forever

— Меня зовут Мин Юнги. Мне 23 года, я не работаю. — Юнги остановился. — Продолжай. — сказал психолог поправляя очки и смотря на часы. — У меня нет друзей, да и вообще я не очень люблю общаться с людьми. — Твои шрамы на руках, — доктор берет руку Юнги. — Это попытка самоубийства? — Нет, просто моя мать разбила бутылку, — повисла короткая пауза. — Я хотел убрать стекла, а они оказались такими красивыми. — За эти шрамы тебя могут отправить в психушку. Юнги, ты же адекватный. Ты не болеешь шизофренией, не страдаешь от апатии, у тебя нет социофобии. — Моя мать думает об обратном. — Твоя мама желает тебе только добра. Просто она немного религиозная. — И из-за этого она не пускала меня гулять в детстве с другими ребятами! — Юнги схватился за голову. — Все нормально, Юнги, тут нет твоей мамы. Тут только я и ты, — доктор подошел к Юнги и осторожно убрал руки с головы. — Тебе пора уходить. Прием закончен. Юнги, ты ко мне ходишь уже полтора года. И ничего не меняется за это время. — Что вы хотите этим сказать? — Мне придется передать тебя другому врачу. * * * * Юнги стучиться в дверь. Он надеяться, что ему никто не откроет. Что его мать уехала, умерла — не важно. Главное, что ее нет, и он ее больше не увидет. Но это всего лишь его глупые надежды. Что ему делать? Он любит ее. Точнее любил, до определенного момента. А точнее до того момента, когда она его заперла в чулане и заставила молиться. Он просидел там три дня, еще бы чуть-чуть и он умер. Жаль, что не умер. Дверь открылась, и Юнги встретили слова: — Ну что явился? Что на этот раз сказал господин Кан. Что все хорошо? Ничего не хорошо, тебе пора в больницу, Юнги. — Так отдай меня в психушку. — Юнги пожал плечами, за что получил пощечину. — Как ты так можешь говорить?! Ты же знаешь, что я никогда так не поступлю! Ты же мой единственный сын. — Я к себе в комнату. — Юнги устало подымается на второй этаж. Юнги вспоминает все свои 23 года жизни. Конечно, он не помнит ничего до шести годов. А потом школа — унижения, избиения. И весь этот кошмар до седьмого класса. Потом о Юнги забыли до самого выпускного, на который он даже не пришел. Он всегда слушал маму, все что она ему говорила. Из-за того, что его мама божья тварь* Юнги и не принимали. Самоубийство — не выход. — Меня зовут Мин Юнги. Мне 23 года. Я не работаю. И все, что мне осталось желать от жизни — это спокойную смерть, — Юнги закрыл ладонями глаза. — Моя мать меня считает жалким отродьем. У меня нет друзей, а еще еженедельные походы к психологу усугубляют мою ситуацию. Да и к тому-же я разговариваю сам с собой. — Юнги потянулся к столику где лежала уже приготовленная заранее пачка лезвий. Нужно резать вдоль. — Раз… — Юнги подносит у руке мойку. — Два… — надавливает на кожу. В этот раз лезвие острое т.к уже пошла кровь. — Три… — сейчас все будет покончено. — У вас одно новое сообщение. — произнес женский голос, который Юнги не слышал уже…вечность? Он вообще его слышал? Экран телефона мигает голубым огоньком. Юнги смотрит на телефон, переводя взгяд на запястье. Капельки крови. — У вас одно новое сообщение. — снова этот голос. Юнги подходит к телефону, вытирая запястье о свою футболку. Да и наплевать, что она белая. Юнги взял телефон в руки, где открылся чат с неизвестным номером. Неизвестный номер: — Привет. Юнги переполняют эмоции. Что это? Привет? От кого? Почему он так радуется? Скорей всего просто ошиблись номером, со всеми же бывает. — У вас одно новое сообщение. — сердце Юнги готово выпрыгнуть и петь гимн Южной Кореи. Почему так приятно слышать этот женский голос. Неизвестный номер: — Как дела? Юнги никогда не отвечал на чьи-то сообщения. Может не ошиблись номером? Как можно ошибиться два раза подрят? Юнги: — Здравствуйте. Номер есть только у психолога и мамы. Что же делать? А если это какой-то телефонный маньяк? Пока Юнги размышлял, его сердце опять отключилось на ровно 30 секунд. — У вас одно новое сообщение. — Юнги фанючит теперь по этому голосу и по этим словам Неизвестный номер: — Как тебя зовут? Так значит не ошиблись. Значит пишут именно ему — Юнги. Точно маньяк. Терять нечего, даже если Юнги напишет адрес, дату рождения, с кем он живет и к нему придут люди в черных масках — убьют и вырежут ему почку. Он не будет против. Юнги: — Мин Юнги. Неизвестный номер: — Сейчас ты должен спрсить как зовут меня. Ну вот. Юнги опять делаешь что-то не так. Рука вся в засохшей крови. Юнги: — Хорошо. Как тебя зовут? Неизвестный номер: — Пак Чимин. Чимин. Красивое имя. Не такое как Юнги, маньяк — Чимин. Юнги усмехнулся. Чимин: — Сколько тебе лет? Юнги: — 23 года. Сейчас я должен спросить сколько тебе? Чимин: — Не спрашивай. Сам скажу. Мне 21. Я могу называть тебя хен? Хен? Что это? Нет-нет Юнги знает. Юнги хен? Улыбка опять появилась на лице Юнги. Юнги: — Называй, если тебе так удобно. А откуда у тебя мой номер? Не обязательно было лезть с вопросами. Он сам мог тебе все рассказать. Айщ… Чимин: — Госодин Кан попросил с тобой пообщаться. Господин Кан? Психолог Юнги. Значит Пак Чимин такой же псих как и Юнги. Тоже сидит и хочеть умереть? Тоже загоняется в себе? Чимин: Не подумай, я не псих. Я просто пациент клиники где работает господин Кан. Чимин умеет читать мысли. Значит Чимин думает, что Юнги псих? И он общается с ним только по просьбе. Столько вопросов, и нет ответов. Юнги не сразу понял, что уже минут 15 смотрит в телефон и ждет еще какое-нибудь сообщение. Напиши ему сам. Что ответить? Юнги не псих? Может он уже умер? А это ад? Может он порезал вены? А может и нет. Чимин: — Я вижу ты плохо общаешься даже по переписке. Юнги: — Я не знаю, что писать. Чимин: — Расскажи мне о себе. Нет. Только не это. Рассказать? Как у психолога. — Меня зовут Мин Юнги. Мне 23 года, — вслух произносит Юнги. — Он уже знает об этом. Можно обойтись без этого. Юнги: — Мой любимый цвет зеленый. Чимин: — Зеленый? Интересно. Юнги: — Да. Мятный такой. А у тебя? Чимин: — Черный. Серый. Синий. Юнги: — Почему только темные оттенки? Чимин: — Не знаю: > Чимин отправил смайлик. Смайлик? Это точно смайлик. Еще пол часа назад Юнги хотел умереть, точнее чуть не покончил с собой. А теперь он сидит и общается с Пак Чимином. С его новым другом. Другом? Что? Чимин: — Извини Юнги, нам пора спать. Если получится я тебе завтра напишу. Ты хороший парень и собеседник тоже. Юнги прочел последние сообщение и немного озадачился. НАМ пора спать. Почему НАМ? Чимин же сказал, что он не псих. Но он же не говорил, что живет один — не в клинике. У Юнги наверное сейчас вопросов столько же сколько звезд на небе. Кто такой Чимин? Где он сейчас находится? Есть ли у него близкие друзья? Почему он пациент господина Кана, если господин Кан — психолог? Хочет Чимин общаться с Юнги? Что вообще тут происходит? * * * * — Юнги! — доноситься снизу. Юнги не смыкал глаз. Уснул под утро — и через 15 минут этот крик. — Юнги! — ну вот опять. — Иду, мам! — Можешь так не орать?! У меня голова болит, даже не жалеешь меня. Ни грамма уважения к собственной матери. После этого, ты удивляешься — почему я так тебя не на вижу! — как же Юнги раздражает эта жизнь. Снова загоны. Снова желание умереть. Снова орущая мать. Юнги спустился вниз, его мать сидела за швейной машинкой. — Мам… — Заткнись. Иди ешь, все на столе. — госпожа Мин напевала какую-то молитву. Юнги начал ковырять ложкой в этой…что это? Каша? — Мам, ты идешь есть? — Надаже. Вспомнил о матери, — госпожа Мин села за стол. — Что б ты подавился. Юнги был бы только рад. — Знаешь, по — моему даже в больницах кормят лучше. — Юнги жевал медленно, что бы все не полезло назад на тарелку. Госпожа Мин взяла стакан с чаем и выплеснула на Юнги. Нет. Это был не кипяток. Просто теплый чай. — Еще что-то скажешь? — Спасибо за еду. — Юнги встал из-за стола и поклонился. Как проходит день Юнги? 1. Молитвы. 2. Унижения со стороны матери. 3. Просить прощение у Бога, за то, что Юнги не любит мать. Человека который родил его. «Я тебя порадил, я тебя и убью.» 4. Сон. Который не идет к нему.