Общага конченых

Переезд, что свел в одну компанию всех этих людей, перечисленных выше в строке «Пейринг и персонажи», случился более, чем месяц назад. За это время ребята все ещё не смогли закупиться нормальными продуктами и заполнить ими парочку холодильников на кухне, хотя, думается, что они бы давно смогли это сделать, если бы ни у кого ночью не просыпался жор, благодаря которому к утру пустело несколько полок с едой. Денег на то, чтобы покупать каждый день по несколько пакетов с хавчиком естественно не хватало, поэтому одним прекрасным днём Водка вместе с Зарой на пару приносят из ближайшего ларька кучу пачек лапши быстрого приготовления. Не то чтобы её любили все, но под давлением голодного желудка им все равно пришлось дружно сесть за стол перед пластиковыми тарелками с запаренной лапшой. — Мне кажется, нам тут всем не хватает места, — слегка прокашливается Кошмарик, осмелившись вывалить свое мнение. — Может, кто-то пойдет к себе в комнату? Я, например. — Сиди, блять, — отзывается с другого конца стола Зара. — Нормально всё. В тесноте да не в обиде. — Да, меня тоже всё устраивает, — кивает Попка, сидя на коленях у Сайко, ведь стульев для всех не хватило. Точно так же на ногах у Юто сидела Итальяночка. Глядя на это, Зара так же зазывающе шлепала по своему бедру ладонью, приглашая присесть на него Водку, однако тот, сделав вид, что ничего не заметил, продолжал восседать на одном из самых мягких стульев, который занял, забежав на кухню раньше всех. — Приятного аппетита! — хлопает в ладоши Тан и берет в руку вилку, чтобы в следующий момент воткнуть ее в гору вермишели. После обеда кто-то предлагает попить чаю, но кое-кто «умный» предлагает напиток получше — пиво. Больше всех поддерживает идею маленькая Джиджи, которая чуть ли на месте не скачет и хвостиком не виляет, как самый настоящий песик, который подрагивает от ожидания, и который, скорее всего, даже не пил нормально ни разу в своей жизни, но очень спешит наконец-то попробовать. — Не спаивайте детей! — звучит наигранно строгий голос. Мира пытается вытолкнуть Джиджи из кухни, чтобы отправить ту заниматься своими детскими делами и не видеть, как старшие наводят суету. — Так мы одного возраста, — возмущённо бурчит Джи, что несильно упирается толчкам в лопатки. — Значит ты тоже пить не будешь! — Давай иди соси соску, дитя, — фыркает Мира и в конец выталкивает Джиджи из помещения. — Ну и ладно, — поджимает губы Ясмина. — Я всё равно спать собиралась. — Давай-давай, топай, — Мира напоследок шлепает девушку по заднице, та айкает, подскакивает на месте и норовит дать сдачи, но Мира закрывает перед её носом дверь раньше. — А у вас оно хоть есть? — интересуется Сексуалочка, сидя на табуретке и что-то листая в телефоне. — Что есть? — немного не догоняет Итальянка, немного повертевшись на ногах Юто, который облизывается в желании покусать человека, сидящего на нем. — Как голодное животное, ей-богу, — комментирует Водка взгляд Юто, а рядом находящаяся Зара заходится очередным смехом. — Пиво, — кривится от сказанного Сексуалка, наконец-то ответив на вопрос Итальяночки. — Мы можем пойти купить — это не проблема, — пожимает плечами Сайко и сгоняет со своих колен Попку, чтобы в следующий момент встать со стула. — Кто пойдет? — Я сто процентов, а то вы ещё выберете какую-то хуету, — скрипит костями Зара, разгибаясь из позы рака, в которую случайно встала, когда смеялась. — Я с вами! — тут же реагирует Юто, даже руку приподняв, будто бы на уроке просил учителя обратить на него внимание. — Зая, встань, пожалуйста. Итальяночка трагично вздыхает и поднимается на свои ноги, тут же топая к другому свободному стулу, чтобы сесть на него. Попка собирает все грязные тарелки и идет к мусорнику, но Тан вовремя ее останавливает, возникая прямо перед девушкой и закрывая собой обзор на грязное ведро. — Ты чего удумал? — кивает он на посуду в чужих руках. — Выкинуть надо, — чуть приподнимает брови в удивлении Попка. — Она же грязная. — Её можно помыть! — возмущённо раскидывает руки в стороны Ли, будто бы не понимая, как человек может быть таким не экономным. — Но она одноразовая! — так же возмущается девушка и уже хочет обойти Тана и наконец-то выкинуть мусор, но тот снова её останавливает, перехватывая запястье и агрессивно пытаясь отобрать тарелки. — Да мы же станем кончеными банкротами, если для каждого приема пищи будем покупать всегда новые тарелки! — Ох, ладно, мой, раз уж хочешь, — закатывает глаза Попка и отдает другу гору пластика. — Спасибо, — мурчит он и идет к раковине, кладя туда эту посуду. — Сексуалка, помой. — В смысле? — тут же поворачивается к нему девушка. — Э, не наглей давай, сам мой. — Сыграйте на камень-ножницы-бумага, — машет рукой Водка, провожая взглядом уходящих Зару, Юто и Сайко. — Давай с нами, — тут же предлагает Тан. — Пфф, нет, конечно, это же не я настаивал оставить грязную посуду. И пока народ, оставшийся на кухне, начинает спорить, кому же помыть эту гору мусора, другая троица топает в пивнушку. Зара идет рассказывает что-то про все виды пива, которые знает, Юто рядом идет, постоянно кивая, а Сайко, кажется, и так всё знает, поэтому активно поддерживает разговор. Когда они закупаются в пабе (конечно же, за все деньги самого старшего члена их компании), каждый берет по пакету, заполненному бутылками и банками вкусного пивасика, и идут опять к общежитию, по пути восстанавливая разговор, который был до этого. Юто идет и, слушая разговор друзей, улыбается, пока живот вдруг не скручивает болью, а очко не поджимается из-за предчувствия чего-то плохого. — Блять… — парень вдруг останавливается, а Зара с Сайко, пройдя еще пару шагов, останавливаются следом. — Что такое? — спрашивают они в один голос. — Живот… Ох, блять… — Юто ставит на землю пакет, но не отпускает его ручки, второй рукой обнимая свой животик. — Тебе плохо? — Зара подходит к младшему, не зная, что может сделать для него. — Рожаешь? — шутит Сайко, но тут же затыкается, когда его друг болезненно стонет. — Я… — хрипит Юто. — Ты… — повторяют за ним друзья. —…срать хочу… — выдавливает из себя парнишка, а Зара с Сайко спустя пару секунд молчания начинают громко и истерично ржать. — Да че вы смеётесь, блять?! — жмурится больной. — Блять, я не могу больше терпеть… Юто поудобнее перехватывает пакет и торопится поскорее вернуться в общагу, где его ждал хоть и задрыпанный, но удобный и родной унитаз. Сайко и Зара идут вслед за ним, все никак не в силах прекратить хохотать на весь проспект. — Сука, Юто, — Зара опрокидывает голову назад, пока ее плечи, живот и грудь трясутся в сильном приступе веселья. Она спотыкается, а пакет с пивом взлетает вверх, и пока она, матерясь и смеясь, лежит на асфальте, Сайко по чистой удаче успевает словить этот пакет, надорвать спину, и упасть на колени, продолжая скрипеть смехом, ведь легкие уже не выдерживают такой нагрузки. — Ууу, блять, — у Юто слезы наворачиваются на глаза, когда он оглядывается через плечо на друзей и тоже начинает смеяться, что в его положении очень нежелательно. — Да ну вас нахрен! — он оставляет свой пакет с алкоголем на земле и, поджав ягодицы, заторопился пуще прежнего. — С-стой, блять, — всё еще задыхаясь из-за спазмов в груди, тянет Сайко. Он подхватывает свой и Зары пакет и, тоже немного спотыкаясь, спешит за старшим, продолжая смеяться, только уже из-за походки Адачи. — Подождите! — вскрикивает девушка, что все еще лежала на асфальте. Она пытается подобрать себя и встать, что в итоге хоть и с трудом, но получается. Продолжая ржать, она подбирает по дороге забытое Юто пиво и спешит догнать пару, уже достаточно отошедшую вперед. — Оно лезе-ет бля-ять! — рот Адачи постоянно меняет формы, то «о», то «0», то «О», пока он держится руками за свою задницу, будто бы это поможет ему сдержать всё дерьмо внутри. Хотя, может, это действительно помогает, если его голубые джинсы всё еще голубые. — Прекратите ржать, мне и так плохо! Тишину в холле общежития разрезает грохот резко открывшейся двери, страдальческое мычание Юто и смех Заррины и Сайко. Люди, что были на кухне, заинтересованно выглядывают в коридор. — Что с ним? — задает вслух вопрос, который всех интересует, Винс двум смеющимся, которые своим хохотом заражают и нескольких других людей. Юто с криками «ооААооАоАОА» пробегает мимо них. — Он… Он… — судорожно пытаясь вдохнуть воздух, пытается объяснить Сайко. — Обосрался, — заканчивает за него Зара. Юто забегает в туалет, захлопывая за собой дверь и тут же спешит на толчок, по пути неуклюже стягивая с себя штаны и нижнее белье. Он облегченно выдыхает, опрокидывая голову вверх и смотря на небольшую иконку Святой Девы Марии, что висела над дверным проёмом. — Спасибо, Господи, — улыбается парень. — Ой, ну, то есть, я знаю, что ты- вы девушка, но. Ай, ну вы поняли, спасибо… Почему я разговариваю с иконой? Я вообще не верующий, — Адачи хмурится, ставя локти на колени, а подбородок на сложенные ладони, в этот же момент иконка падает на пол. — Или верующий… Блять. Спустя пару минут православного восседания на унитазе Юто оглядывается по сторонам, чтобы с улыбкой наконец-то закончить все свои дела, но, как бы иронично это ни было, не обнаруживает туалетной бумаги. — Эй… — он поджимает губы и смотрит на иконку Девы Марии. — Ну верующий я! Верующий! — он тянется и поднимает портрет святой Девы, вглядываясь в её нарисованные глаза. — Где бумага-то? Как ни странно, икона не собирается ему ничего отвечать, поэтому парень с разочарованным вздохом кладет её на край раковины умывальника. Ему нужно как-то позвать кого-то. Но ручка двери как-то слишком далеко, он по-любому не дотянется. Да и не хочется как-то кричать. Неловко. Там Джиджи вроде как спит, че он будет её будить своими воплями о том, чтобы ему принесли бумажку подтереться? Какого хуя её вообще тут нет? Неужели сложно новую положить, если первая закончилась? Или, ну, хотя бы предупредить кого-то, чтобы они пошли купили. Это серьёзный повод для раздумий и хороший способ убить время, ведь Юто выбирает вариант ждать, пока кто-нибудь еще не захочет зайти в туалет, потому что свой телефон парень забыл на кухне ещё перед самым выходом и позвонить никому не может. К большому счастью здесь стоит баллончик освежителя воздуха, поэтому Адачи с легкой улыбкой берет его, чтобы почитать. А ещё освежить воздух, ведь, ну, воняет как бы. — Что-то Юто долговато нет, — первый, кто замечает долгое отсутствие парня — не Итальяочка и не Джун, как все могли сразу подумать, а Сексуалка. — Та нормально, его там знатно прорвало наверное, — махнула рукой Мира, а несколько человек пустило сдавленные смешки. — Я вот тоже в туалет хочу, — Тан поднимается с подоконника, на котором раннее умостился, и топает к выходу. — Заодно проверю, как он. Парень шагает по коридору, с каждым своим шагом ощущая всё больше, как мочевой пузырь давит ему то ли в пах, то ли в живот, заставляя коленки при ходьбе тереться друг об дружку. Пиво — это зло. Не пейте его вдали от туалета. Ну или в общем какого-то места, где можно справить нужду. Тан добирается до туалета чуть ли не бежа. Когда она оказывается у двери, то нервно дёргает ручку. Естественно, заперто. — Юто-о, — хнычет Ли, переминаясь с ноги на ногу. — Юто, блять, вылезай. — Тан? — немного неверяще спрашивает Адачи, а после глупо улыбается иконке, лежащей на раковине. — Блин, Тан, принеси туалетную бумагу! — Что? — ударяется лбом об дверь младший, страдальчески простонав. — Ее там нет, что ли? — Ну как видишь, — раздается фырканье по ту сторону. — Не вижу, — рыкнул Тан за секунду до того, как его просветило — он тоже хочет какать. — С-сука-а… — он чуть ли не пищит, прижимает коленку к коленке и еле поворачивается лицом к коридору, в конце которого находилась кухня с его друзьями. Он глубоко вдыхает. — САЙКО! АЛИНА! КТО-НИБУДЬ! Юто прижимает руки к ушам, чуть жмурясь. Действительно громко, блин. А как же Джиджи? — ЗАРА! МИРА! ВОДКА! — продолжает кричать Тан. — Аладжабажсж, все нахуй. Парень нервно оглядывается по сторонам, понимая, что больше не может держать все в себе. В углу стоит горшок с каким-то пышным растением, больно напоминающим бамбук. Тан сплевывает воздух, аля «была не была» и расстёгивает джинсы. Он пристраивается за вазоном, разместив свою задницу над землёй и торчащими корнями растения, грузно выдыхая. Слышится топот. Блять. — Тан? — это Попка. Она оглядывается по сторонам, выискивая парня. — Тан, ты звал? Где ты? Из угла слышится тихий пердёж. Тан хочет провалиться под землю, а Алине не нужно много времени, чтобы разглядеть в тени между листвы чей-то зад. — Ты срешь, что ли? — она немного приглядывается, а после чуть ли не валится на пол из-за сильного приступа смеха, что неожиданно скрутил ее живот и лёгкие. Она смеётся громко и заразительно, из-за чего Юто, что не знает пока всей ситуации, начинает тоже посмеиваться, и Тан бы тоже присоединился к ним, если бы не был сейчас в такой ситуации. — Что такое? — к ним прибегает Сайко, к удивлению, один. Попка, не переставая истерично смеяться, показывает дрожащим пальцем в угол, и парню приходится подойти чуть ближе, чтобы разглядеть срущего друга получше. Сайко так же не может сдержать смеха, однако не такого громкого, как у его подруги. — Хватит ржать! — шипит Тан. — Принесите туалетную бумагу! Из туалета слышится согласный и радостный возглас Юто. Сайко кивает и через пару минут он протягивает Тану пару кусков туалетки, после чего подходит к двери, за которой сидел другой пострадавший. Он стучит и ждёт недолго, прежде чем Юто открывает. Младший протягивает нужный предмет другу, не забывая из интереса заглянуть внутрь. Юто взвизгивает и захлопывает дверь раньше, чем тот успевает что-то нормально разглядеть. — Чё смотришь, — фыркает старший, отрывая кусок бумаги и подтираясь. Потом ещё раз, чтоб наверняка. Однако это оказалось бессмысленно, ведь через пару секунд его желудок решает снова прочиститься. И так происходит несколько раз подряд, пока Сайко, Тан и все ещё не отошедшая от смеха Попка, ждут его. Когда Адачи почти понимает, что больше ему нечем кормить канализацию, он снова подтирается, встаёт, заправляется и со свободной душой смывает. Он пару раз моргает, пока смотрит, как все кружится. Стоп. Просто кружится. Унитаз, оказывается, не был готов к такой нагрузке, поэтому он... забился? О нет. Юто с паникой замечает, что вода поднимается вверх, как и все его экскременты вместе с бумагой. Парень спешит открыть дверь, дёргает ручку, но та не поддается. Он пытается открыть замок, но и тот не двигается. — ДВЕРЬ ЗАКЛИНИЛО!!! — истерично сообщает Юто, а болтающая тройка в коридоре замолкает. — Как заклинило? — Сайко подходит к деревянной плоской поверхности и тоже пробует дёрнуть ручку, но та, как и требовалось ожидать, не даётся. — Помогите! Тут унитаз забился! — чуть ли не хнычет старший, продолжая пытаться открыть путь к свободе. — Оно выливается, блять! Вода водопадом выливается из туалета, говно с бумагой и противным звуком шмякается на плитку и Юто вовремя успевает запрыгнуть в ванну, чтобы не намочить и не испачкать в этом свои ноги. Грязная жидкость просачивается под щелочкой, что находилась между полом и дверью. Сайко, скривившись, отпрыгивает назад. В это время Попка уже побежала за остальными, ведь Тану было пока... проблематично бегать. Вскоре вся сборная конченой общаги оказывается около двери туалета. — Юто, что случилось? — взволнованно спрашивает Зара, не жалея кроссовок и проходит по луже, чтобы поближе подойти к двери. — Дверь заклинило! — сообщает парень и не успевает ничего добавить, как слышит от Зары: «РАЗОЙДИТЕСЬ!». Проходит пару мгновений, после чего слышится треск сломанного замка и глухой удар, то ли от того, как Зара ебнула ногой по двери, то ли от того, как эта дверь херакнулась об плитку ванной, не забыв оставить хорошую трещину и вмятину от ручки. — Ёб твою мать! — самая старшая видит, что находится вокруг, и чуть не поскальзывается, когда спешно отбегает назад. Все гудят и тоже быстро отходят назад, ведь когда дверь открылась, все выплыло в коридор. — Блять, и кто будет это все убирать? — кривится Кошмарик, пятясь к стене. — Юто, это ты так настарался? — смеётся Джун, а Юто отвечает ему чем-то колким, но не обидным. — Хорошо, что дальше с этим делать? — поджимает губы Юнгиз. Сексуалка рядом зажимает нос пальцами, большая часть народа повторяет за ней. — Ну пусть самый смелый возьмёт вантуз и сделает то, что нужно… — Мира тут же направляет свой взгляд на Водку и спустя пару секунд толкает его вперёд. — Э-э-э! — парень машет руками, стоя на носочках и еле сохраняя равновесие, чтобы не вступить ненароком в лужу, что постепенно становилась все больше. — Я, конечно, знаю, что самый смелый тут, но не горю желанием портить свою обувь в говне Юто. — Ну надень что-то, — Сайко оглядывается по сторонам, что-то выискивая. Водка уже собирается съязвить, мол, «Тебя только могу надеть на себя», но ничего не успевает сказать, как Тан указывает наверх какого-то шкафа. — Пустые горшки от цветов.? А неплохая идея, на самом деле. И пока Водка кривится в стороне, «бригада спасателей» уже достает эти горшки с верхушки мебели, ставя пару прямо перед ногами парня. — Ладно уж, ссыкуны, спасу я вашего Юто, — Водка становится ногами в эти горшки и, хоть это было совсем неудобно, направляется в них прямо к унитазу. Он берет вантуз, который со чпоком отклеиваются от плитки и храбро вставляет его в унитаз. На самом деле, он понятия не имел, что делать, но надеялся, что все само сделается. Он дёргает вверх вниз этим вантузом и, кажется, все шло хорошо, пока палка не открывается от резины. Водка снова чуть ли не теряет равновесия в этих ебучих горшочках, но успевает выпрыгнуть из них и залезть в ванну к Юто. Какое-то время все стоят молча, а после унитаз начинает подозрительно рычать. Все разбегаются кто куда, а Водка хватает шторку от ванной, чтобы быстро задвинуть ее и спрятать себя и Юто за ней. Проходит минута молчания и шипения-рычания туалета, прежде чем раздается треск, всплеск и ещё кучу разных громких звуков. То, из чего был сделан унитаз, с грохотом разбивается об пол, который заполняется ещё большим количеством грязной воды. — Унитаз взорвался, — сразу догадывается Мира. — Я звоню сантехнику, — чуть нервно и раздражённо сообщает Сексуалка, доставая из кармана телефон.