Когда вы звёзды телека, а он тик токер.

-Тёма-а! Мы дома! Боже, Тох, наконец-то эти съёмки закончились, я думал во вращающейся комнате себе хребет сломаю. — Арсений проходит в квартиру, попутно разуваясь и снимая куртку, и идёт на кухню ставить чайник греться. -Да, Арс, Паша был сегодня слишком жестоким в шокерах, — Антон потягивается и потирает предплечья, устав после длительных съёмок. К родителям в прихожую выбегает паренёк. Тёма. 18 лет. Звезда тик тока под кличкой «Ватерфрукт». -Приве-ет, я пытался что-то приготовить вам… нуу… -Тём, ты опять сжёг что-то? — хохотнув, спросил Антон у сына. -Да нет! Попробуйте, я вроде не отравился, да и впринципе неплохо получилось. — попытался оправдаться малой, забегая на кухню вслед за Арсением. — Картошка с котлетами, ну я ведь старался, Пап! -Старатель ты наш, дай прийти в себя, попозже все вместе поужинаем, — устало улыбается Арс, растрёпывая укладку Артёма. -Кстати, мы ещё с Левским такие макияжи сделали! Ну вернее мне бодиарт, а он сделал макияж! Жаль сняли мало, такие классные образы вышли. Я вам сейчас покажу! — выкрикивает Тёма уже из коридора, несясь сломя голову в свою комнату за телефоном, чтобы показать родителям видосики с их образами. -Ля, красива, красива, — Антон подошёл сзади Арсения, приобнял того за талию и положил голову на плечо, смотря за происходящем на экране телефона. — Молодцы, долго оттирали нашу ванную? -Паап, ну там легко смывалось маслом специальным! -А потом это масло было по всей ванной? я видел синие подтёки вообщет! -Пааап, — обиженно протянул Артём. -Тооош, — с такой же интонацией тянет Арс. — Да ладно, тебе, какая разница сколько они её оттирали, ну классно ведь у мальчишек вышло! -Господи, мои вы актёрские сучки, — Антон, посмеиваясь скрывается за дверью ванной, попутно матеря всё и вся по дороге, приговаривая, в кого пошёл сын характером, на что Арсений и Тёма лишь хохотнули.

×××

-Уух, люблю просыпаться за 12 дня-аа? Шесть утра…? Так, Родители ещё вроде не должны проснуться, хотя всякое бывает. — Артём аккуратно поднялся с кровати и на цыпочках, стараясь сделать меньше шума, проходит в коридор и заглядывает в спальню к Арсению и Антону, которые мило спят в обнимку. — О-о-о… Они такие милые… а я блин одинокое что-то, хнык. — Тёма шуточно всхлипывает, но делает это слишком громко, чем надо было, от чего шевеление в постели родителей поднялось стремительно в виде подскочившего Арса, который уже подумал, что сына уже где-то побили. — Ой. -Артём? — Арсений осторожно подходит к Тёме. «ПИЛИТЬ КАМЕДИЮ, ТАК ПИЛИТЬ, ЖИВЁМ ОДИН РАЗ!» Пронеслось вихрем в голове тик токера, он сделал жалобную моську, пытаясь выдавить слезу, смотря на сонного отца. — Тём, что-то случилось? -Я… с-сон. вы. п-пожар. не смог. — Артём проникся ролью жертвы ночного кошмара, заикаясь и почти рыдая, на потеху самому себе. Весь в Арсения. Актёры с рождения. -Господи, Тёма, всё нормально, иди сюда, — Арсений обнимает так нежно, вливая всю любовь и переживания. Он не мог себе позволить, чтобы его жизнерадостный сын рыдал от какого-то глупого кошмара. — Тём, мы тут, всё хорошо, умоляю. -П-Прости, Пап. — Артём внутри успел себя убить, похоронить, раскопать и плюнуть в лицо себе же, потому что так заставить волноваться Арсения на пустом месте и не мог себе это простить. Тёма видел такого Арса много, когда были плохие оценки и мелкий пугался, думая, что его накажут, но новые на тот момент родители, ещё четыре года назад, Антон и Арсений взволнованно переглядывались, не понимая, почему их сын так боится какой-то там двойки. Когда случайно что-то сжигал, пытаясь приготовить ужин, но отцы всегда боялись сначала за сына, лишь бы он не поранился, а потом за сковородку или кастрюлю. Когда после стрелки приходил побитый, а родители, только что пришедшие со съёмок бежали за аптечкой, обрабатывать раны, взволнованно шебурча что-то успокаивающее. Артёму было стыдно, что они так волнуются за него, а он поступает так глупо. -Всё в порядке, ч-честно, прости, что разбудил. -Всё нормально, иди попей водички и спать, — Арсерий оглянулся на часы. — Сейчас ещё только 6 утра, давай, иди, — натянуто-нервно-старчески-с болью в глазах улыбнулся и пошёл обратно к своему Антоше, который даже не услышал переполоха. Честно, Артёму стыдновато и это ещё мягко сказано. Он сгорает изнутри до тла от стыда. Он записывает сториз про эту ситуацию, но никто ведь не знал, что «артоны» это отцы ВатерФорка. Предварительно скрыв сториз от родителей, всё ещё боясь, что их сольют, выкладывает вообще её в «близкие друзья», где были только самые лучшие дебилы и дебилки, которых он только встречал в жизни, с кем мог поделиться всем, не боясь, что они расскажут что-либо запретное. Через минут 20 сообщения посыпались в директ, по типу: «господи, ну ничего страшного, бывает, не беспокойся, скажешь потом ему, извинишься», и Артём после этого с более менее спокойной душонкой ложится обратно спать.

×××

Артём просто гулял с Марусей и болтал о всякой всячине, они довольно долго не виделись, потому что часто был в Питере или Подмосковье, занятый своими проектами, а Маша своими, но нигде не получалось встретится. -Так что ты там с родителями? Ты сегодня сториз в шесть утра записал, я аж испугалась, когда посмотрела, ты такой взволнованный был, — говорит девушка, попивая свой латте. -Да ужас, так и не сказал ничего отцу по этому поводу, он с утра взволнованный был и на меня глядел, папа спросить пытался, что стряслось, ведь он в 6 часов даже не услышал как я «хнычу», — показав пальцами ковычки и по погрустневшему лицу друга стало ясно, что тема его родителей для него как никогда серьёзная, Маруся остановилась и заключила в тёплые объятия Артёма. -Они любят тебя и это самое главное, так что не волнуйся, — тихо шепчет она. Им абсолютно пофиг на то, что они стоят посреди тротуара набережной, им сейчас нужны эти объятия. Артёму нужны. -В этом и дело, что они меня любят, а я их так подвожу. -Всё будет хо-ро-шо, всё будет хорошо, всё будет хорошо, я это знаю, знаю, — смеётся Маруся, отпуская Тёму. -Я тебя обожаю, Марусь, надо будет как-нибудь так же встретиться. -Определённо, я тебя тоже люблю, — с добротой и нежностью в глазах, говорит девушка, совсем не желая опять ездить по всей Москве с этими съёмками, хотелось просто лежать на мягком диване, укрывшись пледом, пить кофе, болтая о всякой, понятной только им с Артёмом фигне. Но всему приходит конец. Ребята прощаются, расходясь по домам.

×××

-Антон, тебе не кажется, что Стас слишком завалил работой нас в последнее время? Тёма тоже со съёмок не вылезает, боже, когда же это всё закончится и мы смогли бы просто на недельку-две куда-нибудь умотать. -Поэтому Стас и заваливает, потому что я с ним уже говорил по поводу отпуска, май отработаем и у нас на целый июнь будет отпуск, а с Тёмой разберёмся, — Антон встал из-за стола, собираясь налить им обоим кофе. -Он ещё через час придёт, так что нормально. — Арсений обнял своего мужа со спины и чмокнул в плечо. — Люблю тебя. Антон принял это как знак к действию, сейчас было не до кофе. Он развернулся на 180°и сел бёдрами на столешницу, откидывая голову назад. Старший же тыкнул пальцем в ключицу Антону, подался корпусом вперёд и взял печеньку, надкусывая. -Ах ты… негодник. Всю романтику попортил. -А ты хотел быть сегодня снизу? — хохотнул Попов. -Да иди, ты… в магазин, сливки для кофе закончились. -Агась, чё ещё взять? Водички чесночной? -Отравить нас с Тёмой решил? -Обязательно, вампирёнок, — Арсений нежно чмокнул парня в щёку, подластился и заключил в крепкие объятия, от которых Антон на протяжении всего времени, как они встречаются и живут супружеской жизнью, таял. Встречаться они начали через месяца два, как их познакомил Стас в 2014, когда только-только началась зарождаться «Импровизация». Расписались они через год, в Финляндии, а решились усыновить Артёма только через два года, когда тому было 12 и уже получается как 7 лет Антон и Арсений живут душа в душу, но никто так и не догадался, благодаря второй квартире Шастуна в Москве, знакомой Стаса Ире, с которой они отлично сдружились, сестре Арсения Алёне и её дочери и необычайной скрытности Арса. А с того, что их шипперят парни лишь смеялись, читая изредка какие-нибудь классные фанфики.

×××

-Артём, вечер добрый, пойдём, поговорим? — Арсений опёрся на косяк двери, наблюдая, как сын постепенно снимает куртку и кроссовки. -Таааак, это ни к чему доброму не ведёт, я так понимаю? -Неа, не угадал, ведёт к очень даже хорошему, но всё зависит от ситуации, — Антон ставит чайник и раскладывает приготовленный вместе с Арсением рамен по тарелкам. -Оооо, рамен! Так о чём речь-то идёт? -В начале июня мы уходим в отпуск и тебя с собой на море хотим взять, но у тебя же тоже съёмки и так далее, можешь отменить их к началу июня? Ну или перенести на июль? — Шастун взял палочки, оставшиеся от суши, которые они недавно заказывали с Тёмой, аккуратно поддел ими ещё горячую лапшу с листиком нори и кусочком поджаренной говядины и положил в рот прикрывая глаза от вкусности данного «дошика по богатому». -Уфф, дело пахнет керосином, так как я понятия не имею, смогу ли хотя бы перенести на июль эти чёртовы съёмки, да и походу какой-нибудь контракт определённо накроется медным тазиком. -Постарайся отменить, плевать на эти контракты, не тебе ещё из кожи вон лезть из-за них. -Пап! Вы и так сильно обо мне заботитесь, я тоже хочу вам хоть как-то в чём-то помочь. Вы всё подростковое время со мной носились, а я вас так подводил: то подерусь с кем-то, то упаду, то обожгусь… -Да не переживай ты так, Тём, мы тебя любого любим, ты же наш сын, как никак, — Арсений тепло улыбнулся. -Хорошо, ладно, я вас тоже очень сильно. — Артём опустил взгляд, отпивая немного любимого зелёного чая с кусочками фруктов, светло-жёлтого цвета и сладкого-сладкого. -Вот и договорились, в июне летим на море! -А вы уже решили куда? — приподнимая бровь, спросил Артём. -Не знаю, сейчас эта уся заваруха с Турцией там и так далее, в России вообще не варик, так что вот, решим ещё. -Господи, Антош, как гопота! -Ну а что нам, Воронежским пацанам, Арррсюшенька, граф ты наш Питерский, -Антон нежно целует в нос любимого. -Агась, спасибо, это было оооооочень, вкусно, а я спатки, — умилённый этой сценкой говорит Артём, оставляя этих воркующих голубков одних. -Спокойной, Мелкий. -Сладких снов, Тём, — с ноткой волнения сказал Арсений уходящему в свою комнату Артёму, а в голове вихрем проносится тот случай в 6 утра, который не даёт нормально спать Попову и приходилось этот недосып запивать энергетиками и кофе, хотя Антон был уже чуть ли не агрессивно настроен против этого, потому что пил старший их в последнее время очень много, напоминая, что сердечко не металлическое ни у Арса из-за большого количества кофеина, ни у Шаста из-за этого подавленного состояния мужа.

×××

Артём Пименов Привет, пап, короч, я договорился как смог, два контракта как и ожидаось разорвано, пришлось отказаться в участии в одном шоу, остальное перенёс на середину июля, так что и после отпуска у меня будет время погулять😩 17:48 Антон Шастун Даров, отлично, тогда дома с Арсом решим, куда хотим и куда оформляем путёвки 17:49 Артём Пименов Атлишна! 17:49 Антон Шастун 🛐 17:49 Артём Пименов ПХХАХАХАХА НУ ПАП 17:50

×××

-Этот месяц был незабываем. — первым в такую родную квартиру зашёл Артём, кидая рюкзак куда-то в даль прихожей, снимая кроссовки. -Согласен, было круто, но я так устал, что готов хоть сейчас падать на пол, — заходя следом за сыном и явно уставше посмееваясь, говорит Шастун. -Антон, до кровати хоть дойди, а я разберу чемодан. -Ну Ааарс. -Ой, иди уже! — посмееваясь, Арсений толкнул Антона в сторону их спальни. -Вот и всё, Тём, твой отец сказал, что не любит меня, Я ПОДАЮ НА РАЗВОООД! -Ну и подавай! — Арсений хрипло смеётся, утопая в лучах вечернего Петербурга. Вот она — семья.