Слабость

      Третий год обучения в геройской академии «UA» только начинался. Студенты потихоньку стали въезжать в общежития: за прошедший год система проживания порядком поменялась, ведь некрасиво было выделять только класс героев. Предложения для тех, кто далеко жил и не мог нормально выспаться из-за постоянных переездов, так же появились. В итоге, на месте общежития класса 3-А вырос целый студенческий городок.       На время лета, когда и планировалась глобальная перестройка, ребят отправили по домам, распределив при этом на геройские практики, дабы совсем не расклеились от безделья. Впрочем, возможности и подзаработать и потренироваться с про-героями рады были все.       На этой неделе им дали время освоиться — по приезду многим нужно было прийти в себя и войти в ритм подготовленными. Ребята были рады совместному времяпровождению, к тому же у них через месяц маячил перед носом Культурный фестиваль. На первых курсах, не так сильно обречёнными геройскими буднями, придумать что-то захватывающее для них было куда легче, чем когда они уже подросли, и поводов для веселья заметно поубавилось. Точнее, поводы-то остались, но всё стало каким-то менее захватывающим и более рутинным.       Так, в итоге целую неделю половина 3-А, только успевшая собраться за это время, потратила больше на свои развлечения, чем на активные раздумья. Скорее всего из-за отсутствия Ииды, который должен был подъехать к ним только завтра. К слову, первый учебный день, если так можно было назвать вошедшую в традицию грандиозную линейку и посвящение новеньких в первокурсники, маячил уже менее, чем через сутки.       За окном уже давно потемнело. В холле общежития разлился яркий свет лампочек. На одной из зон отдыха — два идентичных дивана и одно кресло вокруг чайного столика — случилось уже привычное вечернее собрание желающих повеселиться.       — Твоя очередь, Киришима, — радостно протянула Урарака.       Довольная от чего-то пуще, чем когда-либо, она чуть ли не подпрыгивала от радости на диване, всё ещё периодически странно хихикая. Впрочем, у девчонок, сидевших вокруг, забавного восторга было не меньше. Едва ли не минуту назад им удостоилось лицезреть Красного Бунтаря в невероятном положении: на коленках у Каминари, причём не в самом приличном виде.       Сконфуженный и поубавивший пыл, Эйджиро уныло протянул:       — Знал бы я, какие вы вредные, даже и не предлагал бы играть.       Однако, бутылочку всё-таки покрутил.       — Не сдавайся, Киришима, обыграешь ещё! — весело отозвался Изуку, внимательно следя за движением горлышка. — Мина выполняет желание…       Девушка уже было хотела возмутиться и спихнуть всё на кого-то рядом сидящего, так как горлышко смотрело чуть правее от нее. Однако покосившись в ту сторону, она сразу же услышала злобное фырканье, от чего свои возмущения подавила на корню. Скажи она хоть слово, итак не очень горящий желанием «заниматься этим идиотизмом» Бакуго, в лучшем случае, развернётся и уйдёт, испортив всю атмосферу. Она посмотрела на Эйджиро с мольбой в глазах, лишь бы его месть не обрушилась именно на неё. Все сосредоточенно смотрели на парня, чьи потуги придумать что-нибудь воистину устрашающее уже начинали надоедать.       — Да рожай уже, — прошипел Кацуки, однако даже как-то спокойно.       — Как-то ты растерял все свои угрожающие мордашки на практике, Бакуго, — подшутил Денки, однако тут же затих, увидев, что друг начинает закипать. — Киришима, быстрее!       — Мина! — с озарением выкрикнул подгоняемый всеми парень, тыча в неё пальцем. — Следующие две прокрутки играешь невесомая!       — Разве можно использовать причуду? — уточнила Очако, уже готовая запустить подругу в воздух.       И не дожидаясь ответа, сделала это, отчего та от неожиданности взвизгнула. Благо, на ней были всего-то пижамные шорты и длинная футболка, поэтому особого фурора среди мужской компании она своим полётом не произвела.       Урарака, кстати, была на взводе как-то больше всех остальных. Наверное, срабатывало элементарное любопытство, а может и тот самый азарт, что проявлялся у неё периодически с особой силой.       — Ты сегодня жестокая, — пролепетала рядом Тсую, при этом толкая её локтем в подмышку, прося таким образом подвинуться. — Крути.       — Мне просто весело, — отозвалась девушка, хохотнув себе в ручку. — Прости меня, Мина. Не злись!       Пока Очако усердно пыталась выпросить у подруги прощения, горлышко прилетело в то же место, где и в прошлый раз. Так как они подвинулись, теперь оно оказалось между ней и самым страшным кошмаром этой игры.       — Бакуго, — девушка довольно обернулась к нему, абсолютно игнорируя грозный зырк.       И второй, и третий.       — Крути эту хренову банку ещё раз, Щекастая, — для убедительности он свёл брови к переносице.       Как стоило ожидать, против азарта Очако даже танком переть было невозможно. Она уже активно размышляла, а парень рядом с ней постепенно раздражался. За секунду до того, как он уже принял твёрдое и чёткое решение уйти, она вдруг просияла:       — Бакуго, — она прищурила глаза, аккуратно к нему придвигаясь. — Целуй.       И… Тыкнула пальцем себе в лоб. Всего лишь. Однако в этот момент каждый из сидящих нервно сглотнул, сверху заколыхался воздух, от потуг Мины контролировать полёт и удивляться одновременно. Особенно впечатлительный Изуку, не ожидавший от даже слишком близкой ему подруги такого, нежно зарделся и зажмурился, а Тсую даже немного отодвинулась, ожидая уже шкуркой страшный вопль одноклассника.       — С хера ли?! — громко и очень недовольно возмутился парень.       — А что, слабо? — протянула девушка, всё так же тыча себе между бровей.       Все знали, что единственный способ заставить Бакуго что-то сделать — взять на слабо. Как обычно, это сработало. Однако выглядело это совсем не романтично: казалось, Бакуго лба даже не коснулся и более того, ни капельки не засмущался. Казалось, ему было всё равно. Впрочем, так все и подумали, пока щёки Очако схватил едва различимый румянец. Та стойкости не потеряла, быстро отодвинулась и с боевым видом, стала ждать следующей очереди.       Тишину после такого опасного момента никто не решился нарушать, Кацуки молча запустил бутылку, которая очень быстро затормозила в районе Изуку.       — Очако, отпускай меня, два хода прошло! — залепетала сверху Мина.       Это как-то сразу вернуло веселую атмосферу в компанию ребят. Девушка опустила подругу постепенно и та сразу втиснулась между Киришимой и Каминари на диван.       — Разделяю наших голубков, а то ещё устроят, — прыснула она в ладошку, отчего все захохотали, а ребята начали в шутку громко возмущаться. — Бакуго загадывает желание Мидории, смотрите!       Действительно, Кацуки немного оживился и со своим коронным оскалом уставился на нервно улыбающегося Дэку. Урарака громко выдохнула, в душе молясь за сохранность своего друга. Загадывающий желание, услышав этот выдох, ещё более довольно оскалился, видимо радуясь придуманному желанию.       — Дэку, завтра ты весь вечер проходишь в лифаке кого-то из наших девок и не пискнешь.       — Бакуго, это жестоко! — вскрикнула Очако, одаривая его злобным взглядом.       — Да ты не лучше, вон, Жвачку в небо запустила и ржала ещё, — незамедлительно парировал парень. — И не защищай мужика, у него яйца есть вообще?!       — Есть у меня яйца! — выкрикнул Изуку, засмущавшись, отчего-то настолько забавно, что почти все присутствующие расхохотались с этой ситуации.       Игра продолжилась с не менее сильным напором, задал ей накал именно Бакуго. Желания стали смелее и жёстче, отчего попадания в себя горлышка немного побаивался уже каждый. По итогу вечера не совершивших странных и неоднозначных поступков просто не осталось. Холл аж до полуночи ещё заливал громкий хохот, пока все не начали расходиться.

***

      Шум воды заполнял образовавшуюся тишину. Девушки увлечённо были заняты банными процедурами — после длинного дня хотелось хорошенько вымыться и после спокойно лечь спать. Время было уже далеко за полночь: завтрашний день девушки, видимо, решили прожить на одном энтузиазме и эмоциях. Иначе как понимать, что из всего корпуса общежития, бодрствовали только эти двое.       — Да уж… Стрёмную рожу Бакуго я не забуду никогда, — протянула Мина, вытирая волосы от воды.       — Ты про какой из случаев: когда он таскал на спине Эйджиро или про тот, когда сидел с тобой в обнимку пять ходов? — пробухтела не очень разборчиво Очако с зубной щёткой во рту.       — Про тот, когда он тебя в лоб целовал, — ответила Мина. — Зачем ты вообще решила ему именно это загадать? Я думала тебе конец…       Урарака поздно осознала, что за вопрос ей задали, но реакция заметно выдала её смятение: щётка из рук выпала в раковину, а на лице застыла какая-то гримаса возмущения или, как могла опознать это Ашидо, смущения…       — Очако, ты что… влюбилась? В Бакуго, что ли?!       И залилась громким хохотом, добрым таким, не обещающим сильного стёба. Это её подругу немного успокоило, хотя совсем не воодушевило.       — Нет, блин, Мина! — возмущённо выкрикнула Очако. — Даже не начинай свою шарманку!       — Ну всё… — подруга уже вовсю хохотала, подчёркивая этот факт.       — Я так сделала, чтобы он не ушёл! Знаю я вас, чуть что — сразу на попятную! Я поддерживаю командный дух, Плюс-Ультра, все дела… — попыталась оправдаться Урарака.       — Ты вообще понимаешь, как тупо это звучит? — однако, смеяться Мина перестала, лишь только хитро улыбалась.       — Боже, Мина, я серьёзно… Ты же знаешь, кто мне нравится.       Девушка на минуту задумалась, напрягла как будто бы память и всем видом наигранно это показала. Потом просияла, вытянула указательный палец, мол «да-да, я знаю всё».       — А, конечно! Наш непревзойдённый Мидория Изуку, — спародировала она какую-то очередную его поклонницу, лепечущую вокруг него и просящую автограф. — Да ты так с ним до гроба проносишься, он же нерешительный тряпка!       — Дэку не тряпка!       — Да ну тебя, совсем серьёзная, — девушка с рожками щёлкнула подругу по носу, совсем легонько. — Пошли спать.       Урарака привыкла к этим выходкам Мины. Впрочем, как и привыкла к далёкому от себя, вечно преуспевающему и восхищаемому Дэку. Именно к такому, до которого как ни крути — не достать. Она не глупая, понимала, почему подруга её дразнит по этому поводу — предмет её симпатии, если когда-то и захочет отношений, то в этом возрасте у Урараки уже могли бы появиться дети. В свои семнадцать ей уже чего-то и хотелось.       К слову о семнадцати годах: в бесконечных тренировках, тоннах учебников и частых стрессах, два полных года в академии пролетели для неё нещадно быстро. За всё это время никаких существенных сдвигов в отношениях с Дэку не произошло. Да и вообще с кем-то. Зато мальчики росли на глазах, один другого краше — в их классе замечательных было хоть отбавляй. Три месяца, которые они провели вдали друг от друга, буквально открыли ей глаза на это.       Они съехались обратно меньше недели назад: последним, из нынешней компании приехал Бакуго — буквально вчера. Она слышала обрывками, что ему опять несказанно повезло с местом практики — самое позитивное геройское агентство, в которое на экскурсии постоянно таскают детей. В общем-то, приехал он даже спокойнее, чем обычно: видимо, три месяца проведённых с карапузами научили его быть немного сдержаннее. Это Урараку забавляло. Именно поэтому, как она себе объясняла, появилась мысль проверить его выдержку.       «И всё-таки, я поступила глупо, теперь Мина надумает всякого… И его я порядком разозлила. Дурочка, ей богу!»       — Я знаю, что нужно поторопиться, но я должен сделать это незаметно.       Её мысли оборвал голос на другом конце коридора. Девушка притихла, сама не понимая, что делает, вжалась в стенку у своей комнаты и начала прислушиваться. Поразительно знакомые нотки среднего тембра напоминали ей Дэку. Слышно было достаточно плохо — из-за своего дыхания и некстати появившегося волнения.       Фразы плавно растворялись, ударяясь о стены и создавая некрасивое эхо. Отчего-то Очако совсем не могла разобрать, так как её приятель, как не кстати, начал говорить намного тише. Она не могла рассмотреть, была уверена, что стоит ей выглянуть — её тут же заметят. Волнение стало усиливаться: то ли от мысли, что она неправильно поступает, подслушивая; то ли от того, что сам разговор казался ей каким-то подозрительным. Скорее всего парень говорил по телефону и был явно обеспокоен.       Урарака не испытывала ожидаемого смущения, но и не решалась прервать разговор друга, продолжая глупо стоять у стены и пытаться придвинуться к повороту, чтобы всё-таки хотя бы немного что-то рассмотреть. Однако из-за темноты совсем не получалось.       — Круглолицая, ты чё, подслушиваешь?       Девушка чуть не подпрыгнула от неожиданности и резко замахала руками, как бы отнекиваясь. Зажмурившись по привычке и наконец найдя в себе силы отрыть глаза, она увидела перед собой неожиданно — Бакуго. Обычно он достаточно рано уходил спать и не был любителем ночных прогулок, поэтому его появление было двойным открытием для неё.       — Нет, я… — начала уже оправдываться девушка, но заметила, что парень насторожился.       — Следишь за своей подружкой? — он хитро улыбнулся. — От тебя не ожидал.       — Бакуго! — шёпотом выкрикнула Очако и тут же зажала себе рот рукой.       На другом конце коридора тихое бормотание тут же стихло и послышались шаги, которые с каждой секундой были всё ближе. Запаниковавшая девушка быстро открыла дверь комнаты и хотела было запереться, как её остановили и застукавший её парень, вошёл следом. Пререкаться не очень-то и хотелось, Очако устало прислонилась к двери, вслушиваясь, когда же уже Дэку увидит, что ему послышалось и уйдёт.       На краю сознания вертелся вопрос о том, что эти двое забыли в женском крыле, однако…       — Какого хера ты в мою комнату запёрлась?       — Что?! — возмутилась девушка, отлипая от двери. — Это моя комната!       — Ты чё на приколе, Щекастая? — он подошёл к ней ближе. — С каких пор в твоей комнате сушатся мужские шмотки?       Завидев на сушке действительно мужское белье и одежду, девушка сдавленно пискнула. Всё возмущение погасло на корню и теперь она нещадно краснела, осознавая всю абсурдность ситуации. Как она могла перепутать стороны? Она так сильно задумалась, пока шла?       — Прости, я, — увидев его напряжение, она ещё тише продолжила, — общежитие ведь только перестроили, я задумалась и по привычке просто… Прости!       Она зажмурилась и ожидала чего угодно, но не простого фырканья. Пока Очако приходила в себя, нервно глотая воздух, Бакуго прошёлся к своей кровати и присел, рассматривая её. Он проявил неожиданный интерес и к её не выглаженной пижаме с супергероями, к её мокрым волосам и розовым щекам. Интерес с точки зрения того, что она была девушкой, находилась в его комнате глубокой ночью и ещё — явно не собиралась уходить. Не то, чтобы он никогда не видел девушек, просто Очако никогда не была так интимно близко к грани его личного пространства: такое он почти никому не позволял.       И это не бесило. Странно, но веселая и жизнерадостная Очако Урарака никогда в жизни его не бесила. Сначала ему было абсолютно плевать и он её даже не замечал. После спарринга на первом курсе — пришлось запомнить и, как ни прискорбно, оценить. Бакуго считал, она должна была вызывать у него раздражение — однако всё мимо. Были только поводы побольше беситься с Мидории, ведь он совершенно не замечал её потуг.       Единственной слабостью у непробиваемой Очако был только сраный Дэку.       Девушка словила на себе странный взгляд и ещё сильнее засмущалась: только сейчас до неё доходило, что торс парня не был привычно скрыт футболкой. Лунный свет из окна мягко падал на его рельефные мускулы и освещал задумчивое лицо.       — Кстати, — после недолгого молчания, опомнился первым парень. — Чё ты придумала за желание галимое такое?       — Ну, мне показалось, это будет очень легко, — хихикнула Очако. — Да и ты был такой серьёзный, хотелось тебя растормошить.       — Чтобы растормошить меня, надо кое-что по-жестче, Круглолицая, — он оскалился.       Неожиданно Бакуго встал с кровати и пошёл прямиком к ней, отчего у девушки буквально мурашки пробежали по всему телу и сердце ушло в пятки. От таких слов стало неожиданно страшно, поэтому она зажмурилась и уже начала представлять себе что-то странное, но…       — Он уже свалил, — прогундел голос Бакуго совсем рядом. — И тебе пора.       В очередной раз растерявшаяся Очако всё ещё не могла взять себя в руки, даже уже стоя в полном одиночестве в коридоре. Долго мявшись и теряясь в непонимании, она пообещала себе, что в следующий раз точно не станет бояться какого-то там парня. Тем более, Бакуго Кацуки. Ведь она не трусиха.       И с этими мыслями Урарака засыпала, пока за окном уже начало светать.