Flower shop

Чимину нравились вечера, подобные этому. В них обязательно появлялись какие-то новые детали, которые он мог не заметить из-за своей занятости или чрезмерной задумчивости. Когда он приглядывается к обстановке, окружающей его постоянно, он замечает, что, допустим, на книжной полке пора протереть пыль. Или ещё пример: вот из того горшка, что умостился на самом проходе, почти вылез цветок. И вот тогда Чимину нужно срочно подниматься со стула, на котором он мирно распивал чай после работы, и бежать к проказнику-цветку. Чимин был одним из тех немногих, кто любил всем сердцем свою работу. Он с детства возился с цветами, а впоследствии это стало его делом жизни. Он доволен всем, что у него есть: свой магазин на окраине Лондона, книги, пушистый кот дома, чаи разных сортов на каждый вечер и благословенная тишина. Последняя приносила ещё больше удовольствия, потому что когда-то её не было у молодого мужчины. В Хогвартсе никогда не было тихо, если подумать. Сколько бы Чимин ни прятался по углам огромной библиотеки, даже там находился кто-то шумящий. Поэтому сейчас Пак счастлив. Конечно, от полной тишины на постоянной основе можно свихнуться. Чимину нравилось включать на минимальной громкости музыку и, пританцовывая, заниматься цветами. Тем тоже нравились композиции, что он выбирал, и цвели в ответ лучше прежнего. Чимин более-менее умел понимать их язык. В этот вечер Чимин отдыхал, рассматривая притихший после закрытия магазин. Цветы вели себя порядочно при клиентах, но после того, как за последним человеком закрывается дверь, а снаружи переворачивается надпись на "закрыто", они словно оживали. Шелестели листья, двигались едва заметно лепестки, будто цветы переговаривались между собой. Чимин заботливо поливал каждый горшочек, передвигал их, чтобы обитателям магазинчика было удобнее. Он не слышал их голосов, но знал по запаху цветения, что они ему благодарны. Так спокойно. Чимин отхлебнул чая с бергамотом. На языке остался привкус лимона и чего-то ещё. Даже зная рецепт заварки, Чимин любил гадать, что же ещё скрывает тот или иной сорт чая. В какой-то степени это умиротворяло его уставшее сознание, погружало в транс, из которого мужчине очень сложно выбраться. Обычно это происходит уже ближе к полуночи. У него совершенно однообразное расписание: ранний подъем, осмотр цветов, приведение в порядок помещения и подготовка к принятию клиентов; ближе к обеду он продаёт около десятка букетов (или цельных горшков), перекусывает и снова за работу; к закату посетителей становится все меньше и он уделяет внимание книгам, которым отведена здесь отдельная полка. Позже он садится за стойку с кассовым аппаратом, достаёт осторожно палочку и левитирует к себе металлический поднос с красочным чайным сервизом. Попив чай и подумав о чем-то ленивом, Чимин уходит к себе, ложась спать. Примерно так проходит каждый день, если не случается чего-то экстраординарного. И так уже четыре года с тех пор, как он закончил волшебную школу и покинул магический Лондон. На дне чашки остались чаинки от заварки. Чимин крутил в руке хрупкий фарфор. Что-то не давало ему покоя, тревожило разум и бередило душу. Предчувствие. Пак научился за много лет учёбы в том шумном месте (Хогвартс, ага) предугадывать плохое. Ну или не совсем плохое. Нельзя же называть появление лучшего друга (по совместительству, являющегося самым громким человеком в мире) плохим предзнаменованием? Так же было в прошлый раз, может Тэхён снова решил показаться в его маленьком тихом мирке? Чимин помнил прошлый раз, который был больше года назад, когда друг был проездом в Лондоне. У Тэхёна не сложная, в принципе, работа: путешествовать ради изучения разнообразных видов магических животных и растений. Талант находить необычное в природе был у Ким Тэхёна в крови, проявляясь во время учёбы в виде бесконечного любопытства и следующих за этим походов в Запретный Лес. Тэхёну были не так важны правила, хотя Чимин старался как-то убеждать его не делать многие вещи. К сожалению, друг не всегда слушался и отказывался от какой-то своей идеи. Нет, все же это предчувствие отличалось. Тэхён ещё как минимум три месяца будет за границей Англии. Значит, Чимина ждёт тяжёлая неделя? Ну, учитывая то, что сегодня воскресенье. Это не очень хорошо. Чимину в радость было работать, но если он чувствовал себя так странно, то работы будет больше в несколько раз. Кому захочется быть абсолютно вымотанным, даже любя свое дело? Решительно отставив чашку на блюдце, парень взмахивает палочкой с шёпотным "вингардиум левиоса" и поднос плавно перемещается на столик возле кресла, стоявшего в тени книжного шкафа. Выключив светильник, Чимин уходит, желая только хорошенько выспаться, несмотря на странное чувство, захватившее его душу в свой плен.

***

В его цветочном магазине никогда не было суматохи. Клиенты приходили либо раз в час, либо раз в два. Иногда они уходили ни с чем, потому что Чимин не мог продать некоторые цветы в том виде, в котором их хотели взять. Люди, пришедшие сюда впервые, не понимали, отчего такой подход. Чимин с загадочной улыбкой отвечал правду. Можно смеяться с его манеры вести себя, но зато не обидно. Бывали, разумеется, грубияны, но таким Чимин старался отвечать доходчиво и с гордо поднятой головой. В среду появилась женщина, которой срочно понадобились тюльпаны. Много тюльпанов. У Чимина было определённое количество, уже готовое к продаже, но клиентке нужно было больше, и она просила (читай, требовала) сорвать из рассады немного. Чимин отказывал как мог, предлагал миролюбиво другие варианты, но женщина упорно настаивала на тюльпанах. В итоге, она просто ушла ни с чем, потому что Паку надоело любезничать и он строго сказал ей, что действительно не может продать то, что ей нужно; либо она берет то, что есть, либо идёт в другой магазин. И она ушла. Жаль, но Чимину не хотелось нарушать ради кого-то уже установленный порядок в магазине. Чимин устало присел за кассу. Цветы чуть слышно шевелились, но их "разговоры" глушил начавшийся ливень за окном. Кажется, закрыться можно пораньше — в такую погоду никто не пойдёт за цветами. Немного погодя, Чимин встал, потирая занывшую шею. Мерлин бы побрал это защемление, приходящее так не вовремя! На пути к дверям парень наклонился к горшкам, проверяя их целостность и вслушиваясь в шелест. С цветами все хорошо, они всем довольны и желали ему отдохнуть. Чимин задвинул жалюзи на витрину и окно. Достав палочку из кармана джинс, парень одним взмахом включил светильник у кресла и выключил основной свет. Магазинчик погрузился в приятный, домашний полумрак. Тени на стенах уплотнились, в воздухе появились первые ноты чая с мятой и смородиной. Этот аромат напомнил ему о кое-чём давнем. Об учебе в просторных кабинетах, в открытые окна которых влетал совершенно летний ветер, сметая на своём пути все бумаги с их столов; о пергаменте, чуть примятом локтем сверху; о чернилах на кончиках пальцев; о человеке, сидевшем всего через две парты от него… От него тоже смутно пахло смородиной и мятой. Возможно, шампунь какой-нибудь, но точно не естественный аромат. Не могут люди так пахнуть, в этом Чимин уверен. Чимину нравился этот сорт чая. Точно так же ему полюбился тот мальчик. Огладив кончиком указательного пальца золотистый ободок чашки, Чимин медленно делает первый глоток. На кончике языка расцветают разные оттенки вкуса: от сладкого до горького. Закрывая глаза, парень вспоминает мягкие черты лица того мальчишки, в которого влюбился на третьем курсе, аккуратный нос, пухловатые губы (верхняя тоньше нижней), тени от недосыпа под щурящимися глазами. Вспоминается и пшеничного цвета чёлка, и бурчание под нос шепелявым голосом, и кошачий прищур, когда он о чем-то подозревает. Некоторые кадры в голове греют сердце до сих пор, но… Оттенок горечи во рту становится ярче; Чимин не хочет дальше вспоминать. Надо было заварить другой чай. Точно, он так и сделает прямо сейчас. День слишком тяжёл, чтобы добивать его ещё и воспоминаниями. Чимин почти раздражённо выкидывает свежую заварку с виднеющимися кусочками ягод и светлых листков. В дверь стучат негромко, но настойчиво как раз в тот момент, когда Чимин закрывает крышку чайника и начинает мысленный отсчёт. Вздрогнув от очень громкого звука в полной тишине, парень подходит к двери. Он не знал, кто это, мог только предполагать. Что-то внутри подсказывало, что это не магл. Все нормальные люди сейчас сидят по домам и греются у каминов, батарей. А тот, кто явился в такой поздний (на часах всего восемь часов вечера, но кого это волнует?) час, точно не входит в эту категорию. Аккуратно уложив палочку в руке, спрятанной за спиной, Чимин щёлкает замком. Дверь приоткрывается, на пороге появляется большая и чёрная тень. По ногам в тапках проносится прохладный ветер, но дождя на улице, оказывается, уже нет. Только свежесть и лужи. Чимин поднимает голову, всматриваясь в не такую уж и высокую фигуру вечернего гостя, и замирает. Сердце сбивается с положенного ритма, в нос ударяет смородина и мята. На него смотрят пронзительные глаза, по-кошачьи прищурившись. Чимин чувствует, как по его щекам разливается румянец, а в голове все перемешалось ещё больше. — Простите за поздний визит. Не могли бы Вы впустить меня? Я ненадолго, — и этот голос… Он такой же шепелявый, хриплый по своей природе. Чимин вспомнил, как его сводили с ума негромкие интонации этого человека. В горле пересохло, но нужно ответить. А что отвечать? Что Чимин может сказать человеку, который пришёл в закрытый цветочный магазин? Нет, неправильно. Что Чимин может ответить своей первой любви, которая кончилась ничем? Решая промолчать (потому что голос вот-вот сорвётся, и он не хочет, чтобы этот человек услышал писк), он кивает, пропуская нежданного гостя внутрь. Тот оглядывается, снимая верхний плащ и вешая его на вешалку у дверей. Чимин проходит к столику. Из головы вылетело, что нужно следить за заваркой чая. Он старается не обращать внимания на присутствие ещё одного человека (тем более первой любви) позади себя. Палочка надёжно спрятана в рукав полосатого свитера, так что на какое-то время он может не волноваться (ха-ха, как смешно). — У Вас довольно необычный цветочный магазин, — вежливо подметил посетитель. Чимин в это время искал вторую чашку от сервиза, но, кажется, она осталась в шкафу в его квартире, что находится в соседнем доме. Обычно он пьёт чай из одной чашки, а гостей у него не бывает. — Спасибо, — бурчит Чимин, не зная, что делать. Сердце тревожно делало кульбит каждую секунду пребывания этого человека в его пространстве. Такие нагрузки для Чиминова четырехкамерного органа крайне вредны. — Это чёрный чай? — интересуется мужчина, подходя ближе. Чимин делает шаг назад, увеличивая между ними расстояние, совершенно неосознанно и не глядя на боже-первую-любовь-в-его-жизни. — Да, с апельсинами, — уточняет на всякий случай Пак, со вздохом наливая в свою чашку чай. Отдав посудку гостю, Чимин отходит к цветам — самое безопасное для него место в этом помещении. Здесь же он занимает свои руки хоть чем-то, от нервов они так и чешутся. Сзади него в кресле сидит его гость, бывший сошкольник, его первая любовь и просто мужчина его мечты… Но он так далёк, что Чимин чувствует кожей эту пропасть. Точно так же, как и изучающий взгляд на своей спине. Мерлин, почему это так трудно выдерживать? Почему сегодня? Мало ему было той клиентки с тюльпанами..? — Ты всегда молчишь, даже если знаешь человека, Пак Чимин? — твёрдый голос слился с чрезвычайно громким звоном поставленной чашки о блюдце. Чимин резко поворачивает голову, слова срываются быстрее, чем мозг успел их обработать: — Аккуратнее с этим. Это очень хрупкий сервиз, — его голос не дрогнул, на удивление самого Чимина, а прозвучал как-то хлёстко. Как упрёк. Мужчина тоже был удивлён его реакцией, но не разозлился. Он только осторожно вернул блюдце на поднос, мягко и успокаивающе улыбаясь. Чимин ощутил, как щеки становятся ещё горячее, чем были. У него точно поднимается температура. — Значит, не всегда, — сделал свои выводы бывший слизеринец, укладывая локти на подлокотники кресла, — Можешь расслабиться. Я случайно тут оказался, а не по тому, что обнаружил нарушителя порядка в лице тебя… — У меня есть разрешение от Министерства. Всё законно, — Чимин поднимает выше голову, сжимая пальцы на горшке, который он взял, чтобы переместить поближе к витрине, — Другой вопрос в том, что глава отдела обеспечения магического правопорядка делает на краю магловского Лондона? Чимин отворачивается, понимая, что перегнул палку. Сейчас они не в школе, где за такие оговорки ничего не будет, кроме возможного язвительного ответа. Сейчас перед ним не мальчик со змеиного факультета, а взрослый мужчина, работающий в органах Министерства. Будет очень хлопотно решать проблемы, если его грубость воспримут всерьёз. — Небольшое дело. Куда-то сюда сбежал один мелкий преступник, укравший нечто ценное, — к изумлению Чимина, ответил гость. Он будто не заметил наглости Чимина, задумчиво рассматривая его в тусклом свете. Чимин поспешил скрыться в тёмном углу, наконец ставя цветок на пол, устраивая его поудобнее на деревянной подставке, — Тебе не попадались подозрительные личности? — но гость последовал за ним, хотя мог остаться в кресле, все равно все слышно. — Нет. Я всего лишь продавец цветов, мистер Мин, — Чимин вздохнул, проходя мимо мужчины и задерживая дыхание. Мысленно делает заметку не делать смородиновый чай в ближайшие лет пятьдесят, потому что надышался уже, — Думаю, преступнику, желающему скрыться, не нужны цветы. Только если он украл дорогое украшение для дамы сердца, а цветы понадобятся ему в комплект к украденному… Чимин едва не роняет чайник, когда слышит за спиной смешок. Сердце норовит вырваться на свободу этой ночью. Чимину ничего не остаётся, кроме как абстрагироваться от реальности, где он общается с Юнги — первой и не очень удачной любовью. Это небольшое уточнение слегка подпортило и без того нервное настроение хозяина магазина. — Что ж, было бы забавно, если бы ты оказался прав, — голос снова приблизился к нему. Чимин вздрагивает от присутствия в нескольких сантиметрах от своей спины. Он не привык, когда его личные границы нарушают так неожиданно. Но Юнги не делает больше ничего, просто стоит, наблюдая, как чиминовы пальцы сжимают чайник. Чимин знает, что если он сейчас повернётся, то, возможно, упрётся носом в грудь мужчины. Знает и поэтому не двигается вовсе. Атмосфера разряжается быстро, с одной лишь фразой: — Что ж, думаю, мне пора, — Юнги накидывает свой плащ и открывает дверь. Чимин не поворачивается, но мимолетный страх щекочет разум, — Удачи и… Береги себя, Чимин. — Ты тоже, Юнги, — шепчет Пак, когда дверь щёлкает замком. В груди болезненно сжало, а чайник все же выпал из рук. Чимин склоняется к осколкам с пеленой перед глазами. Он не мог поверить в то, что любимое прошлое вот так просто постучалось к нему, недолго погостило и ушло в ночь. От осознания своих упущенных возможностей хотелось свернуться калачиком и тихонечко повыть. Но какая разница, если Юнги уже ушёл. Он унёс с собой мятно-смородиновый аромат, который Чимин так глупо вдохнул полной грудью однажды и не выдохнул. Он ушёл, оставив новые крохи воспоминаний…

***

Осколки прошлого чайника выброшены дрожащими руками в мусорку прошлой ночью. Сегодня же Чимин идёт покупать новый сервиз — ему доставляло неимоверное удовольствие покупать подобные вещи, а после вчерашнего это будет словно бальзам на душу. Старый сервиз прослужил ему все четыре года, что он здесь. Чимин надеялся, что новый послужит дольше. Заглядывая в посудную лавку, мужчина осматривает полки с разными видами тарелок, кружек, столовых приборов. Все это маняще блестело в подсветке витрин, но Чимин шёл к единственной нужной ему сейчас полке — чайные наборы стояли в самом конце, ближе к кассе. — О, мистер Пак! Давно Вас не было видно. Пришли за новой посудой? — поприветствовал его хозяин лавки. Но не это насторожило Чимина. Внимательный взгляд на себе он узнает из тысячи людей. Юнги стоял у кассы, положив руку на стойку. Его глаза блестели в свете лампочек на потолке, или просто Чимину кажется. Скорее у него самого они блестят, потому что новое появление Юнги (он не уехал!) стало лучшим лекарством, чем даже покупка нового сервиза. Но набор ему все ещё нужен, поэтому Чимин улыбается как можно дружелюбнее старику за стойкой, пытается игнорировать Юнги и отвечает: — Да, за чайным сервизом. — Вы присмотритесь к тому розовому. Помнится, Вы хотели с цветами, — хозяин подмигивает, а Чимин краснеет, но улыбается. Приятно, что его первую просьбу запомнили и выполнили. Хоть и смущается он по другому поводу. Отойдя к витринам с наборами, Чимин смотрит на тот самый сервиз, который он когда-то искал. Цветы роз обвивали края чашек, блюдец и широкие бока чайника. Зелёные лепестки маленькие, практически незаметные. Серебристый ободок украшал верхнюю часть чашек. Чимину безумно нравится этот дизайн и он смотрит на него жадно, желая поскорее заварить в этом роскошном чайнике самый вкусный чай в своей коллекции. — Не знал, что тебе нравятся подобные вещи, — Чимин так погрузился в восхищение, что не заметил Юнги за собой. Его приглушенный голос чуть не выбил землю из-под ног молодого мужчины, — Хотя я мог предположить это тогда, когда ты сказал мне быть осторожнее с тем сервизом. — С любым подобным набором нужно быть предельно аккуратным. Если приложить чуть больше силы, то фарфор сломается, — выдавил из себя Чимин, пряча взгляд на витрине с желанным сервизом. Юнги промычал что-то неопределённое, не сводя с него глаз. Мерлин, да когда же он перестанет так делать?! Чимин поджимает губы, мысленно зовя на помощь продавца посуды. Ну, пожалуйста..! Юнги почему-то хмыкает и уходит. Чимин улавливает кусочек его тёмного плаща, исчезающий за дверью, и облегчённо вздыхает. Как же тяжело для него давались все эти сердечные нагрузки, кто бы знал. — Мистер Пак, Вам упаковывать набор? — Конечно. Следующие несколько дней проходят спокойнее. Как будто не было никакого Мин Юнги у него на пороге. Чимин заваривает клубничный чай, добавляя лепестки мяты сверху. И все равно, что плохое сочетание. Они действительно выросли, задумался как-то Чимин, глядя на проникающее сквозь окно закатное солнце и помешивая ложкой чай; звон бьющейся о стенки фарфора ложки размеренно перебивал мелодию тишины. Юнги раньше него закончил Хогвартс — оно и понятно, он ведь старше на два года. Сейчас ему двадцать восемь и он многого достиг. Чимин читал иногда газеты, в частности отдельные вырезки с главой отдела правопорядка. Чимин гордился достижениями парня, который ему нравился, но, в то же время, его накрывала волна грусти и тоски. Юнги и Чимин в разных мирах. Юнги знаменит, а Чимин предпочёл простую жизнь продавца цветов. И его все устраивало. Возможно, это судьба у них такая: быть порознь… Дверь магазина открылась, впуская, наверное, последнего на сегодня клиента. После семи часов обычно людей не так много, почти единицы. Чимин оставляет чашку с чаем недопитой и выходит к склонившемуся над цветами мужчине. Чимина снова вводит в ступор Юнги в его магазине, а сердце так предательски скачет в груди. — Доброго вечера, мистер Мин. Чем я могу Вам помочь? — сдержанно интересуется Чимин, прочистив горло перед разговором. Юнги выпрямляется и поворачивается, его взгляд хочет проникнуть в самую глубь души Чимина. Чимин хочет укрыться от этих глаз. — Мне нужен один цветок. Желательно василёк, — Юнги указывает на синие цветы, покачивающиеся заинтригованно в его сторону. Чимин мягко улыбается цветам, когда срезает один готовый к продаже бутончик. Братья прощаются с ним, пока Чимин осторожно держит стебель между двумя пальцами. Горшок вернулся на место, а хозяин магазина зашёл за стойку, чтобы обвязать красивой лентой цветок. Всё это он делает ради цветка, который не вернётся больше к нему, а не ради предполагаемого получателя (или получательницы) подарка. Юнги терпеливо ждёт, подходя ближе к нему. Чимин игнорирует боль и печаль, возникшие при мыслях о том, что Юнги кому-то подарит этот цветок. Василёк означает простоту и тактичность. Это подходит Юнги, так думает Чимин, но сильно не заостряет внимание на этом. — Записку или что-то ещё? — не поднимая глаз, спрашивает Пак. Рука тянется к твёрдым картонкам, сложенном в стопку на краю стойки. — Нет. Чимин передаёт украшенное растение Юнги, но тот по какой-то причине не берет его. Чимин поднимает голову, к своему удивлению замечая на лице старшего улыбку, посвящённую, очевидно, ему. Прохладные бледные пальцы касаются держащих стебель пальцев Чимина и отталкивает их к его груди. Продавец непонимающе приоткрывает рот. — Что значит василёк на языке цветов, мистер Пак? — хитро спрашивает Юнги, наклоняя голову. Чимин нервно вертит в пальцах стебель цветка. — Простоту. Изящество. Деликатность, — стоит ли ему опасаться, что его мысли прочтут..? Юнги оказывается слишком близко, оставляя буквально сантиметр между их лицами. Кровь прилила к щекам Чимина. — А я слышал, что он также означает предложение возобновить знакомство. Что скажешь, Чимин-а? — знакомое корейское обращение повергает Чимина в секундное замешательство, но… Это же Юнги. И они оба родом из Кореи, ввиду обстоятельств оказавшиеся в другой стране. Но суть не в этом. Предложение Юнги "возобновить знакомство" звучало странно и даже нелепо. Будто неправильная постановка вопроса. Но у Юнги всегда все чётко и понятно. Тогда к чему эти вопросы? — Возможно, Вы правы, — ответил Чимин, еле слышно вздыхая. — А насчёт предложения? — Мы вроде как знакомы, мистер Мин. Зачем Вам… Продолжать общаться со мной? — его слова как никогда робкие, смущенные. Чимин не знал, как ещё показать, что он действительно не понимает намерений Юнги. И пусть его внимание льстило, грело влюбленную душу, но хотелось ясности. Юнги отстраняется, выдыхая и почесывая затылок. Стало страшно. Вдруг он раздражен непониманием Чимина? Но мужчина быстро разубедил его в этом, мягко обращаясь к нему: — Я хочу. Хочу общаться с тобой. Вероятно, этого "хочу" не должно быть достаточно для того, чтобы успокоить Чимина. Но этой фразы хватило, чтобы поверить.

***

Юнги приходил каждую неделю. За целый месяц, что он являлся на пороге магазина, Чимин так и не понял, зачем Юнги это. Общение у них слегка ограниченное временем и потоком клиентов, что посещают это место. И Юнги приходил как раз к тому времени, когда у Чимина самый пик работы. Соответственно внимания гостю хозяин цветочного не успевал давать. Чимин компенсировал это чайником с чаем и свободным креслом. Иногда ему удавалось недолго поболтать с мужчиной, но совсем немного. Нельзя сказать, что Чимин чувствует дискомфорт по поводу таких вот приходов аврора к себе. Юнги не мешал, не путался под ногами. Максимум, что он мог сделать — просто смотреть, как работает Чимин. Чимин, слишком занятый покупателями, редко обращал на это внимание. Он мог опомниться тогда, когда Юнги покидал магазин, тихо прощаясь. Некоторые постоянные клиенты интересовались, кто этот привлекательный молодой человек и зачем сюда приходит каждый день. Чимину бы и самому хотелось знать, зачем Юнги это делает, а вслух говорит, что это его старый знакомый из школы. Конечно, по ним не видно, что они хорошо общаются, но… Чимину не нужно это объяснять даже из вежливости. В отличие от остальных дней, Чимин сегодня не работает в магазине. Его выходной начался спонтанно и слишком нервно. Поиски пропавшего кота эмоционально выматывают. Шмыгнув носом, парень пытается угомонить внутреннюю панику. Это же не в первый раз происходит, но Чимин все равно переживает. Мало ли, что случится, маглы же примут жмыра за мейн-куна и могут попробовать украсть (как бы сильно ни верил в доброту людей Чимин, он не наивный и прекрасно знал, что кроме добрых, есть и злые). — Чимин-а? Что случилось? — рядом появляется Юнги, вылетая из переулка. Его волосы растрепанные ветром, плащ перекосился, а дыхание неровное. Он явно куда-то бежал. Чимин не хочет показывать свой страх. Ещё больше он не хочет, чтобы аврор знал о побеге волшебного существа. Пусть у Чимина и есть лицензия на содержание жмыра, по голове за потерю питомца не погладят. А Чимин и так с трудом попал в обычный мир… — Ничего не случилось. Ты куда-то спешил, хён? — парень делает шаг назад, чтобы перевести дух. Между ними снова было всего несколько сантиметров и Чимину тяжело даётся это расстояние. Слишком много чувств он испытывает за раз. Юнги сверлит его изучающим взглядом. Чимин отводит свои, сжимая пальцы. Почему у него такое ощущение, будто у Юнги есть внутренний сканер на ложь? — Я работаю. Преступника наконец-то засекли, теперь вот погоня, — вздохнул Юнги. Чимин замечает его спешку и слабо улыбается. Его голос становится мягче и ниже на тон. — Тогда я думаю, Вы должны не говорить со мной здесь, а бежать дальше, господин глава правопорядка, — Чимин подталкивает легонько руками в спину мужчину, продолжая улыбаться. Юнги ошарашен изменением его поведения, но тоже тянет улыбку и ускоряет шаг. — Я ещё зайду сегодня, мистер Пак, — обещает Юнги и тут же убегает, явно заприметив ускользающего воришку. Чимин остаётся один на улице среди редких прохожих, но уже не чувствует грусти. В нем загорается решительное желание найти своего непослушного жмыра и вернуться домой к вечеру. К сожалению, к вечеру Чимину не удаётся вернуться. Он идёт домой, уставший от догонялок за решившим поиграть Гулей. Довольный активной прогулкой кот удобно устроился в его руках, положив крупную голову на плечо. Чимин мысленно жалуется на самого себя, откармливавшего жмыра в прошлом. Надо бы урезать коту питание. А Юнги сдержал свое обещание. Наверное, он и сам пришёл не так давно, судя по его растерянному выражению лица. Юнги склонился над запиской Чимина, оставленной на двери магазина. — Думаю, её уже можно снять. Я вернулся, — подошёл к нему Чимин. Юнги повернулся к нему, кажется, облегчённо выдыхая, — Как преступник? — Успешно пойман… О, — Юнги замечает темно-серую пушистую тушку на руках младшего и удивлённо распахивает глаза, — А вот и тот, кто помог это сделать. — Что? — Жмыр, услышав, видимо, знакомый голос, повернулся к аврору и радостно мяукнул. Чимин чувствует ком в горле и дрожь в руках. Так вот где был этот проказник! — Этот замечательный котик был совсем рядом с нашим вором. Хорошо, что у того была дикая боязнь кошек и он принял жмыра за обыкновенного кота. Очень большого и умного кота, — бледные руки щипали пухлые щеки Гули, пока Чимин приходил в себя. Кажется, вокруг него крутанулась вселенная… — Из-за его пропажи ты был таким подавленным? — Эм, да, — Чимин не может удержать зрительный контакт и опускает глаза на кота. Гуля смотрит на него очень внимательно и как-то подозрительно хитро. Будто снова успел напроказничать, — Значит, Гуля помог вам поймать вора и благополучно сбежал… — Не дождавшись награды, да, — кивнул Юнги, широко улыбаясь. Этот жест снова выбил из-под ног Чимина землю, а разум так вообще потерял связь с космосом. Чимин открывает дверь магазина, опуская Гулю на пол. Жмыр тут же испаряется среди ваз, а Чимин идёт заваривать чай. Из рукава ловко вытаскивается палочка, из которой тут же вылетают искры заклинаний. Чимин зажигает мелкие лампочки на стенах, достаёт заварку для чая, не раздумывая о том, какой вкус ему попадёт. Он даже на какой-то миг забывает, что за ним следует по пятам Юнги. Осторожно скосив взгляд на мужчину за собой, Чимин застывает. Юнги смотрит на него, словно очарован. Юнги точно так же, как Чимин, замер перед красотой, творящейся перед ним. Чимин не может точно описать эту уверенность, взявшуюся из ниоткуда, но она есть. Юнги смотрит откровенно прямо, вгоняя младшего в краску. — Чаю? — сглотнув выдавливает Чимин со смущённой улыбкой. За чашкой чая Чимин расслабляется, а Юнги прилагает к этому усилия. Чимин впервые так много улыбается, смеётся и даже говорит (он привык больше слушать собеседника). Юнги удивительно много болтает для того молчаливого подростка, каким его всегда видел в коридорах школы Чимин. — Значит, Гуля? Странное имечко для жмыра, — усмехается Юнги, откидываясь на спинку кресла. Чимин обиженно дует губы, складывая руки на груди. — Нормальное имя! У тебя вообще филина зовут Филипп. И у кого из нас плохая фантазия? — фыркает он, показательно отворачиваясь от смеющегося старшего. — Ну, не дуйся. Это слишком очаровательно, — Юнги прекращает смеяться, но улыбка, полная тепла, все ещё направлена на Чимина, и это ошеломляет. Пак даже не сразу замечает, юнгиевы глаза по-лисьи хитро щурятся, — И откуда же ты знаешь имя моего филина? Сердце колотится очень быстро, щеки горят огнём. Чимин хочет спрятаться от этого всезнающего взгляда, убежать на край света… И, одновременно, остаться здесь, запечатывая то внимание, уделяемое ему, в памяти. — Я вот имени твоего жмыра не знал, когда он ко мне приходил. Он уже тогда пропадал из твоего поля зрения, да? — переводит, но недалеко, тему Мин, смотря на дно своей чашки. Чимин молча левитирует к нему чайник, переваривая сказанное Юнги. — Значит, он уходил к тебе, а не в библиотеку. — Я видел его довольно часто. К тому же, — Юнги поднимает вновь глаза на него, Чимин это подмечает боковым зрением. На самом деле он не хочет обнадеживать себя фантазиями. Этот вечер и так дал ему очень много приятных воспоминаний, которые Чимин потом будет перебирать за чашкой мятно-смородинового чая по ночам, — Я же тоже сидел много в библиотеке, как ты. Гуля, ха-ха, действительно очень умный жмыр. Чимин попал в сказку. Или рай. Как жаль, что это кончится с уходом Юнги из его магазина… — Чимин, — прохладные ладони ложатся на его щеки, осторожно поворачивая голову младшего. Юнги очень близко, между их лицами всего десяток сантиметров. И это первый раз, когда они на таком расстоянии, — Не отворачивайся от меня. Пожалуйста. — Юнги, — шепчет одними губами парень. Юнги медленно наклоняется к нему, чуть касается губами его губ. Чимина переполняет любовью к этому человеку, он тянется ближе, углубляет поцелуй. Цветочные ароматы вокруг них усиливаются, у кресла мурлычет Гуля. Чимину кажется, что внутри него вот-вот взорвётся магия. Когда поцелуй обрывается и они отстраняются друг от друга, Чимин закрывает глаза, боясь выдохнуть. Юнги упирается лбом в его лоб, переплетая пальцы парня со своими. Чимин дышит мятой и смородиной, абсолютно не желая расставаться с этим всем. — Ты бы знал, как давно я этого хотел, — Чимин слышит этот хриплый голос, с трудом узнавая его новые оттенки. Он ещё не уверен, что это реальность, но готов в это поверить. Потому что прикосновения Юнги такие настоящие. — Так расскажи мне об этом, — Чимин наконец-то может прямо взглянуть в тёмные глаза напротив, — А я расскажу, как этого хотел я.

***

— А тут ничего не изменилось за полгода, — воскликнул Тэхён, сверкая квадратной белозубой улыбкой. Он положил свою тяжёлую сумку возле кассовой стойки и протянул руки, чтобы обнять Чимина через неё. Чимин хихикнул, обнимая друга, — Хотя кое-что все равно поменялось. — Да вроде все осталось тем же, — растерялся Чимин. — Тут стало светлее. Наверное, это от того, что ты светишься, как звездочка, Чимин-и, — длинный палец ткнул в нос Пака. Чимин недовольно фыркнул, убирая палец подальше от своего лица, — И, если моя память не продырявилась за время моих исследований… — Ну и выражения у тебя, конечно. —.. То дело в Мин Юнги. Я прав, мой дорогой друг? — Тэхён прищуривается, разглядывая парня с головы до ног, — Я прав. — Тэ, это не то, о чем ты думаешь, — попытался оправдаться Чимин, но друг уже не слушал. — Что на этот раз? Он спас город? Деревню? Или может в очередной раз нашёл твоего Гулю? — Так ты знал, что Гуля ходил к нему?! — Это очевидно, Чимин-и, — отмахнулся Ким, продолжая перечислять, — Хотя этот сияющий вид все-таки отличается от того счастливого и гордящегося вида, который я привык видеть. Только не говори мне, что в этот раз он приехал собственной персоной?! — Тэ, — Чимин хлопнул себя по лбу, качая головой. Мерлин, почему ему достался такой шебутной лучший друг? — Во-первых, я не всегда выгляжу счастливым, когда везде упоминается Юнги-хён… — Та-ак, — Тэхён сложил руки на груди, хитро улыбаясь, — Я слышу новое обращение к нашей змеиной луне. Точно что-то произошло между вами. И ты мне об этом не сказал. — Не перебивай, пожалуйста, — вздохнул Чимин, садясь на стул у кассы. Тэхён наколдовал себе стул, садясь напротив, — Юнги на самом деле приезжал сюда по одному делу. Тут мы и встретились. — Вот оно как. И как же вы перешли на новый этап отношений? — Тэхён заинтригованно поддался вперёд, кладя руки на стойку. Чимин вкратце (к сожалению Тэхёна) изложил всю историю. При таких сладких воспоминаниях можно получить сахарный диабет, но Чимину не страшно. Теперь он счастлив как никогда до этого. — И теперь вы встречаетесь? Каково это — встречаться с аврором? — Неплохо. Хён часто приходит сюда вечером перед тем, как поехать домой. Сильно устаёт и вечно жалуется, что мой магазин так далеко от магического Лондона, — Чимин прекратил теребить свои пальцы. — Он против этого? — Тэхён обводит руками помещение. — Нет, ему это даже нравится. По его словам, здесь так уютно, что он очень хотел бы остаться. Жаль, что у него там работа. — Ну, посмотрим, как карта ляжет. Уверен, у вас все будет хорошо, — Тэхён наклонился голову, растягивая губы в очередной улыбке, — Когда вы последний раз виделись? — Ох, позавчера. Он также сказал, что его не будет всю неделю — нужно закончить все отчёты и сдать начальству. Надеюсь, он хорошо о себе позаботится, — Чимин обеспокоенно зашевелился. — Хм, как знать, — улыбка Тэхёна обрела загадочные нотки, а сам парень встал со стула, возвращая его в исходную форму. Тэхён куда-то заспешил, собирая вещи, — Что ж, пойду сниму комнату в гостинице. Помнится, тут была хорошая и дешёвая… — Тэ, но ты мог бы остаться у меня. Мне не жалко, — Чимин пытался остановить друга, но мало что из этого вышло. — Думаю, сегодня я буду только мешать, — Тэ надел на голову свою панамку, в которой приехал, и помахал рукой, не поворачиваясь — Да как такое..? — Ты все пойме-ешь! — кричит напоследок Тэхён, закрывая дверь за собой. Чимин непонимающе смотрел на захлопнувшуюся за другом дверь. Ещё больше он удивился, когда его обняли со спины. Руки у Юнги всегда не тёплые и не холодные, но легко узнаваемые Чимином. Чувствуя, как подбородок старшего ложится на его плечо, он кладёт поверх сжатых в замок ладоней на своём животе свою руку. — Ты пришёл раньше следующей недели, — проговаривает Чимин. Уши горят, он ещё не до конца привык к постоянному присутствию Юнги в своём личном пространстве. — Я постарался закончить все как можно раньше. Скоро мой отдел даст мне другую кличку вместо "мистера Леньги", — Чимин развернулся в любимых руках, поднимая за щеки лицо мужчины. Огромные мешки под глазами и лопнувшие сосуды просто ужасны, — Очень скучал. — Юнги-хён, тебе нужно беречь свое здоровье. Отчёты никуда не убегут. И я тоже, — Чимин огладил пальцами опухшие веки возлюбленного, — У тебя ранние выходные? — Ещё никогда босс не отпускал меня на выходные. Обычно он больше удивляется тому, почему я до сих пор работаю, — вяло откликнулся Юнги, засыпая буквально на ходу, — Он даже готов был расщедриться на отпуск, но я предпочту его провести в другое время. Чимин тихо смеётся. У Юнги мелькает ласковая улыбка на лице и он трется щекой о ладонь Чимина. — Ты, наверное, хочешь спать. Ляжешь у меня? — Если с тобой, то да. Если ты ещё будешь работать… Останусь здесь, — судя по окончанию фразы, Юнги не очень хотел здесь оставаться. Как бы уютно тут ни было, лечь здесь негде. Только на полу, но Чимин не любит, когда его гостям неудобно. — Тогда пойдём. Чимин, закрыв магазин и повесив соответствующую табличку, трангрессирует с Юнги в свою квартиру, сразу в спальню. Юнги уже был здесь несколько раз за то время, что они встречаются. Сняв плащ и разувшись, Юнги послушно шёл за хозяином квартиры. Чимин отпускает его руку, чтобы переодеться в домашнюю одежду. Под скользящим взглядом старшего он раздевается и натягивает зелёную футболку с шортами. — Зелёный тебе к лицу, Чимини, — мурлычет, обнимая его руками и ногами, Юнги. Чимин низко смеётся, утыкаясь в шею возлюбленного, — Такой хороший сон… — Ты ещё не спишь, хён, — шепчет Чимин, сжимая пальцы на тощей талии мужчины и прикрывая глаза, — Но мне тоже кажется, что это всего лишь сон. Прекрасный сон. — Это реальность, Чимин, — Юнги отстраняется, мягко целует в щеки хихикнувшего от щекотки парня, — Я люблю тебя. Чимин открывает глаза, с минуту глядя в сияющие карие перед собой. Теперь ему это не кажется. Юнги действительно смотрит на него, так словно любит его уже давно. — Я тоже люблю тебя, хён. Засыпая в объятиях любимого человека, Чимин думает мельком о том, что мечты все же имеют свойство сбываться. Даже тогда, когда ты уже не ждёшь этого.