Привет! Это служба поддержки?

Лань Ванцзи просыпается с утра и протягивает руку в сторону. Его пальцы плавно опускаются на пикающий аппарат и зажимают кнопку, выключая его. Сейчас пять часов утра, выходной день, и поэтому он встает, убирает комнату и, не спеша, выходит на кухню. Лань Хуань сидит за столом и печатает в ноутбуке. Его пальцы быстро летают над клавиатурой, но при виде Лань Ванцзи глаза отрываются от экрана, и он кивает головой. – Доброе утро, А-Чжань, как провел вчера время? – улыбается парень. – Ты поздно вернулся. – Извини. – Все в порядке. Хорошо, если вы повеселились. Лань Ванцзи неопределенно пожимает плечами, но Лань Сичэнь внимательно смотрит на брата несколько долгих секунд и отводит взгляд, тихо хмыкая себе под нос. Если Лань Чжань не может говорить вслух, что захочет, это не беда. Лань Хуань все равно сможет увидеть то, что ему нужно. Он слишком хорошо знает собственного брата. Его пальцы снова принимаются печатать, а когда Лань Ванцзи проходит мимо, чтобы взять со стола графин с водой, то кидает взгляд на экран и видит середину документа. Он сразу понимает, что происходит. Его брат пишет докторскую, которую собирается защищать под конец года. Лань Сичэнь всегда мечтал помогать людям в глобальном масштабе, поэтому в качестве подработок выбирал такие места, в которых требовалось бы оказание поддержки, а по профессии молодой человек и вовсе далеко продвинулся – он метил на нейрохирурга и очень преуспевал в процессе обучения. Сейчас внизу страницы значилось количество листов, и Лань Чжань, уходя от графина с наполненным стаканом воды, запомнил цифру двести пятьдесят семь. Когда Лань Ванцзи взял кусочек яблока, сел напротив брата и начал неспешно есть, то его взгляд плавно переместился с Лань Хуаня на окно. На улице уже начинало светать. Лань Сичэнь дописал последнее предложение и поставил точку, вновь отвлекаясь от экрана. – Ванцзи. Что-то случилось? Ты выглядишь растерянно. Лань Чжань посмотрел на него и моргнул несколько раз. – Просто я как будто… Лань Сичэнь приподнял брови и очень удивился, когда Лань Ванцзи замолчал. Обычно его брат всегда договаривал предложение до конца и никогда не отличался скомканными фразами. – Ванцзи? Лань Чжань провел языком по нижней губе и нахмурился. Он чувствовал, что должен рассказать это брату, но в то же время ему было жутко стыдно из-за того, что он нарушил запрет дяди и позволил себе выпить. Проблема состояла еще и в том, что он… совершенно ничего не помнил с того момента, как Вэй Ин, улыбаясь, подносил чашку с чаем к его лицу. Он помнит, что выпил, почувствовал горький привкус спиртного, а дальше… Совсем ничего. Как будто кусок из его жизни просто взяли и вырезали ножницами, как отрезают ненужную нитку, торчащую из штанов.  Делиться таким открытием с братом не хотелось, но стоило столкнуться с его обеспокоенным взглядом, как настроение и вовсе упало ниже плинтуса. – Ванцзи, что такое? Не понравились друзья господина Вэя? Лань Чжаню ничего не оставалось, кроме как просто выдохнуть: – Да.

***

Вэй Усянь лежал на кровати и смотрел в потолок. Он ворочался больше часа и все никак не мог заснуть по новой. На экране его телефона высвечивался циферблат, где значилось девять утра. Но сегодня выходной, и плюс ко всему он пришел домой так поздно, что просто обязан сейчас спать. Но сон, как назло, не сидел ни в одном глазу. Вэй Ин задумчиво отрывает руку от простыни и поднимает ее вверх, опуская на губы. Подушечки его пальцев плавно прочерчивают аккуратную линию по всему контуру, после чего замирают на середине, и он немного приоткрывает рот, начиная бормотать вслух: – Почему… Почему Лань Чжань меня поцеловал…  Вэй Усянь ужасно странно себя чувствовал. Он не понимал, как вообще должен теперь себя чувствовать. С одной стороны, он никогда не мог про себя сказать, что интересовался мужчинами. Припоминая свои года в школе, в колледже и на работе. Заводя новые знакомства, он никогда не смотрел на мужчин в этом смысле. Что же происходит теперь? Лань Чжань поцеловал его, но он совсем ничего не чувствует в плане отвращения. В то же время его сердце при воспоминании об этом моменте начинает учащать сердцебиение, и это еще больше пугает. Лань Чжань же его друг. Это ведь нормально, что сердце начинает биться сильнее, когда вспоминаешь близкого человека, так? Ведь если нам покажут фотографию незнакомца и подключат наше тело к кардиостимулятору, в организме ничего особо не изменится. Но вот если нам покажут фотографию того, кого мы знаем, наш пульс и сердечный ритм начнут меняться. В большинстве случаев зафиксировано ускорение. Так что то, что чувствует Вэй Ин, нормально. И все же… – Почему…  Вэй Усянь перекатывается со спины на бок и теперь принимается гипнотизировать взглядом стену. На ней как раз висят те черные полки с красной гравировкой по бокам. В памяти всплывает, как Вэй Ин пытался собрать их, а потом, плюнув на гордость, позвонил в службу поддержки и так познакомился с Лань Чжанем. Сама судьба свела его в тот момент с парнем, ведь если бы Вэй Усянь решил позвонить на час раньше, или вообще в тот самый момент, как увидел, что ему пришло – не факт, что при звонке, ему бы ответил именно Лань Ванцзи. Нет, все было спланировано заранее. Его губы уже начинают гореть, когда Вэй Ин не прекращает наминать их собственными пальцами, и, в конечном счете, пролежав в позе эмбриона час с небольшим, он, наконец, встает с кровати и потягивается. – Мы всего лишь оба были навеселе. Ничего такого не случилось. Он ведь просто чмокнул меня, так? Все друзья могут чмокать друг друга, – фыркнул Вэй Усянь. – Девчонки вон вообще это при каждой встрече делают. На том Вэй Ин и порешил. Он подумал и рассудил логически. Если Лань Чжань при следующей встрече с ним будет вести себя как обычно, то значит он все правильно понял, а если нет…  Вэй Усянь остановился в проходе на кухню. – Если нет, то… – он задумчиво уставился на кухонный стол. – Если нет, то… Черт, да пофиг! Разберусь по ходу. Ему уже надоело анализировать всю эту дурацкую ситуацию. У него голова от этого болит. Поэтому Вэй Ин старательно игнорирует свои немного покрасневшие щеки и подходит к холодильнику, открывая дверцу и начиная искать, чем бы ему перекусить на завтрак.

***

Через выходной, когда Вэй Усянь подбегает к Лань Ванцзи и ярко улыбается тому, они идут в кафе и долго сидят, разговаривая и обсуждая планы на ближайшее будущее. Все дело в том, что Вэй Усяню предстоит уехать в Токио на переговоры с их предстоящими партнерами, а Лань Ванцзи как следует подготовиться к учебе. Вэй Усянь говорит ему о том, что обязательно придет на его линейку и будет там стоять с большим букетом цветов. Парень даже кокетливо подмигивает, пытаясь вытрясти из Лань Ванцзи те эмоции, которые, как считает Вэй Ин, покажут, что Лань Чжань на самом деле к нему чувствует. Но Лань Ванцзи просто спокойно говорит ему, что если тот действительно так сделает, то пускай. Он не знает какие цветы его любимые, поэтому при желании Вэй Ин может выбрать те, которые больше понравятся ему.  Его выражение лица и голос настолько серьезны, что Вэй Усянь не выдерживает и прыскает себе под нос.  – Лань Чжань, ты просто потрясающий. Нет, я серьезно!  Он держится рукой за живот, а другой прикрывает себе губы. Его глаза щурятся, а улыбка заставляет щеки болеть, но когда Лань Ванцзи смотрит на такого Вэй Ина, что-то теплое медленно расползается в районе груди. Внешне в нем незаметно никаких изменений. Поэтому Вэй Усянь отводит на задворки мысль, что Лань Чжань может воспринимать его как-то больше, нежели просто друга. Просто тот вечер был ошибкой, а еще Лань Ванцзи тогда впервые в своей жизни напился. Он снова может спокойно подшучивать над ним и вести себя как прежде, не боясь обидеть или задеть. Они выходят на улицу, когда начинает темнеть и только на середине дороги Вэй Усянь замечает, что двигаются они в сторону его дома. Он улыбается и причитает на тему того, что это он должен провожать Лань Чжаня, ведь тот еще такой маленький по сравнению с ним. – Чушь. – Лань Чжань, я тебе рот с мылом промою, – Вэй Усянь тыкает пальцем ему в плечо. – Нельзя так со мной разговаривать. Прояви уважение. Лань Ванцзи фыркает, понимая, что Вэй Ин просто шутит, потому что, конечно же, тот понимает, что Лань Ванцзи уважает его. Просто некоторые слова и поступки Вэй Усяня действительно вызывают в Лань Чжане желание сказать именно подобные слова. На самом деле до встречи со старшим парнем, он говорил со всеми крайне уважительно.  Но Вэй Усянь быстро забывает о том, что он был на что-то обижен, когда впереди дороги люди скапливаются в ровный круг и дружно хлопают в ладоши. На площади выступает группа уличных музыкантов, и Вэй Ин вытягивает голову, чтобы получше рассмотреть, что там такое происходит. Когда Лань Ванцзи замечает, настолько его спутник заинтересован в происходящем, он замедляет шаг и окончательно останавливается, придерживая Вэй Ина за талию и позволяя ему встать впереди себя, чтобы он лучше видел представление. Вэй Усянь широко улыбается и начинает хлопать в ладоши вместе с другими зрителями практически сразу же. Ему нравится музыка. Ему нравятся люди, которые тоже уважают ее и преподносят в лучшем виде. Он только немного расстроен тем, что Чэнь Цин сейчас лежит дома в своем футляре, и он не может присоединиться к парням.  Они стоят на площади почти полчаса, и, когда представление заканчивается, и музыканты начинают паковать инструменты, кланяясь и благодаря всех, кто подкинул им денег и просто слушателей, Вэй Усянь складывает два пальца во рту и зазывающе свистит им, а когда поворачивается, чтобы сказать Лань Ванцзи, как сильно обожает подобные моменты, его взгляд цепляется за двух парней, которые стоят совсем рядом с ними. Они держатся за руки, на их безымянных пальцах надеты кольца, но привлекает Вэй Усяня совсем другое. Он даже толкает Лань Чжаня под руку и шокировано кивает головой в ту сторону: – Лань Чжань, Лань Чжань, ты посмотри, какой кошмар, – Вэй Ин широко открывает глаза, а его рот принимает форму буквы «о». – Я бы так никогда не смог. Разве что, когда слишком накидаюсь. Хах, вот так да. Ну и странные сейчас у людей вкусы пошли. Ну, что? Мы идем? Вэй Ин подталкивает Лань Ванцзи в спину, чтобы тот начал двигаться, и Лань Чжань начинает идти вперед. Рядом с ним снова щебечет голос Вэй Усяня на одну ему известную тему, и Лань Ванцзи пытается показать всем видом, что он его слушает, когда в его груди неприятно скребут кошки. Такого чувства у него прежде еще никогда не было, и он отводит глаза назад, провожая тех двоих долгим взглядом. Он смотрит на то, как высокий наклоняется вниз, чтобы поцеловать низкого мальчика в щеку, а потом их пальцы на руках переплетаются. Вэй Усянь только что сказал, что это кошмар. Вэй Усянь только что пришел в настоящий шок и заверил, что никогда не сможет сделать подобного, поэтому Лань Чжань весь остаток пути усиленно хмурится и остается сдержанным и тихим. Намного тише, чем обычно. Когда Лань Ванцзи приходит домой и видит Сичэня, сидящего за книжкой в руках, он подходит к нему, как только переодевается и снимает обувь. – Брат. Лань Хуань отвлекается и поднимает голову, мягко улыбаясь Лань Чжаню. Он снимает очки с носа и кладет их на столик рядом с креслом, выпрямляясь в спине. – Ванцзи, ты уже вернулся. – Брат, скажи, – говорит Лань Чжань. – Если человек смотрит на двоих людей и говорит, что подобное поведение неприемлемо, что он имеет в виду? Лань Сичэнь внимательно слушает, а потом удивленно приподнимает брови. – Ванцзи, ты уверен, что не знаешь ответ?  – Может быть, я мог не так понять. Лань Хуань приподнимает руку и постукивает себя костяшкой указательного пальца по подбородку, пребывая некоторое время в молчании. – Ванцзи, не связан ли этот вопрос как-то с господином Вэем? Лань Чжань не отвечает. – А-Чжань, если тебе нра- – Я понял, – Лань Ванцзи резко срывается с места и уходит в направлении своей комнаты. – Спокойной ночи. Лань Хуань в легкой прострации смотрит, как хлопает дверь, и едва заметно морщится из-за шумного хлопка. Он поджимает губы и начинает немного переживать, ведь если он правильно понял фразу, то и Лань Чжань ее тоже правильно понял, тут нельзя не понять. Слишком прямой смысл она в себе несет.  Лань Хуань тихо вздыхает и качает головой. Он не ожидал, что Вэй Усянь окажется человеком, который может с подобным осуждением относиться к выбору других.

***

Лань Ванцзи долго обдумывает услышанное. Он действительно проматывает отрывок их прогулки и пытается растолковать сказанное как-то по-другому, но все его оправдания никак не находят иного значения. Он настолько сильно загоняет себя и свой мозг в тот вечер, что у него начинает пухнуть голова и ему приходится выпить таблетку. Лань Чжань ложится спать с мыслью о том, что он все-таки мог неоднозначно понять Вэй Ина. Это же Вэй Ин, а не кто-то другой. Иногда он говорит очень странные вещи, иногда он говорит о таких вещах, которые вообще не имеют смысла, иногда он говорит о существовании того, что вообще ставит под вопрос все мироздание, поэтому к его словам и действиям нужно подходить очень аккуратно. Лань Чжань решает, что один раз он может пропустить эту ситуацию мимо ушей. В конце концов, он плохо помнит и почти не обратил внимание на детали. Может быть, Вэй Усянь вообще смотрел не в их сторону, и из-за этого Лань Чжань себя так накрутил. Да. Наверняка все было именно так. Однако, когда буквально через несколько дней случается следующий инцидент, Лань Чжань думает о том, что все встало на свои места. Вэй Усянь тащит его в парк, чтобы посмотреть на падающие звезды.  – Лань Чжань, пойдем быстрее, что ты как черепаха, – пыхтит парень, прыгая вокруг младшего. – По новостям говорили, что с сегодня на завтра будет мощнейший звездопад, а все знают, что, когда падает звезда, нужно загадать желание. Я так хочу сделать это с тобой. Ты достоин того, чтобы загадать желание в таком красивом месте под ночным небом. Пойдем же скорее! Они поднимаются на высокий склон, который оттеснен от обрыва металлической изгородью, и Вэй Ин завороженно смотрит на белые светящиеся точки в темноте, ярко улыбаясь, стоит первой звезде прочертить тонкую линию, разрезав собой поперек кромешную тьму. – Видел? Видел? Лань Чжань, то ли еще будет!  Лань Ванцзи поворачивается к нему, в тот момент когда Вэй Ин рядом с ним полностью сосредоточен на звездах, и внимательно смотрит на его лицо. Лань Чжань никогда бы не смог сказать про себя, что он может привязываться к людям. Все люди в его жизни приходили и уходили, постоянно сменяя друг друга. У него никогда не было близких друзей. В его жизни всегда рядом находились лишь дядя и брат. Только к ним у него сохранилась та самая любовь, как от ребенка к родителям. Даже несмотря на то, в какой строгости его растили, и как дядя пытался вдолбить в его голову те или иные правила, Лань Ванцзи все равно не может его не любить. Он заменил ему отца. И хоть с ним он никогда не решался о чем-то поговорить, или рассказать ему о своих переживаниях, у него был Лань Сичэнь. И Лань Ванцзи полностью устраивала такая жизнь. А теперь. Теперь в ней, откуда не возьмись, взялся этот парень с красной лентой в волосах, широкой улыбкой, яркими глазами и заразительным смехом, который отдавался в ушах Лань Ванцзи, когда Вэй Усяня даже не было рядом. Вэй Ин прилип к нему и не хотел отлипать, как будто всю жизнь только и ждал их встречи. И Лань Чжань поначалу не понимал, что же в нем можно было найти такого особенного, что привлекло столь потрясающего и безбашенного человека. Лань Чжань даже сейчас не понимал, почему Вэй Усянь, у которого полно людей, с которыми он мог бы проводить время, сейчас стоит здесь не с ними, а с ним. Почему улыбается ему и указывает пальцем на звезды. Почему хочет, чтобы Лань Чжань веселился и больше времени проводил не дома за книгами, а на свежем воздухе вместе с ним. Почему хочет познакомить его со своими друзьями. Почему он так сильно и упорно тащит его за собой и не отпускает.  Лань Чжань никогда не чувствовал, что один единственный человек может вызывать у него внутри столько эмоций и противоречий. Ему хотелось закричать на Вэй Усяня, но в то же время погладить по голове. Ему хотелось обвинить его из-за того, какие именно пошлые выражения слетают с его языка, а в то же время хотелось засмеяться от этого. Ему хотелось оттолкнуть его, но потом быстро прижать к себе и больше никому не разрешать его трогать. Вэй Усянь показал ему на днях, когда приглашал к себе, большое расписание, которое он составил и укомплектовал там все дни и часы, когда Лань Чжань был свободен. Он сам залез на сайт его университета и сам отыскал его группу и расписание занятий на учебный год. Он сам нашел расписание всех кружков и лично спросил про расписание личных занятий Лань Ванцзи, а потом все это скомпоновал и обвел ярко-красным те дни и минуты, когда бы они смогли провести вместе. Вэй Ин легко отмахнулся, что просто не хотел и боялся лишний раз отвлечь Лань Чжаня, потому что, если Лань Чжань хочет учиться и для него это важно, он понимает это и не хочет его отвлекать. Лань Ванцзи смотрел на этот большой плакат, и в его груди все сжималось в тиски. Он еще никогда в жизни не чувствовал себя таким особенным, для кого делают подобные вещи. Даже если Вэй Ин не понимал, сколько подобное для него значит. А оно значило многое. Лань Чжань после того дня сидел у себя в комнате и просто пялился на конспект по нужному предмету, но так и не смог записать ни строчки.  И сейчас, стоя в темноте и смотря на Вэй Ина, который продолжал говорить ему о том, что нужно быть очень внимательным и быстро формулировать предложение, потому что можно не успеть, Лань Чжань давно уже знал, что он хочет. Вэй Усянь взволнованно распахнул глаза. – Лань Чжань! Скорее, они начинают падать! Смотри, как их много! Лань Ванцзи отвел взгляд и впервые за долгое время посмотрел на небо. Его губы разомкнулись и под аккомпанемент падающей звезды, он тихо прошептал себе под нос: – Вэй Ин. Они ушли оттуда спустя долгих два часа, потому что Вэй Усянь хотел больше посмотреть на эту красоту. Встречать рассвет у них бы не вышло, ведь завтра был рабочий день, и если Вэй Ин проведет здесь еще хотя бы двадцать минут, то точно никуда не сможет встать, и Цзинь Гуан Яо его уволит.  – Он хоть и улыбается мне каждый раз, чую, что с подобной же улыбкой он смог бы меня зарезать. – … – Пха-ха-ха, да не переживай ты. На самом деле он добрый. Он такой маленький, что мне иногда хочется его затискать, но только не говори никому, что я тебе это сказал. Если он узнает об этом, точно меня прибьет. – Не скажу. – Ох, Лань Чжань, я так устал, – Вэй Ин потянулся, возводя руки вверх и хрустя позвонками. – Я бы свалился прямо тут, но тебя не хочется заставлять спать на камнях и траве. Думаю, твоя аристократичная задница такого не выдержит. – Вэй Ин. – Ну чего? Как будто я соврал сейчас, хе-хе, – Вэй Усянь прищурился и посмотрел в сторону Лань Ванцзи. – Ты мне всегда напоминаешь своим видом неприступного идеального принца, который всю свою жизнь прожил во дворце и спал на двенадцати матрасах. – Почему на двенадцати? – Я от балды сказал, не обращай внимание, кстати, Лань Чжань, а ты… Ой. Вэй Усянь резко затормозил посередине дороги и выругался себе под нос. Им срочно нужно было уходить отсюда. Он мягко качнул головой в сторону, чтобы Лань Ванцзи смог незаметно посмотреть, что он имеет в виду, и когда Лань Чжань наткнулся на двух девушек, которые стояли под деревом и целовались, его рот удивленно приоткрылся.  – Ага, – кивнул Вэй Ин и нахмурился. – Пошли скорее. Это же кошмар. Лань Ванцзи снова чувствует дежавю, и, пока Вэй Усянь утаскивает его из парка, он становится настолько тихим, что перестает отвечать на вопросы парня окончательно, предпочтя идти домой в абсолютной тишине. Вэй Ин не особо замечает изменений, поэтому не предает этой смене поведения никакого внимания. Они прощаются около его дома, и он вызывает Лань Чжаню такси, прося его, чтобы он обязательно написал ему, как доберется. Лань Ванцзи покорно кивает головой, а уже в машине, он думает о том, что, если его желанию все же не суждено сбыться, он продолжит быть рядом с Вэй Усянем и всегда придет на помощь, когда тот попросит. 

***

Вэй Усянь действительно приходит к Лань Ванцзи на начало учебного года и первый сбор студентов, выпускников и первогодок. Он купил самый большой букет и потратил почти все деньги, оставшиеся у него до дня зарплаты, но он нисколько не жалеет об этом. Молодой парень стоит позади всех и выискивает глазами Лань Чжаня, то и дело резко вертя головой в разные стороны. Когда наконец общая толпа рассасывается, и большинство учеников расходятся по сторонам, Вэй Ин замечает его. На несколько секунд Вэй Усянь задерживает дыхание. Лань Чжань выглядит по-настоящему великолепно. У них не было никаких правил насчет общей строгой формы, как в старшей школе, поэтому выбор, что надеть на вступительное приветствие, каждый человек оставлял за собой, но Вэй Усянь никак не мог подумать, что Лань Ванцзи будет настолько красивым сегодня. В белоснежной рубашке, легкой голубой накидке сверху, которая была закреплена плетеным черным поясом вокруг его бедер и черными зауженными брюками, вместе с темно-синей сумкой наперевес. Его волосы были туго собраны сзади в конский хвост и плавно перекинуты поверх левого плеча, немного развеваясь на ветру. Вэй Ин посмотрел на то, во что был одет сам, и ему вдруг стало до ужаса неловко.  Он закусил губу, но в этот момент взгляд Лань Чжаня скользнул в его сторону и остановился точно на серых глазах. Деваться было уже некуда, поэтому, как всегда, живо улыбаясь, Вэй Ин прибавил шаг и оказался рядом с Лань Ванцзи, протягивая тому букет, заставляя парня вытянуться в лице. – Я же обещал, – посмеялся Вэй Усянь. Лань Чжань посмотрел сперва на цветы и только потом поднял глаза вверх. – Спасибо. – Правда примешь? – с надеждой спросил Вэй Ин.  – Приму. – Ох, а я так боялся, что ты можешь выкинуть их куда-нибудь и сказать, что я поступил как идиот. – Ты никогда так не поступаешь. Лань Ванцзи крепко обнял букет и зашагал к выходу, так как больше присутствовать в стенах вуза был не обязан. Его занятия начинались с завтрашнего дня в восемь тридцать утра. Когда они оба с Вэй Ином подходили к веретенной изгороди, что стояла вокруг всей местности университета и отделяла здание от другой части города, позади раздался смешок. – Вот это да, Лань Ванцзи, не думал, что у тебя такой дрянной вкус на друзей. Оба парня остановились и одновременно посмотрели назад. Су Миньшань стоял в обычном спортивном костюме и, скрестив руки на груди, кисло улыбался обоим. Заметив в руках Лань Ванцзи букет, он еще больше покатился со смеху. – Вот те раз. Лань Ванцзи, а ты оказывается тот еще человек. Уж теперь-то я скажу отцу, чтобы не смел никогда ставить тебя в пример. Опуститься до такого уровня, фу! Су Шэ развернулся и, не давая даже слово высказать себе в ответ, скрылся в толпе оставшихся на территории здания учеников. Вэй Усянь стоял, моргая глазами, постепенно возвращая себе способность говорить. – Это еще что за клоун? Лань Чжань развернулся и снова направился вперед. – Это сын знакомого моего дяди, – спокойно ответил он. – Раньше. Мы занимались вместе. – И тебя ставили в пример? Пф-ф, – Вэй Усянь фыркнул, хмуря брови. – И правильно делали. Ну и выскочка. За что он так с тобой? Если не может быть и на одну сотую таким хорошим человеком как ты, так и чего злиться на тебя? Надо злиться на себя самого и стараться больше, чтобы выбиться в люди. Не обращай на него внимания.  Лань Ванцзи кивнул головой и еще раз опустил голову вниз, чтобы вдохнуть чудесный аромат от цветов.

***

Лань Сичэнь, придя домой вечером и обнаружив большущий букет у них на столе в гостиной, очень удивился. – Ванцзи, тебя можно поздравить? Лань Чжань вышел из своей комнаты с тарелкой мороженного в руках. Лань Хуань посмотрел на цвет и немного нахмурился. – А-Чжань, ты же всегда ел ванильное. И просил меня тебе его покупать. – Вэй Ин купил мне сегодня шоколадное. Лань Сичэнь улыбнулся и хмыкнул себе под нос. – И как тебе? Лань Чжань спокойно пожал плечами и направился в сторону кухни, чтобы заварить себе чаю. Он включил чайник и выставил на столик простую голубую чашку без узоров. – Вкусно, – произнес он спустя время.

***

Вэй Ин откинулся на спинку дивана и осмотрел помещение с людьми. С момента начала учебы Лань Ванцзи прошло два месяца, и сегодня он отмечал свой собственный день рождения. Он собрал все свои средства, которые успел накопить на это событие, пнул ногой под зад Цзян Чэна с Не Хуайсаном, чтобы те помогли ему найти нужное помещение под вечеринку, и сказал им скидываться на алкоголь, потому что лучше они заплатят за свою выпивку сами, чем будут дарить ему подарок. Цзян Ваньин мог подарить ему какую-нибудь фигню, которую Вэй Усянь, конечно же, поставил на полочку, но еще он вместе с этим мог выпить четыре ведра, так что тут Вэй Ин бы совсем разорился. Так и порешили, что его друзья и он сам скинутся на алкоголь вместе. К этому сбору средств так же подключился Вэнь Нин и Цзинь Гуан Яо, который чисто случайно проходил мимо кафетерия и услышал, как Вэй Усянь обсуждает этот щекотливый вопрос. Сейчас же этот самый Гуан Яо чокался с Лань Сичэнем, у которого в стакане был клюквенный морс, и улыбался Минцзюэ, причем так приторно и фальшиво, что Вэй Усянь отсюда видел, что вот-вот завяжется драка.  Вэй Ин решил собрать здесь всех, кого знал и с кем действительно проводил хоть немного времени в своей жизни. А то есть самых близких себе людей, к которым он смог бы пойти в трудную минуту. По итогу, Цзян Чэн и Не Хуайсан были приглашены вне очереди, потому что они еще и были спонсорами, Лань Чжань, потому что это Лань Чжань, а Лань Сичэнь, потому что он абсолютно великодушный человек и брат Лань Ванцзи. Здесь также оказались Вэнь Нин и Вэнь Цин, которые сейчас стояли рядом у столика с пуншем, и брат наливал сестре новую чашку. Цзян Ян Ли вместе со своим мужем Цзинь Цзы Сюанем, которые в кои-то веки смогли перебраться в Гонконг на постоянное место жительства. Парочка поговаривала, что их сын в этом году поступает в среднюю школу и не пристало ему постоянно менять место обучения, пускай лучше его школьные годы пройдут как надо, поэтому родители потерпят с вечными путешествиями. Дядя Цзян мог бы прийти, но решил, что лучше не стоит, потому что, во-первых, что такому старику делать среди молодежи, а, во-вторых, на этом празднике три его ребенка, поэтому он не хочет знать, что там будет происходить. Он выслал Вэй Усяню поздравительную открытку и еще они целый час провисели на телефоне после этого. Вэй Ин передавал привет его жене, а в ответ на это услышал мат на том конце трубки откуда-то издалека.  Здесь так же был Чифэн-Цзунь, который приехал из очередной командировки, и Вэй Ин просто не мог его не позвать, потому что хоть Не Минцзюэ и обладал не самым лучшим характером, все же он много раз выручал парней, когда они вместе с Не Хуайсаном и Цзян Чэном попадали в передряги, поэтому старшему брату все были рады. И короночкой на блюде оказалась та самая Лин Вэнь, которая оказалась в числе приглашенных совершенно случайно. Девушка хорошо общалась с Лань Сичэнем, а в момент, когда Вэй Усянь приглашал его на свое торжество, она оказалась сидящей с ним за одним столиком в кафе. Поэтому Вэй Ин, не хотя обидеть девушку, с радостью разрешил ей прийти. Не то, чтобы он вообще ожидал что она придет, потому что в том самом кафе она кинула в него сначала чашку с чаем, который заказала сама для себя, потом чайничек, а потом и поднос, на котором сервиз был подан. Лань Чжань предупреждал его ожидать подобного, но Вэй Усянь откровенно смеялся с этой ситуации, приговаривая, что девчонка она что надо.  Лин Вэнь, сидящая на диванчике и пьющая крепкое вино через трубочку, сейчас с приподнятой бровью смотрела на дерущихся Минцзюэ и Гуан Яо, которых старательно разнимал Лань Сичэнь. И даже это было лучше, чем оставаться сегодня на работе и помогать этому новому стажеру Се Ляню. Честное слово, почему она вообще должна это делать? Вот пускай их супервайзер, который вот-вот должен вернуться из отпуска, Хуа Чэн, и занимается своим новеньким. Объяснить что-то Се Ляню каждый раз было настолько сложно, потому что этот парень удивлялся и восхищенно ахал от любого увиденного приспособления на рабочем месте. Начиная с гарнитуры и заканчивая приготовленными маньтоу в их столовой.  На днях Лин Вэнь увидела, как он скупает целую горку этих самых маньтоу посреди рабочего дня, поэтому хватит с нее. Неа. Она не будет его обучать. Вернется Хуа Чэн, и вот он пускай возится с этим недотепой.   Лин Вэнь выдохнула и запрокинула остаток спиртного себе в рот, делая большой глоток и вставая с диванчика. Через минуту она уже вовсю о чем-то разговаривала с Ян Ли, в то время как Хуайсан пытался разнять не поладивших Цзян Чэна и Цзы Сюаня, которые кричали на всю кухню в их съемном коттедже. Лань Чжань, наблюдая за общим сборищем, сидел один за большим столом, который покинули все еще несколько минут назад. На весь первый этаж играла громкая музыка, а отблески от диско-шара посередине комнаты плавно скользили по стенам, окрашивая лица людей в темноте разными цветами. Вэй Ин держал бокал в руке и о чем-то разговаривал с Вэнь Нином. Парень громко смеялся, усиленно жестикулируя свободной рукой, а Лань Чжань, сидя на своем месте, наблюдал за ними, пока к нему со стороны не подсели. Мэн Яо, откинул распущенные волосы с плеча назад и поставил стакан с шампанским на скатерть рядом с тарелкой Лань Ванцзи. – Твой брат просто прелесть. Такой культурный человек в отличие от этого здоровяка, – хмыкнул мужчина. – Почему ты сидишь тут совсем один, Лань Ванцзи?  Лань Чжань отвел глаза от Вэй Усяня и посмотрел на него. Цзинь Гуан Яо заметил, куда смотрел Лань Ванцзи и в целом кое-что подчерпнул из рассказа Лань Сичэня, поэтому быстро смекнул, что к чему. Его глаза пристально уставились на спину Вэй Усяня, и он подцепил бокал рукой, делая новый глоток, нараспев выдыхая: – Лань Ванцзи, кажется, господин Вэй предпочитает компанию людей более приспособленных к употреблению спиртного. Что же ты, совсем не выпьешь за его здоровье?  Лань Ванцзи нахмурился, но отвел глаза к своему стакану, который был полон вина и стоял нетронутым с начала вечера. – Выпить? – А разве Вэй Усянь не будет рад, если ты разделишь с ним хотя бы один тост? Смотри, вон он уже идет сюда, – Мэн Яо указал в сторону, где недавно двое парней болтали, и Лань Ванцзи увидел, что Вэй Ин действительно направлялся к ним за стол. – Думаю, мне пора идти. Все же я еще не закончил рассказывать Лань Хуаню, какое оборудование в больницах стоит в Европе. Оказывается, для него это очень интересная тема. Удачи, Лань Ванцзи. Цзинь Гуан Яо по-лисьи улыбнулся и исчез так же быстро, как и появился. Вэй Усянь занял его место, плюхаясь на стул и, расставляя широко ноги, сполз на нем немного вниз. – Лань Чжань, прости, я оставил тебя совсем одного, – протянул он. –  Мне нужно было обойти всех, поздороваться и принять поздравления. Ты ведь не сердишься? Теперь я вернулся и буду только с тобой. – Не сержусь. Лань Ванцзи посмотрел, как Вэй Ин улыбается ему и поднимает свой стакан, делая большой глоток. В его мыслях вспыли только что произнесенные слова от Цзинь Гуан Яо, и он посмотрел, видит ли его сейчас его брат. Когда Лань Ванцзи удостоверился, что Лань Сичэня нет поблизости, он поднял свой бокал и пододвинулся с ним к Вэй Усяню. – Ого. Лань Чжань, хочешь немного выпить? Лань Ванцзи кивнул головой, и Вэй Ин улыбнулся, поднося свой стакан ближе. Раздался звонкий стук стекла, а потом Лань Чжань тихо пробормотал: – За твой день рождения. Сделав маленький глоток, Лань Ванцзи быстро отключился, и Вэй Усянь, который наблюдал за ним все это время, успел его подхватить и пристроить на своем плече. Дыхание Лань Чжаня стало спокойным, его грудная клетка едва заметно приподнималась вверх и вниз, и Вэй Усянь усмехнулся, поднимая руку и поглаживая его по волосам. – Отдохни, Лань Чжань, я посторожу. Вэй Усянь удобно устроился на стуле и начал есть салат с Лань Ванцзи на плече. Музыка в доме стала громче, и, кажется, кто-то из гостей решил поставить что-то из своего плейлиста. Вэй Усянь заметил, как мимо стола прошла Лин Вэнь вместе с Не Хуайсаном, что-то пытаясь тому объяснить, а тот послушно кивал головой и строчил текст ручкой на, откуда ни возьмись, взявшейся бумажке. Ян Ли вместе с Цзы Сюанем танцевали прямо посреди большого зала, двигаясь совсем не в такт музыке, но ярко улыбаясь друг другу, а Цзян Чэн, неожиданно появившейся на горизонте, с кислой миной плюхнулся на стул прямо напротив Вэй Ина. Парень удивленно приподняв брови, а Цзян Ваньин фыркнул и быстро засунул в рот несколько больших виноградин, прожевывая фрукт. – Цзян Чэн, кто же тебя обидел? Или ты не смог отстоять свои честь и достоинство в споре с Цзы Сюанем? – Вот еще. Вэй Усянь прищурился и увидел, что из того угла, откуда пришел к нему Цзян Ваньин, вышла не менее рассерженная Вэнь Цин. – О-о, – протянул Вэй Ин, начиная улыбаться. – Цзян Чэн, а ты ей понравился. – Она сказала, что при следующей встрече воткнет шприц мне в глаз. – Высшая степень любви от нее. Разве не то, что тебе надо? Цзян Ваньин, засунул себе в рот еще несколько виноградин. – Ты путаешь меня с кем-то еще. Давно ли я стал любителем садо-мазо? И кстати. Какого черта случилось с Лань Ванцзи? Цзян Чэн кивнул головой на мирно сопящего парня, который устроился на плече у Усяня, а Вэй Ин повернулся к нему и еще раз осторожно погладил по голове. – Мы спим. – Мы? А вы что уже цельный организм? – Цзян Чэн, не будь таким говнюком, – Вэй Усянь высунул язык и сделал еще несколько глотков из своего стакана. – И не кричи так, ты его разбудишь. Цзян Ваньин возмущенно перекосился в лице. С такой картины подобных нежностей ему захотелось блевать. Жаль тазика рядом не было. – Тут музыка орет на весь дом, а ты беспокоишься, что это я его разбужу? Вон он, кстати, уже проснулся. С добрым утром, Лань Ванцзи. Вэй Усянь удивленно приподнял брови, а потом ощутил, как приятная тяжесть на его плече и в самом деле куда-то пропадает. Он повернул голову в сторону и столкнулся прямо нос к носу с Лань Чжанем. Очевидно тот, еще не до конца проснувшись, не успел отодвинуться от него на достаточное расстояние. Цзян Ваньин, подставил два пальца ко рту. – Лань Чжань, – тихо проговорил Вэй Ин. – Хочешь еще поспать? Или ты уже выспался? Лань Чжань покачал головой и повернулся к столу, подцепляя пальцами несколько спелых больших ягод клубники и прожевывая их. Вэй Ин стал наблюдать за ним, потому что в тот раз стоило Лань Ванцзи пробудиться от вина, как он начал себя очень странно вести, утаскивая Вэй Усяня на сцену. Сцены здесь, конечно, не было, но мало ли что.  Но когда Лань Чжань продолжил спокойно сидеть за столом и даже осушил еще несколько чашек с простой водой, очевидно желая смочить горло, Вэй Ин расслабился и снова повернулся к Цзян Чэну. Едва открыв рот, Лань Ванцзи резко обратил на него свое внимание и схватил за руку, вставая из-за стола и утаскивая за собой. – Лань Чжань! Опять?! Да какого черта ты такой сильный?! Куда ты меня тащишь? Лань Ванцзи, в отличие от первого раза, когда он напролом утягивал за собой Вэй Ина, в этот раз остановился и ослабил хватку, но руку не выпустил, продолжая удерживать Усяня рядом с собой за запястье. – Остановился, чудесно, – выдохнул Вэй Усянь. – Ну и куда ты так резко побежал? – Цзян Чэн. – Да, Цзян Чэн. Он сидел прямо напротив нас, спасибо, что заметил, – поддернул его Вэй Ин. – Ты не захотел сидеть там, потому что Цзян Чэн сидел с нами рядом? Или ты обиделся на него, потому что Цзян Чэн тебя разбудил? Ты хочешь еще поспать, да? Лань Чжань покачал головой из стороны в сторону. – Нет? А что же тогда? Лань Чжань молча уставился на него. – Лань Чжа-а-ань, – отчаянно простонал Вэй Усянь. – Нет, так у нас дело не пойдет. Я не умею читать твои мысли. Если я задаю тебе вопрос, пожалуйста, ответь на него словами. Я же не телепат, в конце концов. Лань Ванцзи открыл рот, но неожиданно на его плечо опустилась чужая рука и рядом с ним и Вэй Ином возник Лань Сичэнь. – Ванцзи, я видел, как ты тащил господина Вэя, а потом вы резко остановились, – сказал Лань Хуань. – Что-то случилось? – Нет. Вэй Усянь закусил губу и выступил вперед, закрывая собой Лань Ванцзи, который видимо сейчас не был в состоянии нормально со всеми разговаривать. К тому же Вэй Ин помнил, как сам же когда-то давно обещал Лань Чжаню, что не выдаст его, если тот решится выпить. По Лань Ванцзи нельзя было судить пьяный тот или нет. Его внешний вид ничем не отличался от того, как он выглядел, пребывая в трезвом состоянии. Его щеки и шея не краснели, глаза не расплывались в разные стороны, он твердо стоял на ногах и от него совершенно ничем не пахло. Поистине великий дар. Обладай таким сам Вэй Усянь, он бы на работу приходил с бутылкой вина в портфеле. – Лань Сичэнь, не беспокойся, с ним все в порядке, – улыбнулся Вэй Ин. – Просто я захотел в уборную, а Лань Чжань меня туда сопровождает. Но тут я напомнил ему, что он не знает, в какой она стороне наверняка, вот мы с ним и остановились. – О-о, так вот в чем дело. – Ага. – Мгм. – А я уж было начал переживать, что вы поругались, – Лань Хуань с облегчением улыбнулся и отошел в сторону. – В таком случае, не буду вам мешать. Мне казалось Не Хуайсан уже посещал туалет, поэтому вы можете спросить у него, если с этим возникнут проблемы. – Спасибо, Сичэнь, – Вэй Усянь повернулся к Лань Чжаню, строго посмотрел на него и зашипел, чтобы слышал его только он. – Лань Чжань, горе ты луковое. Иди за мной, и пока не поднимемся на второй этаж, даже думать не смей, чтобы тащить меня куда-то. Ты понял? – Мгм. – Прекрасно. Не успел Вэй Усянь сделать первый шаг в сторону лестницы, как Лань Ванцзи резко подхватил его под ногами и поперек спины, беря на руки. – … Вэй Ин буквально дар речи потерял. Только мысленно поблагодарил всех и вся, что Лань Хуань уже успел отойти и не видел всего этого. Лань Чжань быстро пошел в сторону лестницы и под удивленные взгляды Лин Вэнь и Вэнь Нина, которые стояли рядом с ней, они вместе с Вэй Усянем скрылись в темноте второго этажа.

***

Вэй Ин массирует виски пальцами и думает о том, что в принципе с подобными вещами в жизни он может смириться. Как будто с ним и раньше не приключалось непонятной чертовщины. Конечно, у него никогда не было примеров, как его таскали на руках в позе невесты, но все же, например, когда он был маленьким, его нарядили в школе в девчачье платье. Вышло, кстати, вполне неплохо, на выступлении в честь дня учителя его приняли за очень миленькую девочку.  Но сейчас, пока Лань Ванцзи старательно обходил весь второй этаж коттеджа, открывая ногами комнаты, пытаясь что-то найти, Вэй Ин начал беспокоиться. На руках сидеть было удобно. Странно, но удобно. К тому же Лань Чжань держал его хоть и крепко, но бережно, поэтому дискомфорта Вэй Усянь не чувствовал. Хотя после очередного открывания двери, прикрывая глаза и проводя ладонью по лицу, Вэй Ин не сдержался: – Лань Чжань, – простонал он. – Что ты ищешь? Ты заблудился? Или мы пытаемся отыскать клад? Ты хочешь меня куда-то положить? Спрятать? Что ты делаешь вообще? И как ты можешь так долго меня нести? Неужели тебе не тяжело? Лань Ванцзи замер в дверном проеме, который только что открыл с ноги, как и все предыдущие, и посмотрел на Вэй Усяня. – Не тяжело. После чего двинулся дальше. Вэй Ин вздохнул, откидывая голову назад и начиная смотреть в потолок. – Ты видимо не заметил, но кроме последнего вопроса, я задал еще с десяток. Ты отвечать собираешься? – Мгм. – Великолепно, – фыркнул Вэй Усянь, скрещивая руки на груди, а потом выставляя левую кисть вперед и легко щелкая пальцами Лань Ванцзи по носу. Тот резко затормозил и чихнул. – Будь здоров. – Мгм. Лань Чжань кивнул и снова возобновил движение, уже подходя к следующей двери. Вэй Усянь заерзал, опуская голову на его плечо. Кажется, ему предстоит еще долгий путь, поэтому он подумал о том, чтобы вздремнуть. Выпивка его совсем разморила, а когда тебя еще и избавляют от излишних телодвижений, прижимая к чему-то теплому, тут и вовсе в сон тянет. Глаза Вэй Усяня благополучно закрылись, когда Лань Чжань в очередной раз пнул ногой дверь. На удивление, вместо того, чтобы пройти мимо, как он делал обычно, парень остановил свой выбор и вошел внутрь, опуская Вэй Усяня на ноги. Тот огорченно прохныкал, оставаясь стоять рядом с Лань Ванцзи и облокачиваясь на него. – Ну не-е-ет, Лань Чжань, только я уже привык к происходящему, как ты вернул меня на землю, – недовольно протянул Вэй Усянь. – Куда ты меня вообще притащил? Тут есть выключатель? Глаза Вэй Усяня привыкли к темноте уже давно. Еще бы. На втором этаже, куда они поднялись несколько минут назад, не был включен свет, и все комнаты были помещены в абсолютную темноту. Но все-таки осматриваться в свете, куда удобнее, чем без него. Поэтому, пошарив глазами по близлежащим стенкам, Вэй Ин заметил выпирающий выключатель и потянулся к нему. Едва его рука коснулась кнопки, как ее перехватили и отвели в сторону.  Вэй Усянь удивленно вскинул брови. – В чем дело? Почему не даешь мне свет включить? Лань Чжань пожал плечами, но все-таки ответил: – Так хорошо. Вэй Усянь хмыкнул и убрал руку. Он выпрямился и отвернулся от Лань Ванцзи, вставая к тому спиной, чтобы посмотреть, куда же они пришли в конечном счете, а когда Вэй Ин увидел прямо впереди слабый белый цвет унитаза, то начал тихо смеяться, понимая к чему были все эти поиски. Кажется, Лань Чжань просто принял его слова о вранье для Лань Сичэня слишком всерьез. – Ох, Лань Чжань… И что мне с тобой делать? Так ты получается подумал, что мне в туалет надо? – Мгм. – Но, Лань Чжань, – Вэй Усянь улыбнулся еще шире. – Чего ты тогда тут забыл? И почему свет не даешь включить? Хочешь, чтобы я делал свои дела при тебе, да еще и в темноте? Лань Ванцзи, не думал, что ты такой бесстыдник. Позади послышалось фырканье, и Вэй Усянь подумал, что если сейчас посмотрит назад, то увидит недовольное лицо Лань Чжаня. А поскольку Вэй Ину всегда нравилось наблюдать за парнем в моменты, когда тот выводился на эмоции, он попытался повернуться к нему. *ХВАТЬ* Вэй Усянь замер, оставаясь стоять неподвижно.  – Лань Чжань… Что ты делаешь? Лань Ванцзи стоял позади него все то время, пока Вэй Ин смотрел, куда именно они с ним пришли. А буквально секунду назад, он неожиданно пришел в движение и резко обхватил Вэй Усяня поперек талии, прижимая к себе со спины. Не сказать, что подобное действие было чем-то неприятным. Напротив. Лань Ванцзи был очень теплым, к тому же Вэй Усянь лично просидел у него на руках почти двадцать минут и только недавно с них слез, так что немного пообниматься для него не было большой проблемой. Проблемой было разговорить Лань Чжаня, потому что, кажется, после того, как тот выпьет, у него все силы уходили, чтобы внешне держаться совершенно спокойно. И без того не слишком разговорчивый в обычные дни, теперь он был действительно похож на немого. Вэй Усянь завертелся у него в руках, пытаясь перевернуться. Лань Ванцзи сразу обхватил его крепче. – Тише, тише… – Вэй Ин высвободил руки и опустил их на руки Лань Чжаня. – Я не ухожу. Я просто хочу встать к тебе лицом. Если ты хочешь пообниматься, мы можем. Дай мне только встать поудобней, хорошо? Лань Ванцзи мурлыкнул себе под нос и разжал руки, позволяя Вэй Усяню, наконец, заглянуть ему в глаза. Сейчас, в темноте, они казались темными, но Вэй Ин все равно залип на какое-то время, пока сам себя не одернул, отворачиваясь и принимаясь смотреть в стенку. Руки Лань Ванцзи мягко провели по его спине и снова вернулись на поясницу. Впечатление создалось такое, как будто Лань Чжань его пытался успокоить.  Вэй Усянь вздохнул, окончательно закрывая глаза и опуская голову на плечо парня, утыкаясь носом тому в шею и замирая в таком положении. – Лань Чжань… – Мгм. – Лань Чжань, скажи, что со мной происходит. Рука Лань Ванцзи снова успокаивающе погладила его по спине. Вэй Усянь подтянул свою собственную к себе и опустил ее на грудь Лань Чжаня, начиная мять теплый свитер под пальцами.  – Я рядом. Вэй Ин мягко усмехнулся. – Да. Ты рядом. В этом и проблема, гэгэ… Лань Ванцзи распахнул глаза, напрягаясь всеми мышцами, едва услышал, как Вэй Усянь сейчас оговорился, но Вэй Ин лишь разжал ткань и выпустил ее, начиная мягко поглаживать Лань Чжаня в районе ключицы и плеча. – Тише, тише, все в порядке… – протянул Вэй Ин. – Я просто… Лань Чжань, я не понимаю себя. Не понимаю, почему так происходит. Стоит мне увидеть тебя, как сердце в груди начинает быстро стучать, но стоит мне подойди к тебе или обнять, как сейчас, и мне становится так спокойно...  Вэй Усянь приоткрыл глаза и потерся щекой о плечо Лань Ванцзи, задевая его шею носом. Лань Ванцзи, прижавшись спиной к стенке в ванной комнате, притянул к себе Вэй Ина ближе и снова расслабился, но теперь его руки, не переставая, гладили парня вдоль спины вверх и вниз, из-за чего Вэй Усянь буквально плавился в таких объятиях.  – Лань Чжань. Почему ты поцеловал меня тогда? Руки Лань Ванцзи замерли на пояснице. Вэй Усянь больше не говорил. В комнате как будто стало тише, и только тогда Лань Чжань понял, что они оба сейчас задержали дыхание. В его ушах билась кровь и от этого звука стало неприятно, поэтому он резко выдохнул, а уже в следующее мгновение пожалел, что это сделал, потому что Вэй Усянь поднялся на носочки и дотянулся до его губ своими, прижимаясь к ним и целуя его. По-настоящему целуя. Вэй Усянь закрыл глаза и принялся двигать губами. Его рука вцепилась в пушистый свитер Лань Ванцзи, а другая поползла вверх и мягко легла на его шею, чтобы было удобней. Лань Чжань не долго стоял в ступоре, тут же принимаясь отвечать с не менее слабым напором. Он резко подцепил руками черную кофту и теперь его руки плавно по контуру очертили лопатки на спине Вэй Ина, заставляя того покрыться мурашками и тихо промычать в их сомкнутые губы.  Лань Ванцзи почувствовал, как у него едет крыша. Он резко перевернул их, меняя местами и вжимая Вэй Усяня в стенку, а когда тот начал цепляться обеими руками за его шею, проталкивая язык в рот и проводя тем по нижней губе Лань Ванцзи, Лань Чжань подхватил его под бедра и поднял вверх, снова беря на руки. В коридоре послышался звук шагов.  – Какая тьма… И где здесь выключатель?  Лань Ванцзи и Вэй Усянь оторвались друг от друга, тяжело дыша и замирая в том положении, в котором и стояли.  Вэнь Нин на ощупь пытался пробраться сквозь темноту, но когда его глаза уже начали постепенно привыкать, он увидел, что все двери были открыты, поэтому ориентироваться стало значительно легче. Парень начал идти вперед и заглядывать внутрь, чтобы не пропустить дверь уборной, когда неожиданно в самой последней комнате на него из тьмы вышел огромный силуэт человека. Лишь когда Вэнь Нин получше присмотрелся, он увидел, что это не один, а двое людей сейчас стояли перед его носом. Лань Ванцзи просто держал Вэй Усяня на руках. – Вэнь Нин, мы тут заняли уборную, можешь заходить, мы уже уходим, – улыбнулся Вэй Ин, начиная смеяться. – О-о… С-спасибо, господин Вэй, Лань Ванцзи. Лань Чжань кивнул головой и сорвался с места, резко заходя в соседнюю комнату и закрывая за ними дверь. Это была гостевая. В ней стоял шкаф, гардероб и большая кровать, на которой можно было разместиться на ночлег. Пройдя внутрь, именно на нее Лань Ванцзи опрокинул Вэй Усяня и упал сверху сам. Вэй Ин все еще продолжал смеяться. – Лань Чжань, ой не могу… Пха-ха-ха, ты бы хоть таким очевидным не был! Зачем выбирать соседнюю комнату? Бедный Вэнь Нин, наверняка, теперь будет бояться лишний раз шуметь, пока в туалет ходит. – Плевать. – Грубый, Лань Чжань. Лань Ванцзи навис над ним, опуская руку на щеку Вэй Усяня и мягко проводя по ней несколько раз. – Не грубый. Вэй Ин заглянул в его глаза, застыл, а потом расплылся в нежной улыбке. – Со мной не грубый, – тихо прошептал он. – Гэгэ, поцелуешь меня еще раз? Лань Ванцзи кивнул головой и наклонился вниз, утягивая Вэй Усяня в новый поцелуй. Тихое чмоканье начало разноситься по всему помещению вперемешку с возней тел по кровати. Вэй Усяню начало становиться жарко уже после пяти минут. Собираясь сюда, он предусмотрительно надел под кофту футболку, поэтому не разрывая поцелуя, похлопал Лань Ванцзи по рукам, а потом подхватил их и разместил на конце своей одежды, чтобы тот его понял. Лань Чжань понял, сразу же начиная тянуть теплую ткань вверх. Им пришлось отстраниться друг друга, и тогда Лань Ванцзи после Вэй Ина стянул свитер и с себя, оставаясь в голубой майке. Вэй Ин тяжело дышал и ерзал под ним, чувствуя, как возбуждение накатывает с каждой секундой все больше и больше. Все происходящее здесь и сейчас могло плохо кончиться, поэтому, уже видя, как Лань Чжань тянет к ремню на его джинсах, он быстро перехватил его, вынуждая остановится. – Гэгэ, постой, постой. Не надо. Лань Ванцзи нахмурился, и Вэй Усянь улыбнулся, перекладывая его руки себе на бедра, а сам опускаясь на спину, заставляя Лань Чжаня тем самым снова нависнуть над ним и остаться в таком положении. – Лань Чжань, я не в том состоянии, к тому же… – Вэй Ин мягко посмеялся себе под нос, а потом поднял вверх обе руки и разместил их на лице Лань Ванцзи, который все это время смотрел на него, не отрывая взгляда. – Я не хочу этого делать на пьяную голову. Хочу, чтобы мы оба хорошо соображали, чтобы потом не было всяких оправданий. Хорошо? Лань Чжань отвел взгляд, а потом вернул обратно и резко наклонился вниз, быстро прижимаясь к губам Вэй Ина и снова отстраняясь. – Хорошо. Вэй Усянь облегченно выдохнул и запрокинул голову, закрывая глаза и позволяя Лань Ванцзи остаток ночи целовать себя, не уступая ему в инициативе.

***

Вэй Ин открыл глаза и подскочил на кровати от первого звонка будильника. Он был настолько взволнован, что едва смог уснуть после того, как они приехали в три утра из того коттеджа, и все разошлись по домам. Лань Ванцзи вместе с ним заказали себе такси и ушли в числе самых последних, а потом сидели в обнимку на заднем сидении всю дорогу и еще минут пятнадцать целовались на улице перед домом, где жил Вэй Усянь. Сегодня был намечен их поход в кино. Как раз шла премьера фильма, который еще с начала осени крутился на всех телевизионных площадках и обещал привести всех своих зрителей в восторг. Они купили билеты заранее и заранее договорились о походе, но теперь, стоя перед шкафом, Вэй Усянь нервничал и перебирал кипы своей одежды, пытаясь подобрать действительно что-нибудь стоящее. После вчерашней ночи все внутри него дрожало и завывало от нетерпения. Теперь-то он окончательно понял, почему его настолько сильно тянуло к Лань Чжаню, и почему с ним он хотел проводить гораздо больше времени, чем со своими лучшими друзьями. И ведь такой простой ответ, а он повел себя как тугодум, тратя впустую столько времени. Лань Чжань ему просто нравился. По-настоящему нравился. Ради него он решил полностью преобразиться сегодня. Вэй Усянь откопал в своем гардеробе красивую бледно-розовую рубашку и закатал ее на локтях. Черные зауженные джинсы с дырками на коленках, и плевать, что сейчас начало ноября и зима близко. Его ноги – его личная гордость и достояние. Лань Чжань должен оценить их по достоинству. Плюс ко всему он накинул на себя свое пальто, не застегиваясь, и закрутил шарф на шее так, как будто всем своим видом пытался показать, что собирался он впопыхах, а вовсе не пять часов подряд, вертясь возле зеркала. Вэй Ин оставил волосы распущенными и просто красиво подцепил их лентой, так что они плавно покачивались у него за спиной, а несколько выбившихся прядей обрамляли лицо по бокам. Он был готов, поэтому запрыгнул в черные лакированные ботинки и, с улыбкой до ушей и быстро колотящимся сердцем, побежал на улицу. Лань Ванцзи ждал его перед входом в парк, потому что они договаривались, что встретятся до начала фильма и зайдут перекусить, а только потом пойдут на сеанс. Вэй Усянь увидел его высокую и стройную фигуру издалека. Он замедлил шаг и отдышался, беря себя в руки. В конце концов, он уже не какой-то подросток, чтобы так волноваться на первом свидании. Вэй Ин выдохнул и посчитал до десяти, только потом двигаясь в сторону Лань Ванцзи. Тот обернулся за стук низких каблучков, и, когда Вэй Усянь предстал перед ним во всей красе, то спокойно кивнул ему. – Вэй Ин. – Лань Чжань, – Вэй Усянь широко улыбнулся, делая еще один шаг на встречу. – Пошли? – Мгм. Лань Ванцзи сделал уверенное движение ногой вперед, когда неожиданно Вэй Ин схватил его за руку и переплел пальцы. Лань Чжань, совершенно не ожидая подобного, вырвал руку и отскочил от него в сторону, начиная удивленно пялиться. – Что ты делаешь? Вэй Усянь был шокирован не меньше. Что он сейчас делает? Но он делает сейчас все правильно. Разве не это они должны сделать? Разве настолько плохо было бы взяться за руки и идти рядом? Разве Вэй Ин сделал что-то не так? Вэй Усянь смотрел на испуганного своим напором Лань Чжаня и закусил губу. Парень был удивлен, и поэтому Вэй Ин попытался предположить, что же конкретно ему не понравилось. Оставаться стоять долго было нельзя, да и ответить на вопрос все-таки стоило.  И тогда Вэй Усянь сообразил насчет того, что, наверное, Лань Ванцзи не хотел предавать их отношения огласке. Да, точно. Именно так все и было. Поэтому Лань Чжань испугался и отбежал от него в сторону, как от огня. Вэй Ин просто не подумал об этом, ему-то самому было все равно смотрят на них или нет, но вот что касается Лань Ванцзи. Он не так воспитывался. У него в голове было сотни правил и запретов, которые вдалбливали в его голову с детства. Уже одно то, что он вчера позволил себе вытворять такие вещи с парнем, говорило о ужаснейшем непослушании, а тут еще и публичное проявление чувств. Вэй Усянь посмеялся себе под нос и неловко потоптался на месте. – Что я делаю? Да ничего, извини, Лань Чжань, я просто… Задумался. Не обращай на меня внимания, пошли скорее за едой, а то опоздаем. Лань Ванцзи медленно опустил руку вниз, но для надежности упрятал ладонь в карман и только тогда спокойно встал рядом с Усянем и пошел вперед. Они быстро расправились с едой, и, уже сидя в зале, в абсолютной темноте, Вэй Ин скинул с себя пальто и съехал по сидению вниз. Его ноги после первых минут фильма плавно перекочевали на пустующую сидушку сидения на ряду спереди, и, когда среди очередных сцен насилия и криков, показался милый момент, когда парень объяснялся девушке в своих чувствах, он повернул голову к Лань Ванцзи. Руки того лежали на подлокотниках, и Вэй Усянь мягко улыбнулся, протягивая ладонь вперед, решаясь снова переплести с ним пальцы. Парень приготовился даже к такому повороту сюжета, что Лань Чжань позволит себя поцеловать тут, на последнем ряду, однако, Лань Ванцзи поступил по-другому.  Он снова резко вырвал свою руку и прижал ее к груди, абсолютно испуганными и растерянными глазами смотря на своего спутника. – Вэй Ин. Что ты делаешь? – Я?.. Вэй Усянь почувствовал, как его язык немеет, а в его груди что-то, что с утра разносило тепло по всем частям тела, сейчас начинает холодеть. Глаза потухли сами собой, а уголки губ опустились вниз. В темноте было плохо видно, но даже несмотря на это Вэй Ин отвернул голову в сторону, не решаясь показать Лань Ванцзи, что тот задел его за живое. – Я просто…  Он пытался придумать выход из сложившейся ситуации, но все, о чем он думал, что с Лань Ванцзи что-то не то. Почему вчера он вел себя так раскрепощенно с ним наедине, а теперь, когда они оказались почти в идентичной ситуации, тот вел себя так холодно и отстраненно? Неужели Лань Чжань с ним просто играл?  Вэй Усянь повернул к нему голову, силясь рассмотреть хоть что-то в светлой радужке глаза, но Лань Ванцзи выглядел как обычно. Совсем, совсем не так, как было вчера. Но не могло же Вэй Усяню все это в самом деле присниться? Не могло же. Он точно помнит, как они отмечали его день рождения, там было столько людей, и еще он помнит, как они напугали Вэнь Нина, а при прощании с ним, парень даже не решился смотреть в сторону обоих. Это не его выдумка или больная разыгравшаяся фантазия. Это действительно было взаправду. Вэй Усянь ничего не может придумать в ответ на немой вопрос в глазах Лань Ванцзи, поэтому предпочитает отмолчаться. Даже когда они идут домой, он ведет себя очень тихо. Лань Чжань замечает перемену в его поведении, но не решается это хоть как-то прокомментировать. Только на подходе домой, Вэй Усянь, засунув руки в карманы, все-таки поднимает на него взгляд и произносит: – Лань Чжань, я сделал что-то не так? Лань Ванцзи останавливается и в ответ смотрит на него. – О чем ты? – О чем я?  Вэй Усянь чувствует, что земля медленно и верно уходит у него из под ног, но Лань Ванцзи совершенно спокоен и настолько холодно себя ведет, что он даже не может высказать ему недовольство по поводу всей сложившейся ситуации. Кажется, с ним действительно вчера просто играли. Или он сам что-то не так понял и напридумывал в своей голове, что они теперь пара. Он не помнит, чтобы они говорили вчера об отношениях, и наверное, это единственная нитка, за которую Вэй Усянь может ухватиться в надежде, что не все потеряно. Но когда он снова поднимает глаза, Лань Ванцзи уже отходит от него на приличное расстояние и машет рукой, прощаясь. Вэй Ину приходится так же махнуть в ответ. Но в глубине души, он не хочет, чтобы Лань Чжань куда-то уходил.

***

Спустя время, когда Вэй Усяню удается урегулировать все вопросы на работе, и, когда у Лань Чжаня есть свободное окно в его плотном расписании, они встречаются у него дома. Лань Сичэнь занят подработками и написанием докторской, поэтому почти там не появляется, но, даже если он дома, Вэй Усянь совсем не против его компании. Лань Хуань всегда улыбается ему и в целом, стоит старшему Ланю появиться, как все помещение наполняется определенной светлой аурой душевного спокойствия. Лань Ванцзи сидит на своем стуле, а на ногах у него лежит гуцинь, на котором он любит играть. Вэй Усянь удобно расположился на его кровати и на самом деле у них сейчас столько бумажной работы в офисе накопилось, что его глаза слипаются.  – Устал? Лань Ванцзи смотрит, как Вэй Ин прикрывает рот от очередного зевка. – М-м… Немного, но мы с тобой так давно не виделись, что я просто не мог пропустить эту встречу. Вэй Усянь прикрывается глаза и укладывается на подушку, чувствуя легкий аромат сандалового дерева от ткани, и только еще больше зарывается в нее носом.  – Лань Чжань, сыграй мне немного, – бормочет Вэй Ин. – Я совсем чуть-чуть посплю, а потом буду бодрым, и мы с тобой чем-нибудь займемся. Хорошо? Лань Ванцзи видит, как тот практически дремлет и без его музыки, но пальцы сразу же ложатся на струны и начинают создавать мягкую и нежную мелодию, от которой сморенного теплом кровати и усталостью от взрослой жизни Вэй Усяня клонит в сон с еще большей силой. – Лань Чжань… А ты... дал ему имя? – тихо сквозь белую пелену сна бормочет Вэй Усянь. Прошло уже больше часа, как он спит, и за это время Лань Ванцзи перестал играть, только чтобы встать и укрыть того одеялом. Лань Чжань нагибается над ним и спокойно произносит: – Ванцзи. – Гэгэ, а ты оказывается… Тот еще креативный парень…. Лань Ванцзи ничего не отвечает. Его рука ложится поверх чужой макушки и проводит несколько раз вдоль роста линии волос. После чего Лань Чжань вновь возвращается на свое место и продолжает играть, даже несмотря на то, что Вэй Усянь крепко спит. Лань Сичэнь приходит домой, когда часы показывают девять вечера. Он страшно устал и сильно вымотан, но, слыша звуки гуциня из спальни брата, удивленно вскидывает брови и выпрямляет спину, начиная идти на трель музыки. Стоит ему толкнуть белую деревянную дверь, как в глаза бросается чудная картина, где его младший брат сидит на полу рядом с Вэй Ином и играет для него, а тот сладко посапывает в его кровати, видя десятый сон. Лань Хуань сталкивается взглядом со светлыми глазами, но Лань Чжань продолжает сидеть на месте, не собираясь даже двигаться в его направлении. Его голова опускается вниз, приветствуя старшего брата, и тот, мягко улыбаясь, склоняет свою. – Ванцзи, уже совсем поздно, наверное, стоит его разбудить, – тихо шепчет Лань Сичэнь, проходя в комнату. – Нет. – А-Чжань, я все понимаю, но господин Вэй не обрадуется, если узнает, что ты оставил его спать у нас дома. К тому же завтра будний день. Ему наверняка понадобится вставать на работу. – Он устал. – Я понимаю, но все же, – улыбается Лань Хуань. – Я дам тебе еще час, но потом нам непременно нужно его разбудить и помочь собраться.  Лань Ванцзи хмурится, как только брат покидает его покои и смотрит в сторону Вэй Усяня. Его рот слегка приоткрыт, и на подушку вытекает несколько слюнок, но он все равно выглядит таким милым и уставшим, что Лань Чжань совсем не в состоянии его как-либо потревожить. Он уходит в гостиную, чтобы позволить сделать это Лань Хуаню, и они оба провожают сонного Вэй Усяня, вызывая ему такси.

***

Постепенно настроение Вэй Ина улучшается. Они с Лань Ванцзи налаживают график встреч, и все свободное время Вэй Усянь проводит в их квартире. Лань Чжань готовится к нескольким промежуточным экзаменам, а Вэй Ин сидит рядом с ним за столом и пытается хоть чем-то помочь. По факту он больше мешает, но Лань Ванцзи упорно молчит и продолжает принимать любую его помощь. Все доходит до того, что Вэй Усянь в какой-то определенный момент начинает уходить с работы на обед не в столовую, чтобы посплетничать с Вэнь Нином и Вэнь Цин, а едет на другой конец города, но успевает и быстро перекусывает вместе с Лань Ванцзи в кафешке рядом с его университетом. Пару раз их снова освистывает Су Шэ, но Лань Ванцзи упорно не обращает на него никакого внимания, а Вэй Усянь только позволяет себе бормотать оскорбления под нос. Он не хочет показаться в дурном свете перед Лань Чжанем, поэтому сдерживает себя. Он не грубиян, но этот парень очень сильно выводит его из себя. Когда они идут по пути из кафе, неожиданно из подворотни выбегает собака, и Вэй Ин, поседев от страха, прячется за спину Лань Ванцзи, а тот успевает в последний момент подставить ей в зубы свою ногу. Вэй Усянь спасен, но очень обеспокоен этими следами и укусом. Он просит Лань Ванцзи сказать ему, если он будет себя плохо чувствовать, и Лань Чжань кивает ему головой и отвечает, что с ним все хорошо. Они посещают на протяжении следующих двух месяцев несколько выставок старой эпохи и задерживаются в зале, где представлена большая коллекция мечей, они ходят в кино и в парк, они проводят время друг с другом дома, смотрят фильмы, просто дурачатся и разговаривают, разговаривают, разговаривают. Однажды Вэй Усянь просто так звонит Лань Чжаню посреди недели и просит того срочно приехать к нему, чтобы он увидел все собственными глазами. И Лань Ванцзи естественно стоит рядом с ним и круглыми глазами принимает в свои руки маленького коричневого утенка. Малыш крякает, пищит и пытается укусить его за большой палец, а Вэй Усянь тяжело дышащий, но чересчур довольный собой, рассказывает ему о том, как он успел выхватить его на озере, но им нужно скорее вернуть его обратно.  Вэй Ин радуется и улыбается, видя восхищенный взгляд Лань Ванцзи, провожающего косяк утят во главе с их мамой по воде, но одновременно с этим он понимает, что сам он внутри падает и падает с каждым днем. Лань Чжань ведет себя странно. Вэй Усянь, как мог, придумывал его поведению отговорки, но он уже начинает подумывать о том, что он параноик, до того пристально и со всех сторон он анализирует поведение Лань Ванцзи. Он ставит в ряд празднование его дня рождения, отмечание в честь повышения Не Хуайсана, потом проводы Не Минцзюэ, корпоратив на работе и А-Яо, который разрешил Вэй Усяню позвать с собой его плюс один, черт, он даже вспоминает день рождения Цзян Чэна, и как Лань Чжань ударил того настолько сильно, что он отлетел на несколько чжаней и врезался всей своей тушкой в стену, потому что снова сказал что-то грубое в сторону Вэй Ина. Он смотрит на все это и просто не понимает, почему Лань Чжань ведет себя так двояко. Почему поступает с ним настолько жестоко. Он целует и обнимает его, они шепчут друг другу ласковые слова, но стоит Вэй Усяню встретить его на следующий день, как Лань Ванцзи ведет себя так, как будто ничего не было. Вэй Ин душит себя за горло, но сдерживает слезы, которые застывают в уголках глаз и не падают по его щекам, но ему действительно обидно. Чем он заслужил подобное отношение? Он чем-то обидел Лань Ванцзи? Тогда почему тот просто не скажет ему это в лицо? Он что-то сделал не так? Тогда опять же, почему он не может сказать ему об этом? Вместо разговоров и выяснения отношений Вэй Усянь получает удивленный и ничего не понимающий взгляд, от которого хочется выть, надрывая горло. Когда в очередной раз, оставаясь друг с другом наедине на корпоративе в Икеа, куда Лань Чжаня вместе с Вэй Усянем позвал Лань Сичэнь, ведь он все еще числился их сотрудником, Лин Вэнь кричит от испуга, натыкаясь на клубок из их сплетенных тел, стоящих под лестницей главного этажа. Лань Чжань, не моргая, просто смотрит ей в глаза, а потом спокойно принимается целовать Вэй Усяня по новой. Девушке приходится сдержать себя, дабы не начать ругаться прямо при них, поэтому она зажимает рот рукой и разворачивается, уходя в другую сторону. По пути ей попадается Се Лянь, который прячется за дверью и что-то говорит о том, что Сань Лан в последнее время очень странно себя с ним ведет. Она не желает больше слышать ни о чьих отношениях, перед ее глазами стоит картина двух сосущихся мужиков, поэтому она просто подхватывает Се Ляня за шкирку и тащит его к Фэнь Синю, сбагривая стажера и прося, чтобы тот присмотрел за ним остатки вечера. Вэй Ин простанывает и хватается за Лань Ванцзи, когда тот слишком сильно прикусывает кожу за его ухом, а потом полностью повисает на нем, позволяя поднять себя на руки. Они оказываются в кладовке, которую Лань Чжаню удается отыскать, и он плотно закрывает за ними дверь, не желая отрываться от губ Вэй Усяня ни на секунду. Вэй Ин чувствует себя сейчас так хорошо, но в его сознании ползет червячок, который напоминает парню о том, что случится на завтрашнее утро. Вэй Усянь решает решить этот вопрос раз и навсегда, потому что ему надоела эта неопределенность. Он силой надавливает Лань Чжаню на грудь, чтобы тот отстранился от него и хватает его лицо обоими руками. – Лань Чжань, посмотри, посмотри на меня! Приди в себя! Прошу тебя! Лань Ванцзи тяжело дышит, его грудь то и дело поднимается и опускается, вверх и вниз. – Я в порядке. – Лань Чжань, гэгэ, пообещай мне. Пообещай, что ты завтра перестанешь меня игнорировать. Я не могу так больше, Лань Чжань. Ты делаешь мне больно своим безразличием. Пообещай, что ты больше так не сделаешь, умоляю тебя. Глаза Лань Ванцзи заметно потухают, и он сдавленно произносит: – Делаю больно тебе? – Делаешь, гэгэ. Пожалуйста, перестань. Давай встречаться, хорошо? Я не хочу, чтобы на следующее утро ты снова сказал, что мы друзья, – тихо шепчет Вэй Усянь ему в губы. – Пообещай мне. Поклянись, что ты перестанешь меня игнорировать. Мне все равно, если ты боишься людей, но хотя бы наедине, ты- – Я не боюсь людей. – Тем более. Лань Чжань, ты ведь пообещаешь мне? Пожалуйста, ни о чем больше не попрошу, – хнычет Вэй Ин. – Давай… Давай ты просто возьмешь меня завтра за руку? Хорошо? Просто возьми мою руку и не отталкивай, договорились? – Взять тебя за руку? Вэй Усянь шмыгает носом и счастливо улыбается, пока слезы стекают по его щекам. Он отрывает правую руку от лица Лань Ванцзи и переплетает их пальцы. – Вот так, хорошо? Можно… Можно ты так сделаешь? – Вэй Ин. Лань Ванцзи начинает покрывать его щеки поцелуями, чтобы убрать каждую слезинку, но от этого слез Вэй Усяня становится только больше. Он хватается за этот разговор, как за последнюю возможность, и когда Лань Ванцзи уверенно и твердо выдыхает: – Клянусь. Вэй Ин успокаивается.

***

Лань Сичэнь стоит рядом с Лин Вэнь и отказывает от протянутого бокала вина.  – Прошу простить, но мы с Ванцзи не употребляем алкоголь. Девушка понимающе кивает, но когда опускает бокал на столик обратно к остальным, очень удивляется сказанному, ведь часом ранее Лань Чжань принял из ее рук спиртной напиток и осушил посуду до дна.

***

Вэй Усянь сидит на лавочке в парке. Погода сегодня морозная. Декабрь начался с рекордной отметки на градуснике по температуре, но его радует, что у них уже дали отопление, к тому же только недавно Вэй Ин заходил в магазин и купил себе парочку новых теплых тапок. Он плотнее запахивает пальто и убирает с лица волосы, которые развеваются из-за слишком сильного ветра. Ему кажется, что сегодня лучше вообще целый день провести дома, но все-таки Лань Чжань ему сказал, что ни разу не был в террариуме, а к ним как раз недавно приехал один. Находится он на другом конце города, но это совсем не беда. Даже плюс. Чем дольше туда добираться, тем дольше они смогут провести время вместе. Фигура Лань Ванцзи показывается на дорожке, и Вэй Усянь радостно вскакивает с лавочки и бежит к нему навстречу. Он налетает на Лань Чжаня и почти сносит его с ног. Если бы не удивительная сила этого парня, они бы оба точно оказались сейчас на земле. Лань Ванцзи обнимает его и кивает головой в знак приветствия, поправляя съехавший шарф и застегивая курточку Вэй Усяня на последнюю пуговицу. – Ну, Лань Чжань. – Холодно. – С тобой не холодно, да и мы все равно поедем на автобусе, в нем же тепло, чего ты меня укутываешь, как маленького?  – Холодно. – А другие слова, кроме холодно, ты знаешь? – Вэй Ин. – Я, – улыбнулся Вэй Усянь.  Лань Ванцзи мягко закатывает глаза на его дурачества и, удостоверившись, что Вэй Ин закутан как следует, отходит от него, и начинает двигаться в направлении остановки. Его рука висит вдоль тела в красивой белой кожаной перчатке, и Вэй Усянь, совершенно не задумываясь, хватается за нее, переплетая их пальцы. – Лань Чжань, кстати, когда мы туда придем нужно бу- Лань Ванцзи резко выдергивает руку и хмурится. Он уже привык к такому поведению Вэй Усяня, поэтому больше не останавливается и не спрашивает, что за чертовщину тот начинает творить ни с того с сего, однако, в этот раз кое-что меняется. Лань Ванцзи идет дальше по дорожке, но больше не слышит с собой радостного голоса и стука ботинок об асфальт. Он замирает и разворачивается назад, видя, как Вэй Усянь побелел в лице настолько сильно, что на него буквально страшно смотреть.  Вэй Ин, не моргая, уставился на свою правую руку, которая только что попыталась перехватить ладонь Лань Чжаня. – Ты обещал… – начинает бормотать он. – Ты же поклялся мне…  Вэй Усянь поднимает голову вверх и впервые за все время, что они знакомы, начинает орать на Лань Ванцзи. – Ты поклялся мне! Ты сказал, что больше не будешь делать мне больно! Зачем?! Зачем ты снова так поступаешь?! Лань Чжань каменеет, когда слышит эти слова. Его взгляд полностью растерянный, и он действительно не понимает, о чем говорит с ним Вэй Ин. – Что? – Что?! Ты спрашиваешь меня что?! Это я должен спросить тебя что?! Что ты делаешь?! Зачем ты это делаешь?! Лань Ванцзи, я никогда не думал, что ты такой жестокий человек! Лань Чжань вздрагивает, когда слышит от Вэй Усяня свое второе имя. Парень перед ним злится. Вэй Ин очень сильно злится, и Лань Ванцзи готов сделать сейчас все, что угодно, но он просто не понимает, чем его обидел. Разве он что-то вообще обещал ему? Вчера он помнит, как они вместе пришли на вечер, а потом к нему подошла Лин Вэнь, и после этого разум стал, как в тумане. Ему казалось, что они не провели там больше часа и благополучно пришли домой. Лань Хуань сказал ему сегодня утром, что когда приехал, Ванцзи спал у себя в комнате. – Ты… Ты просто… – Вэй Усянь старательно пытается подобрать оскорбление, но когда оно уже сидит на языке, он все равно не может произнести его. – Знаешь, Лань Чжань… С меня хватит. Давай закончим все на этом. Если ты не хочешь и даже не можешь об этом сказать… Я больше ничего не хочу. Я устал. Мне обидно. И еще мне очень больно. Я хочу побыть один. Какое-то время нам лучше не общаться. Лань Ванцзи широко распахивает глаза, а его зрачок моментально сужается. Он делает резкий выпад вперед, чтобы дотронуться до Вэй Усяня и не дать ему уйти, но тот уходит от прикосновений и качает головой, обхватывая себя руками. – Не хочу, Лань Чжань. – Вэй Ин! – Нет. Оставь меня. Мне плохо, – Вэй Усянь разворачивается и начинает идти в обратном направлении. – Не трогай меня. Лань Ванцзи остается стоять прикованный к месту и, как в кошмарном сне, смотрит, как Вэй Ин уходит от него.

***

Лань Сичэнь подпрыгивает на стуле, сидя за книжкой, и резко вздергивает подбородок вверх, чтобы увидеть, как его тихий и спокойный брат проносится ураганом из прихожей к себе в комнату, резко захлопывая дверь с такой силой, что штукатурка падает вниз. В доме наступает тишина, и Лань Хуань сглатывает. Он медленно поднимается с места и подходит к спальне Ванцзи, стуча пару раз костяшками пальцев. Надежды, что его впустят нет абсолютно никакой, но все же ему нужно узнать, что случилось. – А-Чжань? А-Чжань, что стряслось? Ты в порядке? – Он плакал из-за меня! Лань Хуань отскакивает от двери, потому что крик оказывается близко. Очевидно Лань Ванцзи стоит прямо за дверью. Сичэнь закусывает губу, ему даже не нужно спрашивать, кто плакал, потому что его младший брат может отреагировать подобным образом на эмоции лишь от одного человека. – Ванцзи… Ты уверен, что ты виноват в случившемся? Может быть, ты просто не так понял, а госпо- – Он сам сказал, что я сделал ему больно! Как еще это можно понять?! Лань Сичэнь замолкает. Он не знает, что делать в такой ситуации, потому что никогда не сталкивался с подобным на своей практике. Он так же понятия не имеет у кого спросить совета, потому что в его кругу не было людей, чьи отношения были похожи на отношения его брата и Вэй Усяня. Он был бы рад спросить совета у старшего члена семьи, но Лань Хуань помнит о том, что дядя говорил ему еще в детстве, как планирует сосватать их обоих, поэтому у Лань Сичэня вообще нет вариантов соваться туда с подобными вопросами. Лань Чжань и так плохо распрощался с Лань Ци Жэнем в последний раз, а теперь, если он узнает, еще и об этой новости, тут будет грандиозный скандал. С другой стороны не говорить об этом – было бы глупо, но это все равно может подождать. Стерпится – смирится. Лань Чжань человек поистине упрямый, так что принять племянника таким их дяде придется. Однако, проблемой было помочь ему сейчас. И Лань Хуань совершенно не знал как. Он оставил Лань Чжаня в комнате на некоторое время, но спустя пару дней, когда дверь все еще была закрыта, Лань Сичэню раздался звонок. Лань Ванцзи указал в графе родителей номер телефона старшего брата, в случае если с ним что-то случится, поэтому очевидно ректор университета и позвонил ему. Лань Чжань несколько дней подряд не посещал занятий, на звонки старосты он не отвечал, трубок с куратора так же не поднимал, оставалось только звонить опекуну.  Лань Хуань покачал головой, слушая в трубку грубый голос и порадовался только тому, что выслушивает это сейчас именно он, а не их дядя. Где-где, но у Лань Ванцзи была смекалка. Лань Хуань извинился и повесил трубку, заверяя, что с Лань Чжанем все в порядке, просто он немного приболел. Когда же Сичэнь прошел на кухню и открыл холодильник, только тогда он отметил кое-что странное. Еда не убавлялась и становилась меньше лишь от тех порций, которые Лань Хуань брал себе на работу. Все выходило так, что Лань Ванцзи мало того, что не ходил на учебу, страдая за закрытой дверью, он еще и решил себя своеобразно наказать, отказываясь принимать пищу. Это уже было чересчур. Лань Сичэнь не собирался выносить через неделю его холодный труп. Поэтому больше не медля, он оказался у двери брата и настойчиво постучался в нее. Никакого ответа ожидаемо не последовало, но Лань Хуань не остановился. – Ванцзи, прекрати так себя вести. Мне звонили из твоего университета, чего ты добиваешься? – строго произнес Лань Сичэнь. – Вы поссорились, и тебе от этого грустно, я прекрасно понимаю подобное поведение, но плюнуть на собственное будущее и даже прекратить есть… А-Чжань, неужели ты думаешь, что это тебе сможет хоть чем-то помочь? А-Чжань? Ты слышишь меня? Поговори со мной. Лань Хуань приложил ухо к двери, но не услышал совершенно ничего. – Ванцзи, если ты хоть что-нибудь не ответишь, я буду вынужден позвонить в полицию и скорую. Одни взломают дверь, а другие проверят тебя и скажут о твоем состоянии. – Я в порядке. – Ванцзи! Почему ты не отвечал мне? Пожалуйста, выйди из комнаты и поешь. Я переживаю за тебя. Лань Чжань вяло посмотрел на дверь и снова отвел взгляд, уставившись на фотографию в телефоне, которую Вэй Усянь сделал еще летом, когда они вместе ходили на фестиваль и покупали сладкие яблоки в карамели. Тогда все было так хорошо, совсем не так как сейчас. Лань Чжань просто обязан себя наказать, что причинил боль такому прекрасному человеку, который всегда был настолько добр к нему. Лишиться будущего и своего тела – весьма подходящее наказание.  – Ванцзи. У тебя ведь назначены личные занятия. Ты сам решил провести те консультации. Что ты собираешься сказать им?  Лань Ванцзи выдохнул и тихо прошептал: – Я проведу занятия. Но больше не выйду. Лань Сичэнь обреченно закрыл глаза и хлопнул себя рукой по лицу. – А-Чжань… – протянул он. – А-Чжань, неужели ты теперь начнешь убиваться по-каждому человеку, который будет тебе симпатичен? Люди приходят и уходят, ты же это сам всегда говорил, почему ты вдруг- – Он бы не ушел. – Ванцзи, ты не можешь так уверенно это утверждать. – Он бы не ушел, – твердо повторил Лань Чжань, а потом добавил: – Это я виноват. – Если ты виноват и так настаиваешь на этом, просто извинись. Ты же знаешь его номер телефона. – Он не берет трубку. – Ну тогда сходи к нему домой. Как видишь, времени у тебя теперь предостаточно. – Он меня не пускает. Лань Хуань вытянулся в лице. Он и подумать не мог, что Лань Ванцзи покидал комнату. Он-то решил, что его младший брат сидел тут день и ночь безвылазно. – Ванцзи, все равно. Неужели ты теперь всю жизнь проведешь взаперти? Подумай о дяде. Он бы не был рад твоему поведению. Лань Чжань нахмурился. – Дядя тоже его обидел. Я не хочу с ним разговаривать. – Ванцзи… Лань Сичэнь сокрушительно покачал головой, возводя руки к небу. Он понятия не имел, что ему теперь со всем этим делать. И все-таки отчаиваться окончательно Лань Хуань не хотел. Младший брат был для него всем, он очень любил и заботился о нем. Лань Сичэнь, как сейчас может вспомнить, когда будучи совсем маленьким, ему дали впервые подержать Лань Чжаня. Он взял на руки большой кулек из одеял и мягко развернул те в районе лица ребенка. Оттуда на него сразу же уставились два больших светлых нефритовых глаза. Малыш совсем ему не улыбнулся, но Лань Хуань почувствовал, что его собственное сердце улыбалось настолько сильно, что вот-вот готово было разорвать мальчика изнутри. Лань Чжань был милейшим созданием, которое ему довелось повидать. А постепенно, когда тот начал расти и проявлять себя и свой характер, Лань Хуаня очень забавляла его упрямость. Маленький Лань Чжань мог настаивать на своем до последнего. Он даже помнит случай, когда дядя пытался забрать у того красную машинку и дать вместо нее красивую большую голубую. Ведь эту дорогую игрушку Лань Ци Жэнь приобрел в магазине. Она была новой, чистой и сногсшибательно-красивой. И все равно Лань Ванцзи посмотрел на нее, походил вокруг и вернулся к старой игрушке, потому что нашел ее сам, в песочнице, куда его отвел погулять Лань Хуань. Лань Чжань надувал щеки и отказывался расставаться с игрушкой, как бы на него не кричали. Лань Сичэню пришлось долгими уговорами отстаивать сторону младшего брата, и, когда все решилось в его пользу, он как сейчас помнит, как маленький Ванцзи подошел к нему, обнял за коленки и уткнулся в ноги носиком, бормоча тихие слова благодарности. Как его можно было не любить? Лань Ванцзи вырос у него на глазах и теперь, когда он сидел по ту сторону двери и страдал, у Лань Сичэня душа уходила в пятки. Ему так не хотелось видеть брата расстроенным. Он должен был что-то придумать, если эти двое бестолочей не могут. В конце концов, он ведь Лань Сичэнь.

***

Вэй Усянь вошел в кафе, хлопая дверью. Над его головой раздался звук колокольчика, и бариста обратил на нового посетителя внимание, здороваясь и склоняя голову в поклоне. Вэй Ин поклонился в ответ, а потом стянул с волос шапку, проходя к дальнему столику, где он уже заметил сидевшего Лань Хуаня. Для Вэй Усяня было очень неожиданно увидеть его высветившийся номер телефона. По правде сказать, ему за последнюю неделю много кто звонил. Ему звонил его начальник, спрашивая все ли с ним хорошо, а потом, взвесив все за и против, дал Вэй Усяню двухнедельный отпуск, так как на работу тот приходил совершенно никакой. Ему звонил Цзян Чэн и приглашал к себе в гости. А Вэй Ин даже не нашел в себе сил, чтобы встать с кровати. Ему звонил Не Хуайсан и говорил о том, что Не Минцзюэ привез из Италии очень вкусные ржаные лепешки, и Вэй Усянь просто обязан их попробовать, так что он приглашает его на чай. Вэй Ин посоветовал пригласить к себе Цзян Чэна, так как тот похоже скучает, и повесил трубку. Ему звонил дядя Цзян и ему звонила Ян Ли и предлагали устроить встречу с племянником, но Вэй Усянь просто вежливо игнорировал абсолютно всех.  Он лежал у себя дома и дни напролет смотрел в потолок, изредка покидая спальню, только чтобы поесть и принять душ. Его телефон разрывался от звонков Лань Ванцзи в первые несколько дней. Но похоже, когда тот понял, что говорить с ним никто не собирается, сдался и прекратил его беспокоить. Он решился встретиться с Лань Хуанем, потому что очень удивился, и просто захотел поставить жирную точку, даже если Лань Чжань попытается воздействовать на него со стороны брата. Вэй Усянь вообще-то думал, что это был заговор и на самом деле вместо Лань Сичэня его в кафе будет ожидать сам Лань Ванцзи, но нет. Он приземлился на свободный стул возле стены и посмотрел на Лань Хуаня, который совершенно точно был собой, а не Лань Чжанем.  – Привет, Сичэнь. – Здравствуйте, господин Вэй. Голос Лань Хуаня на удивление был спокойным, но уже не таким легким, как был обычно. Он не улыбался и вообще выглядел очень серьезно. Вэй Усянь выпрямился в спине и сел более ровно.  – Сичэнь, если ты по поводу Лань Чжаня, то я ему уже все сказ- – Господин Вэй, вам так нравится издеваться над моим братом? Вэй Усянь замер, прерываясь на середине предложения. – Что, прости? – Я спросил, нравится ли вам издеваться над моим братом? – Сичэнь, не сочти за грубость, но ты вообще в своем уме? Лань Хуань поднял кружку со стола и сделал несколько глотков, грациозно ставя посуду на место, вновь смотря на Вэй Усяня со всей серьезностью. – В своем, – ответил он. – Ванцзи заперся у себя в комнате и уже несколько дней не покидает ее. Он отказывается ходить на учебу, отказывается заниматься самостоятельно. Он отказывается разговаривать с дядей и со мной. Он даже отказывается есть. Он делает это, потому что считает, что обидел вас, и пытается себя наказать, лишая вообще всего. Вы довольны этим? Вэй Ин открыл и закрыл рот, но потом собрался и прыснул себе под нос. – Мне-то что с того? Пусть что хочет, то и делает, – выплюнул он. – Если ему нет до меня дела, то почему я должен за него переживать? *БАХ* – Не смейте! Лань Хуань так резко ударил рукой по столу, что Вэй Усяню пришлось подпрыгнуть. – Не смейте говорить, что ему до вас никакого дела, – строго и уже чуть более сдержанно проговорил Лань Сичэнь. – Как вы можете? После всего, что он делал?  – Да ничего он не делал. – В самом деле? Вы в самом деле, такой слепой человек? – изумился Лань Хуань. – Господин Вэй, Лань Чжань решил лично встретится с вами и после этого не только не перестал общаться, но и ходил в любое место, куда бы вы его ни потащили. Он угождал всем вашим прихотям. Он не жалел на вас ни своего времени, ни материальных благ. Вы думаете, мой брат делает подобные вещи для каждого? Господин Вэй, даже несмотря на то, что ему не очень пришлись по вкусу ваши друзья, он игнорировал это и все равно проводил время в их компании, только чтобы вы были рады. Он сохранил тот букет, который вы в шутку ему подарили, и, когда тот завял, он не выкинул его, а распихал каждый листик по нашим книгам в качестве закладок. Мало того, что он хранил каждую вещичку, что вы ему давали, Лань Чжань изменял свой вкус и стал любить именно те вещи, которые нравились и вам. Стоило вам что-то сказать, как Лань Чжань запоминал это и ни разу не выпускал из памяти. Вспомните ваш день рождения и тот подарок, который он вам подарил. Вы думаете Ванцзи просто зашел в магазин и купил его, не задумываясь? Я лично наблюдал за тем, как он объезжал весь город на протяжении недели и искал этот кондиционер для волос, только потому что вы когда-то ему сказали, что мучаетесь с этим. Он не разрешал мне вас будить, если вы засыпали у нас дома, потому что лишний раз не хотел вас тревожить, потому что знал, как вы устаете на работе. Он кинулся защищать вас от собаки, а потом я возил его по больницам, где на его ногу наложили несколько швов, но он так и не сказал вам, что мучился, потому что просто не хотел беспокоить лишний раз. Если для вас и это ничего не значит, то, господин Вэй, Ванцзи не просто дышал вами, но стоило вам лишь позвонить ему и сказать, чтобы он срочно приехал, как он буквально встал из-за стола на нашем семейном ужине и молча ушел оттуда, ни сказав никому ни слова. И после всего этого, вы смеете говорить мне, что ничего не значили для него? После того, как вы сами прилюдно дважды сказали ему, что подобную привязанность и чувства, как у него, вы презираете, вы имеете наглость заявить, что ему до вас нет никакого дела? Как вы можете такое говорить? Вэй Ин открыл рот и молча слушал все, что Лань Хуань выдохнул на одном дыхании. Его лицо выглядело впервые очень рассержено и на нем не было ни тени прежней улыбки, которую он дарил всем вокруг. Вэй Усянь внимательно вникал в каждое только что произнесенное слово и чувствовал, что его сердце начинает учащенно биться. – По… годи. Погоди. Что я сделал? Когда это я прилюдно что-то заявлял? Не было такого! – Вы хотите сказать, что это не вы говорили в его присутствии, указывая на пару мужчин и пару женщин, что это кошмар? И что вы бы так никогда не смогли?  – Что? Но я… Я же имел в виду совершенно другое! – взбесился Вэй Усянь. – Я же показал тогда Лань Чжаню, что эти парни стоят перед нами в трусах поверх одежды! Я бы ни за что так не смог сделать, вот и сказал ему, что это кошмар, и что у людей странные вкусы! Какое мне дело до того, чем эти двое занимаются, меня просто удивил их внешний вид! А те девушки в парке. Да я же специально поторопил Лань Чжаня поскорее уйти оттуда, потому что никогда не люблю быть третьим лишним и всегда хочу оставить людей наедине, если им это надо! И вообще. Как ты можешь говорить про Лань Чжаня все эти вещи, упуская тот факт, что между нами было за последние пару месяцев? Да, Лань Чжань сохранял все мои подарки и вел себя со мной очень мило, но он… Он просто издевался надо мной! Иначе, как еще, Лань Сичэнь, ты мне объяснишь тот факт, что вечером он меня целует, а на следующий день делает вид, что между нами ничего не было?  Лань Сичэнь пораженно распахнул глаза. – Что? Ванцзи? Ванцзи вас поцеловал? Как… Когда это произошло? – Тебе все даты перечислить? Уж прости их было много, я не записывал! – возмутился Вэй Ин. – Неужели ты думаешь, что я могу обидеться на пустом месте? Лань Сичэнь, я вообще человек, который в принципе никогда не обижается на кого-то, я дружу с Цзян Чэном, а это то еще бедствие. Сколько бы гадостей этот придурок не позволял себе вытворять, я все равно считаю, что он хороший человек, но я не могу спокойно закрывать глаза на то, что меня используют. Каждый раз! Каждый раз, стоило нам собраться, выпить и расслабиться, как Лань Чжань тащил меня- – Выпить? – Лань Хуань притормозил его. – Вы сказали выпить?  – Ну да, выпить, – Вэй Усянь замялся. – Слушай, Сичэнь, я обещал ему, что, если он решится пить, я его не сдам, но ты-то не ругай его за это, ладно? Я всегда смотрел сколько он пьет и это были минимальные дозы. Я всегда спрашивал, как он себя чувствует, и все было нормально, клянусь тебе.  Лань Хуань пораженно застыл на месте, а потом зажмурил глаза, закрывая лицо руками. – Ванцзи… Ванцзи, почему он мне не сказал, что пил с вами… Боже… – простонал Сичэнь. – Господин Вэй, каждый раз, когда ваша близость происходила, Ванцзи был пьяным? – Да не был он пьяным. Разве можно считать пьяным человека, который сделал глоток вина? Лань Хуань вздохнул и потер виски руками. – В нашем случае можно. – Что? – Господин Вэй, – начал Лань Сичэнь. – Наша семья крайне не устойчива к алкоголю. И нам с Ванцзи это тоже передалось генетикой. Мы пьянеем с одного глотка, и, ладно, если бы мы просто были пьяными, но каждый раз после того, как хмельное состояние исчезает, вместе с этим уходит и память. Ванцзи просто ничего не помнил из того, что делал. *ХЛОП* Вэй Ин разинул рот, широко распахивая глаза. У него, как будто прямо сейчас камень привязанный к шее, кто-то подошел и отрезал ножницами, что аж дышать стало легче. – Лань Сичэнь, ты сказал… Лань Чжань, он… Лань Чжань не игнорировал меня, а он. Он просто ничего не помнит? – Именно так. Боюсь в этом есть и моя вина, – Лань Хуань покачал головой. – Поймите, я просто не думал, что Ванцзи скроет это от меня. Если бы он мне сказал сразу, я бы объяснил в чем дело, но поскольку Ванцзи не говорил о спиртном и никогда им не интересовался, я и не думал, что есть надобность ему рассказать.  – Не помнит… Лань Чжань не помнит… Господи, он же просто не помнит… – бормотал Вэй Ин, схватившись за голову и начиная улыбаться. – Сичэнь! Лань Чжань дома? Он сейчас дома? Вэй Усянь резко вскочил из-за стола, чуть не сбивая идущего мимо официанта. – Ванцзи дома, но, господин Вэ… Господин Вэй! Постойте! Вам туда нельзя, он- – Сичэнь, спасибо! Вэй Усянь махнул ему рукой, уже находясь в районе выхода из кафе, и выбежал на улицу, начиная бегом двигаться в нужном направлении. Так вот оказывается, почему Лань Ванцзи выглядел действительно таким растерянным. Ну еще бы. Он не понимал, что происходит, и почему Вэй Усянь так себя ведет с ним. Вэй Ин громко смеялся, пугая прохожих и продолжая бежать, не сбавляя скорости. Даже когда он поклялся ему и пообещал о том, что теперь они будут вместе, как пара, а на следующий день снова отверг его. Даже тогда он выглядел так, как будто искренне не понимает, что происходит, и в чем он виноват. – Дурак!  Вэй Усянь преодолел несколько кварталов разделяющие его от дома Ланей за пару минут и, полностью запыхавшийся, не дождавшись лифта, начал стремглав мчаться вверх по ступенькам. Лань Ванцзи и Лань Сичэнь жили на шестом этаже, но даже это не останавливало Вэй Ина. Он опустился практически на четвереньки, когда сделал последний крутой поворот и принялся взбираться по лестнице. Лишь когда перед его носом оказалась нужная дверь, он привалился к ней и начал биться рукой, игнорируя кнопку звонка. – Лань Чжань! Лань Чжань, немедленно открой дверь! Нам нужно срочно поговорить! Лань Чжань! Гэгэ! Открывай! Открой мне сейчас же! Ла- На очередном громком ореве, Вэй Усянь пошатнулся, а в следующую минуту деревяшка пропала из-под его щеки. Лань Ванцзи распахнул дверь и удивленно уставился на Вэй Ина, который перепугал его своим неожиданным визитом. Вэй Усянь оперся руками на коленки и попытался отдышаться. Они так и простояли несколько минут напротив друг друга, пока Вэй Ин не разогнулся в полный рост. – Вэй Ин? Вэй Усянь широко улыбнулся и кинулся к нему, повалив с ног и оказавшись на нем сверху, громко выкрикивая на всю квартиру и на всю лестничную площадку: – Гэгэ! Лань Чжань почувствовал, как ему стыдно и одновременно хорошо, но все же попытался оттолкнуть Вэй Усяня от себя, чтобы хотя бы просто спросить в чем дело и что старший здесь делает, он же был обижен на него. Однако, спросить Лань Ванцзи не дали, потому что Вэй Ин бесцеремонно обхватил его голову двумя руками и притянул к себе, начиная целовать. На секунду Лань Чжань потерял связь с реальностью. Тело перестало слушаться, поэтому руки зажили собственной жизнью. Он резко обхватил Вэй Усяня за талию и перевернул их, прикладывая старшего спиной об пол, нависая над ним. – Ох-хо-хох, Лань Чжань… Ты мне, кажется, пару позвонков сломал… – захныкал Вэй Ин, отстраняясь от него. – Гэгэ, будь нежнее, я все-таки пожилой человек. – Вэй Ин. – Внимательно слушай и запоминай инструкцию обращения с моим телом… – Вэй Ин. – Сначала берешь на ручки и несешь в спальню… – Вэй Ин. – Потом очень аккуратно опускаешь на кровать, чтобы я себе ничего не успел вывихнуть… – Вэй Ин. – Затем сам забираешься ко мне, залезаешь на меня, как сейчас, а потом… – Кхм… Извините, уч-читель, Хангуан-Цзюнь, м-мы просто хотели спросить, ч-что д-делать после п-пятого задания… Вэй Усянь резко замолчал, а потом медленно повернул голову в сторону, видя в дверях двух детей возрастом примерно от десяти до двенадцати лет.  – Лань Чжань, когда ты успел завести детей?  – … – И какие хорошенькие, как их зовут? Цзинъ И и Цзинь Лин переглянулись. Они и до того были смущены развернувшейся ситуацией. Ну еще бы. Пришли к репетитору, спокойно занимались, а потом раздался грохот в дверь вместе с криками от какого-то странного мужчины, а когда их прекрасный Хангуан-Цзюнь пошел разбираться, что происходит, то пропал окончательно, и вот теперь появился вновь. И как появился. Не грациозно стоящим с выпрямленной осанкой, а сидящим в самом непристойном виде на том самом орущем парне, да еще и целующимся с ним же. Цзинь Лин подумал, что этот мужчина снизу ему кого-то напоминает, но не решился утверждать, к тому же он сразу закрыл глаза руками, не желая смотреть на подобный разврат. – Так вот, что имел в виду Лань Сичэнь, когда говорил, что к тебе нельзя. Лань Чжань, тебе нужно научить брата конкретнее выражаться. Лань Ванцзи принялся подниматься с пола и помог встать Вэй Ину, придерживая его за руку и помогая отряхнуться от пыли.  – Ты виделся с братом? – Конечно, виделся. Он мне и рассказал, что с тобой происходило в последнее время. – Вэй Ин, я хотел попросить у тебя п- – Забей, Лань Чжань, – Вэй Усянь облокотился локтем о его плечо и подмигнул, кокетливо улыбаясь. – Кто же знал, что алкоголь убивает всю твою память. Больше ты у меня ни грамма не выпьешь, а все, что мы делали, теперь придется повторить, чтобы ты запомнил это и никогда не забывал. Ладушки? – Что мы делали? – Ты действительно хочешь, чтобы я это говорил при наших детях?  – … – … – … – Лань Чжань, ты настоящий бесстыдник!