Недостойный

– Извините, не подскажите сколько времени? – Строгий мужской голос зазвенел в ушах и начал невероятно сильно давить на черепную коробку, знакомые нотки. Сигма практически ничего не мог различить из окружения, он не слышал звонких голосов прохожих, не видел светофора и его ярких огней, режущих глаза фар автомобилей. Как-будто потерял связь с реальностью. Парень был готов поклясться, что тогда его сердце замерло, оставляя после себя странный вяжущий холод. Мысли путались и ускоряли свой бешеный бег с каждой секундой проведенной в этой ситуации. Она была неблагоприятная, извините, лгу, она была ужасной! Если сейчас раскроют? Если узнают? Это очень и очень плохо. Он никогда не любил Ищеек, не хотел бы вообще что-либо знать о них, но так вышло. Сейчас же двух-цветный изо всех своих сил пытался сдержать свою способность. Нельзя чтобы он что-то узнал.. О планах.. Об их с Гоголем укрытии... Об его страхах... Николай же увидев это всё недоразумение и то как боясь пошевелиться стоит Сигма театрально с задумчивым "хм.." посмотрел на наручные часы ( в них он не нуждался, определяя время по поведению города, граждан, передвижению машин и ходьбы солнца на небосклоне, они нужны были только для образа) иронично хлопнул ладонью по лбу издавая этим звук разбудивший друга из своеобразного не понимающего "сна", он посмотрел прямо на нового гражданина и обратился к нему. – Во-первых, здравствуйте. – Здравствуйте. – А во-вторых, до свидания. Уже поздно, как показывает время. – До свидания. Гоголь думал что сработало, но когда он хотел убрать руку с плеча Сигмы нежданный горожанин добавил:.. – Так, сколько время? Коле уже порядком надоело быть мышкой в этой игре и быстро среагировав он бросил короткое:.. – Пол третьего. Говорят: "С кем поведешься от того и наберëшься". В этом случае Клоун перенял от Демона его мелкую черту – быстро и кратко отвечать на вопросы. Если так давать ответы на вопросы, то собеседник не заметит, или же не расслышит интонацию с которой произнесена фраза. После маленького диалога Гоголь быстро взял напарника под локоть уже готовясь к активации своего дара, как ему хотелось покинуть это место.. – "Заметишь ''их'' уходи подальше, используешь способность - могут засечь." Проскочившая мысль как раз кстати, Коля тихо поблагодарил друга и повел Сигму подальше отсюда. Судьба повернулась к ним лицом - загорелся зелёный сигнал. Друзья успешно скрылись в толпе, среди таких же как и они людей. Как и предполагалось, использовать маскировку было более чем разумно. Очень хорошо, что в этом городе шумно и людно, можно спрятаться в потоке граждан, придумать и воплотить в явь нового человека, используя это как прикрытие. Никто не удивится увидев такого, ведь это не деревня где все всë про всех знают. Многие здесь каждый день видят новые лица.

Мегаполис.

Морские ворота Японии.

Йокогама.

– Сигма... Лучик, ты как? - Гоголь спрашивал тихо, стараясь не стать новым источником шума для и так перепуганного парня. Он осторожно вёл последнего по улице придерживая за плечи, они завернули в переулок. – Среднестатистически никак.. Бывало и лучше, а что это за место? - он начал оглядываться. Их окружали дома весьма советского типа(что странно), а именно: Конечно же, красный шершавый кирпич со времён Второй мировой, странные неразборчивые надписи на стенах. Некоторые из которых багровые, что заставляет задуматься, есть не менее подозрительные поттëки давно высохшей жидкости. Неподалеку спрыгнув с перил балкона сошла кошка и весьма важно прошлась по земле. А этаж то третий.. Когда клоун заметил это действие он захотел пригладить кошечку и тихо начал к ней подходить зовя: "Кис-кис-кис", как по-русски... В итоге пушистый комок он не поймал, зато в его светлую голову пришла весьма интересная мысль. Место было таким как-будто создавалось не для жилья простых смертных, а для преступников. Сигма непонимающе посмотрел на уже друга с недавних пор и изогнул бровь. Он подумал что общество не очень деликатное, значит можно спросить на прямую. – Ты меня что? Изнасиловать здесь хочешь? - Не сказать что Гоголь был в шоке равносильно ничего не сказать. Сначала он думал что послышалось, потом до него дошёл смысл сказанного. – ... Граждане, вы у нас кто? - голос сзади заставил обоих вдрогнуть и одновременно развернуться на 180, меньше чем через секунду они увидели человека в форме. Мало кто знает, но слухи правдивы. Парочка весьма приятных граждан РФ и Японии всего лишь устроили "небольшой" погром в самой охраняемой тюрьме для эсперов, сбежали оттуда и теперь спокойно гуляют по ночной улице Парижа. Ничего нового, нечему удивляться, проходим, тут не на что смотреть! Эта тишина контрастирует с тем переполохом и сиренами, которые были везде и шумели в ушах всего каких-то несколько часов назад. То зрелище запомниться обоим как самый весёлый день в их жизнях, ведь было и вправду забавно. Два самых опасных эспера держащих в страхе не одну страну ушли из-под стражи и теперь ходят где-то, в переулках часто можно заметить их темные силуэты. Звучит как начало какой-нибудь страшилки, не правда ли? Ночь. Она особенно прекрасна в этом городе, всё таки это место не только столица Франции, но и так называемый центр любви, романтики, новых пар и молодых супругов. Обычно оживленные днём проспекты сейчас такие пустынные... Нет ни шумящих машин, от них же пробок, кричащих водителей и оживленной толпы вечно спешащих куда-то по делам. Есть только пустые улочки без единого прохожего за исключением них. Достоевский шел прямо, он наслаждался той идилией творящейся здесь и во всем мире. Дазай идёт рядом запрокинув голову наверх, а руки за головушку, смотря на звёзды. Оба выглядят не типично для себя, ведь они так и не нашли свою родную одежду поэтому сейчас топают в белых костюмах в сапогах стражников. Где-то вдалеке раздается голос птицы, такой тихий и приглушëнный, кажется она поет из последних сил. Фёдору резко вспомнился его напарник, его вечная улыбка и то утро, встреченное вместе с ним. Брюнет немного погрустнел,(если это было видно) Осаму заметил изменения в поведении знакомого. Шатен развернулся и посмотрел прямо в аметистывые глаза, их обладатель слегка устало взглянул на парня. После долгой паузы последний решил прекратить эту бессмысленную игру в гляделки. – Ты на мне дыру протрешь. - – Не протру! Негде! - парень залился смехом, это напомнило о клоуне. Но этот смех был другим, тихим как шелест листвы, душистым, отдающий теплом и безопасностью. Смех птички в клетке совсем иной, он как-будто сияет в лучах солнца, он хочет порадовать всех с помощью него, он звонкий как колокольчик привязанный красной лентой к дереву и звенящий при каждом его порыве, он слышал его много раз, но каждый из них отличался. Один момент хорошо от печатался в памяти эспера. два года назад, Йокогама. "Находясь в штабе Смерти Небожителей чувствуешь какую-то неповторимую атмосферу, здесь все твои товарищи думают как ты, они не предадут, у вас единая цель. Все кто это испытывал никогда не забудут сие ощущение. До первой ступени ещё полным времени и сейчас главное - хорошо всё продумать и обдумать. Учитывать способности и дар каждого, всё действия и возможные сопротивления со стороны атакуемого противника. Проходя мимо одной из дверей он услышал странные шорохи и другие звуки. Открыв дверь он увидел весьма необычную картину..." Достоевский тряхнул головой, дабы отогнать от себя навящевые воспоминания, которые ему не очень-то хотелось помнить. – Негде будет твоё тело хоронить. - поняв что к чему шатен быстренько ретировался на другую сторону дороги и решил ставить темп ходьбы, всё ещё глядя на сотрудника, а с недавних времён и друга с небольшой, но кажется наигранной боязнью. – Хорошо-хорошо, а как мы будем добираться до хотя бы Японии? - Тишина... – На самолёте. – Ч.. Чего!?