Валентинка из красной бумаги

14 февраля – это тот самый день, когда можно поделиться своей симпатией. Сегодня был именно он - день, к которому какие-то школьники готовились либо очень основательно, например, Джемин, либо даже не вспомнили, какое сегодня число, как Донхек. Эти противоположности по классике жанра были давними лучшими друзьями, пережившими вместе взлеты и падения. Первая симпатия в средней школе, первая сигарета, первые неудачные отношения – все было обсуждено этими двумя. Кстати говоря про отношения, с того раза в 8 классе ничего так и не изменилось, и любовь не озарила их сердца. Бывшая Наны бросила его ради другого парня, чье имя отражается в нем ненавистью и скрипом на зубах – Марка Ли. Этот парень по всем фронтам превосходил Джемина еще тогда в 14 лет, и он ненавидел это чувство, а, что еще больнее, признавал это, и, возможно, признает и сейчас. Своего друга Донхек очень любит, поэтому после выходки его пассии он отъебашил этого Ли прямо в школьном коридоре и даже порвал ему рубашку. Джемин тогда был горд, что у него есть такой прекрасный друг, но также опечален, что Марку досталось не от него лично. С тех пор при виде канадца Хек скалится подобно дикому псу и демонстративно закатывает глаза, а Джемин постоянно тихо шепчет другу на ухо: «Чтоб у него хуй не встал». Что касается отношений Хека, то начал он не с того. Общение с девушками в парне не пробуждало никакого интереса к ним, а вот пьяный поцелуй со старшеклассником пробудил все, что можно и нельзя. Так Ли и отдал свое сердце тому парню с вечеринки на недолгие полгода, так как тот выпустился и быстро забыл о своем любовнике. В общем, не срослось у этих двоих с любовью. Но череду неудач нужно было прекращать: Джемин решил, что так жить дальше нельзя и нужно признаться в своих чувствах, пока не стало поздно. День влюбленных – лучший повод. Ли Джиын – так звали избранницу парня. Она училась в математическом классе, была умна и красива, шикарна, великолепна, в общем, мы поняли. Джемин общался с ней вот уже пару месяцев после их совместной олимпиады по физике и за это время понял, что точно влюблен. От девушки он тоже чувствовал что-то похожее, но спросить в лоб не решался, поэтому его признание должно было расставить все точки над "и". На случай отказа парень уже придумал отмазку по типу: «Интересно, кто мог тебе написать такое? Что за глупые шутки? Ну, я найду этого шутника и переломаю ему пальцы». На большой перемене Хек и На плетутся в столовую. Джемину не терпится рассказать другу о своем послании, уже брошенном в урну, а Хэчану – пожрать. Все грамотно расставили приоритеты, однако. - Я все равно не верю, что тебе никто не нравится, - Нана донимал жующего Донхека. – Да хватит жрать, я с тобой разговариваю! - Разочарую тебя с безумной силой, но да, мне реально никто не нравится, - Ли не перестал есть, он лишь, чавкая, выдавал слова. – Да и даже если бы нравился, слать ему валентинку точно бы не стал, ну, это вообще ебланство. - Почему это? - На, ты подзабыл, что геи все еще парни, и эта чушня с картонными сердечками ну просто невыносимое говно. Мне самому лично эти валентинки шлют, и мне от них блевать охота. - А с чего ты взял, что прям все парни их так не любят? Это ты такой индивид. - Вот пришлет тебе валентинку пацан с 7 класса и напишет там: «Оппа, я давно влюблен в тебя. Есть ли у нас шанс?» Твои действия? - Ладно, урыл. - А вот я такие уже 2 года получаю, Джемин. Помолись за меня, чтоб в этом году пронесло. Хэчан мирно доедал остатки своего риса, а Джемин пялился в телефон с нескрываемой улыбкой, как вдруг блаженство Наны прервал друг своим грозным шепотом: - Идет блять, петух канадский. Джемин сразу посмотрел на Хека, чтобы понять, что происходит. Хэчан держал в руках палочки с рисом и наблюдал за Марком взглядом, полным желания убивать. Джемин привык к этому, ему нормально, но вот Хека сегодня Марк бесил по каким-то причинам особенно сильно. - Надеюсь, на раздаче он споткнется и пробьет своим еблетом кафель. - Хек, ты не болен? Что-то ты его сегодня жестко диссишь. - С возрастом я становлюсь нахальнее, как считаешь? - Ты просто дьявол. - Факт. Ли продолжил есть и пялиться на парня в столовой. Он что-то тщательно обдумывал прежде, чем выпалить: - Ну че за блевотную рубашку он напялил? Лол розовую? Купидон бля. - Да че ты доебался-то до него?! - Он чмошник потому что. Парни помолчали еще пару мгновений. Джемин заметно подрасслабился, поэтому с заботой взглянул на друга и натянул насмешливую ухмылку. - Надеешься, что он сам себя своей стрелой пырнет? - Читаешь мысли, бро. Прям в печень. Хек продолжал уплетать еду, изредка поглядывая на старшего Ли. Его взгляд просто искрил. А На было довольно пофиг. Сегодня его день был прекрасным, и всякие ошибки прошлого, как Марк Ли, не могли его испортить. Кореец продолжал копаться в телефоне, попивая холодный кофе. - Ну рубашка и вправду ужасная. Как у пидораса. Джемин чуть не помер. Не от смеха или шока, а от кофе, которым он подавился. - Хек, от тебя это слышать, ну… - Я гей, а не пидорас. Пидорас тут только один, и он навалил себе пол подноса кимчи, - Донхек кивнул в сторону раздачи, - Представляю, как у него со рта вонять будет. - Даже представлять не хочу.