Без права на выбор

– Хорошо, пап, пока – отвечаю я и сбрасываю вызов. Надоел весь этот контроль с его стороны. Я похожа на маленького ребёнка? Отложив телефон на столик рядом с кроватью, я отрываю голову от подушки и сижу в раздумьях: вставать сейчас или послать всё по известному адресу и лечь спать? Хотя, если я не заявлюсь на мероприятие отца — рискую вообще больше не проснуться. Поэтому, собрав всё своё нежелание что-либо делать и подавив его в себе, я откинула одеяло и направилась в ванную. Посмотрев на свои синяки под глазами в зеркале, смогла только поздравить себя с тем, что поспала четыре часа, хоть и знала, какой важный сегодня день. Как и все остальные дни. Круто Натаниэлю — он может поваляться ещё часик. Стоит разъяснить: Нат — мой законный муж, но на деле, мы познакомились за несколько часов до свадьбы, которая состоялась, к слову, менее недели назад. Мне это замужество, разумеется, триста лет снилось, но очень нужно было моему отцу — Габриэлю Агресту. Ну а мне-то всё равно, так что я согласилась на эту авантюру. Я приступила к приведению своего лица в норму. Умылась, почистила зубы, сделала маску для лица, воспользовалась патчами... Ну что ж.... Теперь я хоть отдалённо напоминаю человека. Помыв голову, я завернулась в полотенце и вернулась в комнату. Натаниэль по-прежнему спит в нашей кровати. Мне кажется несправедливым, что я просыпаюсь от любого его слишком громкого вздоха, а он может спать во время моих утренних разговоров с родителями по телефону, во время моих ночных просмотров фильмов на всю громкость... Мне кажется, если приведу Луку чтобы изменять моему мужу прямо к нам в кровать — он так и будет спать. Но может это даже к лучшему. Я направляюсь к шкафу и сейчас предо мной самый трудный выбор. Что мне надеть? Понятное дело, платье на мероприятие отца уже подобрано, но не буду же я в нём ходить целый день. Думаю, мой выбор остановится на персиковой водолазке и чёрном джинсовом сарафане. Я откинула полотенце куда-то в сторону кровати и, надев нижнее бельё и выбранный лук на сегодня, достала фен. К счастью, мои тёмные волосы не такие длинные, чтобы их сушка заняла много времени. Учитывая, что сегодня мне ещё предстоит наведаться в парикмахерскую, не стоит мудровать с причёской — распущенные волосы сами по себе прекрасны. Осталось сделать макияж и я готова. Замаскировав тоналкой и консилером свои синяки в тон голубым глазам и накрасив брови, я решила, что не хочу рисовать стрелки или что-то подобное сегодня, поэтому просто нанесла тушь на ресницы и подкрасила губы матовой помадой. Всё. Два часа моей жизни потрачено, но я похожа на человека. А Нат всё ещё спит. Этим он меня очень раздражает. Это нормально, что иногда я хочу убить своего мужа? Спрошу у мамы — она то точно должна знать, прожив двадцать лет с моим отцом. А пока я не воплотила своё желание в реальность, я положила телефон в сумку, обула босоножки и покинула дом. Сев в машину, тут же заметила улыбку на лице у водителя. – Ты такая красивая... – завороженно сказал брюнет. – Всё благодаря косметичке, подаренной маме на день рождения – улыбнулась я сев рядом с ним. – Нет-нет, я знаю, что ты и без неё потрясающая – произносит Лука, приближаясь к моему лицу. Я, конечно, говорила, что если я приведу его прямо к нам в кровать — Натаниэль всё так же будет спать, но, думаю, рисковать всё же не стоит, мало ли что. И да, я такая вот шлюха, но меня всё устраивает. Уверена, Нат тоже не упускает возможности переспать с какой-то девочкой-помощницей. Но пока точно этого не знаю, поэтому моему мужу лучше не знать. – Малыш, ты хочешь неприятностей? – улыбаюсь я – Тут соседние дома со всех сторон и мой муж проснётся с минуты на минуту. Я огорчу тебя, но мы не бессмертные. – Маринетт, ты же сама говорила, что он тоже тебе изменяет – вздыхает Лука – В чём тогда проблема? – Я говорила, что неуверенна – отвечаю я – Поехали, у меня через пятнадцать минут маникюр — нельзя опаздывать. Парень снова грустно вздыхает и заводит машину. Да, я веду себя с ним, как последняя сука, но чего он ещё ожидал? Неужели думал, что он будет мне интересен без денег и толпы поклонников? Смешно. Единственная причина, почему он до сих пор может подходить ко мне ближе, чем на два с половиной метра, находится у него в штанах. Но Лука — не единственный представитель мужского пола, так что мы с подругами уже поставили свои ставки на день, когда он мне надоест. Ну а пока я захожу в квартиру маникюрши и моей подруги по-совместительству. Хотя, наверное, каждая девушка, с которой мы знакомы — моя подруга. Я не знаю, как так выходит. Может это потому что они точно знают, что я не уведу их мужика? Нет, ну то, что я спала почти со всеми парнями своих подруг известно, конечно, всем. Но у мальчиков же тоже своя голова есть. Это же не я должна думать о их отношениях. Это они изменяли, но на другое я и не рассчитывала. Мои подруги точно знают, что я не буду "сражаться" и "бороться" с ними и вообще с кем-либо другим за какого-то парня. Делать мне больше нечего. В моём понимании, в принципе, все парни делятся на три типа: те, с которыми можно только переспать и больше они ни на что не годятся; те, с которыми можно переспать и которыми заинтересуется папа — чем больше денег, тем лучше; и те, которые мой брат — ни на что не способное создание. Тут я полностью согласна с отцом. Марк — сын моей мамы от первого брака, он старше меня на три года, но этих три года он не то, что не развивался — он, походу, всю жизнь только то и делал, что деградировал. Папа всегда акцентировал внимание на мне и моих даже самых незначительных успехах, а на счёт Марка — тут и акцентировать не было на чём. Но сейчас не об этом. Сначала маникюр у Роуз. Наконец-то могу поболтать с подругой и побаловать себя новыми ноготочками. В этот раз я сделала довольно интересный и простой одновременно дизайн. Персиковый цвет сочитался с платьем подобранным с мамой и Альей — моей лучшей подругой (настолько лучшей, что я даже никогда не спала с её нынешним парнем). Кажется, сегодня вечером я буду выглядеть чертовски мило. Половина гостей даже не догадается, что под этим личиком и прекрасным образом скрывается меркантильная и бессердечная сука.