Иштар

Они ввалились в комнату, по пути срывая с себя верхнюю одежду и остервенело целуясь. Кастиэль, увлекшись процессом, слегка прикусил нижнюю губу Дина, и Дин инстинктивно облизнул ее, что, видимо, было еще одной оплошностью в той череде ошибок, которые он допустил сегодняшним вечером. Привкус металла во рту лишь еще больше распалил его, заставляя ринуться с головой в этот вязкий, пахнущий влажной теплой кожей омут… Они с братом расследовали череду загадочных ритуальных убийств, которые произошли в Калифорнии за последние полгода. Отличительной особенностью этих преступлений было то, что все они совершались во время очевидно бурного и очень рискованного секса. Дин, заинтригованный необычными сценами убийств, был настроен во что бы то ни стало найти преступника. Сэм пару раз обвинил его в том, что обостренный интерес к этому делу со стороны Дина был вызван тем фактом, что его брат «тот еще извращенец», но от своей роли в расследовании, естественно, уклоняться не стал. Когда же обнаружилось, что все эти жертвоприношения были частью культа некоей весьма распутной богини, они решили призвать на помощь Кастиэля, так как справедливо считали, что, как существо божественного происхождения, ангел сумеет пролить свет на некоторые неясности в деле, и окажется крайне полезен в неизбежном поединке. Когда им наконец удалось установить логово исповедниц культа, помимо коварных и умело обращавшихся с оружием жриц Иштар они встретили и саму богиню. Иштар предстала в образе соблазнительной темноволосой женщины с фигурой настолько идеальной, что Дин во время их словесной перепалки с трудом мог удерживать взгляд на ее лице, а не на пышной груди и манящих изгибах бедер. Иштар излучала столь мощную сексуальную энергию, что даже Сэм, обыкновенно редко терявший голову от женских прелестей, испытывал некоторые трудности, складывая слова в предложения. Один Кастиэль, казалось, остался полностью равнодушным к животному обаянию богини. - О, вы двое источаете такие флюиды неудовлетворенности, что их можно черпать половником, - губы богини исказила усмешка, но в ней не было злобы – скорее Иштар искренне забавляло положение вещей. Переведя взгляд с Дина на ангела, она заметила, иронически приподняв тонкую бровь. – Что я не люблю в христианстве – так это полное незнание предмета. А это вынужденное воздержание… Дину не понравилось то, как она посмотрела на Кастиэля – так, словно он был аппетитным обедом, который она хотела проглотить целиком, не разжевывая. Сам ангел казался совершенно невозмутимым, и если бы Дин не знал его так хорошо, он бы не заметил легкой тени, что пробежала по его лицу. - Вы, очевидно, не понимаете, что происходит, - продолжала между тем Иштар, медленно приближаясь. – Вот он, - она кивнула в сторону Сэма, - он умный мальчик, уж куда догадливее, чем вы двое. Люди бывают такими непроходимыми тупицами, особенно когда дело касается их желаний… - О чем это ты говоришь? – вскинулся Дин, невольно придвигаясь чуть ближе к Касу. Иштар продолжала как ни в чем не бывало двигаться в их сторону изящной, кошачьей походкой. Дин был наготове, с ангельским клинком наперевес. Еще не хватало, чтобы развратная бестия наложила свои хищные лапы на невинного Каса. Не то чтобы ангел не мог постоять за себя, но Дин так давно считал его своим лучшим (и единственным) другом (не считая Бобби), что инстинкт защищать его был не менее мощным, чем потребность оберегать Сэма. - Я думаю, что с вами, людьми, лучше показывать, чем рассказывать, - заливисто засмеялась Иштар. – Что я и сделаю. В следующее мгновение произошло сразу несколько вещей. Иштар выполнила какой-то пас руками, на мгновение ее ногти в свете свечей полыхнули ярко-алым. Дин оглянулся – со всех сторон их окружали красавицы-жрицы, и жест богини заставил их тут же ринуться в бой. Замелькали золотые украшения и глубокие декольте, Дин, Сэм и Кастиэль оказались в кольце воинственных амазонок, обнаживших свои клинки и умело оборонявшихся от ударов и выпадов братьев. В этом месиве рук, ног, водопадов роскошных волос Дин старался не терять Сэма и Каса из виду – все они сражались, уклоняясь от коварных красавиц, и Винчестеру еще никогда не было так сложно сосредоточиться во время боя. Непросто сражаться с прекрасными женщинами, которые, с одной стороны, вызывают сильнейшее сексуальное возбуждение (несомненно благодаря не только своей внешности, но и магическим способностям), а с другой – способны хладнокровно расправиться с ними, не побрезговав самыми хитрыми и подлыми уловками. Кастиэль ловко лавировал между гибкими, стройными телами, Дин с Сэмом старались не отставать. Через какое-то время жриц осталось всего двое, и пока троица решала, как с ними поступить, те застыли на долю секунды, затем медленно растворились в разреженном воздухе. - Все целы? – рвано произнес Дин, вытаскивая клинок из живота рыжеволосой красотки и оглядываясь по сторонам. Сэм и Кас кивнули, каждый по локоть в крови. - Где Иштар? – спросил Сэм, переступая по усеянной женскими телами комнате. - Исчезла, - тут же рапортовал ангел. Его густые черные брови были озадаченно нахмурены. - А отследить ее ты не можешь? – спросил Дин с легким раздражением. – Она не должна уйти. Если ей удастся сбежать, все начнется по новой. - Она ослаблена, - ответил Кас, качая головой. – Мы уничтожили большую часть ее последователей. Она питается их энергией, и ей потребуется время, чтобы восстановить силы. - Тогда надо найти ее, пока она не успела подзарядиться, - решительно констатировал старший Винчестер. – Кас, что случилось? Кас слегка покачнулся, растерянно моргая. Сэм тут же подскочил к нему и придержал за локоть. - Ты в порядке? – спросил он, с беспокойством вглядываясь в ангельское лицо. - Кажется… – неуверенно начал Кастиэль, с трудом восстанавливая равновесие. – …Что-то произошло с моими силами. Я не могу перенести нас отсюда. - Черт, - процедил Дин сквозь зубы. – Должно быть, эта сучка все-таки сделала что-то с тобой. Она явно нацелилась на тебя, дружище. Кастиэль молча кивнул, проводя бледной ладонью по лбу. Этот жест был не слишком характерен для него и тут же насторожил Дина. - Давай-ка отведем тебя в машину, - заметил в конце концов охотник, и они с Сэмом, осторожно подхватив его под руки, повели Каса к незаменимой Импале. Дин был в который раз бесконечно благодарен своей верной детке. Она никогда не подводила его, в том числе и сейчас, когда он мог спокойно отдаться во власть ветру и скорости, позволяя машине мчать их троих в сторону очередного мотеля. Он чувствовал себя неважно – с головы до ног его окутала предательская слабость, голова кружилась, в горле ощущалась тошнота. Он старался не показывать брату и Касу, что с ним происходит. Сэм сидел со своим ноутбуком на заднем сиденье, Кастиэль устроился спереди, растекшись по пассажирскому сиденью как усталая унылая лужа в бухгалтерском прикиде. В машине воцарилось абсолютное молчание, только Зеппелин перекрывали пронзительную тишину. Дин не хотел думать о том, какие эмоции отразились на лице Каса, когда Иштар произносила свою насмешливую речь. Как он опустил глаза, когда она старалась поддеть его на тему «неудовлетворенности» - словно бы знал что-то, чего не знал сам Дин. Их отношения с некоторых пор стали напоминать бесконечный танец вокруг да около. Дин ощущал смутное напряжение, которое искрило между ними, и не находило никакой разрядки. Да и о какой разрядке могла идти речь, если старший Винчестер полностью погряз в отрицании, отказываясь признать, что с Касом его связывала не только крепкая мужская дружба. Не решаясь открыться самому себе в том, что нуждался в Касе, как любое живое существо нуждается в кислороде. Иштар оказалась абсолютно права в своих рассуждениях. Один только Сэм, казалось, отлично понимал, что между ними происходит, и не раз порывался озвучить это Дину, только вот старший Винчестер постоянно затыкал ему рот – в конце концов, Сэмми всегда был слишком умен себе же во вред. Дин боялся узнать главное: как сам Кастиэль интерпретирует все эти взгляды, касания, это вечное подспудное недовольство друг другом, их взаимные упреки – чувствует ли Кас то же самое, или просто привычно плывет по течению?.. Жаждет ли он большего так же, как жаждет этого Дин?.. Все эти вопросы будоражили его и прежде, но у Иштар получилось задеть его, заставив всерьез задуматься над положением дел в их хрупком маленьком мирке. Добравшись до мотеля, Дин бросил сумки с оружием на кровать их пыльного номера и принял решение прошвырнуться в ближайший бар. В конце концов, он привык снимать напряжение, потягивая пиво и любуясь на полуобнаженных симпатичных девиц, и этот раз не должен был стать исключением. Убедившись, что Кас чувствует себя лучше и устроился отдыхать на небольшом диванчике в их с Сэмом номере, он подхватил ключи от Импалы и, благословив брата на очередной поход в библиотеку, сам отправился искать приключений в баре неподалеку. Когда Дин вернулся в номер, слегка опьянев, но так и не подцепив ни одной цыпочки, он необъяснимо винил в этом Кастиэля. Открыв дверь, он услышал шум воды в ванной. Каса на диване уже не было, и он справедливо решил, что тот вернулся в свой небесный «офис», решать те божественные проблемы, которые ему, как простому смертному, были неведомы и неподвластны. - Сэм, я дома! – крикнул он, падая на одну из аскетичных узких кроватей, расположенных в их комнате. Едва он успел развалиться на покрывале, как из ванной неожиданно донесся голос Кастиэля. - Дин, мне кажется, я делаю что-то не так, - задумчиво проговорил этот голос, и Дин, даже не видя ангела, с легкостью представил себе недоуменное выражение на его лице, и эти озадаченно сведенные на переносице брови. Дин потратил еще несколько секунд, чтобы деланно поднять очи доле, затем с неохотой поднялся и проследовал к ванной. У двери он остановился и поднял руку, чтобы постучать, но потом передумал. - Что там у тебя, Кас? – спросил он грубовато. – Красная – горячая, а синяя – холодная. Не вздумай включать только одну! – добавил он поспешно. - Ты можешь зайти? – робко спросил Кас, и Дин недоуменно поднял брови. - Ага, Кас, еще чего, с меня довольно одного Сэмми, с тобой я нянчиться не буду. - Но Дин, мне нужна твоя помощь… - обиженно заныл ангел, и Дин, которого с самого утра переполняли смешанные чувства тоски и раздражения, все-таки решил рискнуть. Он прикрыл глаза и осторожно зашел в ванную, решив для себя, что если Кастиэль (не дай Боже!) окажется голым, он тут же выйдет обратно. Когда в поле его зрения мелькнул бежевый плащ и знакомая взлохмаченная шевелюра, он распахнул глаза и решительно отдернул прозрачную занавеску. Естественно, Кастиэль не сумел самостоятельно разобраться, как простые смертные моются в ванной. На нем были его привычный костюм и плащ, которые уже потемнели от непрекращающегося потока воды, льющейся из лейки. Волосы Каса черными пастельными мазками облепили его лицо, а сам он уже промок насквозь. Рубашка пропиталась водой и демонстрировала темные волоски на поджарой коже груди - охотник невольно проследил взглядом темную дорожку волос, спускающуюся прямо вниз, к молнии на черных строгих брюках. - Кас, душ принимают без одежды, в этом, черт возьми, весь смысл! – не выдержав, воскликнул Дин, за шиворот оттаскивая ангела из-под струи воды. – Зачем ты вообще туда залез, тебе же не нужно мыться, ты, мать твою, ангел! Он чувствовал невероятное, совершенно не соответствующее ситуации желание отвесить Касу отрезвляющую оплеуху. В нем за этот день накопилось множество таких противоречивых эмоций, что Дин просто не справлялся с ними, ему одновременно хотелось и врезать ему, и поцеловать непутевого крылатого, и обвинить его в том, что из-за него у Дина ничего не складывалось с женщинами… И теперь этот монолог Иштар и непонятное тянущее чувство внизу живота, которое преследовало его с того самого момента, как богиня что-то сделала с ним и Касом… Он был уверен, что Кастиэль тоже не вышел невредимым из логова жриц. И это подтверждал сам Кас – вспухшие алые губы, эта вода, что ручьями струилась по его стройному телу, и ощутимая выпуклость между ног… Он сообразил, что делает, лишь когда выволок Кастиэля из ванной и прижал его к ближайшей стене, шаря руками по мокрой ткани рубашки, хватая его за упругие бедра и острые тазовые косточки. Но к этому моменту первобытная часть его мозга, которая знала сейчас лишь одну цель, и готова была идти к ней сквозь огонь и воду (ха!), уже полностью перевесила рациональную, тоненьким голоском пищавшую где-то в уголке его мозга, что он не должен так поступать, Кас же его друг, его не интересуют мужчины, он всегда был поклонником женского пола… В то же самое время его руки исследовали представшее перед ним тело, которое внезапно казалось ему соблазнительнее всех округлостей многочисленных официанток и проституток, которых он щупал в придорожных туалетах и на смятых простынях своего номера. - Дин, мне так жарко… - прошептал ангел, часто дыша куда-то ему в висок. – Думаю, Иштар… - Да черт с ней, - оборвал его Дин и нетерпеливыми руками развел в стороны полы его рубашки. Послышался треск ткани, на пол посыпались пуговицы, подскакивая и откатываясь куда-то под раковину. …Они ввалились в комнату, по пути срывая с себя верхнюю одежду и остервенело целуясь. Кастиэль, увлекшись процессом, слегка прикусил нижнюю губу Дина, и Дин инстинктивно облизнул ее, что, видимо, было еще одной оплошностью в той череде ошибок, которые он допустил сегодняшним вечером. Привкус металла во рту лишь еще больше распалил его, заставляя ринуться с головой в этот вязкий, пахнущий влажной теплой кожей омут. Заниматься любовью с Кастиэлем и просто целовать его оказалось манной небесной. Дин опрокинул его на постель, уже полностью голого, сам поспешно раздеваясь и опершись рукой на кровать у головы Каса, снова соединяя их губы и терзая своим его пухлый влажный рот. Под Кастиэлем на покрывале расцветали расплывчатые темные пятна, но Дину было сейчас не до этого. Кас отвечал ему, отвечал на его поцелуй, отчаянно, неумело, и это было бесподобно, даже божественно. Их языки переплелись, и ангел тихо стонал в поцелуй, положив одну руку на плечо охотника, а другую ему на талию. Дин перехватил ладонь ангела – ту, что лежала на оставленной им метке – и прижал к подушке над его головой, и Кас дернулся ему навстречу, почти рыча, глядя на него безумными синими глазами, в которых был океан. Но вырываться он не стал – лежал в покорной позе, подставив изгиб очешуительной шеи, затем медленно приподнял ноги и скрестил их за спиной Дина. Дин почти задохнулся – Кастиэль предлагал ему себя, и только это сейчас имело значение, только это было важно. «Хочу, хочу!» - вопило все его существо, и оно же ответило ему: «И возьму. Ты принадлежишь мне». Охотник снова поцеловал Каса, тыкаясь куда-то ему между бедер, не в силах контролировать непроизвольные движения своего таза. В следующий миг Кас протянул руку и помог ему – и он скользнул внутрь, где его так долго ждали – в чудесную, гладкую, узкую до невозможности дырочку, что манила его словно пчелу мед. Ангел не чувствовал боли, а Дин мог ощущать лишь удовольствие, и, увидев готовность в глазах своего пернатого, он начал медленно, тягуче двигаться, проникая все глубже в запретное отверстие, не сдерживая стонов и всхлипов. Кас спустя несколько секунд начал тихо поскуливать, тяжело и рвано дыша, сжимая его все крепче, заставляя буквально впечатывать себя в кровать. Если так ощущался секс с ангелом, Дин уже никогда не сможет стать прежним. Он никогда не сможет забыть эту манящую тесноту, эти прилипшие к ангельскому лбу темные волосы, его бездонные глаза, сладкие пьянящие губы… Ничто не сможет сравниться с этим чувством – ничто, никогда. Они двигались на кровати, голодные, хмельные от любви и томительного желания, Дину казалось, словно с каждым толчком он проваливается в космос, куда-то между чернильных пространств и мерцающих созвездий… Кастиэль простонал его имя, и из красивого члена брызнула ослепительно-белая струя. Дин последовал за ним, резко взмыв с темного дна галактик прямо в сверкающие небеса. Он устало мазнул нежным поцелуем по ангельскому плечу, привлекая его в свои объятья. Кас продолжал внимательно смотреть на него глазами, которые словно бы светились изнутри. Они лежали в объятиях друг друга, ничего не говоря, не задавая вопросов, и Дина накрыло сладостное забытье… И тут вдруг распахнулась дверь их номера. - Дин, я решил еще почитать про Иштар, она… Сэм застыл на пороге комнаты с открытым ртом, ключи выпали у него из рук. В другой раз Дин бы непременно от души посмеялся над шокированным выражением на лице собственного младшего брата, но ему было слишком удушающе стыдно, чтобы относиться к этому иначе, нежели как к самому главному в его жизни позору. Он не чувствовал такой неловкости с тех самых пор, когда случайно произнес имя Сэма, кончая в горло какой-то сексапильной молодой девицы (засранец как всегда позвонил в самый неподходящий момент). Он уже собирался вскочить с кровати, завернуться в покрывало и все отрицать, как вдруг до него донесся голос Кастиэля. - Она наложила на нас заклятье. Сэм, ты не мог бы зайти попозже? На секунду воцарилась полная тишина. Дин посмотрел на своего брата – тот переводил взгляд с него на Каса и обратно, очевидно, пытаясь собраться с мыслями. И тут произошло невероятное. - Да… - энергично закивал Сэмми и развернулся на пороге. – Да, конечно Кас. Извините. И захлопнул за собой дверь. Ключи так и остались лежать на коврике у входа. Секунду они оба молчали, а затем Дин, уже не сдерживаясь, наконец захохотал – во весь голос, и Кастиэль через некоторое время улыбнулся, снова устраиваясь в его объятиях. Дин прижал его к себе, поцеловал в темноволосую макушку – волосы уже почти высохли после неудачного душа. - Ты – лучший, Кас, - нежно шепнул он в теплое пространство между ними. Кас засиял.