До звёзд и обратно

      Ойкава всегда любил космос, звёзды, инопланетян и тому подобное. Пол его гардероба связано с этой тематикой, с ней же очень много брелоков, значков и всяких других побрякушек. Больше космоса он любил, пожалуй, лишь волейбол и Ива-чана. С чем и решил связать свою жизнь.       С самого детства Ойкава просто обожал волейбол. Он полюбил его и поставил себе цель стать связующим сборной Аргентины с того самого матча, который они с Ива-чаном смотрели по телевизору. И именно с того дня он уделял волейболу большую часть своего времени. Тоору не был гением, не был лучшим с самого начала, но он никогда не сдавался. Даже когда было трудно, он не опускал руки. Как бы ни было тяжело, он всегда шёл до конца. Вместе с Хаджиме. Именно он поддерживал его и не давал загнуться. Именно он давал ему ободряющий подзатыльник в трудные минуты. Именно он всегда был рядом. Именно Хаджиме.       Но, будучи маленьким, Ойкава ещё и мечтал увидеть летающую тарелку, да и просто обожал наблюдать за ночным небом. Даже сейчас он не теряет надежды увидеть НЛО и всё ещё засматривается на ночное небо, забываясь и теряя связь со временем, пока Ивайзуми не вытащит его из затягивающейся петли мыслей.       Поэтому вечера он проводил у окна, наблюдая за космосом через телескоп или просто любуясь им. Зачастую он даже засыпал у окна. А всю остальную свободную часть дня он уделял волейболу. Тренировался на износ с самого детства. А Ива-чан просто тренировался на износ вместе с ним, следя чтобы этот волейбольный дурень не перестарался. Приходя домой, Ойкава сразу залезал на подоконник и под мерцание звёзд засыпал, в надежде увидеть летающую тарелку.       Когда после изматывающей тренировки Ивайзуми решал остаться у друга, они обязательно смотрели какой-нибудь космический ужастик, после которого Ойкава никогда не мог уснуть, и Ива-чан сгребал хныкающего любителя инопланетян себе под бок. Но иногда Ойкава тащил Ивайзуми к окну, и они вместе наблюдали за звёздами, разговаривая обо всём подряд. А когда приходило время или Тоору начинал засыпать, Хаджиме стойко давал обещание, что разбудит его, если инопланетяне ненароком будут пролетать мимо окна, и гнал не желающего отлипать от окна пришельцомана спать. Сам же Ива-чан героически сидел часов до двух, а потом всё-таки засыпал, на утро всегда докладывая выспавшемуся Тоору о том, что никого не видел.       Когда юный любитель космоса пошёл в среднюю школу, он не перестал тренироваться на износ и оставаться в спортзале допоздна, не перестал он также любить космические ужастики и всё также не мог после них заснуть. А его мама теперь стала часто пропадать на работе допоздна. И теперь уже вместо тарелки пришельцев Ойкава с тревогой высматривал в окне женский силуэт. Ивайзуми всё также гнал его спать, только теперь не засыпал, а когда слышал звук открывшейся входной двери, мягко касался руки Тоору, а после ложился рядом и засыпал.       Всё также он с ворчаниями сгребал своего друга после очередного ужастика в объятия, только теперь лёгкий румянец их щёк утопал в кромешной темноте ночи, а неловкое смущение и невысказанные фразы растворялись в её звенящей тишине.       В старшей школе Ойкава, уже наученный опытом первой серьёзной травмы, старался не переборщить с тренировками, но любовь к волейболу и излишнее желание быть лучшим, хотя вроде и лучше-то уже некуда, не позволяли ему этого. И он всё также тренировался до потери сознания, оставаясь в зале допоздна, а Ивайзуми всё так же следил за тем, чтобы этот придурошный не отрубился прям там и гнал его домой.       Ойкава всё так же засматривался на ночное небо, пусть и уделял ему всё меньше времени, он всё также засиживался допоздна, но теперь волновался о маме чуть меньше, а на НЛО времени стало хватать только на выходных, да и то не всегда. Теперь по ночам он смотрел матчи команд, с которыми его команде предстоит играть, и разрабатывал стратегию против них. Ивайзуми всё также гнал его спать, досматривая все матчи и начиная продумывать стратегию, которую завтра они закончат вместе. Но всё так же Тоору старался находить в своём плотном графике тренировок и походов по травматологам время для просмотра его любимых ужастиков про пришельцев и всё также после них не могу уснуть, и Хаджиме всё также сгребал своего теперь уже парня в объятия и вместо того, чтобы прятать румянец, он целовал Ойкаву в макушку, зарываясь носом в мягкие волосы, в то время последний утыкался ему носом в грудь.       Помимо всего этого Хаджиме теперь ходил с Тоору к травматологам, всегда успокаивающе сжимая его руку перед приёмом врача. Поглаживал его колено в грозы, иногда целуя, ведь прекрасно знал, что оно ноет в эти моменты.       Вот и сейчас Ойкава сидит на подоконнике их с Ива-чаном Токийской квартиры, нервно глядя на экран ноутбука. Ему 27. Он играет в крутой Аргентинской команде. И сейчас он ждёт уже второй час сообщение от тренера со списком игроков, попавших в состав сборной Аргентины для участия в олимпийских играх.       На часах уже давно за полночь, завтра рано вставать, а ждать ещё не менее двух часов так точно (чёртовы часовые пояса). Ивайзуми в пижамных шортах, до этого сидящий в телефоне, на эту картину саркастично закатил глаза и влепил Ойкаве подзатыльник со словами: —И долго ты так сидеть собираешься? Если ты сейчас не пойдёшь спать, то всё к херам проспишь. Тебе завтра вставать рано, не забыл? Никуда твоё сообщение не денется. Утром посмотришь. —Я так не могу! Везёт тебе, Ива-чан! Ты ведь тренер, а не игрок! Тебя не заменить, а меня так запросто! Есть же гораздо более крутые связующие, чем я! А вдруг меня не возьмут?!!!       Истерические крики связующего прервал второй подзатыльник и последующая за ним фраза: —Иди давай спать. И это не обсуждается! Я подожду твоего тренера с его сообщением, чтобы убедиться, какой ты охуенный. А то порой ты об этом забываешь.       Ойкава жалобно посмотрел на своего спасителя с вопросом, его глаза уже слипались от сильного желания спать. —Да честно-честно. Иди уже. Ты же сейчас прямо здесь заснёшь.       С этими словами Хаджиме подошёл к Тоору и, потрепав по голове, мягко поцеловал в лоб. И последний чуть успокоился и наконец-то чуть расслабился—доверился. Вновь доверил своё важное и болезненное самому важному в своей жизни человеку. Он сполз с подоконника и, сонно переставляя ноги, поплёлся спать. А Ивайзуми остался один наедине с тревогами и переживаниями Ойкавы, снова остался защищать мечту этого удивительного мальчика.       Ивайзуми 27 лет. Он спортивный тренер, на данный момент сборной Японии. И сейчас он вместо Ойкавы ждёт грёбанное сообщение со списком игроков, попавших в основной состав Аргентинской сборной, и он тоже переживает. Очень сильно переживает. Отдаёт себя на растерзание тревогам вместо Тоору.       Так было всегда. Вместо сонного Тоору он наблюдал за ночным небом в надежде, что увидит НЛО, в надежде, что Тоору обрадуется, засияет таким ярким, искрящимся. Вместо уставшего Тоору он высматривал в окне силуэт его мамы, чтобы тот волновался чуть меньше. Вместо вымотавшегося Тоору он досматривал матчи и разрабатывал стратегию. Он ходил вместе с Тоору к травматологам, чтобы тот не так сильно боялся. Он всегда оберегал его, защищал от страхов и тревог, охранял его сон и его мечты.       Он всегда оставался вместе с Тоору после тренировки, следя за тем, чтобы этот балбес не перетрудился. Всегда смотрел с ним все эти инопланетные ужастики, и всегда, хоть и с ворчаниями, пускал к себе в объятия, чтобы Тоору не было страшно. Хаджиме всегда помогал, всегда поддерживал, всегда любил Тоору.       Всегда был рядом. И пусть их разбросало по разным материкам, он всё равно рядом, готовый по одному звонку примчатся к Ойкаве, ведь Тоору-самое важное, самое ценное в его жизни. Ведь он любит его до звёзд и обратно, и всю его внутреннюю вселенную, и все его странности, все достатки и недостатки, все его мечты и все его надежды. Ивайзуми любит и оберегает всего Ойкаву до последнего маленького значка с пришельцем на его спортивной сумке.       И именно поэтому сейчас он сидит и смотрит то на экран ноутбука, то на ночное небо за окном, подсвеченное не прекращающими гореть даже глубокой ночью огнями мегаполиса. Циферблат в уголке экрана показывает 4:48. Ждать ещё не меньше двух часов так точно, а у Ивайзуми уже закрываются глаза. Но он дождётся, потому что он обещал Ойкаве и, потому что уснуть он не сможет, как бы ему не хотелось. Поэтому около семи часов утра с мягкой полной счастья улыбкой и закрывающимися от неимоверно сильного желания спать глазами Ивайзуми наконец-таки ляжет, крепко-крепко обняв Ойкаву, прижав его к себе и уткнувшись куда-то ему в плечо. И Ойкава поймёт его без слов, уткнётся в изгиб шеи и удовлетворённо засопит, а в уголках его глаз застынут слёзы счастья.       Что-то меняется, а что-то всегда остаётся прежним. Им по 27 лет. Они живут на разных материках и любят друг друга до звёзд и обратно. Они обменялись кольцами-обещаниям в день школьного выпускного на рассвете после того, как всю ночь гуляли под бескрайним ночным небом Мияги. А в прикроватной тумбочке Ивайзуми уже лежит заветная коробочка, которую он вручит Ойкаве на Олимпийских играх. И последней непременно скажет: «Да», а после потянет смотреть инопланетный ужастик.