Элементаль

      Даниэль, навьюченный разодетой синевлаской, уверенно двинулся в сторону водной глади и так же твердо ступил на нее, словно то была и не вода вовсе. Делия на бережку недовольно крякнула, скрестив руки на груди.       — Ну иди уже! — фыркнул Дан, как ни в чем не бывало закатывая глаза и продолжая идти. Лия смерила его взглядом полным бешенства и презрения.       — Как ты себе это представляешь?! — взорвалась она.       — Берешь и идешь, — отозвался водный маг, потряхивая на руках Дэлфин, показывая Делии, как именно ей нужно взять и идти.       — Я утону! — панически взвизгнула девушка, готова прыгнуть на парня сверху, сломав ему хребет и утопив всех троих, вместо одной, себя любимой.       Даниэль нервно выдохнул, сформировывая в голове членораздельные и негрубые фразы для того, чтобы объяснить новоиспеченной волшебнице, как именно нужно пользоваться магией. Почему она оказалась избрана, если для нее даже такой пустяк, как хождение по воде, невероятно сложен и непосилен, так еще и вызывает такую волну пронзительного, негодующего визга? Парень потоптался на месте, от его ног по воде побежала в разные стороны рябь, но вскоре разбилась о быстрые волны течения.       — И вообще! Куда ты ее несешь?! Почему нельзя прям тут окунуть и нервы мне не мотать? — все еще вереща вопрошала Делия, отвлекая юношу от философских раздумий об успокоении мыслей и тела.       — Так, — нервно выдохнул он наконец, в очередной раз встряхнув на руках синевласку. Нет, действительно, можно было швырнуть ее в воду прям здесь, чего мелочиться? — Представь, что под твоими ногами нет воды или, что ты сама пузырь воздуха, а потому утонуть не можешь. Поверь, что вода твой друг, и она станет им, если раскроешься и поверишь сама в себя. Я тебе поражаюсь! В иных ситуациях ты — сама спокойность и рассудительность, а в других, так просто истеричка, не воспринимающая как данность очевидных вещей. Я не буду тебя ждать. Не догонишь — твои проблемы.       — Ээй, — как-то неуверенно пропищала девушка вслед медленно удалявшемуся юноше, но тот не ответил, лишь раздраженно дернул плечами.       Легкий звон воды и шум неблизкого водопада растворялись в тумане Вечного города, скрывая в себе миллионы звуков, что так или иначе образовывались где-то в его недрах. Делия нервно втянула носом воздух, отключаясь от истерящего внутреннего голоса, что продолжал бранить Даниэля за то, что тот так непочтительно обращался с его [голоса] владелицей. В сознание вновь хлынуло спокойствие и безмятежность, которую она уже чувствовала в этом городе, тогда, в замке, в одном из коридоров странной развилки. Девушке показалось, что она вновь слышит пение причудливых птичек, что растворяются в пучине мутной воды.       И вот, она сама эта птичка, бодро и весело скачущая по тому самому омуту, в котором секунду назад растворилась, в поисках ответов на собственные вопросы.       Ступню окутал легкий холодок, вода нехотя приняла в свои объятия ногу девушки, продолжая удерживать ее на своей поверхности.       «Твердое, там что-то твердое!» — не без облегчения подумала Делия, неуверенно перенося вес на одну ногу, чтобы сделать очередной шаг и полностью ступить в объятия воды.       Делия тяжело ахнула с еле заметными признаками восторга и доверилась своей стихии. Вода под ее ногами начала меняться, но не внешне, а где-то на том уровне, который не в силах понять ни одно живое существо. Ею по-прежнему можно было плескаться, но и стоять, не проваливаясь в прохладу подземной реки.       — Как ты думаешь, что будет в доме, когда мы вернемся? — спросил Даниэль, так и не обернувшись.       — Не знаю, — выдохнула Лия, еле догнав парня. Шел он в достаточно динамичном темпе, а потому девушке пришлось приложить немало усилий, чтобы не потерять контроля над ситуаций и нагнать спутника. Выходило это с равнопеременным успехом в зависимости от того, на сколько яро она начинала проклинать в мозгу Даниэля.       Нет, разумеется, если разобраться, то карить парня, пожалуй было за что, но не тогда, когда ты при каждой плохой мысли по самое колено проваливаешься в воду, а под тобой глубина, которой позавидует любая буровая установка современности.       — А ничего страшного, что мы их в одном доме оставили?..       — Надеюсь, все обойдется, к тому же, главное, что Тан с Эйдом до Иана не доберутся, а он, в свою очередь, не сможет даже искорку метнуть, — на этих словах глаза Даниэля хищно блеснули.       Перед выходом из дома Дан расположил вокруг него четыре сети защитных заклинаний, предварительно распихав магов по разным комнатам. Почерневшего Иана засунули в погреб, где концентрация влаги была такой, что его хваленая регенерация в состоянии покоя магической энергии его не спасала. Сам маг полутрупом лежал и согласился даже на погреб, после того издевательства, что проделали над ним свихнувшийся паж и его друг.       Эйден и Тристан тогда, точно по команде, повалились аккуратными штабелями на пол, и Делии с Даниэлем оставалось их лишь только оттащить в комнату, предварительно водрузив на кровати и привязав ребят канатами, забаррикадировать дверь, чтобы те не прорвались в случае рецидива. Дом знатно попахивал маслами.       — Мы пришли, — сообщил юноша, незамедлительно остановившись.       Делия впервые за несколько минут созерцания водной глади под ногами оторвалась от нее и посмотрела вокруг. Этого места она не видела раньше: Дэлфин ее сюда не водила, да и сама она еще не добрела. Свод пещеры в этом месте был совсем низким, настолько, что Дан едва ли не скреб его макушкой. Тем не менее, света было предостаточно, если не было его избытка. Переливы волн причудливо отсвечивали на потолке пещеры, играя, сменяясь причудливыми образами, что само собой рисовало воображение.       В двух местах вода поднималась твердыми возвышениями, чуть выше становясь непрозрачной и образовывая собой два дерева с листами крайне интересной формы. С ветвей этих деревьев капала вода, и каждая капля создавала особенный перезвон, а все вместе они складывались в необычайно красивую мелодию, что складывалась с журчанием воды и создавала атмосферу настоящей сказки.       Лия умиротворенно втянула носом воздух, запрокидывая голову назад, затем рассматривая то, как крохотные световые сферы прячутся от ее взора в кронах деревьев.       — Невероятно… — тихо выдохнула она, положив ладонь на волшебное дерево. Оно пошло рябью, и девушка поспешила отдернуть руку.       — Экскурсия удалась на славу? — поинтересовался водный маг, опускаясь на колено.       — Смеешься?! — звонкий хохот Делии разрезал звенящую мелодию воды, а секундой позже слился с нею в унисон и потонул в этих звуках.       — Ну вот и отвлеклась, — еле слышно отпустил парень, устраивая синевласку на водной глади.       Волны подхватили кобальтово-синие прядки Дэлфин, теребя их и превращая в легкое покрывало, что трепетало рядом с телом синевласой красавицы.       Она лежала на воде так, словно бы это была земля, водны мерно обходили стороной раскиданные полы ее платья, лишь слегка расправив их таким образом, что девушка стала похожа на наяду, что решила передохнуть от суматохи речной жизни.       — И-и? — нетерпеливо протянула Делия почти шепотом.       Вместо ответа Даниэль молча сгреб ее в охапку и отвел на почтительное расстояние. Суши в этой части пещеры не было, а потому на бережок выудить неугомонную волшебницу не представлялось возможным.       Она уже набрала в легкие воздуха для более громогласного вопроса, но рот ее деликатно прикрыли рукой-лодочкой и приказали смотреть.       Прямо из воды рядом с Дэлфин выросли две фигуры, лишь отдаленно напоминающие человеческие. Существа сомкнули вокруг девушки хоровод, а потом, обратившись в волны, увлекли синевласку за собой в пучину.       Миллиарды крошечных пузырьков воздуха обступили ее, они, светясь и переливаясь, несколькими волнами прошлись по телу волшебницы, а потом все ее тело потонуло в радужном сиянии родной магии.       Голову Дэлфин заполняла ужасная сосущая тишина, что сводила с ума, наверное, последние несколько часов. Полностью пропало ощущение тела и его конечностей, остался только разум, работающий с таким невероятным скрипом и тормозами, что девушке хотелось, чтобы он внезапно отключился, и она наконец провалилась в небытие.       И вдруг, когда синевласка уже совсем отчаялась, в голову хлынул целый поток звуков: голоса, чей шепот переплетался у нее в голове. Их говор, шум и гам, все они что-то обсуждали, спорили друг с другом. Это происходило вокруг, но никак не затрагивало конкретно волшебницу. Шепот с каждой секундой становился все более громким, но языка его речи Фина не знала, единственное, что поняла — еще немного и от него ее голова взорвется, подобно пузырю.       Девушка начинала чувствовать свое тело, постепенно, словно ее собирали как давно разобранную куклу. Сердце в груди начало биться быстрее, словно бы хотело вырваться из заточения, еще секунда и Дэлфин начала ощущать пульс уже в висках, а весь ее организм начал изнемогать от желания сделать дыхательное движение, но что-то мешало, невероятный вес навалился на грудь, не позволяя вдохнуть.       Как у нее получилось сделать вдох — девушка понятия не имела, но как только она его сделала — легкие разрезало ледяной болью, и синевласка наконец распахнула глаза. Бирюзовая пелена водной толщи обступила ее со всех сторон. Ноги опутывали полы…платья?       Вокруг волшебницы начало кружиться великое множество пузырьков воздуха, каждый из них легкой щекоткой касался кожи и исчезал, оставив после себя мимолетное светящееся напоминание.       — Что там происходит?! — в панике закричала Делия, ловя за шкирку Даниэля, который тоже ринулся в сторону бурлящей воды.       — Понятия не имею, — коротко кинул парень, не желая останавливаться.       Дэлфин еле удерживала свое свежеобретенное сознание, бестолково шарясь взглядом вокруг. Глаза нехотя сфокусировались на чем-то, что никак не подходило под описание чего-либо материального. В воде появилось какое-то искажение, своими нечеткими линиями выводившее силуэт, отдаленно напоминающий человеческий. Это нечто потянуло к девушки свои руки, на тонких и длинных пальцах неизвестного существа что-то сверкнуло, и шею резануло острой болью.       Вода постепенно собралась волной, больше походивший на искусственно созданный бугор, а потом сильным и упругим гейзером ударила в низкие своды пещеры. Сияющие капли разлетелись по всему закутку, внутри водяного столба постепенно образовалась полость, а сам он начал распадаться на каскады, походя на необычный цветок спатифиллума, «язычком» которого была всем прекрасно знакомая синевласая девушка.       Три разреза синели по обе стороны длинной и тонкой шейки, из них слабыми струями стекала, отчего-то подкрасившаяся голубым цветом, вода.       Дэлфин выпрямила спину, расправила плечи, подняла к верху носик и гордо шагнула со своего пьедестала, медленно приближаясь к озадаченным Даниэлю и Делии, что неотрывно следили за каждым движением подруги.       Волшебница шла, окутанная легким сиянием бирюзовой магии, полы намокшего платья утяжелились, плотно ложась на водную гладь и неспешно плетясь с девушкой так, будто бы неведомые существа несли вслед за ней белый полупрозрачный шлейф.       Вода перестала фонтанировать, бурление воды прекратилось, вновь сменившись несмелой рябью. Перезвон капель все еще несмело касался водной пленки, пуская еле заметные круги и создавая великолепной красоты музыку.       Синевласка нетерпеливо дернула подол платья и ускорила шаг, неумолимо приближаясь к остолбеневшим друзьям. Взгляд ее скользил от одного лица к другому, в надежде уловить хоть мимолетную радость, но вместо этого в них угадывалось лишь чрезмерное удивление. Девушка несмело потупила взгляд и непроизвольно ахнула — на нее смотрело отражение настоящей утопленницы, со всеми вытекающими отсюда последствиями: вокруг глаз залегла густая чернота, само лицо было легкого голубого оттенка, а губи были великолепного сизого цвета. Топнув ножкой, она прогнала с воды и из своего сознания пугающее отражение, уже бегом устремившись к друзьям.       Даниэль стоял, не в силах оторвать взгляда от Фины — синевласая красавица стала мертвенно-бледной, даже те части тела, что прежде потрогал собою прекрасный бронзовый загар сейчас были бледны, не сильно отличаясь от цвета платья. Парень сделал неуверенный шаг вперед, осознав, что прямо перед ним внезапно возникла до боли родная синяя макушка, и заключил в объятия дрожащую холодную девушку.       Дэлфин облегченно выдохнула, крепко обняв парня с волосами цвета лазури.