как пес. Буду спать сегодня. — Но если не уснёшь — заходи, — весело отвечает младший Чон, радуясь, что смог купить квартиру рядом с хеном.

***

'Не хочешь зайти? ', — приходит смс на телефон Сокджина. Контакт 'Хо' ожидает ответа, не выходя из сети. Ким лишь неловко переводит взгляд то на друзей, то на экран телефона. Иногда он удивлялся, как они все ещё не попались, если бывали моменты, когда оправдаться вышло сквозь кровь и пот. — Я пойду уже, спать хочу невыносимо, — щебечет Джин, стуча себя, в мыслях, по лбу. Пиздишь, как дышишь, милок. — Ещё один сдался, — говорит Юнги, за что получает подушкой по лбу от старшего. 'Открывай дверь', — отвечает Ким Хосоку, когда слышит, как Чонгук закрыл за ним дверь на замок. — Я думал ты спать будешь, — Сокджин проходит в квартиру Чона, отмечая, что за эти пару часов, пока он был у Чонгука, кровать младшего даже не была помятой. — А я думал, ты на вопрос будешь отвечать пару минут, а не пол часа, — произносит Хосок своим 'я-охуеть-зол' тоном. — Что-то случилось? — спрашивает старший, на что Чон хмыкает, мол 'то-ли ты не знаешь'. А Ким и правда не знает. — Тогда намекну, — последнее, что говорит мужчина, прежде чем поцеловать Сокджина в губы. Как они переместились со спальни в зал, старший, во-первых, не замечает, а, во-вторых, не понимает. Чем тому уже кровать не угодила. Младший времени не теряет, освобождает хена от одежды; оставляет собственные метки на груди, зная, что кроме него их никто не увидит. Сокджин тихо выдыхает и к горячему телу Чона ближе прижимается. Хосок снимает боксерки Джина, медленно парня растягивает, мешает тому самому толкаться, и старшего это уже напрягает. — Так и где намек? — с предыханием спрашивает Ким, сжимая кожу дивана в ладонях — Дождись, хённи. — голос Чона хриплый то-ли он в предвкушении мести, то-ли от возбуждения. А Сокджину дышать тяжело от того, как горячо выглядит Хосок, когда нависает над ним. Первый толчок, и Ким замирает, он никак не может привыкнуть к этим ощущениям, но губы младшего на шее помогают отвлечься до момента, когда начинает крупно крыть и тело само начинает двигаться, а из горла вырываются явно не 'до-ре-ми'. И когда первый громкий стон Сокджина нарушает тишину комнаты, Хосок зажимает его рот, тихо шепча. — Заткнись, Джин-а. — и Ким вспоминает, что сказал подобную фразу сегодня на съёмках. А ещё вспоминает о Чонгуке в квартире этажом ниже, и про остальных, которые вероятно ещё сидят там. — Я тебя ненавижу, — в руку бубнит парень, на что получает ехидную улыбку Чона. Как только они с Хосоком выходят с душа, на телефон Сокджина приходит смс 'Хен, вы можете спать тише? '. Ким тихо прыскает от смеха, а Чон что-то недовольно бубнит о тактичности подростков.