ярмарка тщеславия

утро пахло пряностями и пасмурным тяжёлым небом, что нависло над самой головой. серое. серое всё вокруг. прохожие, асфальт, стеклянные лужи. клубы дыма в лёгких. клочки воспоминаний. серый лондон. только вот проститутка в пугающем красном. красная. покачивается на каблуках, раздражает, разрушает серость... соцработница крепче сжала руку мальчика и словно собаку потянула его, упиравшегося, за собой. сиэль фантомхайв поморщился и только одарил её презрительным взглядом. ему, в общем-то, всё равно. с той ночи. с того кровавого полнолуния. сиэль – значит небо. два зеркала, что отражают друг друга. хмурый ребёнок – пасмурное небо. равнодушный несчастный сиэль. теперь он в чистой, но убогой одежде детского приюта. болотного цвета пиджачок поверх белого и совсем не греющего, тоненького свитера. клетчатые брюки. смиренное одеяние. только в глазах что-то под ворохом пыли, забившейся в небо. это что-то – ненависть. – знакомься, сиэль, – твой новый дом. – соцработница, тоненькая и больная девушка с неправильными чертами, уродливым носом, останавливается, наклоняется к ребёнку. низко. улыбается. и сиэлю лишь противно: от её густо накрашенных ресниц, на которых шмотками лежит неаккуратная тушь, от её лица, которое близко и оттого только более мерзкое. – сиэль? кивает. и поднимает взгляд: чёрная ограда, мрачное здание, вековые насупленные ели. враждебно, холодно, за решётками. интернат. и куда только не приведёт судьба! – добро пожаловать.