Attraction

- Не смотри на меня. Итадори, вздохнув, опустил взгляд, чтобы через пару минут снова начать разглядывать чужой профиль и тихонько вздыхать, делая вид деятельности, переворачивая страницы книги, не глядя, раз в полминуты. В классе было, как обычно, тихо, поскольку занятых первогодками мест было по пальцам одной руки пересчитать, и Юджи четко услышал, как сидящий слева на соседней парте Фушигуро недовольно засопел. - Что тебе от меня нужно? - Он, наконец, не выдержал, повернувшись к нему всем корпусом и бросив на него недовольный взгляд, - Проклясть пытаешься или что? Розоволосый бета вздохнул ещё горше и опустил голову так низко, что, кажется, анатомически было просто невозможно. Пожал плечами, выдавил совсем-совсем тихо, пока Годжо-сенсея не было и никто не контролировал их учебный процесс. - Ты... мне нравишься, Фушигуро. Очень! - Последнее он произнес, вскинув голову кверху так стремительно, что в шее опасно щёлкнул позвонок. Омега склонил черноволосую голову чуть набок, выражение лица его было непроницаемым - только глаза выдавали эмоции. Усталость и раздражение. - Юджи... - Он попытался справиться с раздражением, бурлившим в крови, - Не порть наши отношения, хорошо? - Он вновь повернулся, сев прямо, начав делать какие-то пометки в тетради. К счастью для него, сенсей вернулся как раз в тот момент, когда Итадори уже намеревался встать и подойти к соседней парте, правда, без каких-либо мыслей, что сделать и что сказать - действовать на чистой импровизации. - Ученички, - Сатору Годжо был словно кот, объевшийся сметаны - таким довольным и веселым он был, - Откладывайте свои книжки про техники, достаточно на сегодня. На днях у нас будут показательные соревнования со школой в Киото и учреждениями в Осаке и Нагойе. Будут участвовать все, и вы, первогодки мои, тоже, - он вдруг перевёл взгляд на мрачно уставившегося в одну точку Мегуми, - ..кроме Фушигуро. Ему, по медицинским причинам, отказано в соревнованиях. Но не беспокойся, Мегуми-чан, я договорился и потом... - Что значит "отказано"? - Тот встал с места, его руки чуть подрагивали от напряжения, - Почему это? Годжо улыбнулся своей самой ослепительной улыбкой и сложил перед собой руки в замочек. Ох, как же ему нравилось, когда Мегу-чааан выходил из себя! Как это было красиво, каждый раз. - Не хотелось бы при всех, - "всеми" были он, Мегуми, притихший Итадори и скучающая Кугисаки, так что звучало смехотворно, - Но да ладно, все же свои, правда же? - Он прошелся по классу туда-сюда, будто собираясь с мыслями - на деле же просто красовался, и, остановившись прямо напротив черноволосого студента, склонился к нему, отчего Мегуми отпрянул, проехав пару сантиметров на стуле назад, - В силу твоей природы... По данным из медицинского отсека у тебя намечается совсем-совсем скоро очень приятные деньки, если ты понимаешь, о чём я! Фушигуро показалось, что он только что подмигнул ему, хотя из-за плотной черной повязки на глазах было сложно судить, было это или не было. Но и без того по мере его вещания ему становилось тошно. - Поэтому мы не можем так рисковать нашим прекрасным, молодым, пышущим здоровьем шаманом и это решение... - Так, достаточно, - Мегуми резко встал, взяв свой учебник под мышку и заспешил к дверям, - Я всё понял. Не собираюсь даже спорить. - Под недоуменное "Э?" от беловолосого сенсея он быстро вышел из класса, стремясь поскорее дойти до своей комнаты в общежитии при их школе. Вот уже третий день, как происходит эта фигня. Третий день, как все узнали о его сущности. Диво дивное, один из магов, коих на Земле и так не очень уж и много, омега! Их, омег, было и среди обычного населения довольно мало, как и альф, и основную прослойку общества составляли беты - самые стандартные люди с обычной половой системой, без «выкидонов» природы в виде течки и гона. А тут такое. Конечно, как только всему магическому сообществу, по-крайней мере в Токио, стало известно об этом, то Мегуми сразу пришлось несладко. Он тщетно пытался воззвать к логике у людей, которых он, казалось бы, хорошо знал, тщетно объяснял, что до этой «новости» они все общались с ним, как с самым обычным парнем - и он и был самым обычным парнем, и что уж тут такого, что омега! Подумаешь. Сам Фушигуро узнал о своей сущности ещё до того, как её понадобилось скрывать техниками(как делали все маги, кто относился к альфам/омегам). Он нашёл письмо от матери, которую совсем не помнил - та умерла совсем скоро после его рождения - и там были эти записи. У него была возможность разузнать побольше об этом, и он, не думая долго, принял решение не говорить об этом никому. Во избежание проблем. Но проблемы нашли его сами ровно три дня назад, на общем собрании школы. Директор Яга во всеуслышание объявил это, будто такая информация являлась чем-то вроде новостей о ближайших соревнованиях, а не личным делом ученика, о котором не принято болтать. Когда Мегуми, пылая от ярости, ворвался в его кабинет, сам на себя не похожий - и где обычная холодность? - то Масамичи, поправив очки, сказал, чтобы тот шёл к себе. "Это было необходимо. Такие моменты нельзя укрывать от руководства, а так же от твоих товарищей, Фушигуро. Каждое такое укрывательство имеет свои последствия." - Всё, что сказал он ему тогда, прежде чем практически выгнал за дверь, ссылаясь на какие-то срочные дела. Мегуми еле удержал себя от того, чтобы не вызвать своего шикигами Нуэ, дабы тот разнёс ему полкабинета. Но лишних проблем не хотелось, да и бороться с армией проклятых трупов старикана тоже не было ни малейшего желания. Как и вылетать из Токийской школы магии. Идя к себе, он встретил по пути Кугисаки, усмехающуюся краем губ, а с ней рядом Итадори, что смотрел на него щенячьим взглядом - это было весьма странно. Если Нобара среагировала на эту новость типично, то этот придурок... - Фушигуро-кун! - Он зачем-то склонил перед ним голову, будто бы перед сенсеем, - А мы... Я, я тебя искал! - Зачем? - Тон рассекреченного омеги был всё еще разозлённым, ему чудилось, что проклятая энергия вырывается из него разрозненными потоками, - Посмеяться или обсудить эту прекрасную новость? -Эм, да нет, - Итадори почесал голову, как-то нетипично-застенчиво затоптавшись на месте, отчего Кугисаки прыснула в кулак и сказала что-то себе под нос, - Но мы, я... Так странно, просто, что ты омега, кто бы мог подумать! Я про то, что... Ведь даже нет никакого запаха! - Ты дурак или прикидываешься? - Брюнет закатил глаза, - Ни разу не слышал о том, что запах скрывают техникой? Или от Годжо что, чем-то несёт? - Годжо-сенсей альфа, - задумчиво произнёс Юджи, а затем вскинул указательный палец, будто озарённый, - Ну да, точно! Я думал, не чувствую его, поскольку являюсь бетой, но ведь... - ...беты тоже ощущают запахи альф и омег, но не так реагируют, - Кугисаки закончила за него и фыркнула, - Ещё очень сильно на них реагируют проклятья, именно поэтому запах скрывают или даже запечатывают особыми техниками. Это почти что не затрачивает проклятую энергию, так что шаману подобное провести легко. Разве твой дружок Тодо о таком не рассказывал? Он, насколько я знаю, тоже альфа. - Не-а, - пробормотал Юджи, не сводя взгляда с Мегуми, который от такого слишком пристального внимания чувствовал себя не в своей тарелке, - Надо же... А омег-то среди магов вообще нет? - Ну, в нашей и Киотской школах точно нет, - Нобара скрестила руки на груди и оглядела брюнета сверху-вниз, - Но теперь точно есть одна, ха! Фушигуро, как ты мог такое от нас скрывать? - Что скрывать? Будто это нужно знать всем! - Пробурчал недовольно тот, поджимая губы и отводя взгляд, - Считайте, что ничего не поменялось. Я не превратился в чудовище, я - такой же, как и обыч... - У-у-у, кто тут у нас! - Сзади его обвили чужие руки, большие ладони по-хозяйски устроились у него на животе, а подбородок опустился на плечо, - Мегу-чан! Признаюсь, я не удивлён тому, что услышал! Чувствовал с самого начала! Хорошо, что теперь не нужно прятаться, не так ли, Мегу-чан? Фушигуро впервые очень сильно захотел ударить Сатору Годжо прямо по его башке. И засунуть эту долговязую фигуру в какой-нибудь близлежащий ядерный реактор. Что он несёт? - Отпустите, - выдавил он, чувствуя, как лицо заливает краска от злости и смущения, - Я точно не хотел, чтобы все знали, это личное! - Конечно-конечно, Мегу-чан, очень личное и очень интимное! Но знать мы обязаны, и ты не беспокойся - мы же одна большая и дружная семья! Теперь, как только что-то у тебя будет, ну... - Он помотал головой, всё так же стоя чуть ли не вприсядку и опираясь лицом об острое плечо, - Всякое приключаться, в силу твоего хрупкого организма, то мы будем знать и сможем принять меры! - Какие, нахрен, меры? - Мегуми давно не употреблял нецензурные слова, ещё со времен средней школы, но тут не смог сдержать себя, - Я до этого прекрасно справлялся со всеми своими делами! - Он завертелся, сбрасывая с себя чужие конечности, поворачиваясь к мило улыбающемуся учителю, - И вы... Ты! Ты об этом прекрасно знаешь! Мне не нужно ничье участие! - Поверь мне, тебе это будет нужно, - сложив руки домиком, промолвил Годжо с той же безмятежной улыбкой святого, - Тебе шестнадцать, Мегу-чан, спорим, что даже и течки ни разу не было, а? Такого Мегуми не мог больше выносить, и, кинув на мужчину ошарашенно-взбешенный взгляд, развернулся и убежал прочь, в свою комнату, запираясь там на несколько самолично вырезанных замков. К черту. Пусть думают, что он испугался, или струсил, или ещё чего... Сами бы поставили себя на его место, да если бы такое произошло с тем же Юджи, то тот бы сквозь землю наверняка провалился бы! А ведь сестра, еще до проклятья, говорила ему, что несладко придётся, если прознают... Да уж, это точно. Резкий стук вывел его из тяжких дум. За дверью послышался будто бы виноватый голос Юджи. - Фушигуро, ты там как? Я, если что, совсем не хотел тебя злить или обижать! Ты не сердишься? Фушигуро-сааан! - Он постучал ещё раз, а затем брюнет услышал глухой звук, свидетельствующий о том, что тот, за дверью, сполз по ней и уселся прямо на пол, - Я подожду, пока ты не откроешь! Надо поговорить! "Да о чём нам с тобой говорить!", - раздраженно подумалось омеге, который бесшумно открыл замки и резко открыл дверь, отчего незадачливый бета тут же упал спиной на пол. Янтарно-карие глаза как-то поражённо уставились на синие, взирающие на него сверху с прищуром. - Фушигуро, - пролепетал он и совсем уж глупо заулыбался, отчего брюнет недоуменно повел плечами, совсем уж не понимая такого поведения, - Ты открыл мне дверь. - Да. И намереваюсь вытолкать тебя отсюда и закрыть её снова, если ты не начнешь свою очень важную речь, - хмыкнул Мегуми, отходя от него на пару шагов и скрещивая руки на груди. Тот, спустя пару мгновений, быстро поднялся и заискивающе затоптался около него. - Ну? - Так ты не злишься?.. Глубокий вздох. - Я не буду злиться, если ты немедленно не перестанешь себя так тупо вести. Что на тебя нашло? Я что, стал похож на... - он напряг память, вспоминая, кого же тот называл пару раз, когда речь где-либо заходила о предпочтениях, - Дженнифер Энистон? - Дженнифер Лоуренс, вообще-то, - смущенно поправил его бета и хихикнул, - Ну да. Не особо похож. Но это же ничего не значит! Я просто, ну... Просто всё так странно. Эта новость слишком... Слишком меня поразила. В голове столько мыслей... - Ты не мог бы подумать без моего присутствия, Юджи? - Мегуми выдавил из себя усталую улыбку, стараясь не проявлять лишней агрессии, - Я, честно говоря, сильно устал. Мне, если ты ещё не понял, точно не хотелось, чтобы все узнали о моем статусе. Я как знал, что ничем хорошим это не обернется. А ты ещё так неадекватно реагируешь, будто у меня на лбу вырос третий глаз! - Было бы прикольно, - Итадори улыбнулся, а затем, будто очнувшись, закивал, - Да! Извини! Всё! Я ухожу! Фушигуро-кун, прости ещё раз, что я так отреагировал! - Он вновь отвесил ему короткий поклон и попятился к выходу, не переставая бормотать извинения, - Надеюсь, всё в порядке! До завтра! Когда за ним закрылась дверь, Мегуми в очень смешанных чувствах присел на свою кровать. Что это было? Не то, чтобы тот всегда вёл себя супер-адекватно - нет, у него часто было весьма странное поведение, но такое он видел впервые. Как оказалось, это самое поведение теперь стало нормой для беты и он и в следующие дни атаковал Фушигуро своим вниманием. Тот буквально всей кожей чувствовал чужой взгляд на себе, даже когда, казалось, был совершенно один. И момент, когда они тренировались с второгодками и Юджи отклонил атаку Панды, направленную на Мегуми, чуть ли не разрушил и так довольно шаткую в последнее время нервную систему омеги. - Чтобы больше ты не лез, куда не надо, Итадори! Или я откручу тебе уши и скормлю какому-нибудь проклятью! - Орал омега, отвешивая парню подзатыльники, - Что это ещё за выходки такие! Годжо тоже изрядно утомил его своими фразочками, но тот хотя бы был занят своими делами и редко появлялся Мегуми на глаза. Только второгодки вместе с Кугисаки адекватно вели себя по отношению к нему, никак особо не меняя своё поведение, за что заслужили от черноволосого шамана глубочайшее признание. В конце-концов, он тешил себя надеждой, что дурацкое поведение сенсея и одногруппника вскоре изменится и всё вновь станет, как прежде. Ведь ничего не изменилось по сути. От него ничем не пахнет - техника скрывала всё-всё. Внешне он не преобразился и был абсолютно таким же, как и ранее. Да и характер остался таким же. Так в чём проблема?

***

Проблема была и намного более серьёзная, чем он мог себе вообразить. До такого ему уж точно было не додуматься - чтобы подобное было возможно и чтобы случилось с ним! Да ни в жизни! Но Мегуми, к сожалению, должен был признать, что Годжо-сенсей в чём-то был прав. Точнее, во многом. "Весёлые деньки", как он выразился не так давно, грянули как раз в тот день, когда к ним приехали ученики из других магических школ. Он понял это, как только открыл глаза от тянущего ощущения в животе и в пояснице. В голове был туман, член стоял, а сзади впервые за его шестнадцать лет было влажно и немного липко. Противно. - Так вот она какая, эта течка, - Пробормотал, кривя нос, Мегуми, садясь на кровати и окидывая слегка расфокусированным взглядом пространство комнаты. По всей видимости, здесь ему предстоит провести около двух дней, - Да уж. Заблаговременно выданные в мед. крыле таблетки, облегчающие симптомы, лежали на тумбочке и он потянулся к ним, беря сразу две и запивая водой из стоящей рядом пластиковой бутылки. Ещё пару раз посетовав и побурчав на своё "везение", он лёг на спину, прикрывая глаза, стараясь вновь уснуть - может, и день быстрее пройдёт. Как бы не так. Несмотря на двойную дозу медикаментов, тело вскоре начала бить мелкая дрожь, а скручивающие ощущения в животе и паху нарастать, равно как и увеличиваться мокрое пятно под ним, превращаясь чуть ли не в лужу. Застонав, Мегуми вновь поднялся с кровати, шатаясь, подошёл к шкафу, дабы взять чистые простыни, и услышал мерный стук в дверь. - Мегу-чан! Доброе утро! - Донеслось до его слуха и он закатил глаза, - Как ты там, справляешься? Нужна моя помощь? Фыркнув, представив, какую помощь тот мог ему оказать, Фушигуро помотал головой, тут же жалея об этом - голову повело и он едва не свалился на пол около раскрытого шкафа. Внезапно он ощутил посторонний запах, что-то морское, будто бы соленые брызги под палящим солнцем - такие были ассоциации - и в животе всё болезненно сжалось, заставляя его простонать в голос, опираясь головой о дверцу гардероба. - Мегуми? - Голос Сатору по ту сторону входной двери сделался более обеспокоенным, с примесью каких-то разных эмоций, - Мегуми-чан, открой, пожалуйста, дверку. Тот лишь помотал головой, жмурясь, забывая, что его, вообще-то, не видно. Голос старшего мага стал на пару октав ниже и на пару тонов громче. - Если ты сам не откроешь, я буду вынужден вскрыть замки! Сколько их тут... Четыре? Ты действовал наверняка, Мегу-чан! - Искрящееся веселье взбесило мучавшегося у треклятого шкафа Фушигуро и он, схватив с полки новую простынь и чистое бельё, кинул всё это на кресло у изголовья кровати, а сам подошел к двери, стукнув по ней со всей силы. Так же сильно ему бы хотелось стукнуть по наглому лицу беловолосого альфы, который, вероятно, думал, что ему всё можно. - Только попробуй, - зарычал он, чувствуя, как по бедру стекает смазка и морщаясь от этого, - Взломаешь дверь - я сломаю тебе хребет. У меня всё под контролем... - Сказал он уже не так уверенно, но всё равно с вызовом, - Да и чем ты поможешь, извращенец! - Ну почему же сразу извращенец, Мегу-чаааан, - пропел за дверью деланно-сладким голоском Годжо, поскрёбывая по деревянной поверхности длинными пальцами, - Я не собираюсь делать с тобой ничего предосудительного. В конце-концов, я твой учитель, а ты мой ученик, и это запрещено по многим правилам... - Он усмехнулся, услышав тяжелый вздох, - Но ты мне так дорог, как я могу бросить тебя в твою первую течку? Мой долг помочь любимому студенту! "Твою ты...", - уныло подумал омега, не зная, верить ему или нет. Не то, чтобы он думал, что учитель, который знал его с малых лет, может позволить себе что-то лишнее, а уж тем более противозаконное, но вот насчет него самого он сомневался. Не хотелось выглядеть перед сенсеем беспомощным слабаком, у которого из задницы льёт, как из ведра. Кошмар, конечно. Уж лучше выйти против проклятия особого ранга, чем терпеть такое издевательство. - Мне не нужна помощь! - Как можно более твердо ответил он, - Я уже принял таблетки, Годжо-сенсей! Возвращайтесь к остальным, сегодня же соревнования, почему вы... - Он сглотнул слюну, которая, кажется, была с морским вкусом, - Тут ошиваетесь? - Твой запах распространился на всю школу, - странно-тихо, но четко проговорил учитель, отчего сердце Мегуми ушло в пятки, - Нам с Нанами пришлось вывести всех отсюда в другой корпус, но кое-кто смог учуять тебя и уже с самого утра тут были разборки. - Он завздыхал в своей любимой манере, - Мегу-чан, Мегу-чан, я же не зверь какой-то. Я чувствую, что тебе не помогают эти таблетки. Я могу помочь, правда. - Его голос приятной музыкой лился в уши и омега чуть ли не замурлыкал, вовремя одергивая себя и заторможено уставившись на дверную ручку. - Верь мне. - ..Только чтобы без глупостей, - еле выдавил из себя Фушигуро, ощущая себя безвольной половой тряпкой, пока открывал все четыре замка дрожащими руками, - И чтобы никто не знал... - Разумеется! - От такого энтузиазма в его голосе омега успел пожалеть о своем решении, но дверь оказалась открыта, представив его взору вечно улыбчивого и подтянутого учителя с неизменной повязкой на глазах, сквозь которую, очевидно, тот видел всё и всех предельно ясно. И потрепанный вид Мегуми, оставляющий желать лучшего, тоже. Альфий запах - разумеется - обдал его жаром с ног до головы, заставляя подкашиваться коленки. Тот, сразу всё поняв, обхватил его за талию, практически донеся до кресла и усадив туда, предварительно ловко убрав свободной рукой брошенные туда ранее тряпки. Мегуми тупо уставился на то, как Сатору, как ни в чём не бывало, энергично меняет ему постельное, при этом напевая какую-то абсолютно дебильную мелодию. - Ну вот, осталось сменить тебе штанишки, - закинув испачканное смазкой бельё в корзину в углу комнаты, он подошел к омеге и протянул ему обе руки, будто ожидая, что тот схватится за них, - Поднимайся, давай! - Пошевелив пальцами и не увидев никакой активности, он весело хмыкнул и приподнял его сам, удерживая подмышками, пока тот вяло брыкался, - Ну-ну, не дёргайся, Мегу-чан, стой смирно, будь хорошим мальчиком! Фушигуро, будто оглушенный исходящим от альфы подавляющим ароматом, тихо застонал, когда почувствовал, как сильные руки умело стаскивают с него спальные штаны с трусами, сзади насквозь пропитавшиеся густой и прозрачной смазкой. Удушливо покраснев, он принял попытку вырваться, которая не обернулась успехом, а Годжо же, абсолютно невозмутимый и всё такой же осененный ореолом превосходства, спокойно надел на него чистые трусы, а затем усадил обратно на кресло, достав что-то из-за пазухи и протянув Мегуми. - Ты же понимаешь, что это и куда вставляется? - Омега прищурился, прогоняя летающие перед глазами черные точки, и увидел перед своим лицом... тампон. Судя по всему, самый обычный, женский, - Если нужно, могу помочь... - Что за хрень ты мне подсовываешь, - сквозь зубы прошипел Фушигуро, с ощутимым трудом поднимая руку и отпихивая протянутую вещь от себя, - Совсем уже... - Ах, так и думал, что ты заартачишься... - Деланно-разочарованно вздохнул альфа, а затем перед глазами Мегуми всё заплясало, а желудок встревоженно сжался, равно как и отчаянно забившееся сердце. Придя в себя, он огляделся, увидев вокруг себя совершенно иную обстановку. Они оба стояли в большой ванной комнате, сияющей своей белизной и хромированными деталями. Ванная, стоящая посередине, поражала своими размерами, сбоку было что-то вроде турецкой бани, судя по тому, что было видно за стеклянной дверью, а огромное зеркало по другую сторону, над раковиной, показало растерявшемуся Мегуми собственное отражение. М-да, выглядел он жалко, особенно на фоне Годжо, что возвышался рядом с ним во всех смыслах этого слова. - Пришлось по-быстренькому переместиться, ты не против? - Как будто от его отказа что-то бы изменилось, подумалось Мегуми с раздражением, когда ему в ладонь вложили треклятый тампон, - Давай, либо ты сам, либо я тебе помогу - решение за тобой, Мегу-чан. Но ты серьёзно оценишь преимущество этой вещички, так хотя бы не будешь так сильно... - Он внезапно запнулся, и омега с неподдельным удивлением сумел разглядеть на его вечно безмятежном лице румянец смущения, - Сильно протекать. - Я сам, - выдавил Мегуми, а затем прищурился, - но только если ты выйдешь отсюда. При тебе не буду. - Ну разумеется! - Всплеснув руками, сказал альфа, выпархивая из ванной в две секунды, оставляя его в одиночестве. Омега, чертыхаясь, добрался до подвесного унитаза, еле переставляя ноги, и, покрутив в пальцах несчастный тампон, плюнул на свою гордость, приспуская трусы. Кривясь-содрогаясь, он вставил его в воспаленное отверстие, чуть выгибаясь, молясь, чтобы это хоть как-то помогло. Собственные, возникающие то и дело мысли пугали и отвращали от самого себя. Течка была омерзительной порой, он осознал это на собственной шкуре. - Мегу-чан? - Раздалось за дверью, затем в проеме появилась лохматая голова, - Ну как? - Офигенно, - съязвил Мегуми, смерив альфу недовольным взглядом, - И это реально поможет? - Стоять, трясясь, в одной футболке и трусах было некомфортно, особенно в присутствии учителя. - Ну, от протекания какое-то время - да. Но, судя по обильным выделениям, менять их нужно минимум каждый час. Справишься? - Годжо зашел в комнату, держа в одной руке голубую пачку с тампонами, а в другой - широкие спальные штаны с нарисованными собаками - точь в точь его гончие, - Принт выбирал специально для тебя, - заметил он с лучезарной улыбочкой, вручая всё это добро омеге, что с каменным лицом взял протянутое ему и начал натягивать на ноги часть, судя по всему, пижамного комплекта, - Ах, как же тебе идёт! Думаю, надо будет прикупить ещё подобного. Выглядишь так ми-и-ило! Фушигуро заметил, что от альфы больше не разило запахом моря - остался лишь легкий аромат, не раздражающий рецепторы омеги. Но на состояние, увы, это сильно не повлияло - всё также тянуло в животе, а от ощущения постоянно сокращающихся мышц сзади, из-за которых тампон, вероятно, придется менять уже минут через десять, хотелось свернуться в бараний рог и как следует повыть. - Есть что-то, что-нибудь, что поможет... лучше? - Сдавленно промычал-пробормотал Мегуми, обхватывая себя руками и дрожа, - Таблетки помощнее? Альфа, видя плачевное состояние своего ученика, подошел к нему совсем близко, обнимая, радуясь, что принял достаточное количество супрессантов, потому что даже его поистине впечатляющая выдержка давала трещину рядом с текущим омегой. Особенно, если этим омегой был Мегуми Фушигуро. - Таблеток мощнее тех, что ты уже принял, увы, нет, но я знаю одно средство, которое точно тебе поможет, - выдал, наконец, сенсей, прижимая черноволосую голову к своей груди и поглаживая по непослушным волосам широкой ладонью, - Один мой старый-добрый приятель тоже омега, и он утверждает, что это лучше всего позволяет облегчить симптомы течки, конечно, не считая альфы, но уж это предлагать я тебе не буду. - Он криво усмехнулся и чуть отстранил ученика от себя, взглянув на его лицо, которое было таким обворожительно-несчастным, что сердце у сильнейшего мага современности то и дело замирало в груди. - Да уж... Не стоит, - согласно кивнул Мегуми и порывисто облизал губы, - Так а... Что за средство? Он был уверен, что Годжо-сенсей покажет ему какую-то особенную технику, возможно, с использованием проклятых амулетов или ещё чего, либо даст заговоренную вещь - то, что такое вряд ли вообще существовало для омег и их деликатных проблем, он осознавал, но надежда умирала последней - но то, что в итоге протянул ему альфа, уже будучи в его комнате, поразило его до глубины души. Поразило, разозлило, смутило - да так, что лицо вспыхнуло, губы сжались в полоску, а сам он проорал: - Да никогда в жизни! Сам развлекайся с этим, извращенец! Неприлично-синий, откровенно пошлый в своём размере и диаметре дилдо швырнули в стену, чуть не пробивая дыру в комнату по соседству, которую, к счастью, никто не занимал. Годжо выставил руки в оборонительной позиции и запричитал: - Не надо так волноваться, Мегу-чан! Это очень полезно для здоровья омеги, вообще-то, доподлинно известно, что... - Ничего не хочу слышать! Оставь... меня одного, черт побери! - Он, чуть не плача от собственных смешанных чувств и эмоций, чуть ли пинками начал выгонять учителя, который сообразил, что, вероятно, на время нужно оставить омегу одного. Поэтому он, скрываясь в дверях, подарил ему лучшую ухмылочку из своего арсенала, отсалютовав двумя пальцами: - Повеселись тут хорошенько, Мегу-чан! Верю в тебя! Проорав ему вслед что-то весьма нецензурное, Мегуми, наконец, упал на колени на пол, ощущая, как тампон внутри набух от смазки до предела - а ведь прошло-то всего ничего... И где обещанный час? Почему из него вытекают целые реки, пресвятые угодники? Почему ему так, черт побери, везёт? Лежащий неподалёку на ковре дилдо поблёскивал электрически-синим цветом, маня омегу внутри него. Сущность выла и желала насадиться побыстрее на что-то толстое и длинное, и то, что дал ему сенсей, как ничто подходило под эти потребности. Но помимо этого его душа рвала и метала, не желая делать с собой и своим телом ничего подобного. Как потом на самого себя смотреть в зеркало?.. Он проскулил, понимая, что зря думал, что сможет спокойненько применять скрывающие техники и жить, как обычный человек. Как бета. Но в течку даже эти самые техники не работали, запах не скрывался, на душе было гадко, а тело просило альфу и до дрожи желанную наполненность. Черт. Омега осоловелым взглядом вновь посмотрел на дилдо. В конце-концов, кто вообще узнает... Ну, может быть, только Годжо. Но этот извращенец себе на уме, поэтому в любом случае станет воображать себе всякое непотребство... Что ж. Силиконовый член приятно лёг в ладонь, и от осознания того, что вся эта немаленькая длина окажется у него внутри, по телу Мегуми толпами пробежали мурашки, а всё внутри перевернулось. - Наверное, другого выбора нет... - Почти трагическим тоном пробормотал он, поднося дилдо к лицу, разглядывая, как цвет едва уловимо меняется в свете пробивающихся из-за штор солнечных лучей, - Единственный вариант, да?

***

Наконец, отвратительные в своей безысходности два дня течки подошли к концу. Периодически к нему приходил Годжо, подсосывая еду, напитки и медикаменты, а так же вечно интересуясь, всё ли в порядке и "не нужна ли его помощь" - какая бы то ни была. Мегуми каждый раз закатывал глаза и отказывался. Тот не преминул так же под конец второго дня осторожно спросить, где та игрушка синего цвета, что он ему дал накануне, на что омега фыркнул и сказал, что та уже давно валяется в мусорном ведре или вообще уже на свалке. Если бы кусок силикона имел хоть частицу проклятой энергии, Сатору бы тут же обнаружил его под кроватью подростка, замотанный в старые, домашние футболки и скрытый за коробкой с журналами и газетами. Но тот и без этого догадался, что его смелое подношение было использовано по назначению - судя по тому, что Мегуми уже не трясло так бесконтрольно от неконтролируемого желания. Годжо хотелось бы помочь любимому ученику другим способом, но он не мог позволить себе это. Пока что. Хоть тот уже и достиг возраста согласия... Пока он решил и дальше оберегать и защищать Мегуми. Как, собственно, и делал всегда. Но теперь роль наставника и почти-что-опекуна хотелось сменить на нечто более значимое. Всеобъемлющее. Стать для него самым близким во всех смыслах этого слова. Мегуми тоже видел это, ему даже не приходилось заглядывать учителю в глаза. Его забота не была чем-то новым и необычным - тот в своей манере делал это, пусть обычно это не было так назойливо, как в эти два дня его первой в жизни течки - но он видел изменения в тоне голоса, в том же поглаживании по спине или в периодически даже сквозь блокаторы и технику прорывающийся сильный запах солёного моря в солнечных лучах. Этот запах ему нравился. Правда, Мегуми не был уверен, что готов на что-то большее с альфой, пусть даже это и был такой знакомый и такой надежный человек, как Сатору Годжо. К моменту, когда он, наконец, вышел из своей комнаты, начисто вымытый, в идеально выглаженной форме и с неизменной техникой сокрытия сущности, ученики других школ уже покинули Токио, чему он был только рад. Не хотелось бы видеть их взгляды, направленные на него - единственного мага, которому так не повезло с генетическим кодом. Ему хватало Итадори, который, стоило ему увидеть его в столовой, тут же увязался за ним, начав тараторить про то, как они с Тодо сразились один на один и он даже смог выиграть во втором раунде, а затем изгнал целых два проклятия первого уровня. Мегуми сидел, апатично ковыряя вилкой салат, и смотрел куда-то в стену, изредка кивая, будто бы реально слушая однокашника, чья болтовня и мельтешение за каких-то десять минут успели порядком надоесть. - Фушигуро, а это правда, что у тебя... - Тот замолчал, и омега, сузив глаза, перевёл взгляд на бету, который мялся и краснел, разглядывая свои пальцы, - Ну, ты понял. В эти дни?.. - Что? - Голос сквозил безразличием, отчего Юджи нахмурился и решительно вскинул на него глаза. - Первая течка. Это правда? - Его покрасневшие щеки и блестящие глаза забавно контрастировали с идеальной бледностью Мегуми и холодными синими глазами, - И что Г-годжо-сенсей... И ты... И вы... - Бред, - выплюнул черноволосый шаман, дернувшись, а затем скривив губы в ухмылке, - Кто тебе такое сказал? - Но все же видели, как Годжо-сенсей постоянно к тебе ходит... - Юджи вновь упер взгляд на свои пальцы, хаотично перебирающие скомканную салфетку, - В здание кампуса никого не пускали. Я пытался пробраться, а меня чуть ли не посадили под замок. Но я даже не альфа! Что бы я мог сделать тебе плохого? - Почти плачущим голосом произнес он, кинув короткий взгляд на внезапно растерявшегося Мегуми, а затем снова возвращаясь к несчастному бумажному изделию, практически полностью истрепавшемуся под сильными пальцами, - Я бы... Я бы ничего не сделал. Я просто хотел проведать тебя, Мегуми-сан. Боялся, что тебе больно, одиноко... - Хм, - закатил глаза Фушигуро, - Всё в порядке. Ты так беспокоишься, будто я оказался при смерти. - Ну... Так Годжо-сенсей, он... - Он просто приходил ко мне и приносил пожрать. А свои извращённые мыслишки оставь при себе, хорошо? - Ладно... - Убито произнес бета, опуская голову, - Я рад, что с тобой всё в порядке. Правда. Он и сам не понимал, почему его так тянет к Мегуми. Но всё его существо будто бы тянулось к омеге, хотелось видеть его, слышать его приятный тембр голоса, просто находиться рядом... Не то, чтобы до того, как он узнал о его сущности, ему было плевать на него. Нет. Ему всегда нравился этот хмурый брюнет с пронзительно-синими глазами, с этими длинными ресницами, которым бы позавидовала любая девчонка; ему всегда симпатизировал его непростой, но твердый характер, а так же какая-то вечная недосказанность во всех его фразах. Но что-то изменилось после того, как он услышал ту самую новость из уст директора. Будто внутри кольнуло и зажгло. Он испугался, что Сукуна вдруг захотел показаться - того не было видно с тех самых пор, когда ему пришлось заключать с ним контракт, дабы не умереть в том Центре заключения и после, оказавшись без сердца. Но он молчал, однако это ощущение жара и покалывания было с ним еще какое-то время. Это было странно. От Мегуми пахло ежевикой и какими-то цветами, совсем-совсем ненавязчиво, но пленительно - хотелось бы чувствовать этот запах вечность. Странно, что Кугисаки, такая же бета, не чувствовала ничего. Он же и под техникой ощущал его. - Ты что творишь?.. - Голос Мегуми вырвал его из собственных размышлений. - Эй, Итадори! Он и не заметил, как взял омегу за руку, оглаживая узкую кисть. Тот быстро вырвал её из чужого хвата и посмотрел на него, как на умалишенного. Юджи показалось, что так оно и есть. Иначе как это всё можно было объяснить?.. - Прости, - сумбурно пробормотал он, закусывая нижнюю губу, - Не знаю, что на меня нашло. Весь оставшийся день брюнет избегал его, и Итадори не мог винить его за это. Он бы себя и сам избегал, наверное. Если бы мог.

***

- Неужели. - Голос Мегуми был полон сарказма, - Меня допускают до задания, какая честь... - Я же обещал тебе, - подмигнул ему Годжо, а затем обратился уже к двум остальным первогодкам, - Проклятье первого ранга, ничего сверхъестественного. Оно засело где-то в здании супермаркета - оттуда уже вывели весь персонал и посетителей, оно передано нам прямо в руки. Есть две жертвы... В общем, рассчитываю на вас, ребятки мои. Все трое вразнобой кивнули и последовали к стоящей перед воротами школы машине. Кугисаки краем глаза смотрела на то, как Юджи подстраивается к Мегуми то с одной, то с другой стороны, и усмехнулась, покачав головой. Это было настолько безнадёжно, что она не понимала, почему пацан всё никак не мог сам этого понять. Очевидно же, что на Фушигуро есть виды у Годжо-сенсея, а значит, никому - тем более бете - не стоило даже пытаться копать в этом направлении. Однако наблюдать за внезапно влюбленным сосудом Сукуны и по совместительству их общим другом было довольно забавно. В супермаркете был полумрак - только некоторые галогеновые лампы горели, периодически мерцая, под потолком, освещая коридоры между множеством стендов и морозильных камер с продуктами. С некоторых полок всё свалено, в одном месте вообще наблюдалась сквозная дыра, вокруг которой клубились остатки проклятой энергии. - И где оно может быть? - Вслух произнесла Кугисаки, достав свой молоток и пару гвоздей, - Спряталось? - Вряд ли, - хмыкнул Мегуми, окидывая взглядом пространство и останавливаясь на неприметной двери в самом конце длинного коридора, - Там что? Помещение для сотрудников? - Наверное, - пожала плечами девушка, - Проверим? - Я один, а вы с Юджи... - Нет! - Бета, наконец, подал голос, взволнованно глядя на медленно вскипающего омегу, - Одному идти опасно... - Да что ты? - Скривил губы брюнет, а затем, не обращая больше на него никакого внимания, пошел вперёд решительным шагом. Распахнув дверь, он разглядел тянущийся вдаль темный коридор и услышал приглушенный звук, напоминающий скрежет металла о металл. - За мной не идти. Двинувшись к источнику этого звука, он буквально кожей ощутил чьё-то темное присутствие. Значит, это самое проклятье было совсем рядом - он был на верном пути. Пинком ноги открыв одну из дверей, он оглядел слабо освещенное помещение, где на низком столике стоял недопитый чай и сегодняшняя газета. Нет, не здесь. Следующая дверь не поддавалась - очевидно, была закрыта на ключ. Мегуми отчаянно желал изгнать это чертово проклятье самостоятельно. У него, в конце-концов, было достаточно сил и мастерства для этого. Он будто бы хотел ещё раз подчеркнуть собственные слова о том, что ничего в нём не изменилось с момента той речи на общем собрании. Он всё тот же шаман, что и прежде. Дверь в самом конце коридора распахнулась и в нос ударил противный запах, будто что-то скисло. Мегуми, поборов отвращение, шагнул внутрь и увидел, как из клубящейся тьмы в углу комнаты выглядывают два выпуклых, желтых глаза. Моментально встав в стойку, омега сложил руками печати призыва, и из его тени, отбрасываемой на стену, слабо освещенную тусклым светом лампы, вылезла черно-белая гончая, тут же бросающаяся на отвратительное проклятье. То взвизгнуло и прыгнуло на потолок, а позади Мегуми раздался взрыв, отбрасывающий его к дальней стене комнаты. Поднявшись на ноги, он увидел, как все двери вместе с дверными проёмами были уничтожены мощным всплеском проклятой энергии. Услышав крики Кугисаки из торгового зала, он тут же побежал вперед, вновь очутившись в плохо освещённом помещении. За короткое время многое изменилось - некоторые полки были полностью уничтожены, повсюду валялись распотрошенные пакеты с едой, разбитые бутылки, фрукты и овощи, расплющенные то тут, то там. Нобара с разъяренными воплями целилась и кидала гвозди в какое-то чудище, похожее на рыбу, размером с приличный шкаф, а Юджи... - Фушигуро! - Крикнула во всё горло девушка, забивая гвоздь в голову проклятью - то раздулось и лопнуло, но на смену ему прямо из стен полезли новые, точно такие же рыбообразные твари, - Где Итадори? - Ты у меня спра... - Начал было Мегуми, но осекся, с ужасом смотря, как в разрушенный вход в супермаркет вваливается Юджи, весь в крови, с, судя по всему, сильно разбитой головой и раздробленным коленом - так он подволакивал под себя ногу, - Юджи! Мегуми, быстро вызвав на помощь Кугисаки своих шикигами, Нуэ и Лягушку, подбежал к розоволосому бете, что обессиленно свалился около полок с крупами, глухо простонав. Оглядев его более пристально, омега понял, что дело совсем-совсем плохо. - Юд... - Там... Там три особых ранга... - Едва слышно пробормотал он, почти отключаясь, а по лицу Мегуми отчего-то побежали слёзы. - Нет, нет, не умирай, слышишь! - Затряс он его за плечи, не веря, что такое может произойти. Как же?.. Ведь тот был таким сильным, подавал такие надежды, был таким... добрым, с этой постоянной жертвенностью и гипертрофированной моралью. Он должен был жить, он не может умереть, особенно вот так, совсем-совсем неожиданно, абсолютно несправедливо... Слёзы капали крупными каплями, но Мегуми их не замечал, только будто бы со стороны наблюдая, как они падают на разбитую голову уже практически бездыханного Итадори. Он буквально чувствовал, что тот вот-вот покинет этот мир навсегда. И почему его так это волнует? Почему он не может встать и пойти сражаться с остальными проклятиями? Где, черт возьми, Годжо, раз тут их так много? К черту! - Сукуна, - прорычал он, глядя на закрытые глаза беты и держа того за плечи, впиваясь в них пальцами, - Слышишь, ты... Ты слышишь! Помоги Юджи! Ты вырвал у него сердце тогда, а потом смог воскресить. Сделай это, спаси его! И я... - Он осекся, не понимая, что вообще может предложить королю проклятий. И стоило ли это того. - И ты? - Прозвучало глубоким голосом, глаза почти-покойника Итадори распахнулись, горя кровавым огнём, а до боли знакомые и устрашающие черные полосы медленно проявились на лице друга, - Что ты сделаешь, маленькая омежка? Запахло горящими углями, костром под ночным небом, необъятными пространствами, пустыней, чем-то терпким... Мегуми ошарашенно посмотрел в столь знакомые и незнакомые одновременно глаза и практически на одном инстинкте самосохранения отполз к другой полке напротив, встав на дрожащие ноги, не сводя своих глаз с преспокойно ухмыляющегося Сукуны, легко встающего следом за ним и взирающего на него в ответ. Фушигуро хотел было сказать что-то, но в горле застряли все слова, а звуки ожесточенного боя где-то сзади и все остальные будто исчезли, поставленные на "Mute". Был только этот одурманивающий запах, от которого омега внутри расплакалась от счастья воссоединения с Истинным. Жуткое, кошмарное осознание как током пронзило черноволосого шамана и он закатил глаза, теряя сознание, падая прямо в сильные объятия. - Наконец-то... - Последнее, что он услышал, проваливаясь в чернильную мглу.