magic wand

      Горячо. Щёки пылают, жар ползёт ниже, покрывая каждый участок кожи нежно-розовой краской. Тяжело. Дышать сложно, хочется сделать вдох, но воздуха не хватает. Кажется, будто лёгкие раскалены. Ярко. Голова идёт кругом так, что перед глазами темнеет. Чимин хнычет, утыкаясь лицом в кровать.       Блять, он сейчас умрёт.       Он лежит на боку, придерживая длинную ручку вибратора. Проникающие волны удовольствия щекочут изнутри, отчего непроизвольно поджимаются пальцы на ногах. Крупная головка приятно распирает вход, когда Чимин двигает вибратором внутри, дразня самого себя. Он привык к большому диаметру, хоть и головка выходит из него с трудом. Но Чимин возвращает её в себя — он ещё не наигрался.       Он так возбуждён. Его член течёт, брошено лёжа на бедре, но Чимин намеренно оставляет его без внимания. Он сдвигает вибратор на мгновение, чтобы усилить давление на простату, и скулит. Скользкой от пота ладонью он крепче обхватывает ручку и медленно тянет головку наружу. Сердце грохочет в ушах, Чимин судорожно облизывает пересохшие губы. Края его ободка натягиваются вокруг игрушки, и вибрации бегут до яиц и члена, отголосками расходясь по кончику.       Чимин мычит в подушку, проталкивая вибратор обратно. Он на грани, ему так сильно хочется кончить, но ему так мало этого. Ему нужно больше, он не хочет, чтобы это заканчивалось. Он такой голодный и нуждающийся, такой распалённый и грязный. Ноги мелко дрожат, а внутри всё так невероятно пульсирует и пламенеет. Чимин чувствует себя просто бесподобно. Безумно.       Он корчится и громко стонет, когда воображение рисует картинки Намджуна, который сейчас решает какие-то важные бизнес-вопросы в другой части страны. Чимин представляет его в деловом костюме, сосредоточенного и важного, такого желанного и любимого. Он принимается быстро трахать себя игрушкой; обилие смазки звонко хлюпает в нём. Намджун в командировке, и Чимин жалеет, что сейчас не снимает себя на видео.       — Мммм... — сквозь зубы мычит он.       Его потряхивает, кончики пальцев покалывает, все чувства обострены так, что он чувствует, словно может потерять сознание, начиная сомневаться, что всё это реально. Чимин чувствует себя пьяным.       Он воображает прикосновения больших рук Джуна на своём теле, его тепло и низкий шёпот... Чимин так сильно скучает по нему. Они переписывались утром, обменялись селфи, и, увидев Намджуна в обтягивающей рубашке и чёртовом галстуке, Чимин весь день мог думать только об этом. И, вернувшись вечером домой, он написал ему, что очень устал и хочет отдохнуть, чтобы не отвлекать Джуна от дел своими похотливыми идеями. Но позже он планирует обязательно поделиться текущим опытом с ним.       — А-ах... Ммм! Дж-жуни... — срывается с губ.       Намджуна нет дома уже неделю. И Чимину так не хватает его. Особенно сейчас. Он бы хотел кончить, услышав его голос, почувствовав его губы на своей зудящей от возбуждения коже. Но всё, что он может получить — лишь картинки, созданные собственной фантазией. Чимин так хочет, чтобы его любимый мужчина поскорее вернулся домой.       Он меняет режим на самую высокую частоту вибраций и взвизгивает, смыкая ноги. Он хочет сжаться, но игрушка так сильно вибрирует, что почти больно. Пот скатывается по виску и шее, Чимин стонет высоко и прерывисто. Его веки трепещут, хрипы вырываются из горла. Он так близко, почти, почти...       Он выдыхает, включая несильную вибрацию обратно.       Пытаясь протолкнуть головку глубже, Чимин уже перестаёт себя сдерживать. Он жалобно мурлычет и боится двинуться лишний раз. Он понимает, что близок к разрядке, цепляется пальцами за ручку вибратора и исступлённо дышит. Ему так жарко, так головокружительно… Ещё немного…       — …Чимин?       Он резко приподнимается и в прямом смысле кричит, когда от изменения угла головка вибратора болезненно давит на простату. И кончает в тот же момент, когда встречается взглядами с мужем. Чимин вздрагивает, кончает всем телом. Много, долго, феерично, не позволяя тяжёлым векам опуститься. Стоны непроизвольно рвутся из груди. А Намджун смотрит прямо в глаза, не отрываясь. Смотрит и упивается оргазмом, блаженным выражением прекрасного лица, а Чимину кажется, что он просто отключился и всё это ему снится.       Но когда пик удовольствия проходит, он чувствует лёгкую боль внутри, однако не может пошевелиться. Перед глазами мутно, уши закладывает.       — Расслабься, хорошо? — доносится ласковый голос Намджуна, но у Чимина по-прежнему в ушах сильно шумит кровь, так что он с трудом понимает слова мужа. Но всё равно едва заметно кивает.       Головка вибратора медленно выскальзывает из него, и Чимин хнычет, когда открытое отверстие лижет прохладный воздух, и оно незамедлительно сокращается вокруг пустоты. Чимин, ещё не до конца придя в себя, опирается на ладонь и присаживается. Он хватает проклятый галстук и тянет мужа на себя.       Чимин врезается своими губами в губы любимого и жмётся к нему, повиснув на шее.       — Боже, ты приехал, Джуни. Я так скучал, боже мой, ты здесь, — Чимин хрипит, но льнёт ближе, как котёнок, и обнимает, целует всё его лицо, цепляется пальцами за плечи и больше никогда не хочет отпускать своего мужа ни в какие командировки. — Что ты тут делаешь?       — Решил устроить тебе сюрприз, но, вижу, ты без меня совсем не грустишь, — усмехается Намджун, поглаживая большими ладонями разгорячённую обнажённую кожу Чимина.       — Я пытался отвлечься, мысли о тебе не давали мне покоя, — хнычет он и пытается развязать дурацкий узел на шее Намджуна, вновь прижавшись к его губам. Чимин притягивает мужа ещё плотнее к себе, пока он не прижимается к его голой груди, упираясь в матрас одной рукой, чтобы не задавить меньшего мужчину. Чимин обвивает ногой тело Намджуна, ероша уложенные волосы на его затылке. — Мм, наконец-то. Я так тебя люблю, Джуни.       — Я тоже люблю тебя, малыш, — отвечает мужчина и снова втягивает мужа в поцелуй, чувствуя, как тяжелеет член в брюках. Совсем не такого приёма он ожидал, но жаловаться на происходящее точно не может себе позволить. — И я тебе покажу, как сильно.       — О? — кокетливо тянет Чимин и прикусывает нижнюю губу, проводя кончиком большого пальца ноги по одетому бедру мужа. Он нежно обхватывает его лицо ладонями, поглаживая щёки, и долго смотрит в глаза. Намджун такой красивый, такой любимый и нужный, родной. Такой настоящий, прямо перед ним, в его руках. Этот момент тишины намного интимнее самого главного, он сладко будоражит, пробираясь от уголков души прямо к паху. Джун коротко целует пухлые губы и выпрямляется, глядя на распростёртого на египетском хлопке супруга. — Ну? Джуни, я так соскучился, не заставляй меня жда…ать!       Чимин не успевает сообразить, как резко оказывается лежащим на животе.       — Это ты меня так любишь? Я тебе что, мешок с костями? — возмущается он, обернувшись через плечо, и хмурится на Намджуна, который неспешно снимает серебряные запонки со своей чёрной рубашки. — Мог бы и… поаккуратнее… — медленно выговаривает Чимин, завороженно наблюдая за мужчиной, закатывающим рукава.       — Прости, любимый, — ласково говорит Намджун с бесстрастным выражением лица и берёт вибратор, оставленный на ночном столике. Он забирается на кровать и садится на бёдра Чимина, прижимая его животом к кровати. — Я тоже хочу немного поиграть.       — Джуни, что ты заду… — Чимин замолкает, когда к его шее прикасается вибрирующая головка. Дрожь проносится по его позвоночнику электрическими спиралями. Он прижимается щекой к матрасу и затаивает дыхание в предвкушении, намертво пригвождённый к постели весом мужа.       Намджун проводит пальцами по взлохмаченным волосам Чимина, осторожно направляя вибратор ниже по обнажённой спине.       — Щекотно, — жмурится он и хнычет, немного ёрзая.       — А здесь? — мурлыча спрашивает Джун, когда достигает копчика и изгиба ягодиц. Он сдвигается назад, чтобы получить полный доступ к заднице Чимина, и игриво обводит вибратором каждую половинку. Чимин вздрагивает и елозит, непроизвольно приподнимая таз. Жар вновь постепенно окутывает его тело.       — Перестань дразнить, — просит Чимин и отрывисто мычит, когда чувствует руку Намджуна на своей талии. Он сжимает его бок и длинным прикосновением спускается к аппетитной ягодице.       — Не знаю, как я прожил неделю без твоего нытья, — поддразнивает Намджун и оттягивает половинку, открывая обзор на влажную розовую дырочку.       — Джуни, ну пожалуйста… — скулит младший, теряя всякое терпение от лёгкой вибрации, пощипывающей его чувствительную кожу.       — Бедняжка, — хмыкает Джун, сминая упругую половинку, и перемещает вибратор. Он прижимает его к шву промежности в опасной близости от входа, и Чимин хрипло стонет, когда вибрация охватывает его поджавшиеся яички и доводит его до сладкого изнеможения.       — Заткнись, — дуется он и открывает глаза, встречаясь взглядами с мужем. Намджун смотрит на него насмешливо, ухмыляясь. — Джуни, я больше не могу терпеть, пожалуйста… Сделай что-нибудь, или я тебя убью, — обещает Чимин и пытается вызывающе двинуть задом.       — Я едва прикоснулся к тебе, а ты уже вне себя? Как мило, — урчит Намджун, и Чимин собирается ответить чем-то язвительным, но внезапно задыхается, когда, наконец, головка игрушки касается его входа.       Он скулит и выгибается, но Намджун, сидящий на нём, не позволяет ему сдвинуться с места. Чимина потряхивает от мощной вибрации, он цепляется пальцами за простынь, сжимая ткань в кулаке, и тяжело дышит. Джун надавливает, но такой силы недостаточно, чтобы проникнуть внутрь. Игрушка приглушённо гудит, крупные волны расходятся в стороны, заставляя мягкие ягодицы Чимина дрожать.       Сжимая пальцами свободной руки одну половинку, Намджун всё же пытается осторожно протолкнуть толстую головку вибратора в скользкую дырочку. Чимин судорожно втягивает воздух, когда края его ободка поддаются. Он чувствует, как его вход пульсирует, и предельно расслабляется, чтобы избежать боли.       — Такой красивый, — воркует Намджун, наблюдая за мужем, распадающимся под ним на части. Он слегка сдвигает вибратор, и они стонут в унисон, как только дырочка Чимина жадно принимает всю вращающуюся головку, втягивая её глубже.       — С-слишком, — жалобно хнычет Чимин, напрягаясь всем телом от сильной вибрации, пронзившей его изнутри. — Блять, Джуни, что ты творишь…       — Показываю, как сильно люблю тебя, детка, — довольно отвечает Намджун и покорно переключает режим, уменьшая частоту колебаний. Он ощутимо меняет угол проникновения, усиливая давление на сверхчувствительную простату. Чимин утыкается лицом в кровать и утробно стонет, сотрясаясь. После стимуляции и испытанного оргазма всё ощущается намного острее. Его член стиснут, но в таком положении он не может даже потереться о кровать, чтобы хоть как-то унять болезненное возбуждение.       Намджун шевелит вибратором внутри, начиная медленно трахать узкое отверстие. Чимин жадно хватает ртом воздух, отчаянно сжимаясь вокруг игрушки, и пытается ухватиться дрожащими руками за мятые простыни. Он закатывает глаза, изо рта течёт слюна и его мозг перестаёт работать. Джун отпускает половинку и проводит рукой по гладкой спине Чимина, пока не запускает пальцы в его волосы. Он сжимает их в кулаке и слегка натягивает. Чимин стонет, ничего не подозревая, и взвизгивает, когда Намджун увеличивает мощность, которая поражает его словно удар током так сильно, что на глазах выступают слёзы.       — Джуни! — кричит он и изо всех сил пытается приподняться. Он больше не может терпеть эту пытку ни секунды. — Вытаскивай и слезай с меня. Сейчас же!       — Малыш, всё в порядке? — беспокоится Джун, но Чимин в ответ только ругается и глядит на него исподлобья.       Подчинившись, Намджун успевает только отбросить вибратор в сторону прежде, чем Чимин толкает его на кровать. Он в удивлении наблюдает за мужем, у которого, по-видимому, открылось второе дыхание. Чимин со рвением расправляется с ширинкой брюк Намджуна, чтобы просто освободить член, и седлает его бёдра.       — Чимини, детка, давай я разденусь и позабочусь о тебе… — мягко начинает Джун, потянув руки к ремню, но младший отталкивает их, судорожно пытаясь смазать себя и эрекцию мужа. Он не отрывает глаз от Чимина, чьё лицо искажено похотью, несмотря на застывшие в глазах слёзы. Но при этом всё в нём так драгоценно: чёрные волосы в красивом беспорядке, искусанные губы, кокетливо блестящая серёжка в виде маленького цветочка в пупке. Сердце Намджуна сжимается, и нежность переполняет его, сменяя страсть. Ему хочется окружить Чимина заботой. Хочется обнять всего, сжать до хруста костей. Сделать его счастливым.       — Я умру, если прямо сейчас не сяду на твой член, — признаётся Чимин и без труда насаживается до самого упора, припадая грудью к груди Намджуна. Старший обхватывает его талию руками, прижимая к себе, и втягивает в медленный поцелуй, чтобы унять его яростный пыл. Пальцы Чимина тут же запутываются в волосах мужа, он жмётся крепче к Намджуну, желая быть как можно ближе к нему.       Ладони скользят ниже, оглаживая поясницу, пока не достигают задницы. Он вонзается кончиками пальцев в мягкую кожу, и Чимин выгибается на нём, сдавленно простонав ему в рот. Он едва отстраняется и шепчет прямо в губы:       — Пожалуйста, детка, Джуни, трахни меня…       Крепко обхватив тело Чимина двумя руками, Намджун упирается стопами в матрас и начинает плавно двигаться. Их губы снова находят друг друга, и Джун ловит каждый крошечный стон мужа, раскачивая бёдра. Чимина снова накрывает усталость, и он расслабляется в заботливых объятиях.       — Я люблю тебя, — шепчет Намджун и протискивает руку к члену Чимина, стараясь не причинять ему боль.       — Джуни… — выдыхает младший, и у него кружится голова от удовольствия, когда Джун толкается особенно удачно и попадает в его сладкое место. Он мяукает, как только Намджун задевает его саднящую головку, и прерывистые вздохи невольно вырываются из его груди, оргазм поражает с такой интенсивностью, что он может только хрипеть, пока всё его тело содрогается с головы до пят, и он пачкает деловую рубашку мужа.       Бёдра не замедляются, пока Намджун не чувствует, как Чимин начинает дёргаться в его руках от излишней чувствительности. Он успокаивающе покрывает его лицо поцелуями, пока не доводит себя до разрядки, кончая глубоко внутри. Чимин невнятно мычит и утыкается носом в воротник Намджуна, вдыхая свежий аромат парфюма.       — Я тоже, — шепчет он, полностью обессилив.       Намджун надолго закрывает глаза, чувствуя, как Чимин прижимается ближе к его шее, щекоча дыханием вспотевшую кожу. Он мягко проводит руками по спине, едва касаясь её кончиками пальцев, и запутывается в лохматых волосах. Джун прижимает его голову ближе к себе, ощущая чужое сердцебиение, и довольно думает, что этот человек останется в его объятиях до конца вечности.       Немного погодя Намджун моргает и открывает глаза, пытаясь аккуратно выскользнуть из Чимина.       — Останься со мной, — просит он, не давая ему шанса возразить. — Я так сильно соскучился, Джуни, ещё немного.       — Ты противный, — бесшумно смеётся Джун.       — Тебе нравится это, — бормочет Чимин.       Намджун целует его в лоб и прижимается к нему щекой, молча соглашаясь.       Ему нравится абсолютно всё, если это связано с его мужем.