Шторм в море

— "Грин"? — переспросил Дилюк. — Да, — утвердил капитан, — это фамилия мой двоюродной сестры. Если появится вопрос "кто вы" - скажете, что вы мой родственник. Последующее общение было в основном о новых временных обязанностях винодела, а именно: драйка палубы и помощь коку. Ничего необычного, ведь это уже было оговоренно ранее - теперь он "член команды". Иногда Дилюк думал: "Не слишком ли часто я это повторяю?". Самовнушение? Но для какой цели? Странная штука это подсознание. Пока не заглянёшь в него - ничего не поймёшь... День прошёл в обычной рутине под громкое командование капитана, стоящего на мостике в своём обмундировании и что-то обсуждающего со штурманом*. Между тем работу контролировал боцман* - резвый мужичок невысокого роста с длинным потёртым пальто. За бортом сверкали на солнце мелкие волны. Над головами кричали всем надоевшие чайки, которых то и дело сгоняли с палубы боцман и работники, коим мешали эти птицы. В полдень кок и его помощники в лице Дилюка и мужчины-шатена с такой же одеждой раздавали еду: солёная говядина, рыбный суп и жёсткие крекеры, более известные как "корабельные бисквиты". Несмотря на командную работу всех участников путешествия, Рагнвиндр не особо влился в общую атмосферу. У него было что-то вроде принципа: "Я тебя не трогаю, и ты меня не трогай. Если не надо, конечно же". Не сильно ему хотелось мешать своим неумением уже бывалым морякам. Так продолжалось до вечера... — Это вы Артур? — это был тот самый "с мачты". На нём была белая рубашка с воротником, что-то вроде длинного корсета тёмно-синего цвета, с заострённым низом и шнурками, заменяющими пуговицы, синие шорты до колен, сумка на поясе, ботинки, проверенные временем, оранжевая повязка на правой руке, кожаные перчатки и два синих свисающих пояска. — Да, я. Что-то случилось? Беннет порылся в своей сумке и вытащил от туда небольшой пирожок: — Это вам, — он протянул руку, — с ужина осталось. — Спасибо, — Дилюк принял подачку. — Вы в первый раз в плавании? — подросток облокотился о борт, рядом с которым стоял винодел. Взгляд зелёных глаз устремился куда-то вдаль, лёгкий ветер колыхал короткие белые пряди. В зоне предплечья виднелись рабочие шрамы. После секундной паузы Рагнвиндр повторил действие собеседника и ответил встречным вопросом: — А ты нет? — за спиной раздались радостные голоса. На корабле зажгли свет, что заставило винодела резко повернуться. Работа на корабле закончилась, настало время отдыха. На лицах команды засияли радостные улыбки. Кто-то снял неудобные куртки и рубашки, оставшись с оголённым торсом. Некоторые стали обсуждать прожитое за день. Местные музыканты достали свои инструменты, от чего на корабле стал решаться вопрос "что петь". Среди общего шума Дилюк услышал невнятное бурчание своего собеседника, который даже никак не отреагировал на общую шимиху. Он всё также смотрел далеко в море, будто что-то выискивая средь изредка появляющихся островов. Больше всех выделялись два брата-близнеца с причудливой одеждой, напоминавшей цыганскую. Оба зелёноволосые с белой прядью на боку, оба, как говорится, "душа компании". Растрёпанные, с широкими улыбками на лице танцевали по середине палубы, зовя всех с собой. Люди подхватывали общий ритм и напевали какую-то местную песню. — "Вот это пляшут", — пронеслось в голове. Словно услышав эти слова "братья-акробаты", судя по их причудливому танцу, где один запрыгнул на плечи второго, повернулись к виноделу: — Почему не поём? — первый близнец спрыгнул с плеч, вновь оказавшись на устойчивой поверхности. — Не умею, — куда ему уметь? Он одним бальным танцам и обучен. — Значит танцуй! — оказавшись по обе стороны от Дилюка, близнецы подхватили винодела под руки и потащили на середину, весело приплясывая. — Но я!... — его никто не услышал, лишь было пение слышно. Винодела крутили и подталкивали, ему пытались наступить на ногу, чтобы тот подпрыгивал. Незнамо как, Дилюк подхватил настрой "цыганков" и сам стал пытаться танцевать. Крутился, взмахивал руками, пристукивал подошвой. Что удивительно, у него получалось это даже неплохо, учитывая, что тот ни разу не танцевал подобное этому танцу. Как бы то ни было - это лишь небольшая приветственная вечеринка, устроенная капитаном для Рагнвиндра. Не было никаких пьянок, дебоширства, разрушений. Лишь танцы и песни, где пели все, а танцевали лишь три человека. Вот так вот громко для винодела и тихо на самом деле закончился первый день. На следующий же день работа возобновилась. Всё шло своим чередом: матросы работали, чайки кричали. В голову пришла мысль забраться на марс*, чтобы увеличить угол обзора и, возможно, подробнее изучить тамошние крепления. Дилюк ухватился за трос ближайшего ванта, ловким движением перепрыгнул на другую сторону и стал взбираться выше. Повезло, что ванты представляли собой подобие сетки, хотя иногда это были просто пеньковые верёвки, протянутые к бортам. Не успев подняться выше, под ухом громко сказали "привет", что заставило винодела оступиться и чуть не упасть назад, если бы его быстрым движением не схватили за запястье. Это были те самые "цыганки́" с вечера. Их одежда ничуть не изменилась: всё те же рубашки в вырезами по бокам и по одной пуговице по середине этого самого выреза, тканевый пояс синего цвета, один из слоёв которого перекинут через плечо, чёрные шаровары до колен, простенькие зелёные ботинки с заострением в носке. В ухе одного серьга: бусины на нитке с ромбовидным кристалом зелёного цвета и небольшим пером. У другого на левой брови небольшой шрам. — Огонёк, ты чего? — поймавший его близнец притянул Дилюка обратно, отпустив только тогда, когда убедился, что тот вновь крепко держится за тросы. Нервно вздохнув, винодел мысленно выругался. Ненадолго закрыв глаза он успокоил сбившееся дыхание, затем серьёзно посмотрел на братьев: — Что вы делаете? — его тон звучал недоумённо. Что этим двоим могло от него понадобиться после того, как вчера они почти отдавили ему ноги. Извиниться? — Решили с тобой поздороваться, — тот, что с серьгой зацепился ногами за верхние тросы и перевернулся кверх ногами, от чего его лицо было почти на уровне лица винодела. Видимо, не извинения... — мы тебя напугали, Огонёк? — "Огонёк"? — Тебе не нравится? — на лице второго близнеца отразилось удивление с ноткой обиды, — а ведь тебе так идёт, с твоими-то волосами. — Да, не то чтобы... Вы могли бы не окружать меня? — эти двое буквально зажали Дилюка между собой. Может они и были буквально на пару сантиметров выше него, но с таким пресованием это различие будто увеличилось. — Ха-ха! Близнец со шрамом взял Дилюка подмышку и как ни в чём не бывало вскарабкался на верх, словно и не было никакого "груза". Винодел почувствовал себя маленьким ребёнком, которого могли также легко бросить, как и ранее подняли. Странное ощущение для того, кому исполнилось 20 и уже владельца своего бизнеса. Оказавшись наверху в лицо ударил тёплый воздух, нагретый июньским солнцем, от чего Дилюк не заметил, что его уже давно не держат. Совершенно иной вид, нежели с палубы. Звук ветра и парусины заменял другие шумы, что были слышны снизу: бряцанье металлических частей корабля, громкий стук подошвы о палубу, общий шум происходящей там работы. — Ты же сюда хотел добраться? — близнец со шрамом сложил руки в замок, приподнял левую бровь и облокотился спиной на поручень. — По вашему я ребёнок, не умеющий передвигаться? — с насмешкой над собой произнёс винодел. Оба близнеца просто продолжали молча лыбиться на Дилюка, от чего тот покрылся мелкими мурашками. Не особо приятно, когда твою спину прожигают взглядами. — Я - Кейл, а мой брат - Кайто, — проговорил тот, что со шрамом, полностью пропустив мимо ушей ранее заданный вопрос. — Не местные? — Верно! — Кайто обогнул Дилюка и в полупоклоне и указал куда-то вдаль, — наш дом где-то там! — Не там, а там! — тоже обогнув Рагнвиндра, но уже в нормальном положении, Кейл указал чуть левее брата. — ... — Ну, мы точно знаем, что у нас точно есть дом, — проговорили братья одновременно. Они словно не знали, где конкретно находится их дом, хотя были уверенны, что он точно есть. — На самом деле наша семья уже, возможно, в другом месте, — Кайто поднял свою худощавую руку и закрыл солнце своей ладонью, всё равно продолжая слегка щуриться. — Вы ищете их? — винодел смотрел с непониманием на тех, кто имел семью, но даже не знал, где она и что с ней. Он положил правую руку на пояс и слегка наклонил голову вбок. — Нет, — голос Кейла звучал уверенно, блестящие глаза без капли сомнения уставились на винодела, — нам не к чему их искать.