Последняя вечеринка

      Завтра будет тяжелый день. Чувство надвигающейся катастрофы долгие недели не покидало Ли Юнчин, не давая спокойно спать и работать — с того самого момента, как совет директоров Mightee One Entertainment объявил о желании закрыть её проект. Тяжело вздохнув, женщина откинулась на спинку автомобильного сиденья. Немалых сил ей стоило сохранять невозмутимый вид, когда разрастающийся ужас вовсю подтачивал изнутри. Совет директоров, странная череда убийств, крики в музыке Чиуна… Это все было уже слишком. Завтра будет решена её судьба. И потому сейчас она ехала отнюдь не в студию и даже не домой.       Её шикарный лимузин остановился возле высотного здания.       Юнчин не предупреждала о своем приезде заранее, но её имя и статус распахивали перед ней любые двери. По-хорошему, Чиуну сейчас полагалось быть в студии и работать, работать и ещё раз работать, доводя выступление для совета директоров до совершенства, но в студии его не оказалось. И где же тогда было искать нахала, как не в его собственном пентхаусе?       Больше всего Ли хотелось обрубить электричество и устроить Чиуну трёпку, как нашкодившему щенку. Увиденное повергло женщину в ярость: вместо того, чтобы готовиться к ответственному выступлению, Чиун устроил очередную встречу с фанатками. Несколько девушек, прошедших мимо, испуганно поздоровались с замершей женщиной — прославленного продюсера многие узнавали уже наравне с самим артистом. Это немного вывело Юнчин из оцепенения. Она ответила на приветствие легким кивком и направилась к барной стойке. Сейчас ей нужно было немного выпить и взять себя в руки.       Очевидно, бармен на вечеринке был новый: Ли его еще не видела. Еще бы, мысленно усмехнулась женщина. С эмоциональной и нередко вспыльчивой звездой работать бывало непросто, даже несмотря на щедрые гонорары и возможность присутствовать на закрытых вечеринках. Однако новый бармен явно не выказывал никаких признаков неудовольствия. Ничего, снова пронеслось в голове Юнчин с легкой усмешкой, еще пару недель в обществе Трюкача, и бармен попросит найти ему замену. Управляться со взбалмошным артистом могла только его продюсер. Если, конечно, после завтрашнего дня «Трюкач» не прекратит свое существование… Тревожное чувство снова болезненно кольнуло Юнчин.       Бармен сразу узнал Ли и поспешил рассыпаться в восторженных комплиментах, и только безупречная выдержка и опыт поведения на светских мероприятиях удержали женщину от того, чтобы не отмахнуться от пустой болтовни и сразу перейти к расспросам о том, где же находится звезда вечеринки. Вместо этого она попросила безалкогольный коктейль и вскользь поинтересовалась, где можно найти Чиуна. Бармен замялся.       — Он не предупреждал, что вы сегодня придете, — парень осторожно попытался уклониться от ответа и тут же осекся под тяжелым взглядом женщины. Вот оно что… Самоуверенный засранец решил веселиться, рассчитывая, что Юнчин об этом не узнает. И это в тот момент, когда не только его карьера висит на волоске, но и карьера продюсера.       А когда Чиун увидел нежданную гостью у барной стойки, то четко осознал, что на волоске висит также его вечеринка и прочие планы на вечер.       Он был навеселе, он блистал. Сегодня даже больше чем обычно Хак купался в лучах славы. Конечно, он даже не думал о том, что продюсер сегодня навестит его, ведь она собиралась весь вечер провести в студии. Встреча с фанатками была для Чиуна идеальной энергетической подпиткой. Он даже устроил небольшое эксклюзивное представление с ножами на балконе — специально для небольшой группы девушек, чьи голоса ему особенно понравились. Идеальный материал для работы. В пентхаус он возвращался уже в объятиях двух миловидных девчонок, где и был пойман с поличным.       Юнчин даже не переменилась в лице. Она сделала один единственный жест, красноречиво говорящий: «иди сюда». Трюкач не мог не повиноваться.       — Ты пришла! — радостно воскликнул парень, выпуская девушек из объятий и приближаясь к продюсеру. — Я был уверен, что ты сегодня в студии.       — Где должен быть и ты?       Черт. Разговор предстоит тяжелый… Чиун как ни в чем не бывало повернулся к оставленным девчонкам.       — Простите, крошки, но у нас наметилось срочное рабочее совещание. Я найду вас чуть позже. Веселитесь.       Подмигнув разомлевшим от близости артиста фанаткам, парень сел возле бара рядом с Юнчин и только махнул рукой встрепенувшемуся бармену, чтобы тот сделал ему коктейль и отошел подальше. Лишние уши были ни к чему.       — Ты выглядишь ужасно напряженной, — заметил Хак принимая бокал с напитком. — Плохо отдыхаешь последнее время? Приехала развеяться?       — Прежде чем я убью тебя, — спокойно ответила Юнчин, помешивая соломинкой свой коктейль, — я хотела бы узнать, где твои мозги.       — Это было грубо.       — Ты должен быть в студии, — Ли гневно хлопнула ладонью по столу. — А не искать приключений на свою задницу.       — Отдыхать тоже нужно уметь, — непринужденно возразил музыкант. — Посмотри на себя. Когда ты хорошо спала последний раз?       — Прекращай юлить, — Юнчин закипала. — Или ты считаешь, что это только моя головная боль? Выполняй свою работу, а потом веселись.       — Да брось, мамочка. Не отшлепаешь же ты меня, — рассмеялся Чиун, провокационно кладя руку на колено собеседнице. И немного перестарался.       — Если ты не хочешь, чтобы я устроила тебе выволочку прямо при всех, — совершенно не меняясь ни в лице, ни в голосе, Юнчин сделала глоток из своего бокала и стряхнула с себя руку парня, — то нам стоит отойти.       Она первая встала со стула и направилась в сторону небольшой гримерки, даже не обернувшись, чтобы убедиться, что Чиун идет за ней. Когда Ли говорила с ним в таком тоне, даже своевольный Трюкач не рисковал спорить со своей покровительницей. И за это он её и обожал.       Едва Чиун прикрыл за собой дверь, Юнчин не сдержалась и в сердцах схватила его за отвороты блейзера.       — Ты совсем сошел с ума?       Последний раз Чиун видел её в такой ярости только после того самого совета в Mightee One, на котором и был поднят вопрос дальнейшей судьбы её проекта. Провоцировать продюсера дальше становилось опасно.       — Ты сгущаешь краски. Отпусти меня. Это эксклюзивный прикид, испортишь.       Юнчин оттолкнула Трюкача, и он, не удержав равновесие, рухнул на диван позади себя. Хороший знак — буря миновала. Чиун скрестил ноги и откинулся на спинку.       — Что с тобой сегодня? Ты прямо не в себе. Раз уж пришла на вечеринку, — «хоть я тебя и не приглашал», мысленно дополнил парень, — то воспользуйся ситуацией. Выпей, потанцуй.       — Еще предложи мне поприставать к девчонкам, — женщина гневно сверкнула глазами.       Трюкач рассмеялся.       — Тебя бесит, что я умею отдыхать? В отличие от тебя?       — Меня бесит, — Юнчин раздраженно прошлась по гримерке, — что ты клеишь фанаток и занимаешься полной ерундой вместо того, чтобы готовиться к завтрашнему выступлению. Или ты не понимаешь, что завтра в нас буквально вцепятся мертвой хваткой?       — Ты слишком беспокоишься о сохранности своей бесподобной задницы, — лениво заметил Чиун. — Все пройдет как по маслу. Расслабься, отдохни. Как тебе коктейль? Этот бармен просто находка! Переманил его из того клуба, помнишь…       Юнчин оперлась рукой о столик и уничижительно посмотрела на артиста.       — О своей заднице? — она перебила парня, не позволяя заговорить себе зубы. — Ты, видимо, не понимаешь всей серьезности ситуации, малыш. Если что-то пойдет не так, в трубу вылетим мы оба.       — У меня есть план, — Чиун плавным движением поднялся с дивана и подошел к своему продюсеру. — Прекрати нагнетать.       Юнчин подозрительно посмотрела на своего подопечного и повела плечами. Он был абсолютно безмятежен. Конечно, парень буквально взлетел со дна помойной клоаки на вершины музыкального Олимпа и вряд ли осознавал, сколько сил вложила в него сама Юнчин. Говорить что-то Чиуну было бессмысленно. Особенно, когда за дверью его ожидали фанатки, готовые сделать что угодно ради возможности оказаться в компании кумира.       Трюкач улыбнулся и присел на краешек стола рядом с самой Ли. Слишком близко.       — Или у тебя есть другие причины беспокоиться? И дело не только в завтрашнем совете?       Серия убийств. Крики в музыке Чиуна…       — Не расточай слишком много внимания девочкам, — проронила женщина и направилась к двери, отодвинув парня плечом. — И будь завтра в форме.       Тонкие пальцы Трюкача схватили женщину за запястье тогда, когда она уже отвернулась, намереваясь выйти из гримерки. Прежде чем Юнчин успела среагировать, парень дернул её к себе с такой силой, что она едва удержалась на ногах. Чиун обхватил её за бедра, притягивая ближе к себе.       — А что, по-твоему, сегодня я не в форме? — улыбка парня стала по-настоящему хищной, и Юнчин ощутила, как ее раздражение снова нарастает. Она беспардонно стряхнула с себя руки нахала и, прежде чем он сделал еще одну попытку, схватила его за подбородок.       — Не зарывайся. Я не одна из твоих сумасшедших фанаток. Так что держи себя в руках, ясно?       — Конечно ясно, — покладисто согласился Чиун, демонстративно поднимая руки в знак капитуляции. — Ты всегда выражалась максимально понятно.       Юнчин кивнула, отпуская подопечного. Сколько раз она спрашивала себя, не было ли ошибкой позволять ему иногда… слишком многое?       Рука Трюкача скользнула по ее талии.       — И все же, я бы больше предпочел держать в руках тебя.       Рефлексы Юнчин сработали быстрее, чем она успела осознать происходящее: звонкий хлопок от пощечины прогремел раскатом грома в маленькой гримерной. Чиун отшатнулся с абсолютно ошарашенным видом, схватившись за горящую щеку. Он явно не ожидал такого отпора. Юнчин незаметно тряхнула рукой — она переборщила с замахом.       — Я надеюсь, ты меня понял, — женщина была абсолютно невозмутима и даже неожиданно ощутила, что вид обычно самоуверенного мальчишки, получившего такой жесткий ответ, приносит ей своеобразное удовольствие.       Щека Чиуна горела. Но еще больше загорелось неожиданное чувство, вызвавшее у него безумную улыбку.       Перемену в его лице Юнчин заметила сразу, но не успела ничего сделать — Трюкач двигался стремительно. Он практически сгреб женщину в охапку и швырнул ее животом на стол, придавливая сверху своим телом, тем самым не давая шанса вырваться. Юнчин охнула. Прежде чем она успела вывернуться, он схватил её за запястье. Второй рукой Чиун беспардонно задрал короткую юбку. И звонко шлепнул женщину по заду.       — Ты совсем сошел с ума? — прошипела Юнчин, когда ощутила, как тонкие пальцы скользят по внутренней части её бедра. — Там…       Пальцы поднялись выше. Чиун ласкал её прямо поверх белья.       — Там… — женщина сдавалась, но отчаянно не хотела показывать этого. — Дверь не заперта…       — И ты хочешь, — насмешливый голос Трюкача прозвучал прямо у неё над ухом, — чтобы я позвал кого-нибудь присоединиться?       — Идиот, — зарычала Юнчин. В ответ на это Чиун сдернул с неё нижнее белье… Сил на сопротивление не оставалось.       Хаку доставляла удовольствие сама мысль о том, что такая недоступная Юнчин снова оказалась в его руках. Он пытался дразнить её, лаская медленно и томно, вынуждая подстраиваться под свои движения. Ему было абсолютно все равно на то, что в гримерку действительно мог в любой момент кто-нибудь войти. Это было бы даже забавно, ведь за свою репутацию он мог не беспокоиться. Было намного интереснее посмотреть, как бы выкрутилась его непогрешимый продюсер….       Юнчин едва слышно простонала, стоило пальцам Чиуна медленно проникнуть внутрь. Теперь уже они оба слабо контролировали себя. Привыкшая получать желаемое, женщина теперь хотела большего, чем неторопливые ласки, и начала двигаться сама, задавая темп. Чиун немного сдвинулся, вводя еще один палец и отпуская запястье женщины — удерживать её больше не было нужды. Больше всего Трюкачу хотелось наброситься на Юнчин, насилуя с такой яростью, чтобы весь пентхаус знал о том, что происходит в его гримерке. Его затуманенный взгляд наткнулся на один из ножей, лежащих на противоположном конце стола. А что, если… сорвать шубку, распороть блузку? Дальше дать волю желанию и фантазии, пока такая возбужденная Юнчин была в прямом смысле в его руках…       Нельзя. Помутнение прошло также быстро, как и накатило. Сегодня виновниками его поведения были алкоголь и атмосфера, но Юнчин заслужила намного большее, чем быстрый секс в его гримерке. Пришлось несколько раз напомнить себе о том, какой концерт Чиун готовил для неё, и сколько всего ещё нужно было сделать... Только благодаря этому удалось замедлить темп, заканчивая маленькое приключение. Юнчин тяжело дышала и явно не успела подойти к развязке, но Чиун слишком боялся снова потерять контроль. Он задержался, напоследок ещё немного приласкав женщину, прежде чем ему пришлось заставить себя выпустить её и отойти чуть в сторону. Вид Юнчин, распластанной на столе, с небрежно спущенным бельем и задранной юбкой, окатил Трюкача новой волной жара.       Колени Ли дрожали. Сейчас она не хотела признаваться даже самой себе в том, что ей хотелось практически требовать большего, но она бы скорее умерла, чем стала просить Чиуна взять ее. Если допустила произошедшее, нужно было держать лицо и дать понять, что это произошло только потому, что продюсер это позволила. Ли выпрямилась, возможно слишком быстро и нервно, поправила белье и юбку и прошла к зеркалу. На своего протеже она даже не смотрела.       Скрупулёзно поправила одежду, пригладила растрепавшуюся прическу. Макияж не пострадал — прекрасно. Юнчин направилась к двери.       — Завтра ты должен выложиться на все сто процентов, — задержавшись у порога, Ли все-таки обернулась. — Сегодня ты получил, что хотел, так что не смей подвести меня завтра.       Чиун улыбался, и Юнчин вздрогнула от этой улыбки. Нет, это было не выражение удовольствия от их маленькой шалости. В этой улыбке было что-то, что вызвало в голове продюсера отошедшие было на задний план мысли.       Человеческие крики в музыке. Серия громких убийств, следовавших по пятам.       Юнчин вышла прочь, не дожидаясь ответа. И оставляя Трюкача в одиночестве.       Чиун еще несколько секунд стоял, в молчаливой задумчивости глядя на дверь и прислушиваясь к себе, после чего встряхнулся и направился к зеркалу. В конце концов, ночь только начинается, и там снаружи его все еще ждет толпа фанаток. Ему как раз нужно немного доработать музыку для завтрашнего выступления, сделать еще пару записей. А уж завтра он покажет все, на что способен. Ли Юнчин не будет разочарована.