His family

Никогда ещё покупка билета на поезд не казалась Томми таким важным событием. Он прижал распечатанную бумажку к груди и широко улыбнулся, шагая по людному вокзалу. Сколько он уже не видел брата? Месяц? Два? Пять? Он уже сбился со счёта и хотел только одного — увидеть Туббо на этих каникулах. Повезло, что у них обоих их продлили на целую неделю и в сумме получилось две. Как раз, чтобы съездить через всю Британию. В прошлом году Томми поступил в университет и сейчас уже имел стабильную подработку в маленькой мультипликационной студии. Работы было не так много, а зарплаты вместе со стипендией хватало на то, чтобы снимать комнату рядом с универом и нормально питаться. Томми не выбирал профессию — её выбрал Фил и сказал, что ему понравится. И таки не прогадал, потому что часто навещал сына и находил его за монтажом очередной сцены мультфильма. Томми нравилось делать то, что он делает, нравилось учиться и нравилось ходить на вечеринки, которые устраивали не то чтобы часто, но с достаточно небольшим временным промежутком. Он ловил чистый кайф от каждого дня студенческой жизни и хотел верить, что его брат тоже. Туббо был старше всего на один год и соответственно поступил на год раньше. Ему пришлось уехать достаточно далеко от своего родного города, чтобы учиться на той специальности, на которой он хотел, и Томми, кажется, переживал по этому поводу больше. А вдруг ему там не понравится? Вдруг будут обижать в общаге? Вдруг он не сможет сказать Филу, что его выбор был неверным, и будет мучаться всю оставшуюся жизнь? Но всё было совершенно наоборот. Туббо оказался гораздо ответственнее и знал, куда ехал и что хотел от жизни. К тому же, в том же городе жил его парень и как-то раз Уилбур пошутил о том, что его брат подбирал не универ, а город, чтобы переехать к «любви всей своей жизни». Туббо громко возмутился, потому что его тяга к компьютерам была искренней, но потом тихо признался, что действительно учитывал и свои отношения тоже. Никто его не осуждал, Уилбур только рассмеялся, хлопая по плечу. Не осуждали его и тогда, когда он через две недели после своего восемнадцатого дня рождения прислал всем по приглашению на свадьбу. Томми не был ни на одной свадьбе до этого, но мог сказать, что это было что-то грандиозное и очень классное. Всё, кроме того, что его заставили разбрасывать цветы на парадную дорожку и что Ранбу был гораздо выше него. Раньше приходилось мириться только с Уиллом, теперь ещё и этот. Томми вздохнул, останавливаясь на нужном перроне и поднимая голову вверх. Он не понимал, как можно в восемнадцать связать свою жизнь с другим человеком, когда вокруг ещё столько всего не сделанного. Вот если Туббо захочет спрыгнуть с парашютом, а Ранбу будет против? Правильно, он не сможет этого сделать. А Томми сможет, потому что не настолько тупой, чтобы носить кольцо на пальце. Но когда он ездил к ним прошлый раз, понял, что неправ. Они были счастливы вместе, каждый день засыпая и просыпаясь рядом и ни на секунду не переставая думать о друг друге. Счастливы настолько, что забыли сказать своим семьям, что усыновили ребёнка. Томми приехал ужасно уставший и хотел сразу пойти и лечь спать, но зайдя в гостевую, понял, что что-то не так. Что это больше не гостевая. Это детская. Оттуда выбежал мальчишка лет четырёх и спрятался за ноги Туббо, а тот ласково погладил его по волосам. — Знакомься, Майкл, это твой дядя Томми. — Здравствуйте, — мальчик медленно подошёл ближе и протянул руку вперёд. — Меня зовут Майк. Томми был уверен, что ненавидит детей. Ключевое слово «был», потому что как только он коснулся маленьких пальчиков, в голове что-то щёлкнуло. Конечно, он не подал виду, начиная расспрашивать Туббо о том, где они вообще взяли ребёнка, и наблюдая, как Ранбу осторожно нарезает овощи в форме звёздочек. Оказалось, что Майку всего четыре и он почти с рождения жил в детдоме, потому что никому не нужен был слепой на один глаз «груз». Зрение на правом глазу было настолько плохим, что мальчик не различал даже деревья на улице. «Просто цветные пятна» — процитировал сына Туббо и Томми грустно улыбнулся. Он понимал, почему и его брат, и Ранбу влюбились в этого малыша буквально с первого взгляда. Томми опустил взгляд на экран телефона и прислонился головой к стеклу, чувствуя, как его начинает укачивать. Обычно он ездил с Филом или с Уилбуром, один раз даже с Техно, но в одиночестве — ещё никогда. Пока ему даже нравилось, потому что несмотря на то, что ему уже девятнадцать, его старались контролировать так, как будто бы ему пять. Нет, не запрещали ничего делать, просто родители были обязаны знать где он и всё ли с ним хорошо. А сейчас он чувствовал такую свободу, которой у него ещё, кажется, никогда в жизни не было.

***

Томми добрался до места без происшествий, но в дом зашёл уже очень уставший. Ранбу как раз закончил готовить ужин, а Туббо и Майк доделывали свои домашние задания. — Так странно, что вы вдвоём ещё буквально учитесь, — хохотнул Томми, когда они наконец уселись за стол. — Смешнее будет, когда Майк перейдёт в следующий класс, — отозвался Ранбу. Он уже не учился, но работал менеджером в каком-то крутом ресторане. — Тогда я буду помогать с математикой им обоим. — Лол, а потом с физикой. — Нет, я буду учиться сам! — заявил сам мальчик, отпивая чай. — Будешь, а сейчас не говори с набитым ртом, — Туббо выглядел очень уставшим и в какой-то момент подпёр голову руками, прекращая есть. — Всё хорошо? — поинтересовался Ранбу. — Да-да, конечно. Я просто… Устал. — Мне кажется, ты выгораешь, бро, — нахмурился Томми. — Невозможно так много времени посвящать учёбе. Тебе нужно чаще отдыхать. — Но тогда я не буду в первой десятке на курсе и лишусь высокой стипендии, а тогда нам будет нечем платить за дом. — Ты говоришь, как домохозяйка. — Домохозяйка у нас Ранбу, — Туббо хихикнул, прикрывая глаза. — Я знаю, на сколько меня хватает. Не переживай. — А я тебе говорю, что ты блять выгораешь! — Томми! Слова! — Послушай меня! — парень ударил кулаком по столу, заставляя Туббо вздрогнуть, и обратился к Майку: — Как ты смотришь на то, чтобы завтра пойти в зоопарк? — Зоопарк? Я люблю ходить в зоопарк! — Значит завтра с утра мы с тобой идём в зоопарк, а твои родители пытаются отдохнуть. Понял, Туббо? — Я думаю, это хорошая идея, — отозвался Ранбу, заставляя Томми усмехнуться. Туббо ничего не сказал, но когда они остались вдвоём мыть посуду, тихо шепнул: — Спасибо. — Всегда пожалуйста, чувак.

***

Майк был в восторге и от зоопарка, потому что именно этой весной завезли много новых животных, и от того, что Томми проносил его на плечах почти весь день, и от той порции мороженого, которая была настолько огромной, что почти не влезала в стаканчик. — А папа не разрешает мне есть столько мороженого, — пробормотал Майк, когда Томми вручил ему влажную салфетку, чтобы протереть лицо. — Я похож хоть на кого-то из твоих родителей? — Нет… — Значит ты сейчас доедаешь это и мы идём в кино. Восторгу ребёнка не было предела, и у Томми появилось впечатление, что ему запрещают чуть ли не всё. Сам парень в свои шесть точно не был таким послушным и вежливым, как Майк. Нет, это было очень хорошо, с ним не было абсолютно никаких проблем. Он не был капризным, мог спокойно сидеть сам дома почти целый день, если оба его отца были заняты, но Томми показалось, что у мальчика пропадает тот кусочек детства, который у него самого остался до сих пор. — Папа не разрешает мне гулять под дождём, — пробормотал Майк, когда на окне кафешки, в которую они зашли после кино, появились первые капли. — Но я не твой папа, — Томми заплатил за молочный коктейль, который как раз допивал мальчик, и натянул толстовку. — Только застегни куртку и надень капюшон, а то заболеешь. Майк сделал всё без вопросов и они вышли на улицу. Сначала дождик был совсем маленьким, некоторые люди даже шли без зонтиков, но когда они добрались до парка, послышался гром. В следующие несколько секунд полило как из ведра и Томми и Майк синхронно завизжали, но укрытие искать не стали. Они стояли прямо посреди детской площадки и, подставляя лица струям дождя, кричали чуть ли не во всё горло. Возле них начала набираться лужа и парень с разгону прыгнул туда двумя ногами, чувствуя, как в его кроссовки заливается вода и они превращаются в два маленьких болота. Мальчик последовал примеру дяди и тут же обрызгал его куртку, продолжая прыгать на месте и мочить ноги и всё вокруг себя ещё больше. — Давай наперегонки к тому выходу! — вдруг крикнул Томми и они побежали. Он забыл, что ему девятнадцать. Он забыл, что он студент. Он забыл всё, что можно было забыть и что нельзя. Сейчас ему снова было шесть, когда они с братьями играли под таким же дождём, а их отец стоял на крыльце дома и никак не мог заставить себя прервать столь радостный момент. Майк, конечно же, выиграл соревнование, успев попрыгать во всех лужах вокруг, и они вернулись домой уже когда дождь закончился. Ранбу смотрел телевизор, но увидев своего сына в таком состоянии, тут же отвёл его переодеваться и сушиться, а Томми получил подзатыльник от Туббо. — Ауч, да за что?! — За то, что ты совершенно безответственный и привёл ребёнка домой промокшего до нитки. — Но ему ведь понравилось. — А если он заболеет? — Да не заболеет. Действительно, заболел не Майк, а Томми. На следующий же день с утра у него поднялась температура и начался насморк, на который он тратил по пачке салфеток в час. Ранбу хотел вызвать врача, но Туббо сказал, что сам со всем справится. Он заварил горячий чай и заставлял Томми пить его чуть ли не литрами, параллельно вливая в него те лекарства, которыми их в детстве лечил Фил. Так они провели первую неделю. Майк, с которым было всё хорошо, часто сидел возле дяди и иногда учил его рисовать, но если даже у здорового Томми не было задатков художника, то у больного тем более. Но мальчик не расстраивался, продолжая удивлять своим талантом. Самому Томми нравилось наблюдать за его старательными движениями и взглядами молодых родителей, которые были явно довольны больше, чем когда он повёл их ребёнка гулять. Ранбу, как оказалось, умел готовить чудесный, даже немного лечебный бульон, который Туббо наливал в широкую тарелку и приносил Томми. Тот даже не возражал, когда брат брал ложку и кормил его, потому что температура была стабильно высокой даже после жаропонижающих. Не возражал и когда тот засыпал рядом вместе с Майклом, и когда Ранбу уже глубокой ночью разносил свою семью по комнатам, а потом возвращался, чтобы поболтать. Сначала он не нравился Томми, в нём раздражало всё: начиная от роста и заканчивая тем, что он познакомился с Туббо в интернете, а теперь является его мужем. Но потом они резко сдружились. Томми сам не понял, когда и как это произошло и лишь наблюдал за довольным братом, который вечером уходил укладывать Майка спать, оставляя их смотреть телевизор. Оказалось, что у них с Ранбу есть очень много общих тем, да и вообще избранник Туббо был не так плох. Томми проболел все две недели, и Уилбур вынужден был отложить свои дела и приехать забирать его на машине, но все были довольны. Это были достаточно хорошие каникулы, определённо лучше, чем все до них, и парень улыбнулся, когда Майк вынес ему свой последний рисунок. На бумаге была красками нарисована огромная лужа, а в ней стояли улыбающиеся Томми и сам Майк. — Так вот как ты заболел, — задумчиво протянул Уилл и тут же рассмеялся вслед за Туббо. — Давай, поехали уже, а то до вечера не успеем. Томми забрался в машину и помахал всем на прощание рукой. Потом откинул голову назад и подумал, что очень любит всю свою семью. Даже с ответвлениями в виде Ранбу.