Из огня да в полымя. Тайны Гвартариума

Я проснулась перед рассветом с настроением боевого слона и кровожадным желанием разгромить весь этот мир к чёртовой матери. Мозг под таким напором наконец включился и заработал на полную мощность. Жаль только тело никак не хотело ему соответствовать, отзываясь тянущей болью в каждой мышце, едва я поднялась с постели. Ничего! Не впервой! Я решительно сорвала с себя ночнушку, оставшись в одном полотенце. Хромая, направилась в ванную. Почти не удивилась, повстречав в гостиной Марка, полностью одетого и серьёзного как никогда. Ага! Чувствует кошка, чью мышку съела! Вон, как напрягся! Знает, что теперь с него не слезу, пока не выпытаю все их грёбаные тайны! А что? Мне терять больше нечего! Раз была такой идиоткой и позволила увлечь себя в эту авантюру, придётся учиться выживать! — Умойся сначала, — тихо посоветовал Марк, по моему зверскому взгляду правильно определив ход моих мыслей. Я не ответила. Гордо прошагала в ванную и, стараясь не намочить порванное в нескольких местах полотенце, принялась за водные процедуры. Когда закончила, сухим местом на мне оставалась лишь голова. Полотенце всё намокло, и теперь меня трясло не только от боевого настроя, но и от холода. — Ты что, вообще не спишь? — спросила, вернувшись в гостиную. — Зоркам это необязательно, — отмахнулся Маркус. — Позавтракаем? — А есть чем? — Да. Общую столовую откроют только после бала, а пока еду я буду приносить сюда. — Хорошо, давай, поедим, — пожала плечами, стараясь не думать о том, какой вчера закатила концерт. Отчего-то стало стыдно. Ну, ничего, забудется! Главное теперь не расслабляться. Прошла за своим наставником в нашу столовую и увидела накрытый стол: омлет, каша, яйца, фрукты, сок. Почти как дома, только выглядело аппетитней. А может, я просто уже оголодала? Решив отложить серьёзные разговоры на потом, принялась за еду. Марк не отставал, поэтому мы молча жевали, почти не разговаривая. — Всё! — показательно отодвинув от себя пустую тарелку, откинулась на большие подушки, заменявшие спинки стульев, и вызывающе взглянула на Марка. — Теперь давай рассказывай! — Что? — он сделал вид, что не понял. Но вилку отложил, взяв в руки пиалу с чаем. — То, что я должна знать, чтобы больше не косячить. — Спрашивай, — просто кивнул Марк, не поддаваясь на провокацию. Вот же противный Зорк! — Расскажи о правилах в Академии! — медленно, с расстановкой, пояснила я. — Чего можно делать, чего нельзя? Каковы твои обязанности? Что тебе запрещено, а что разрешено. Каковы мои обязанности и права?.. Ответь сперва на эти вопросы, потом перейдём к другим. — На все вопросы сразу я ответить тебе сейчас не успею, — Марк покосился на часы, — Через полчаса начнутся занятия. — Тогда пока сколько успеешь. И желательно про занятия, чтобы понять, что к чему. — Ладно, — парень оживился. Даже взгляд оранжевых глаз стал светлей. — Тогда начнём с правил поведения на занятиях. — Слушаю, — покорно сложила руки на коленях, вся обратившись в слух. — Главное правило: сидеть молча, если тебя не спрашивают. Не задавать вопросов, чтобы преподаватель не решил, что ты его плохо слушаешь. Если же позволено задать вопрос, то ни в коем случае не делай этого по пройденной теме. Повторение считается оскорблением для учителя, поняла? — Да, — хмуро кивнула. — Записывай и запоминай всё сказанное почти дословно. Каждое слово имеет значение, потому что ложь неприемлема. — Да, в это я уже врубилась! — пробурчала, вспомнив, как нас вчера с лёгкостью развели, заставив поверить, что вернут домой. Даже перевернулось всё внутри от злости. Понаблюдав за мной, Марк, по-видимому, остался доволен, потому что удовлетворённо кивнул и продолжил. — Не выказывай недовольства, если что-то не нравится. Не вмешивайся в дела Зорков и не вздумай качать права. Не возмущайся и не комментируй слова и действия преподавателя, что бы ни происходило. В общем, не пытайся что-либо исправить и доказать — будет только хуже. — Ясно. Сиди прямо, рот на замок, без лишних движений! — перевела я его наставления на привычный язык. — Будешь паинькой — дольше проживёшь! — Точно, — подтвердил мой наставник, невозмутимо глядя мне в глаза. — Что будет, если я нарушу какое-нибудь из этих правил? — сразу решила уточнить, чтобы знать, к чему готовиться. — Получишь наказание. — Какое? — Не могу тебе ответить, — Марк опустил глаза. — Нам нельзя это обсуждать. — А ответить, почему вчера всё так вышло… ты можешь? — Что конкретно ты имеешь ввиду? — Почему ты стал крайним в этом деле с полотенцем? — я понизила голос, который слегка дрогнул. — Ты взял мою вину на себя — я ведь поняла. — Я взял не твою, а СВОЮ вину, Пери, — поправил Марк, предупреждающе взглянув мне прямо в глаза. — За то, что не смог тебя убедить. — Э-э-э… Ясно, — пробормотала, почувствовав, что опять подняла скользкую тему. Проклятье! Придётся осваивать этот язык взглядов и жестов, пока окончательно не разберусь, что к чему! — Где взять расписание занятий? — спросила, быстро сменив тему. — И книги? Разве здесь нет учебников? — Расписание занятий вывешено в холле, — напряжение в голосе Марка исчезло, и он тут же расслабился. — А нужные книги я буду тебе приносить, пока ты… — он взглянул на мои ноги, — пока не пройдёт таинство снятия метки. — Ты можешь устроить мне небольшую экскурсию по Академии? Ну, потом, когда я смогу нормально ходить. А то, кроме этих комнат, я ничего ещё не видела. — Конечно, Пери, когда пожелаешь, — парень чуть заметно улыбнулся. — Что там сегодня первым уроком? — Устройство нашего мира. История. — Мне что-нибудь понадобится? — Нет… Если только, — Марк стащил с кресла красивый бежевый плед и накинул мне на плечи. — Чтобы согреться, — пояснил он коротко, подхватывая меня на руки. — Готова? — тихонько шепнул мне на ухо. — Так точно, генерал! — отрапортовала я, безрезультатно стараясь проигнорировать мурашки, пробежавшие по телу от его тёплого дыхания. — Тогда, вперёд! — усмехнулся Маркус, крепче прижал меня к себе, и шагнул в образовавшееся рядом дымное облачко.

***

Мы очутились в огромной аудитории, где мраморные стены имели светло-золотой оттенок и казались светящимися изнутри. Марк осторожно опустил меня на одно из сидений поближе к выходу и прошёл на своё место у стены, где уже стояли другие Зорки. Видимо, наши наставники были обязаны присутствовать на всех занятиях в виде молчаливых статуй, чтобы не упускать нас из виду ни на минуту. Что ж, к этому, как и ко многому другому, придётся привыкать. Я поискала глазами Витару и обнаружила её сидящей в самом верхнем ряду. Она улыбнулась и помахала мне рукой. За её спиной стоял Джохар. Вчера, пребывая в полном раздрае, я так и не смогла хорошенько его разглядеть. Зато теперь рассмотрела красивое мужественное лицо, выразительные серые глаза, идеально вылепленный подбородок, нос чуть с горбинкой, безупречные губы, и всё это на фоне смуглой кожи и светлых, вьющихся волос, достававших ему до плеч. Хм, да, он красавчик! Такому любая поспешит довериться! Теперь понятно, почему Витара не устояла! Засмотревшись на Джохара, потеряла из вида Марка, но потом вдруг натолкнулась на его тёмный, пристальный взгляд, которым он беззастенчиво сверлил во мне дыру. От такого внимания стало не по себе, и я отвернулась. Аудитория была полностью заполнена адептами, когда на небольшую кафедру поднялся мужчина. Он так же, как прежде мы, вынырнул из дымного облака. Препод не казался слишком молодым, но и старым тоже не выглядел. По земным меркам лет сорок-сорок пять — не больше. В движениях сквозила некоторая плавность и размытость, словно тело преподавателя состояло из потоков воздуха, облачённых в живую плоть. Большие голубые глаза особенно выделялись на фоне совершенно белых ресниц, белых бровей и длинной гривы таких же белых волос, небрежно рассыпанных по мощным плечам. Серебристая мантия до самого пола скрывала его ноги, и потому, казалось, что он не идёт, а летит в нескольких сантиметрах от пола. Суровое лицо с проступающей на лбу татуировкой пламени, очерчивали острые скулы и волевой подбородок. Прямой нос с раздувшимися ноздрями, и недобро поджатые губы завершали портрет. Едва появился преподаватель, в аудитории установилась полная тишина. Студентки с любопытством разглядывали учителя, гадая про себя, чего от него можно ожидать. — Я вижу, все собрались, — окинув помещение быстрым профессиональным взглядом, заговорил мужчина. — Меня зовут Айюмин Аль Силад — я ваш преподаватель по устроению, истории и расам этого мира. Сегодняшний урок мы начнём с краткого обзора, а на последующих занятиях будем останавливаться на темах поподробней. Итак, начнём… Мир Гвартариума расположен в одной из параллельных Земле реальностей, полностью скрытой от других миров барьером, генерируемым Чистым Пламенем. Проходить через этот барьер и оставаться невредимыми могут лишь те, кто принадлежит к расам, здесь обитающим, и при наличии разрешения от Совета Магов. Если нет разрешения, пересечь границу Гвартариума вам не удастся. Чистое Пламя уничтожит любого, кто посягнёт на его безопасность. Далее… Наш мир состоит из четырёх проекций, расположенных одна над другой. Нижний Мир покрыт снегами и вечными льдами, заполнен потухшими вулканами и мёртвой каменистой почвой. Обогревается только в центре, постепенно остывающим озером лавы. Населён низшими существами, постоянно враждующими друг с другом из-за мест обитания. В основном это животные или существа с ограниченной мозговой активностью, но, как и все в этом мире, владеющие магией: Албасты, Гидмеймуны, Гавгавы и другие. Средний мир — в нём теплее и больше возможностей выжить. Как правило его заселяют примитивные расы, неспособные развивать прогресс или науку. Я говорю о низших духах и деградировавших в ходе эволюции представителях магических конфессий. Одними из таких представителей являются Гули или, как называют их в народе — Упыри. Встречаются также Удары, Карины и им подобные расы. Селиться они предпочитают на болотах, загрязнённых почвах, в сточных канавах и на кладбищах. Поедают всё живое, до чего доберутся, включая себе подобных. Мир обогревается действующими вулканами и немногочисленными реками расплавленных металлов. В Среднем мире существуют заводы по переработке этих металлов, на которых трудятся каторжники и осуждённые на смерть преступники. Приблизительная продолжительность жизни на подобных производствах равна нескольким годам по местному времени. Если сравнить с Землёй, то от года до трёх. Я говорю вам это потому, чтобы вы знали: всякое преступление и нарушение законов всегда влекут за собой справедливое возмездие, в каком бы мире вы ни оказались. И к сожалению, на Гвартариуме тоже иногда появляются личности, предрасположенные к подрыву общественного строя и содействующие его разрушению. Теперь о следующей проекции или о следующем ярусе. Итак, Верхний мир: расположен над двумя первыми и представляет собой довольно комфортное место для проживания. Судить об этом вы можете сами, так как именно в нём мы и находимся. Этот ярус самый большой, развитый, чистый, благоустроенный и тёплый из трёх перечисленных. В нём проживают практически все расы высоко цивилизованных существ, населяющих Гвартариум. Верхний мир обогревают Огненные Проточины, которые берут своё начало в ядре Чистого пламени и широкими меридианами расходятся по всей поверхности. Проточины делят ярус на зоны, где автономно существует одна из рас. Например: Силады — воздушные джинны, Мариды — джинны Воды, Ифриты — Огненные Джинны, и многие другие менее многочисленные. Каждая раса живёт по собственным законам и придерживается принятых у неё устоев и традиций. Однако все беспрекословно подчиняются Совету Магов, который, в свою очередь, также беспрекословно исполняет волю императора. Передвижение между зонами ограничено, но не запрещено, если тебя пригласили. В Верхнем мире достаточно ресурсов и промышленностей, позволяющих равномерно развивать магические технологии и науку, а также учебных заведений, выпускающих по ним специалистов. Разумеется, наибольшее развитие здесь получают магические специальности, потому что наш мир, в противоположность Земле, чисто магический. И, наконец, последний мир! — сделав паузу, торжественно объявил преподаватель. — Мир, в который мечтает попасть каждый! Это Высший Мир или Мир Чистого Пламени! В него вход запрещён всем, кроме самых знатных и привилегированных родов Гвартариума. Только главы великих Родов и их семьи допускаются на земли Святыни нашей цивилизации, и достойны видеть её воочию, а также греться в её Пламени! Это ещё актуально и потому, что чем ближе вы находитесь к источнику Чистого Пламени, тем больше сил и энергии от него получаете. То есть, практически приобретаете бессмертие, неисчерпаемый запас магии и могущества. В Высшем мире Пламя присутствует везде. Даже вода заряжена его Божественной Силой. Именно поэтому наш император так мудр и силён. Его власть наполнена Священной Чистотой, которой нет равной нигде более. И никто из нас, смиренных подданных императора, никогда не сможет затмить этот Свет или воспротивиться ему! И только тем из вас, кто сможет доказать, что этого достоин, будет подарено высшее благо в этой вселенной — увидеть, прикоснуться, испить из волшебного источника Чистого Пламени! Вам даётся беспрецедентный шанс войти в семью императора в качестве Кашири, и разделить с ним могущество Пламени! — Айюмин Аль Силад замолчал, но в аудитории по-прежнему сохранялась полнейшая тишина. Все были впечатлены услышанным, и по лицам девушек было невозможно понять, что они чувствуют. Я с трудом оторвала взгляд от бездонных, засасывающих в голубую бездну глаз преподавателя и заставила себя перевести его на застывших рядом студенток. Их лица были бледными и странно опустошёнными. Глаза, не мигая, смотрели куда-то прямо перед собой, руки судорожно сжимались в кулаки. На какой-то миг мне показалось, что девчонки просто окаменели или впали в какой-то чудовищный транс, но уже через минуту стали отходить. Отмерли, пошевелились, и, как и я, начали переглядываться. — На следующем занятии мы будем изучать проекции мира более предметно, а пока я попрошу вас изучить и запомнить то, что уже было сказано, — подождав, когда все очнутся и смогут собраться с мыслями, объявил преподаватель. — Вопросы есть? — А к какой расе относимся мы? — неожиданно раздался голос со второго ряда и все вздрогнули. Взгляды девчонок вновь устремились на преподавателя, и повисла гробовая тишина. Айюмин Аль Силад замер с открытым ртом, его скула нервно дёрнулась, в голубых глазах промелькнула белая молния. — Это несвоевременный вопрос, Пери Магдалена! — прорычал он, зазвеневшим от напряжения голосом. — Похоже, за восемнадцать лет вы так и не научились терпению! Придётся мне в этом помочь! — мгновенный, почти неуловимый жест, и девушки, сидевшие возле чересчур любопытной Пери, в ужасе закричали, шарахнувшись в разные стороны. Я посмотрела на Магдалену и едва сама не заорала дурным голосом. Рот у бедной девочки просто исчез, и теперь вместо него, сливаясь с носом и подбородком, красовалась свежая, розовая сплошная полоска кожи. — Надеюсь, молчание в течение суток, а также небольшая диета пойдут вам на пользу, Пери, — со злой насмешкой сверкнув глазами, промолвил воздушный маг. — А заодно и минус десять баллов в счёт ваших будущих достижений! — он крутанулся на месте, подняв небольшой ветерок всколыхнувшейся мантией, и исчез прежде, чем все пришли в себя. «Ну вот, и первая смертница!» — пронеслось у меня в голове, и я прикрыла ресницы, чтобы не видеть полные слепого ужаса глаза Магдалены, натужно мычавшей, и, словно в эпилептическом припадке пытавшейся ногтями разодрать кожу на лице. Меня вдруг замутило, и я была благодарна Марку, который не заставил дожидаться окончания представления. Он подхватил меня на руки, и через мгновение мы уже стояли посреди наших апартаментов. — Спасибо! — хрипло выдохнула, вдруг обнаружив, что мои руки машинально ощупывают дрожащие губы, словно пытаясь убедиться, что те ещё на месте. — Не за что! — отозвался парень, наполняя и подавая мне стакан с водой. — Возьми себя в руки, Таис. До следующего занятия десять минут. — Правда? — я залпом проглотила воду, выдохнула, утирая ладонью вспотевший лоб, и несколько минут тупо стояла, пытаясь успокоится. Потом собралась с духом и кивнула. — Я готова. Что там у нас следующее? — Этикет, — буркнул Марк, перенося меня в очередную аудиторию.

***

— Кружки, ложки, поварёжки! — приговаривала я, в который раз пересчитывая лежавшие на столе приборы, и понимая, что до великосветских раутов я могу и не дожить. Чтобы запомнить, куда что ставить, и за какую из восьми вилок хвататься, если, к примеру, тебе принесут маринованного Стрюлиса в Палладийском соусе, нужно, по крайней мере, представлять, как этот проклятый Стрюлис выглядит! Впрочем, госпожа или ханум, как она велела к ней обращаться, Элиналия Аль Джинния, невысокая, худощавая брюнетка с орлиным профилем, преподающая нам этикет, пообещала, что к концу обучения мы успеем перепробовать все блюда в нашей местной столовой, где быстро научимся пользоваться нужными приборами под угрозой остаться голодными. — Так как все приборы на столах зачарованы, а время приёма пищи ограничено, — вещала она, расхаживая по периметру зала, в котором проходил урок. — Вы не сможете прикоснуться к блюду с едой, неподходящей вилкой или ложкой. А учитывая тот факт, что при открытии у вас магических каналов, сил и ресурсов организма понадобится гораздо больше, то, не зная этикета, вы рискуете умереть с голоду. Я уже не говорю о том, что и бороться за место под солнцем на голодный желудок и с пустым магическим резервом, для вас будет крайне затруднительно… А теперь: тех, кто внимательно меня слушал, я попрошу взять в руки и поднять нужную вилку для Сорбского салата! Все засуетились, и, в конце концов, вверх взметнулись несколько рук, торжествующе демонстрируя преподавательнице золотые вилки с шестью загнутыми зубцами. — Прекрасно! — похвалила Элиналия, жестом останавливая опоздавших, и судорожно меняющих неправильные приборы на верные. — Всем, кто первым дал правильный ответ — плюс один балл в их копилку! Остальным — пока незачёт по сегодняшнему уроку, и ещё полчаса занятий, где они будут повторять пройденное. После этого мы проведём тест, и я вычту баллы у тех, кто не справится. Застонав от отчаяния, я перенесла вес тела на другую ногу, с трудом представив, как смогу простоять неподвижно ещё полчаса. В начале урока нам разъяснили, что для всех без исключения занятий, время в академии не регламентировано, потому оно может длиться ровно столько, сколько требуется преподавателю, чтобы охватить нужную тему. Кроме того, большинство занятий по этикету не предполагают нашего сидения за партой, так как вместо записей нам предстоит изучать учебник. Так что будем учиться стоя возле столов, полагаясь только на свою память. Господи, а я ещё удивлялась, что для обучения стольким наукам нам отведено всего полгода! Да такими драконовскими методами кого угодно чему угодно научишь! И ведь главное — не поспоришь! На этом уроке даже рта никто не раскрыл — вот как нас быстро обломали! И сейчас тишина такая, что даже слышно, как мозги скрипят, разгребая ту кашу, что образовалась в голове после трёх часов этикета! Блин, ещё бы вспомнить, какую вилку куда пихать, если спросят! А то ведь ещё полчаса я не простою! Уже сейчас звон в ушах и перед глазами звёздочки прыгают. А ступни так вообще ничего не чувствуют!.. Так, Таисия, отставить истерику! Поздно пить Боржоми, когда почки отвалились! Нужно срочно пинать мозг, чтобы включился! Итак, что эта «орлица» там вещала про вилки?..

***

Когда Марк вернул меня в наше казавшееся мне теперь почти родным и самым желанным на свете гнёздышко, я завалилась на кровать, молчала почти час, отходя от так называемых занятий. — Скажи, это правда? — наконец, вяло поинтересовалась, наблюдая, как Марк раскладывает на книжном столе принесённые из библиотеки учебники. — Да, — ответил он без запинки, даже не дав договорить. — Но я ведь ещё не спросила! Маркус не оглянулся. Просто пожал плечами. — Здесь всё, правда, Пери, — хмуро уточнил он. — И всё по-настоящему. — Я не про здесь! Я про… Это правда, что ты родился на Земле? — не давая ему снова увильнуть, выпалила я. Маркус замер, потом повернулся, и несколько секунд смотрел на меня, словно решая, отвечать или нет. — Да, — наконец глухо бросил он. — Все Зорки родились на Земле — это правда. — А как ты попал сюда? — невольно заинтересовавшись, села в постели. — Очень просто. Меня сам этот мир притянул. — Как? Расскажи! Маркус вздохнул. Взглянул на меня задумчиво, затем устало плюхнулся на постель рядом со мной. — После того как погибли мои родители… Ну, я считал их родителями. Не знал тогда, что меня усыновили… Так вот, когда они попали в аварию, нас с сестрёнкой забрала бабушка. Но потом ей стало тяжело, и мы попали в детдом. Как-то с ребятами сбежали на речку и стали купаться. Там я вдруг почувствовал, что меня что-то тянет на дно. Стал тонуть, барахтаться, звать на помощь. Мальчишки помладше испугались, бросились наутёк. Один парень побежал за помощью, а Джохар кинулся меня спасать. — Вы с ним из одного детдома? — ахнула я. — Да, мы уже тогда дружили, — неохотно отозвался Марк, и, помолчав, продолжил. — Джохар схватил меня за руку, но удержать не смог. Течение в той реке очень быстрое, кругом камни. В общем, меня вынесло на самую центрину, а Джохара ударило о камни так, что он тоже стал тонуть… Помню, как он исчез под водой и больше не показывался. Потом и меня накрыло. Я потерял сознание. Очнулись уже в этом мире, где нам объяснили, что мы Зорки, и пока не расплатимся с нашим миром за дарованную жизнь, свободы нам не видать. — И вы так сразу поверили? — Нет, конечно, — парень криво усмехнулся. — Долго не верили и бунтовали, пока двоих ребят из нашего потока не сожгли заживо у нас на глазах. Желание бунтовать вмиг отпало. Позднее мы очутились в Академии, где подписали магический контракт на обучение и отработку. Только выполнив все пункты контракта, мы сможем снять печать Пламени и вернуться на Землю. — А ты уверен, что вас вернут? — я затаила дыхание. — Да, уверен. К тому же бывая на Земле, я встречал тех, кто когда-то был Зорком так же, как я. Они живут спокойно. Никто их не трогает. — А среди Зорков есть такие, кто не хочет возвращаться? — Да. Есть те, кому просто некуда возвращаться. Они пытаются заслужить право остаться здесь, но мало кому это удаётся. — Сколько тебе лет, Марк? — внезапно спросила, заметив, как меняется его лицо по мере повествования. Десять минут назад передо мной был молоденький парень, с лукавыми чёртиками в глазах, но уже сейчас, глядя на него, я видела серьёзного устоявшегося мужчину, с пронзительным, даже жестким взглядом, в котором прослеживался холодный и расчётливый ум. — По Земному летоисчислению мне скоро исполнится тридцать, — Маркус улыбнулся. — Но здесь возраст не так актуален, если живёшь в верхних мирах. Чистое Пламя действует, как «живая вода» из сказок. Оно либо сильно замедляет процесс старения организма, либо прекращает его вовсе. С тех пор как я закончил Академию и получил эту метку, — он кивнул на татуировку, — я практически не менялся. — А тебе рассказали, откуда вообще берутся Зорки? — подобралась я к главному. — Последняя приставка в имени ведь обозначает расу, не так ли? Аль Ифрит… Аль Силад… Что обозначает твоя — Аль Ифче? — Ты очень любопытная, Пери! — не сумев скрыть раздражения, Марк скривился. — И как сказал сегодня Айюмин Аль Силад: твой вопрос — несвоевременный! Видела, что бывает, когда язык работает быстрее мозга?.. — он угрожающе сузил зрачки. — Но так и быть, — его взгляд снова изменился, став усталым и насмешливым. — Я всё же отвечу, хотя и не обязан просвещать тебя на свой счёт. Ифче — означает — Ифрит-человек. Я — полукровка, Таис. Рождённый на Земле отпрыск Огненного Ифрита и соблазнённой им женщины. Иногда такие, как я, появляются на свет непреднамеренно, но чаще Зорков зачинают специально, чтобы пополнить ряды бесплатных рабов в Академии Пламени. Когда такому мальчику на Земле исполняется тринадцать лет, и он вступает в период взросления, скрытый Огонь в его крови пробуждается, и его затягивает в этот мир сила Чистого Пламени. — Тогда почему эта сила позволяет Зорку вернуться обратно домой? — не удержалась от очередного вопроса. — Потому что после окончания обучения дольше, чем на десять лет, мы здесь не требуемся. После этого срока наш дух стремительно взрослеет, магический резерв существенно расширяется, и мы начинаем потреблять слишком много ресурсов Пламени. А поскольку мы — всего лишь полукровки, не представляющие никакой ценности и не относящиеся ни к одной расе — наше пребывание здесь нецелесообразно и очень затратно для мира, существующего только благодаря магической энергии. Поэтому нас отпускают, чтобы заменить на более молодых и менее затратных. Наша связь с Чистым Пламенем постепенно слабеет, потом исчезает вовсе, и бывшие Зорки доживают свой век на Земле, как обычные люди… Марк замолчал. Молчала и я, обдумывая его слова. На первый взгляд всё казалось простым и логичным, но наученная горьким опытом, я не спешила делать какие-то выводы. — И всё же интересно, почему преподаватель истории не ответил Магдалене на вопрос? — после долгой паузы, совсем тихо спросила я, задумчиво рассматривая Марка и пытаясь понять, какой он на самом деле. — Ты узнаешь всё со временем, — словно прочитав мои мысли, ответил Марк сразу на все вопросы. — А теперь просто отдохни. Тебе ещё уроки учить, а я пока схожу в столовую за обедом, — и он исчез, оставив меня наедине с собственными сомнениями.