Мед и Лед

Пожалуй, никогда в жизни Тсунаеши еще так не волновался. Это чувство сейчас нельзя сравнить ни с тем, что он испытал при сдаче экзаменов, ни при ожидании результатов вступительных, ни даже с тем, когда он признавался Джотто в своих чувствах. Все эти чувства и эмоции меркли перед тем страхом и волнением, что бушевали в душе юноши, ведь сейчас он стоит напротив квартиры, где по «да я тебе точно говорю!» Рехея живет Хибари. Глубоко вдохнув и мысленно дав себе пинка, шатен нажал на звонок, нервно теребя кончик шарфа и прислушиваясь к каждому шороху за темной железной дверью. Сначала было тихо, а после послышались еле различимые неторопливые шаги и щелчок замка. Хибари хмуро оглядел гостя, приоткрывая дверь чуть шире и прислоняясь спиной к косяку. -Что ты тут делаешь? И вообще, как узнал, где я живу? – холодный и отчужденный голос. Давно Тсунаеши его не слышал. Хотя, ему был знаком немного другой тон бархатного голоса. -Как - не важно, а вот что… - юноша замялся, но тут же вспомнил слова друга и резко поднял взгляд, серьезно смотря в немного удивленные от такого поворота событий серые глаза. – Я пришел поговорить, и никаких отговорок не нужно, - тихо хмыкнув, Тсуна без приглашения прошел в квартиру, мысленно молясь, чтобы его за шиворот не выставили обратно в подъезд. Но брюнет лишь пораженно моргнул, медленно закрывая дверь и не сводя глаз с наглого гостя. А ведь с виду такой милый и безобидный… -Ты, кажется, забываешься… -Нет, я делаю то, что считаю нужным в данной ситуации. Тогда с Джотто… Да, я простил его, но мы не вместе, - Савада мотнул головой, сдувая челку с глаз и вновь смотря на мужчину. – Его выгнали из дома, а я просто не мог оставить его на улице. Он уже переехал от меня и, кажется, влюбился. Тсуна перевел дыхание, с замиранием сердца ожидая реакции Кеи. Брюнет помолчал пару минут, взвешивая все услышанное, а потом равнодушно хмыкнул. -А мне какое до этого дело? Проваливай, - снова этот холодный тон, от которого по коже бегут мурашки. Теперь пришло время удивляться Саваде. Карамельные глаза зло прищурились, и шатен сделал пару шагов вперед, подходя к мужчине вплотную. -Тебе пофиг? Так и поверил. Ты ведь закатил сцену ревности, а не я, - стараясь говорить как можно спокойнее, выдал шатен, кусая губу от сдерживаемой злости. А ведь его практически невозможно вывести из себя, а тут сердится. -Вао, когда это ты видел, чтобы я закатывал сцены? – Хибари тоже прищурился, чуть наклоняясь, чтобы их взгляды были на одном уровне. -А как у тебя глаза полыхнули яростью, когда ты Джотто увидел? Или скажешь, что мне показалось? Так я тебя огорчу – я не параноик, - Тсунаеши фыркнул, разматывая шарф. Обстановка серьезно накалилась, а прежние благие намерения как ветром сдуло. Похоже, его тут ни во что не ставят! Вот уж это он зря! -Тогда я тебе советую обратиться к врачу, потому что мне плевать, с кем ты спишь и как ты проводишь свое время, - Хибари скрестил руки на груди, сверля внешне невозмутимого юношу взглядом. На самом деле, Тсунаеши выдавали только горящие глаза. -Оу, а вот про «спишь» речи еще не шло. Что, хочется попробовать? – юноша хитро улыбнулся, дразняще чуть прикусывая полноватую нижнюю губу. Хибари слегка вздрогнул, после чего быстро взял себя в руки. Эта маленькая язва нравилась ему все больше и больше, а раз уж он сам себе все накрутил с этим блондином, потому что по виду Савады не скажешь, что он врет, то можно немного и поиграть. -Спать? С тобой? Ты хоть сам понял, что сказал? – мужчина хмыкнул, удивленно приподнимая бровь. -Понял-понял, ты не переживай, - шатен кивнул, в открытую пялясь на Кею. Сейчас он выглядит так по-домашнему, особенно с легким беспорядком на голове вместо идеальной укладки, а легкая черная борцовка позволяет разглядеть красивое подтянутое тело, оставляя еще место и для фантазии. -Что смотришь? Нравлюсь? – Хибари усмехнулся, прикидывая, что же ему делать дальше. Мальчишка наверняка понял, что добился того, для чего приходил - ему поверили и не выгонят. -А если и так? – юноша медленно расстегнул пуговицы пальто, запихивая в рукав шарф и шапку, а затем кинул все на вешалку. Брюнет хмыкнул, рассматривая в край осмелевшего парнишку. Похоже, тот даже не задумывался, что надеть. Простой бежевый свитер, рукава которого доходили почти до самых пальцев, потертые на коленках джинсы и теплые зимние кроссовки, которые он торопливо снимал. Но даже так, Хибари мог точно сказать, что этот зверек красивый и вызывает в нем если не дикое желание, то легкое возбуждение точно. Может, пора прекратить тянуть с этим и жалеть мальчика? Сам ведь пришел, значит, готов был ко всему. А что потом? Пожалуй, стоит поразмыслить об этом на досуге. -Да ты ведь даже и целоваться-то толком не умеешь, - Кея скучающе махнул рукой, делая вид, что совсем не заинтересован в дальнейшем разговоре. Карамельные глаза подозрительно сверкнули. -Я не умею? -Ты, не я же. -Вот это ты зря сказал, - Тсуна быстро приблизился к мужчине, обхватывая того за шею и притягивая к себе, после чего коснулся тонких губ своими. Хибари был несколько выше его, поэтому целовать брюнета было тяжело, а тот, кажется, только усмехнулся. Вздрогнув, юноша резко отстранился, понимая, что его только что взяли, как говорится, на «слабо». -Это была намеренная провокация. -И ты неплохо на нее повелся, - сильные руки обвились вокруг талии, притягивая парнишку ближе к горячему телу. Тсунаеши рвано выдохнул, впервые после расставания с Джотто чувствуя приятную тяжесть внизу живота. Это от долгого воздержания или же это Хибари так на него действует? -И что же ты собрался делать? – Савада привстал на носочки, чуть вытягиваясь вперед, и лизнул мочку уха мужчины. -Трахнуть тебя так, чтобы больше не водил никого к себе домой, - с усмешкой и незаметной для него самого ревностью отвечает Кея, в предвкушении облизывая губы. И откуда только взялось это нестерпимое желание. -А где же «попить чай и поговорить о жизни»? – тихий насмешливый голос вперемешку с тихим вздохом. Пальцы больно впиваются в бедра даже сквозь джинсы, и Тсунаеши замолкает, понимая, что брюнет явно не шутит. Губы опаляет горячее дыхание, а затем все поплыло перед глазами от напористого поцелуя. Шатену показалось, если бы не руки, поддерживающие его, то он бы точно упал на пол, так как ноги тут же подкосились. Пусть они и раньше целовались пару раз, но этот поцелуй отличался от других абсолютно всем. Хибари до крови прикусывает мягкие губы, срывая с них громкие выдохи и охи. Свитер вскоре оказывается на полу, а брюнет нетерпеливо оглаживает хрупкое тело мальчишки, сжимая ягодицы и подталкивая того в сторону комнаты. Тсуна с трудом перевел дыхание, когда его губы освободили и перешли поцелуями-укусами на тонкую шею. С Джотто все было абсолютно по-другому. Тот действовал неторопливо и осторожно, растягивая удовольствие надолго, и только после этого брал его, а Хибари действует горячо и напористо, не медля и не зацикливаясь на чем-то очень долго. Сразу видно, что брюнет не любит размениваться на нежности, предпочитая легкую грубость и умело сочетая боль и удовольствие. Одежда ненужными тряпками летит на пол, перед глазами все меркнет от отупляющих наслаждением прикосновений. Тсуна понимает, что сравнивать Джотто и Хибари нет смысла - пропасть между ними просто огромна. Но кое-что новое Тсунаеши для себя открыл - брюнет, казавшийся холодным как лед, сейчас обжигал так, что тело плавилось под теплыми немного шершавыми ладонями, податливо выгибаясь и подставляясь под влажные поцелуи. По бедрам завтра расплывутся синяки, а шея и плечи уже сейчас светятся красноватыми укусами. А Хибари все мало, он нетерпеливо валит юношу на постель, позволяя раздеть себя, огладить руками крепкий торс, насладиться бархатом кожи под кончиками пальцев. И сам с удовольствием отвечает на решительный поцелуй, перехватывая инициативу и мельком признавая, что целоваться мальчишка умеет очень даже неплохо. Было бы еще неплохо узнать, на что этот на первый взгляд невинный ангел способен в постели, но сейчас Хибари не настроен эксперементировать. -Не увлекайся... слишком, - хрипло выдыхает Тсуна, поерзав под нависшим над ним мужчиной. Обнаженные тела приятно соприкасаются. - После Джотто у меня никого не было. -Так и напрашиваешься на осторожное обращение, - тихо хмыкнул Кея, облизывая припухшие от поцелуев губы партнера. Шатен хитро прищурился, прогибаясь в спине и призывно раздвигая ноги. -Неужели тебе не хочется меня приласкать? -Да ты извращенец, - оставив еще один яркий след на шее, брюнет оторвался от юноши, дотягиваясь до тумбочки. Смазки у него нет, так хоть какой-нибудь крем найти. Мальчишка не простит ему, если он его порвет. -А мне есть смысл строить из себя невинного? - Тсуна наблюдает за манипуляциями Хибари, с трудом перебарывая желание прикоснуться к возбужденному члену. Так хочется получить удовольствие. - Ты все равно меня трахнешь, даже если я скажу, что мне страшно. -Все правильно, - Кея выдавил на пальцы белесый крем для рук, медленно размазывая. - И мне нравится твоя извращенность. -На самом деле я очень... аах... скромный, - Тсунаеши дернулся бедрами навстречу, ерзая и требуя больше. Одного пальца ему мало. Брюнет с готовностью дает ему больше, проталкивая второй, а за ним и третий, добавляя крема и растягивая. Тсуна кусает губы, сдерживая стоны, а щеки полыхают румянцем. Все же немного стыдно, хотя не так сильно, как должно быть, ведь он сам пришел. Чутье ведь подсказывало, что так и будет. Постелью можно решить любые проблемы и загладить любую вину. -Да, я заметил, - испачканные в креме пальцы свободно движутся в подрагивающем теле. Еще пара таких движений, и юноша кончит, а это не самая радужная перспектива. Хибари хочет его. Всего, без остатка. И шатен вовсе не против, мутным карамельным взглядом требуя еще, больше, сильнее, с наслаждением простонав имя мужчины в ответ на грубое резкое проникновение. За которым следует еще одно и так до рваного несдержанного темпа. Обхватывает Кею руками и ногами, притягивая как можно ближе к себе, целуясь до нехватки кислорода, царапая крепкие плечи и наслаждаясь каждым ответным хриплым выдохом в шею. И, благодаря умелым ласкам, Тсуна продержался намного дольше обычного, лишая Хибари будующей возможности позлорадствовать. Лишающий возможности соображать оргазм, великолепный мужчина рядом, обнимающий так, словно никогда уже больше не отпустит от себя, и, по ожиданиям, не менее потрясающее объяснение завтра, когда станет стыдно до безобразия. Ну а пока мир замкнулся на них двоих, и в нем нет места морали. Только не в постели. -Как думаешь, у них все хорошо? - Джотто переминался с ноги на ногу, поглядывая на смотрящего в окно пятого этажа парня. Рехей уверенно кивнул, разворачиваясь и идя в сторону дома. -Раз Тсуна не выбежал оттуда час или два назад, значит, все хорошо. А если нет, то этому Хибари лучше не показываться мне на глаза. -Ты всегда был таким жестоким, - Примо подул на руки, пытаясь согреть замерзшие пальцы. Пусть он и замерз до чертиков, зато уверен, что теперь Тсунаеши будет счастлив и больше не разочаруется в людях. -А как иначе? Все так и норовят обидеть Саваду, а он в морду дать не может. Так, пора домой, во имя экстрима! - Сасагава чуть пригнулся, тут же срываясь на бег и скрываясь за поворотом. Джотто покачал головой. Вечно этому спортсмену нагрузок физических мало. Ну, главное, что они выяснили, что разузнать у Тсунаеши все смогут только завтра, поэтому парень прав, пора домой.