Плей-офф

— Миша, играй спокойнее! — крикнул тренер, после чего дунул в свисток, — все, все свободны, идите в раздевалку, я сейчас приду и расскажу все по поводу завтрашней игры. Все игроки покинули лёд и отправились снимать с себя форму, после чего в душ, смывать с себя пот. Последним в раздевалку вошёл Горшенев и поставил свою клюшку в подставку, потом посмотрел на команду и высмотрел там Яшу, которого две минуты назад сильно прижал к борту. — Ях, прости, я не специально, — сказал тот, — это… ну…игровой момент, сильно задел? — Да забей, уже нормально все, — ответил Яков и потёр плечо, в которое во время тренировки въехал Миша, — к вечеру пройдёт. — А до свадьбы заживёт! — крикнул с другого конца раздевалки Балунов, после чего Яша повернулся и злобно посмотрел на него, во время того, как вся команда смеялась над этим. — Смотрю настроение у вас хорошее? — Максим Витальевич вошёл в помещение и остановился возле кулера, — к завтрашней игре готовы, капитан? — Абсолютно, — ответил Балунов. — Отлично, тогда диктую состав звеньев. Первое: Балунов, Цвиркунов, Щиголев, Рябов, Соколов. Второе: Сажинов, Дроздов, Скворкин, Кузьменко, Лёвин. Третье: Горшенев, Сергеев, Аксаров, Самойлов, Волков. На воротах Леонтьев. Вопросы есть? — Да, — вступил Михаил, — почему меня из первого в третье поставили? — Миш, я понимаю, что ты у нас парень эмоциональный, но ломать игроков не надо, побегаешь игру в третьем, а дальше посмотрим, — сказал тренер, после чего покинул раздевалку. — Пиздец! — хоккеист скинул шлем и сел на скамейку. — Да ладно тебе, Мих, на одну игру же всего, — пытался успокоить его Балунов. — Я че, Витальевича не знаю? Как минимум три игры проторчу там. — Ладно тебе, в третьем звене тоже забивают, — сказал Яша и отправился в душ. Через пятнадцать минут раздевалка почти опустела. В ней остались только Щиголев, Балунов, Цвиркунов и Горшенев, которого все ждали. Парень зашнуровал свои кеды и поднялся со скамейки. — Идём? — Ага. Хоккеисты покинули дворец спорта и направились на остановку. Ребята ходили в один клуб с самого детства и знали друг друга прекрасно: Щиголев был очень тихим парнем, но прекрасным защитником, Саша в жизни и Саша в хоккее это два разных человека, Балунов как в хоккее так и в жизни был аккуратным, но целеустремленным, наверное поэтому команда и выбрала его капитаном, Яшка Цвиркунов был самым лучшим бомбардиром команды, они с Сашками всегда бегали в одном звене и очень слаженно работали, многие зрители, пришедшие на матч впервые, когда видят Цвиркунова на льду очень удивляются, как такой маленький и хрупкий мальчик так быстро и ловко пробирается к воротам, отталкивая соперников, а вот Мишка Горшенев вроде бы и игрок хороший и сильный, но все время переставляется тренером из первого в третье звено и наоборот. Несомненно, Горшенев усиливал команду и приносил большой вклад в её рейтинг, но тренеру не нравилась его агрессивная манера игры, у него было слишком много удалений, он постоянно слишком сильно впечатывал игроков чужой команды в борт, после чего соперники забивали голы, будучи в большинстве, пока Мишка отбывает наказание на скамейке. Всем казалось, что Миша и в жизни такой грубый и чёрствый, но его друзья знали, что это далеко не так. — Яков, Вы домой али как? — загадочно спросил капитан, когда друзья вошли в автобус. — Да вроде домой собирался, а что? — Да у меня вот предки уехали на неделю, мне тааак тоскливо дома, — провыл Саша, подключая свое актёрское мастерство. — Ты что зовёшь меня к себееее? — протянул Цвиркунов и положил голову на плечо капитана, смотря на него снизу вверх. — Именно так, Вы очень догадливы, Яков Вадимович, — Балунов опустился и чмокнул Яшу в лоб, — Вы согласны? — Как я могу отказать капитану? — Вот именно, что никак! — Саша улыбнулся и посмотрел на Горшенева и Щиголева, сидящих напротив. — Фу, блин, устроили тут порнуху какую-то, — цокнул Миша и отвернулся к окну. — Да ладно тебе, Мих, не ворчи, а то на свадьбу не позовут, — усмехнулся защитник и толкнул Горшенева в бок. — Ой, не, такое я не пропущу! Через двадцать минут автобус остановился на нужной ребятам остановке, и Сашка взял Яшу за руку и вывел из транспорта, следом вышли Миша и ещё один Саша. Первые шли и о чем-то разговаривали, смеясь и толкая друг друга в плечи, а вторые молча шли за ними: Миша просто смотрел под ноги, погруженный в свои мысли, а Сашка шёл и улыбался, глядя на парочку друзей. — Ну все, ребят, пока, — Саша и Яша свернули в сторону и пошли по тропинке к дому Балу, держась за руки и продолжая смеяться со своих шуток. — До завтра, — ответил Миша и продолжил шагать вперёд, думая о своём. — Мих, ты че загруженный такой? Ты из-за игры завтрашней? — Да из-за всего, сегодня ещё и отец приезжает, опять начнёт свою песню о том, что я фигнёй страдаю, школу абы как закончил, в колледж хожу раз в сто лет, а мой хоккей это так, детская игра, я в неё долго не буду играть, хотя, сука, сам меня отдал туда 14 лет назад! — Да забей ты, вон у них Леха есть, вроде хорошо учится, вот пусть он и оправдает отцовские надежды, а ты занимайся чем хочешь, — Щиголев стукнул друга по плечу и остановился, — ладно, пойду я, мой поворот, меня уже ждут наверное. — Давай, пока, маме привет. — Обязательно! Щиголев убежал, и Миша остался один. Он брел по дороге, смотря под ноги и думая о том, что сейчас будет говорить отец, ведь тот перед отъездом сказал, чтоб с хоккеем было покончено и что Михаил должен взяться за ум и немедленно начать ходить на учёбу, что Миша, конечно же, не сделал. Будучи в своих мыслях, хоккеист не заметил, как врезался в спину какого-то парня. Не очень высокий парень со светлыми волосами и спортивной сумкой в руках повернулся и улыбнулся. — Аккуратнее, — по-доброму сказал тот. — Без тебя разберусь! — рявкнул Миша, — нечего стоять посреди дороги. — Ладно, извини, — блондин поднял руки, — слушай, а где тут общежитие? — Какое? — У вас на районе их много? — Блять, умный такой? — не выдержал Горшенев. — Ну есть такое, — усмехнулся юноша. — Прямо иди, на первом повороте налево, там разберёшься, — проворчал Миша и пошёл в противоположную сторону, поправив сумку на плече. — Спасибо, — крикнул ему парень и пошёл туда, куда указал Горшок. — Понаехали блять, — тихо ругнулся Миша и пошёл в сторону дома. Пройдя через сквер, юноша вышел к своей парадной. Поднялся на этаж и долго стоял возле двери, думая, открывать дверь или подождать ещё. Но из мыслей выдернул брат, который вышел из квартиры. — О, Миш, привет, ты чего тут стоишь? — Да я только пришёл, ключ в кармане искал, — соврал Миша и быстро сунул руку в карман, увидев, что Лёшка это заметил, решил быстро перевести тему, — а ты чего? Куда идёшь? — Да я вот мусор выношу, отец попросил, — младший поднял пакет с мусором, показывая. — Приехал уже? — Ага. — Про меня спрашивал? — Да, спросил, учишься ли ты, я ответил, что не знаю, у нас разный график. — Молодец, — кивнул старший, — ладно, иди выбрасывай свой мусор. Миша зашёл в квартиру, разулся и тихонько собирался пройти в комнату, как из кухни вышел отец и осмотрел сына. Смотрел он строго и оценивающе, словно пытался заглянуть сыну в голову и прочитать мысли. Сколько они так стояли и смотрели друг на друга — неизвестно, но оба отвлеклись когда в квартиру вернулся Лёша. — Молодец, Лёш, иди в комнату, — сказал отец Горшеневых, затем вновь посмотрел на старшего сына, — где был? — Гулял, — соврал Миша. — С кем? — С Сашами и Яшей. — Ребята из команды? Неужели они тоже бросили хоккей? — С чего бы это? — А с того, у них же тренировки, как они с тобой гуляли? — После неё, — психанул Миша и попытался пройти в комнату, но отец пытался его остановить, в результате чего стянул сумку с плеча. — Что в сумке? — Ничего, отдай! — крикнул парень. — Ну-ка показывай! — мужчина схватил сына за воротник и пытался взять у сына спортивную сумку. — Юра, перестань! — из комнаты выскочила мама. — Он не бросил свой хоккей! — орал Горшенев, — я ему сколько раз говорил? — Да скажи ещё хоть двести, я все равно буду играть, ты сам меня отдал на хоккей, а теперь что? — не выдержал и стал орать в ответ Миша. — Да как ты смеешь повышать на меня голос? — отец дал сыну затрещину, отчего тот откинул голову и схватился за щеку. — Юра! — вскрикнула мать. — Да пошёл ты, — Миша выхватил сумку, взял свои кеды и босиком выскочил из квартиры, и побежал вниз. Горшенев остановился на втором этаже и сел на ступеньку, надевая обувь. Потом вышел из парадной и пошёл прямо. Юноша шёл, сам не зная куда, просто шёл, ноги сами вели его. Через какое-то время начало моросить. Потом позвонил брат. Миша долго рассматривал экран телефона, на котором высвечивалось Лёшка, но все же снял вызов. — Да чего? — спросил он, поднося телефон к уху. — Мих, ты как? — Лучше всех, блять! — Миш, я же не виноват, чего ты на меня сразу? — Ладно, прости, я не хотел. — Мы с мамой волнуемся за тебя, ты когда вернёшься? — Сегодня точно не вернусь. — А завтра? — А завтра у меня игра, после посмотрим, скорее всего тоже нет. — На игру можно прийти? — Если отец не узнает об этом, то жди возле дворца в 16:05, билет вынесу. — А можно два? — Можно. Братья перекинулись ещё парой фраз, а потом распрощались. Миша прошёл мимо алкомаркета, задумываясь на секунду, но потом сразу же выкинул эти мысли из головы. «Я спортсмен, мне нельзя, у меня режим!» — сказал он себе и пошёл дальше. Через пятнадцать минут ходьбы покругу хоккеист остановился возле парадной Сашки Балунова. Да, он помнил, что тот сегодня ночует с Яшкой, но первая Мишина мысль была о том, что раз родители уехали, значит у Шуры есть свободная комната и он может приютить Мишу. Он дёрнул дверь, та сразу же открылась. Горшенев пешком поднялся на седьмой этаж, он шёл неспеша, словно давая парням время на все их нежности, ведь Мише не очень нравилось, когда они делают это при людях, хотя ничего не имел против их любви, даже немного завидовал им. И вот Михаил подошёл к нужной двери, поднял сжатую в кулак руку и постучал ею по двери. Никто не ответил. Он постучал ещё раз. За дверью послышались шаги, потом поворот ключа и… на пороге стоял Саша в одних трусах, лицо было красное, а волосы на голове торчали в разные стороны. — Санька, кто там? — послышался Яшкин голос из комнаты. — Миха? — удивился Саша, — ты чего? Проходи. — Саш, тут это, — Миша не мог подобрать слов, он прекрасно понимал, что помешал парням, думал даже уйти, но Саша сказал войти в дом и потерянный Горшенев просто послушался, — ну это, как сказать-то… — Мих, короче! — Можно у вас переночевать? Я тихонько лягу в соседней комнате и мешать не буду, честно. — Блять, что за вопросы, снимай обувь, куртку и проходи, — Саша ушёл в комнату, где сказал Яшке подниматься и предупредил о гостях. Уже одетые Саша с Яшей сидели на кухне и смотрели на грустного Мишу, который уже пять минут мешал свой чай, какая-то часть которого уже вылилась от того, как Миша размешивает жидкость. Балунов молча подложил салфетку и забрал у друга ложку, затем хлопнул по плечу. — Ну рассказывай давай, — сказал капитан. — Что? — спросил Горшок. — Что-что? Чего тебе дома не живётся, я тебя сколько лет знаю? Ты просто так к другим не просишься, у тебя что-то точно произошло. — Ну есть такое. — Ну и? — С отцом поцапался, он вернулся сегодня, начал на меня гнать, что я в хоккей свой играю. — И? — Что и? Ну я начал отвечать, ну и пошло-поехало. — Яш, что скажешь? — спросил Балунов и посмотрел на свое плечо. Яков лежал на плече и тихонько посапывал, две тренировки за сегодня утомили юношу и он уснул прямо на кухне на плече своего парня, — ай ты, солнце моё, уснул, надо в комнату отнести. — Помочь? — Да чего тут, он же невесомый, — махнул рукой Шурик и взял Яшу на руки, отчего тот что-то промямлил во сне, — спи-спи, Яшенька. — Куда? — спросил тот во сне. — Куда спать? В спальню, — тихонько смеясь ответил Саша. — Дурак, — прошептал Яша, открывая глаза, — отпусти, я сам дойду. — Вот ещё! Мих, иди в комнату родителей, покрывало снимешь, одеяло под ним, — сказал Балу и продолжил нести Якова на руках. — Спокойной ночи, — сказал Миша, обходя парочку и заходя в комнату, которую Сашка выделил ему. — Сладких снов, — ответил Яша, все ещё находящийся на руках капитана.

***

Когда Миша открыл глаза, за окном светило яркое солнце, пели птицы, а настенные часы показывали 11 часов. Юноша поднялся на кровати и поставил босые ноги на пол, потянулся к одежде, надел джинсы и футболку, потом заглянул под кровать и достал носки, затем вышел из комнаты потирая глаза и направился на кухню. Яшка сидел у Саши на коленях, они пили что-то из кружек и смотрели в экран ноутбука, рука блондина обвивала талию кудрявого, они выглядели абсолютно счастливыми, смотря какое-то шоу, переговариваясь и тыкая друг в друга смеясь. Милое зрелище, сегодня Мишу это не раздражало, а очень радовало, от этих двоих в квартире была какая-то радостная атмосфера, дающая заряд бодрости на день. — Доброе утро, — сказал вошедший и сел на стул. — Доброе, — Яков нажал на паузу и отодвинул ноутбук, — какао будешь? — Да, я сейчас заварю себе, — Миша встал и стал насыпать в чашку порошок. — Миш, а теперь медленно отойди от чашки, я его задержу, — с опаской сказал Саша, сцепляя руки на Яшкиной талии, чтоб тот не мог встать. — А? Чего? — не понял Миша и повернулся на друзей. — Я предупредил, — Саша отпустил руки и Яков подскочил с места. — Не смей при мне пить эту гадость! — Цвиркунов отобрал чашку и отставил её чуть дальше. — В чем дело? — Яков терпеть не может, когда люди заваривают какао, при нем этот напиток можно только варить! — с умным видом пояснил Балунов. Саша смотрел на Яшку с восхищением, а Миша с удивлением: вот хрупкий юноша ставит маленькую кастрюльку на плиту, наливает туда молоко и включает огонь, затем берет чашку, в которую Миша насыпал две ложки какао-порошка, добавляет туда две ложки сахара, заливает кипятком и мешает получившуюся жидкость, когда молоко на плите закипело кудрявый вылил в него содержимое чашки и мешал до закипания, а уже через пять с лишним часов этот мальчишка будет носиться по льду с клюшкой в руке и забивать шайбы, но сейчас Яков разливает получившийся напиток в три чашки и ставит на стол. — Вот настоящее какао, а эту бурду пить не смей, по-крайней мере при мне, — сообщил Цвиркунов. — Всё, понял, не буду, — Миша взял в руки чашку, поднёс ко рту и сделал глоток, — это очень вкусно! — А то! Яшка у меня мастер в этом, лучшее какао у него, я больше нигде не пил такое вкусное, — усмехнулся Саша, попивая свой напиток. — А тебе что, кто-то другой варил какао? — наигранно удивился Яков. — Ой, Яшенька, ты что, ревнуешь? — усмехнулся Балу, — да, я сам пытался сварить, а ещё в кафе брал, но там хуета, мне не понравилось. Парни позавтракали, потом поочереди сходили в душ и стали собираться во дворец. По пути на остановку ребята встретили Сашку Щиголева, которого многие зовут Поручик, и вместе сели в автобус. Уже через час команда надевала экипировку. В раздевалку вошёл Максим Витальевич и осмотрел игроков. — Капитан, все на месте? — Вроде бы да, — Балунов осмотрел команду, — да, все. — Отлично, давайте ускоряйтесь, через 7 минут раскатка. — Яш, есть лента? — Пашка Сажинов протопал через всю раздевалку на коньках и подошёл к нападающему. — На, — Цвиркунов протянул катушку, которую Сажинов стал наматывать на клюшку. — Спасибо. В назначенное время игроки вышли на лёд, чтоб начать раскатываться. Парни катали шайбу и кидали в ворота, а Сашка Леонтьев их отбивал. Потом в раздевалке командный врач посмотрел на команду, выяснил нет ли ни у кого жалоб и разрешил выход на лёд. Возле выхода Миша увидел соперников, но со спины. Первым на выход, как правило этим человеком должен быть капитан, стоял человек с надписью на спине Князев. — Ну держись, Князь, сегодня мы разнесем твоё княжество, — прошептал Миша, когда первое звено вышло на лёд, а остальные сели на скамейку. В первые же пять минут можно было заметить, что соперники сильнее, даже трио Сашек и Яши не справлялось. Хотя сильной была не то чтобы команда, а сильным был тот самый Князев. Удалить бы его, но пока Миша сидит на скамейке, а то, в третьем звене он дай бог на пять минут выскочит на лёд. «Смена» — слышится за спиной и первая пятёрка запрыгивает за бортик, а вторая бежит на лёд. — Яш, хорошо ведёшь, молодец, Балунов, аккуратнее с 34, он у них самый сильный, — сообщил тренер, — Щиголев, побыстрее на площадке, не давай им входить в зону. Парни кивнули и стали наблюдать за игрой. Вот Князев вводит шайбу в их зону, объезжает ворота и забивает гол, Сашка просто не успел сориентироваться и упустил шайбу. По нему видно, что он огорчился от этого, но через несколько секунд вернулся в игру и настроился на хорошую игру дальше. И вот на льду снова первое звено. Судья бросает шайбу на лёд, Цвиркунов выигрывает выбрасывание и сразу несётся в зону соперника, пас, ещё и шайба вновь у Якова, а теперь в воротах противника. — С передачи Александра Щиголева, номер 21 и Александра Балунова, номер 15, шайбу забросил Яков Цвиркунов, номер 96, — сообщил комментатор, — счёт 1:1. — Молодец, Яша! Первый период подошёл к концу. Команда сидела в раздевалке и пила воду, обсуждая соперника и пытаясь понять их слабые точки. Ничья после первого периода это не плохо, но счет надо поднимать в свою сторону, и все это прекрасно понимали. — Похвально, ребята, — Максим Витальевич вошёл к команде, — верно подмечаете, да Князев у них сильный, но на примере Цвиркунова мы видим, что его вполне возможно обойти. — Максим Витальевич, когда третье звено выйдет на лёд? — спросил Миша. — Как только, так сразу, — ответил тренер, — так все, настраиваемся на второй период. Игра продолжается, Витальевич меняет пятёрки на льду, и вот наконец-то выпускает третью. Миша выскакивает на лёд и несётся к шайбе, которую ведёт к воротам, но его сбивают и вот шайба уже у противника. На льду вновь появляется тот несчастный 34 номер и ведёт шайбу. Горшенев летит за ним, Мише помог Самойлов, он выбивает шайбу, но Князев не успевает ничего понять и влетает в ворота, сбивая вратаря. Обычно в таких случаях игроки заступаются за своего, чем Михаил и решил заняться, он хватает капитана соперников за майку и тянет на себя. — Ты чего творишь, аккуратнее никак? — злобно шипит он. — О, какие люди, не слишком ли ты агрессивен для хоккея? — хоккеист никак не отреагировал на ругань, лишь стоял улыбаясь. Миша узнал в нем вчерашнего парня, что искал общежитие. — Аккуратнее будь, а не игроков рассматривай! — рявкнул Горшок и толкнул Князева. — Ой, опасные какие! Второй период закончился без происшествий, за ним третий, табло все ещё показывало 1:1. Князева на льду нет, Миша видит шайбу и несётся туда, подставляет к ней клюшку, та ударяется и отлетает в сторону. Летит она прямо на скамейку команды противника, бам и шайба прилетает прямо в лицо капитана команды, тот падает и игра останавливается. Сердце Миши колотится с бешенной скоростью, ему страшно, что будет с парнем, а что потом и самим Мишей, ведь это от его клюшки был удар. В глазах мутнеет, хоккеист поворачивается на тренера, тот лишь кивает и следит за происходящим. К соперникам выбегает врач и уводит капитана. — Что там, Пётр Евгеньевич? — спрашивает Миша у врача их команды. — Да шайба куда-то в область носа прилетела, жить будет, — объяснил доктор. — Так маски же! — удивился Яша и постучал концом клюшки по черной решётке перед лицом. — А вот тут сам виноват, у него там что-то вроде зачесалось и он её поднял, — сказал Пётр Евгеньевич, — Мишка, ты только себя не вини, от любого могла шайба отскочить, а если бы он в маске был, то обошёлся бы. — Ага. Оставшуюся игру Миша на лёд не выходил, слишком потерянным был для игры, а вот первое звено отлично отыграло эти 12 минут игры. Балунов передал шайбу Яшке, тот Щиголеву и вот 2 шайба в воротах. Потом по льду бегало второе звено, Пашка Сажинов тоже отличился и забил шайбу. И вот слышен гудок, сообщающий об окончании игры со счётом 3 — 1. Команда выскакивает на лёд и обнимает вратаря и друг друга, затем пожимает руки соперникам и покидает лёд, направляясь в раздевалку. Все радуются, ведь стали на шаг ближе к финалу плей-офф. Яшка снял шлем, мокрые от пота кудри прилипли ко лбу, капитан погладил его мокрые волосы и похвалил, все обсуждали игру и радовались, один Миша был погружен в свои мысли. — Миш, ты чего? — Леонтьев сел рядом с нападающим и стал снимать щитки с ног, — мы вроде выиграли, а ты кислый, будто вылетели из кубка. — Ренегат, сплюнь! — крикнул Балунов, посмеявшись. — Извиняюсь, тьфу-тьфу-тьфу, — вратарь подул на правое плечо и вновь повернулся на Горшенева, — ну чего ты? — Да я все о том парне думаю, я же наверное надолго его со льда удалил, — сообщил Миша, рассматривая шнурки на своих коньках. — Зато следующие две игры мы точно схватим, они без этого Князева, как без рук, — подметил Дроздов. — Да, Миш, не парься, от сломанного носа карьеру хоккеиста никто не гробил, — сказал Цвиркунов, сняв свою экипировку. После разговора с тренером все отправились в душ, под конец в раздевалке осталось четыре человека, но на этот раз ждали Яшу. У выхода из дворца Миша встретил брата и уволок его поговорить. Поручик отошёл к автомату со снеками, а Яшка с Сашей сели на скамейку. — Ты сегодня молодец, — сказал Саша, обнимая Якова за талию. — Ты тоже, — ответил кудрявый и положил голову Сашке на плечо. — Ну что я? Я сегодня сколько шайб забил? А ты сколько? Вот и делаем выводы, что молодец сегодня ты. — Да-да, я одну, но зато сколько передач ты сделал? — Ну удачных всего две, а третью шайбу забросил Пашка, так меня на льду тогда вообще не было! — Не спорь, я сказал, что ты молодец, значит ты молодец! К парочке подошёл Поручик и сел рядом, осмотрел друзей, а потом протянул им шоколадный батончик, себе же открыл такой же и начал есть его. — Спасибо, — парни взяли сладость и поделили пополам. — Хотел три купить, но автомат опять завис, — пожал плечами Щиголев, — а чего мы сидим? — Миху ждём, он там с Лехой куда-то ушёл, сказал, что сейчас вернётся, — пояснил Яша, прожевав батончик. Горшенев подошёл к друзьям и сообщил, чтоб те ехали домой без него. А он собирается навестить Князева в больнице, чтоб удостовериться, что не нанёс ему какой-либо урон, мешающий продолжать игру в хоккей. Пётр Евгеньевич дал ему координаты пострадавшего, сообщив Мише номер больницы и палаты. Уже через 40 минут Михаил поднимался на второй этаж травматологии, а затем и стучал в палату. — Можно? — Горшенев дёрнул ручку и заглянул в палату, но на койке никого не было, и какие-либо вещи в палате тоже отсутствовали. Миша вышел обратно в коридор и поймал какого-то врача, — Извините, а к вам сегодня хоккеист поступал Князев, имя не знаю, где он сейчас? — Андрей Князев? — спросил немолодой мужчина, — так его команда уехала к себе, а его с собой забрала, так что опоздал ты, парень. — Ладно, извините. Горшок вышел из больницы и побрел к остановке. Было обидно за парня, хотя Миша понимал, что удалил капитана противника из игры на ближайшее время, так что следующие две игры парни точно затащат и выйдут в финал кубка. Но все же извиниться хотелось, а как теперь искать этого хоккеиста не совсем понятно. Завтра утром будет тренировка, а вечером отъезд в город соперников, где пройдёт вторая игра серии, вот там Миша и попытается найти Князева, чтоб поговорить. А сейчас он брел по улице куда-то. Домой идти не хотелось, поэтому написав Лешке сообщение о том, что сегодня снова не вернётся, Миша опять пошёл к Саше и Яше, надеясь, что ещё не надоел им.