Омегам не суждено быть счастливыми.

— Впечатляет, ты прошёл испытание всего за шесть часов, — удивился Цзинь Гуаншань. — До тебя ещё никто так быстро не справлялся.       Ванцзи сжал кулаки и, выдернув Бичэнь из ножен, направил тот на заклинателя.  — Где Вэй Ин? — Ах-ха-ха, ты об этой подстилке, что затуманила твой разум? — засмеялся Цзинь Гуаншань. — Не переживай, в клане Цишань Вэнь ему найдут достойное применение, уж больно он приглянулся снобу Вэнь Чао. И что вы только нашли в этом Призраке?       Сердце глухо стукнуло в груди, из ярких янтарных глаз ушли все краски, оставляя чёрный затуманенный зрачок. Не для того он поборол свой страх в Пещере Забвения, чтобы сейчас столкнуться с новым — страхом за жизнь Вэй Ина. Душу и сердце омыли тоска и осознание, что теперь он нескоро увидит Вэй Ина, если вообще увидит. Только вчера они держались за руки, только вчера они совершили три поклона и только вчера Вэй Ин дал ему крохотную надежду на счастливую жизнь, а уже сегодня все мечты и ожидания в одночасье рухнули в бездну. Если Вэй Ин и правда у Вэнь Чао, то у него очень мало времени, и он знает, что может не успеть спасти своего любимого. Клан Вэнь был хуже любого дикого зверя. Его люди не знали пощады, не считались с мнением других, и даже Верховный Заклинатель для них был лишь формальностью. Ванцзи давно догадывался, да и не только он, что Вэнь Чао мечтал занять место Верховного Заклинателя, вот только силёнок маловато было, поэтому он усиленно пытался возместить их количеством людей. Из-за их численности многие побаивались клана Цишань Вэнь. После смерти отца Вэнь Чао провозгласил себя главой клана Вэнь и стал творить бесчинства по всей Поднебесной.       Поговаривали, что это он убил собственного отца, но это было недостоверно, а то, что ты не можешь доказать, не является правдой. Они нападали на деревни, сжигали дома, насиловали женщин и омег, детей брали в плен для дальнейшего рабства, не щадили даже младенцев, а мужчин жестоко убивали, отрубая конечности или подвергая линчи. И сейчас, если Цзинь Гуаншань не врёт, — а врать ему нет смысла — Вэй Ин находится у этих варваров. «Вэй Ин, пожалуйста, только дождись меня.»       Пока Ванцзи пребывал в оковах своих размышлений, люди клана Цзинь и, ожидаемо, клана Вэнь окружили его плотным кольцом. — Ну что, юный господин, Вы готовы признать своё поражение? — спросил довольный таким поворотом Цзинь Гуаншань.       Лань Чжань смотрел на него, как окаменевшая статуя, источающая холод и ненависть. Голова не хотела здраво мыслить, перед глазами мелькали картинки возможных вариантов гибели Вэй Ина. Нет, он не может этого допустить, не может поддаться панике и сдаться в лапы этим предателям. Только не сейчас, когда он отвечает не только за свою жизнь, но и за жизнь своего омеги.       Ванцзи крепче сжал Бичэнь в руке и, крутанувшись на месте вокруг своей оси, снёс потоком духовной энергии всех окружающих его людей. Адепты разлетелись кто куда: кто-то упал на холодный мрамор пола, кто-то отлетел в стену, а некоторые сразу испустили дух, не выдержав силы удара. Цзинь Гуаншань побледнел и трясущейся рукой вынул меч из ножен, направляя его в сторону Ванцзи. Он был наслышан о силах молодого Нефрита, но всегда считал, что это лишь раздутые слухи. Сейчас же, когда он воочию лицезрел силу Ванцзи, его пальцы затряслись с такой силой, что он с трудом удерживал меч в руке.       Этот ещё толком не созревший альфа одним взмахом меча раскидал дюжину вооружённых адептов и даже глазом не моргнул. Что же он может сделать с ним одним?! Цзинь Гуаншань прекрасно осознавал тот факт, что живым он отсюда вряд ли уйдёт и ему не помогут даже адепты клана Вэнь, которых оставил для осаждения Облачных Глубин Вэнь Чао. — Цзинь Гуаншань! — стальным голосом рыкнул Ванцзи и, вихрем подлетев к мужчине, приставил кончик меча к его горлу.       На бледной коже сразу выступила капля алой крови. Заклинатель шумно сглотнул и зажмурил глаза, приготовившись к смерти. — Если ты скажешь мне, куда Вэнь Чао забрал моего мужа, так и быть, я тебя пощажу.       Цзинь Гуаншань тяжело вздохнул и взглядом, полным страха, посмотрел на Лань Ванцзи:  — Он… Он… Они… — Не мямли, говори, — сильнее прижав клинок к горлу, сказал Ванцзи. — Или ты только на совете кланов был такой разговорчивый? Что же сейчас ты молчишь? — Хо-ро-шо-о. Я... я всё ска-ж-жу. Они на поч-товой с-ста-нции, — от страха Гуаншань кое-как выговорил эти слова.       Ванцзи усмехнулся и презрительно произнёс:  — Спасибо. А теперь… — альфа опустил меч и подошёл ближе к заклинателю, — теперь я буду учить тебя манерам, бывший Верховный Заклинатель. — Т-ты обе-щал-л мен-ня поща-д-дить, — заикаясь, сказал Цзинь Гуаншань.       Ванцзи одарил его холодным, полным жестокости взглядом и, схватив Гуаншаня за челюсть, надавив на суставы так, чтобы та открылась, злобно сказал:  — Я соврал.       Затем другой рукой Лань Ванцзи схватил язык заклинателя и вырвал его с корнем. — Это тебе за то, что посмел оскорбить моего мужа!       Гуаншань застонал от жуткой боли, лицо его посинело, а глаза помутились. Больше он не сможет никого оскорбить или оклеветать. Захлёбываясь собственной кровью и издавая последний тихий хрип, заклинатель испустил дух, падая безжизненной куклой на белый мрамор.       Пока Ванцзи разбирался с Цзинь Гуаншанем, остальные выжившие после его удара адепты попытались отползти к двери. Никто больше не хотел связываться с обезумевшим альфой. Всю их наглость и самоуверенность как рукой сняло, как только они поняли, что перед ними поистине могущественный заклинатель. Но для их общего сожаления Ванцзи не собирался отпускать никого живым. Сполна насладившись тем, как испуганные адепты, словно кроты, ползут к дверям в надежде на спасение, Ванцзи перерезал горло каждому, оставив только одного юного заклинателя. — Где остальные главы кланов? — спросил Ванцзи у трясущегося парнишки. — Они все отбыли, господин, как только Вы вошли в пещеру. Здесь остались только главы кланов Вэнь и Цзинь. Пощадите, пожалуйста, молодой господин, я больше ничего не знаю, — умолял юноша в клановых одеяниях Цишань Вэнь. — А где мои дядя и брат? — не поверив его словам, Ванцзи крепче сжал руку на горле адепта.       Выбора у парнишки не было, и он сознался:  — Ваш брат тяжело ранен, его держат на тренировочном поле, а где Ваш дядя, я правда не знаю. Пощадите, молю… — Нет, — глухо рыкнул Ванцзи и одним движением кисти сломал шею юному заклинателю.       Отбросив тело в сторону, Ванцзи направился к выходу из главного зала. Это единственное место, которое не подожгли участники всей этой бессмысленной провокации. Если они хотели развязать войну, то они её получат. Ванцзи сотрёт всех в порошок. Нет, не за Облачные Глубины, а за своего омегу.       Всё, что осталось от Облачных Глубин, — это пепел под его ногами. Он прилипал к сапогам и хрустел, словно тысяча маленьких косточек. Сейчас, ступая по останкам своего дома, Ванцзи ни о чём не жалел. Облачные Глубины можно восстановить, но восстановить душу нельзя. Если он потеряет Вэй Ина, если не успеет его найти, ему больше не нужны будут этот дом и эта жизнь. Дым от сожжённых построек заполонил всё пространство вокруг и с каждым вдохом и выдохом раздирал горло и лёгкие. На языке чувствовался привкус гари и жжёной травы. Глаза разъедало, они заполнялсь слезами. Задержав дыхание, Ванцзи опустил меч под ноги и, встав на широкое лезвие, взмыл вверх, подальше от удушающего дыма.       На тренировочном поле было по меньшей мере человек двадцать. Почти все адепты клана Вэнь и несколько человек из клана Цзинь. К позорному столбу был привязан Лань Сичэнь. Его спина была исполосована рваными ранами, местами даже оголяющими кости. Адепты насмехались над Первым Нефритом и главой клана Гусу Лань, бросались нелицеприятными словами в его сторону, а кто-то даже плевался и кидался грязью из-под ног.       От этого зрелища кровь в жилах Ванцзи закипела, глаза налились кровью и жгучей яростью. Бичэнь резко вылетел из-под ног и скользнул в правую руку альфы. В небе возникли вспышки синего свечения. Даже без меча под ногами Ванцзи скользил по воздуху, словно бог. Адепты пораскрывали рты, уставившись во вспыхнувшее небо. — Это демон, — закричал кто-то из толпы. — Спасайтесь. — Нет, стоять. Это всего лишь выскочка Лань, — приказал один, видимо, главный. — Точно, смотрите, это всего лишь парнишка. — Да, да, что он может нам сделать?       Лань Ванцзи опускался на их головы, словно торнадо, вихрем кружа по воздуху и посылая столпы синих искр. Его удары были точны, и с виду холодный и отрешённый Ванцзи разил всех наповал, протыкая насквозь холодным лезвием Бичэня. Никто больше не кидал насмешек, и не потому, что испугались Второго Нефрита ордена Гусу Лань, а потому, что уже просто некому было. Ванцзи убил всех в считаные минуты. Адепты даже вытащить мечи из ножен не успели.       Вот если бы они были повнимательней, а не стояли и болтали почём зря, глядишь бы продержались чуть дольше. Ванцзи слегка усмехнулся и, одарив презрительным взглядом истекающие кровью трупы адептов Вэнь и Цзинь, сказал:  — Среди вас никогда не будет достойного соперника.       Вытерев Бичэнь краем рукава, Ванцзи отправил его обратно в ножны и поспешил к брату. Лань Сичэнь был вымотан и сильно избит дисциплинарным кнутом, но находился в сознании. Ванцзи отвязал брата от столба и аккуратно опустил его на землю. — Ванцзи, прости, я не смог его защитить, их было слишком много. Большая часть адептов и дядя спрятались в пещере, но Вэй Усянь, он… Он не захотел отсиживаться в пещере. Он слишком упрям, я не смог уговорить его спрятаться, — виновато сказал Сичэнь. — Прости, Ванцзи. — Брат, не вини себя. Ты сделал всё, что смог, — спокойно сказал Ванцзи. — Нет, я должен был защитить Вэй Усяня. Должен, но я не смог. Не смог, — повторял Сичэнь. — Хуань, это я должен был защищать Вэй Ина, а не ты. Я поверил не тем людям, и вот к чему это привело, — с наворачивающимися на глаза слезами сказал Ванцзи. — Ванцзи, что теперь будет? Где искать Вэй Усяня? — Я найду его. Обязательно найду и не пощажу никого, кто посмел к нему прикоснуться, — в глазах Ванцзи витали вспышки молний и ярости, кровь кипела раскалённой лавой, сердце застыло каменным изваянием, душа обнажилась, как оголённый нерв, и сейчас ничто не могло его остановить на пути к своему Вэй Ину. Он сметёт всех и вся на своём пути, как шквал ветра в ураган, как цунами на море, как лавина в горах. «Вэй Ин, только дождись меня.»       Ванцзи помог подняться брату, и они направились в сторону пещер, где прятались остальные адепты и жители клана Гусу Лань. Спастись удалось немногим. Все, кто мог сражаться, остались в клане, а старики и молодые адепты успели спрятаться. К сожалению, сражавшиеся погибли, и если бы остальные не спрятались, их ждала бы та же участь. В пожаре сгорело всё годами накопленное достояние ордена Гусу Лань: реликвии, редкие артефакты и в особенности ценные книги. Библиотека Гусу славилась на всю Поднебесную, а теперь этот дар превратился в горстку пепла и дыма навечно.       Старик Лань рвал и метал. Один племянник сгинул в пещере, другой остался защищать этого повесу Вэй Ина. Кто теперь продолжит род ордена Лань, кто восстановит Облачные Глубины? Остались только старики и горстка несовершеннолетних детей. Когда из стены пещеры показались две фигуры в белых одеяниях, старик был счастлив как никогда, но, увидев искалеченного Сичэня, снова приуныл. — Вот и надо было тебе защищать этого Вэй Усяня? — заворчал старик. — Дядя, — выдохнул Сичэнь. — Что дядя? Ты только посмотри на то, что они с тобой сделали. Ты вообще не должен был в это вмешиваться, Хуань.       Лань Сичэнь тяжело вздохнул:  — Должен был, дядя. Вэй Усянь теперь часть нашей семьи, или ты забыл, что он является законным мужем Ванцзи? — Я не одобряю этот брак! — закричал старик. — А твоего одобрения никто и не спрашивает, дядя, — строго сказал Ванцзи. — Вэй Ин — мой муж, и мы обязаны его защищать, как и всех адептов нашего клана. — Глупцы. Он околдовал вас, — едко выплюнул Цижэнь. — Хватит, — разозлился Ванцзи. — Никто, и даже ты, дядя, не смеет говорить о моём муже плохо. — Ванцзи, ты ослеп, — продолжал гнуть свою линию старик. — Нет, дядя, я, наоборот, только сейчас прозрел и намереваюсь вернуть своего мужа домой незамедлительно. Оставляю Хуаня на тебя, он сильно пострадал, и ему нужна помощь, — Ванцзи посмотрел на брата, и тот одобрительно кивнул. — Ванцзи, не глупи, ты не справишься один, клан Вэнь слишком силён, — хоть дядя и был зол, но за племянника очень переживал.       Ванцзи — его гордость, его надежда, его драгоценный Нефрит. — Так я сильнее, — уверенно сказал Ванцзи. — Не будь таким самоуверенным, малец, откуда тебе взять столько сил на борьбу с кланом Вэнь? — фыркнул Цижэнь. — Мне даёт силы любовь, дядя, — с теплотой в голосе сказал Ванцзи и, поклонившись старейшинам, скрылся за стеной пещеры.