Отстань от больного человека.

— Поль, отстань от больного человека. Именно с этой фразы началось сегодняшнее утро. Верлен выдыхает, садится на край кровати и долго смотрит в золотые глаза напротив. — Не отстану, — отрезает блондин. Нет, все люди когда болеют становятся непонятно чем, но чтобы настолько... Артюр отказывался принимать заботу во всех её проявлениях. В такие моменты светлоглазый думал, а тот ли человек перед ним. Вроде бы тот, а вроде и нет. Рембо садится на постели и смотрит в пустоту. Волосы собранные в косу растрепались, одна кудрявая прядка так и норовила упасть на плечо. Бледное лицо с чуть приоткрытыми губами и такая же бледная шея, выглядывающая из-под водолазки. Шатен сонный, но уже злой на весь мир, в особенности на Верлена, который пытается заботиться. Ну просто потому что "Не трогайте меня". Поль кстати времени не терял и принёс с кухни чай. Он протягивает кружку Артюру и тот берёт её, задумавшись о чём то своём. "Наконец то..." — с облегчением думает блондин, присаживаясь чуть сзади и приобнимая, пристраивая голову на плече у кудрявого. — Почему ты такой злой..? — будто в пустоту спрашивает светлоглазый, проводя рукой по изгибу плеча шатена. — Не знаю. Не хочу чтобы меня кто-то трогал, я успел устать от погоняев на работе, эти дети дерутся, каждый день одно и то же... Меня всё время дёргают, сколько можно. — Солнце, — Верлен прижал его к своей груди ещё ближе, — Я хочу лишь позаботиться о тебе, не более. Облегчить твои простудные страдания, так сказать. Хватит злиться на весь мир, я прекрасно понимаю, что там у тебя творится, но пожалуйста, дай я согрею тебя. Говорят объятья способствуют выздоровлению... — Сон тоже способствует, — тихо отвечает Рембо, положив свою ладонь поверх ладони блондина. Ветер воет за окном свои песни, небо затянутое тучами медленно светлеет. А в комнате на плече у Поля спит его личное солнце с золотыми глазами.