Сестринское дело

      Поверить сложно, что раньше жизнь могла быть такой прекрасной. Спокойствие обитало в доме Картманов очень долго. Семья маленькая, неполноценная: мать да сын. Мать делает все, чтобы у её ребенка было все хорошо. Любой приказ, любая оплошность, любой абсурд — это нормально, ведь главное, чтобы сынок был счастлив. Жизни Эрика Картмана мог позавидовать любой подросток. Как это так? Его не заставляют насильно убираться? Ему прощают любые грехи? Да, такое существует. Точнее, существовало. Обычно весь пиздец всегда начинается с остановки в небольшом городке в горах Колорадо. С неё тоже началась наша история. Трое мальчишек стоят в студёное утро, переговариваясь о чем-то. Может разговор был про учебу или про новый фильм — не так важно. К ним по классике подходит толстый мальчик и, выдержав драматическую паузу после такого же классического приветствия — «Привет, придурки.» — сообщает неожиданную новость: — Прикиньте, пацаны, у меня мать замуж выходит. Причем говорит это так, словно про погоду рассказывает. Троица парней переглядывается и мальчик в шапке с красным помпоном по имени Стэн Марш решается подать голос за всех: — Чего? — Ну, за ней уже больше года какой-то мужик ухаживает. И он сделал ей предложение вчера. Она согласилась. Вновь наступает тишина. В голове у каждого само собой возникают вопросы: Что это за человек, знает ли он о самом Эрике и кто смог позвать под венец такую женщину, как Лиэн Картман? Все в городке были в курсе о том, чем она занимается. Неужели постоянный клиент захотел себе персональную шлюху? — Давай в подробностях, чувак. — послышался из-под оранжевой куртки голос Кенни. — Да я сам не до конца понял. Имени я его не знаю, видел всего пару раз, но всё время мама с ним проводила. Помните, как я вас звал на ночевку несколько раз подряд? Вот она с ним вместе на неделю отдыхать каталась. Говорила ещё, что человек он хороший, познакомились на новой работе мамы. Она теперь что-то типо директора в каком-то магазине, хотя планировала пойти туда на должность менеджера. Не очень я в это верю, но че мне теперь, убивать его чтоль? — Поздравляем с новым отчимом, пасынок. — Иди в жопу, Кайл. Через месяц произошла свадьба. Не сказать, что сам Эрик был рад этому или опечален. Он выглядел так, словно просто не хочет мешать. Кто он такой, чтобы губить жизнь своей матери? Ну, он Эрик Картман, но в данной ситуации, почему-то, просто молча проглотил некую обиду за то, что теперь с ним меньше сюсюкаются и его мама больше уделяет себе время. Свадьба вообще прошла громко. Было приглашено очень много народу, как со стороны невесты, так и со стороны жениха. Гости, знающие кем же Лиэн работала ранее по профессии, были немного шокированы подобным, но при это мысленно радовались, ведь теперь в их городе стало на одну шлюху меньше. Сам жених не выделялся особыми качествами. Обычный мужик по имени Гарри Браун. Улыбается невесте, ласково целует в руку и произносит клятву в вечной любви. Они обмениваются кольцами и миссис Картман становится миссис Браун. Троица шепотом обсуждает под поцелуй влюбленных, что этот брак долгим не будет.

***

Не прошло и двух недель, как очередная шокирующая новость была сообщена парням. На всё той же проклятой остановке, но уже не таким морозным утром. С тем же флегматичным лицом Эрик заявляет, что его мама беременна. — Надеюсь, что из будущего брата или сестры жиртреста не выйдет второго Картмана. — с надеждой в голосе произносит Кайл, за что получает подзатыльник от этого самого жиртреста. — Мнение евреев не учитывается, Каел! — вспыхивает Эрик, чуть громче продолжая: — Не важно кто появится, но я научу его ненавидеть тебя так же сильно, как я! И когда он дорастет до более менее сознательного возраста, не сомневайся, я смогу достать для него пистолет, чтобы он тебя наконец грохнул! — Чтож ты сам меня тогда не грохнешь?! Пальцы настолько толстые, что не смогут протиснуться до курка?! Они спорили вплоть до школы. Истина же в конце всего этого была такова: Кайл — светоходящий рыжий еврей из Джерси, а Эрик — тупой жирдяй с комплексом бога и психопатией.

***

Пятый класс открыл маленькому миру мальчишек новые горизонты. «Средняя школа — звучит гордо» — как-то сказал Стэн перед их самым первым уроком в новом классе. Поначалу было все прекрасно. Эта беготня из класса в класс была интересным занятием. Но наскучило уже через два дня. Да, возможно стало более интересно, но при этом добавилась целая куча новых сложностей. К тому же, многие из класса немного боялись такой штуки, как половое созревание. Баттерс вообще выдал, что во время этого периода мальчики будут бросаться на девочек, словно на сладкий кусочек тортика. Врал ли он или нет — ещё узнать предстояло, а пока приходилось всё так же просыпаться с утра, умываться, завтракать и переть на остановку в ожидании автобуса. — А где жиртрест? — спросил Кайл уже в автобусе, когда Картман так и не подошел к остановке — Он написал мне, что у него ночью мать начала рожать. Отчим его звякнул в школу и сказал, что его сегодня целый день не будет, ибо он хочет, чтобы Картман на нового члена их семьи посмотрел. — сообщил Кенни, показывая переписку на своём телефоне. «@EricCartman: Прикинь, у меня мать рожает. 02.14 @KennyMcCormick: Замечательно. Мне это нахрена знать? 02.16 @EricCartman: Пацанам скажи, что меня не будет сегодня. Гарри попросил с ним в больнице побыть, ибо, цитирую: «я очень переживаю за твою маму, Эрик. Мы должны быть там, чтобы поддержать её морально» 02.21» А далее следовала фотка уставшего Эрика на фоне больницы и скорой помощи. — Идиот. — заключил Брофловски, качнув головой. Даже после школы, когда они постучались в двери их толстого друга, то там было тихо. На самом деле, им не очень был интересен новый ребенок в чете Картман-Браунов, но вот лицо Картмана, которого мало того, что разбудили, так наверняка и заставили сидеть с ребенком очень уж хотелось увидеть. Потому, быстро забив на свою идею, они направились к дому Стэна, дабы немного поиграть в приставку. — Мам, мы поиграем немного, а потом будем делать совместный проект. Крикнул Марш с порога, там же оставляя свой рюкзак, как и Кайл с Кенни. Шерон, конечно, особо против не была, но попросила не заигрываться до ночи. Как раз таки с последнем они и прогадали. Лишь в одиннадцать, когда всё семейство Марш уже было дома и готовилось ко сну, они оторвались от видеоигры. А всё из-за того, что на телефон МакКормика пришло сообщение, состоящее из фотографии завернутого в розовую ткань новорожденного ребенка и подпись: «Передай Каелу, что маленькая Ева Браун* когда-нибудь узнает, что он еврей и ему не поздоровится».

***

С появлением маленькой Евы жизнь Эрика Картмана превратилась в некую агонию. Теперь ночью он не может уснуть, ведь сестра оказалась очень капризным ребенком. Плохо спала, плохо ела. Плохо делала всё. Родители крутились вокруг неё, словно совсем позабыв об Эрике. Да, с одной стороны это просто шикарно, ведь теперь нет дела до того сделал ли он уроки или во сколько он пришел домой, а так же он мог подстебывать Кайла за то, что именно он выбрал имя для его сестры. Но вот с другой, с отвратительной стороны, ему теперь приходилось самому готовить себе еду, страдать от недосыпа из-за ночных концертов, сидеть с сестрой, когда Лиэн или Гарри, а чаще всего они вместе, уезжали за продуктами или по другим взрослым делам, он не мог попросить чего-то такого у мамы, ведь каждый раз её ответом было: «Эрик, давай позже, твоя сестренка просит больше внимания, чем ты в её года». — Да, чувак, ты совсем плох. — однажды сказал Стэн, когда они выходили из автобуса, в котором Картман сразу же отрубился, стоило ему присесть. — Пиздец, мужики, я так больше не могу. Каждую, вы представляете себе, каждую ночь она кричит, а потом ещё и днем кричит! — Кажется твоя Ева терроризирует больше тебя, чем меня. — с ухмылкой заметил Кайл. — Тебя не хватало, еврей! На уроках он так же мирно спал, часто получая за это от недовольных учителей. Ну не объяснить же им, что он просто дома не высыпается. Что у него дома появился маленький дьяволенок, который хочет свести криком Эрика с ума. Нет, ты должен учиться, блять! Отстой полный. — Пацаны, пойдемте со мной, а? Мне нужно как-то развеяться от всего этого. Поиграем в видеоигры, поедим пиццы. Парни очень удивились, когда Картман предложим им такое. Нет, они, конечно, только за потусоваться, но чтобы сам Картман, да ещё и предлагал пиццу! Невероятно. Видимо, он действительно с ума сходит, в нормального человека превращается. Не успели они зайти, как миссис Картман-Браун схватила сына за плечи и сказала, что ей нужно пойти по делам. На работе у неё там что-то случилось, типо. Прокудахтала что-то про то, что даже в декретном отпуске ей нет покоя с этой работой и скрылась за дверью. — «Ну ничего, » — подумал Эрик. — «Хотя бы Ева спит.» Накаркал, блять. Не прошло и пяти минут, как со второго этажа послышался детский плач. Картман обреченно глянул в сторону лестницы, промычал что-то вроде «дайте мне минутку» и направился наверх. Парни переглянулись, стараясь не обращать внимания и играть спокойно дальше, но когда спустя десять минут плач не прекратился, а сверху послышался страдальческий стон, то Кенни уже планировал потихоньку слинять, предложив идею парням. Детали плана обсудить не успели, ибо Картман, вместе с крохой на руках спустился вниз и направился в сторону кухни. Не сдержав интереса, они подорвались и направились вслед за толстым другом. — Вы чего приперлись? — спросил Эрик, держа одной рукой ребенка, а другой замешивая какую-то смесь в бутылочку. — Это, если что, её питание. Мать решила, что не будет грудью кормить, мол, отвыкать потом ей сложно будет. — зачем-то объяснил он, начиная взбалтывать смесь в руке. — Блять, раз вы пришли, подержите её кто-нибудь, а? А то мне не очень удобно. Ребенка на руки отважился взять Кайл. Его тут же окружили Стэн и Кенни, смотря на младенца. Ева резко перестала плакать, удивленно смотря на мальчишек. Она ладонью потянулась за кудрявой прядью Кайла и чуть-чуть подергала. На Брофловски тут же нахлынули воспоминания, когда маленький Айк делал точно так же. Правда потом маленькая миссис Браун дернула рукой и выдрала клок волос. На крик боли обернулся Картман, доставая из микроволновки разогретую смесь. Помедлив секунды три, он широко улыбнулся и выхватил из рук маленькую Еву. — Ты ж моя умница! Да, я знал, в тебе текут и мои гены! Ева, это твоё первое издевательство над Кайлом! Ты даже мой рекорд побила! Ты такая молодец! Эрик восхвалял сделанный Евой поступок, пока та смеялась и весело трясла вырванной прядкой волос. — Ты тварь, жиртрест! Она ещё младенец, явно не делала этого специально! — вступился за друга Марш. — Пусть радуется, Стэн. Хотя бы он выглядит бодрее. — прокомментировал Кайл, видя, как на унылом и усталом лице появляется гордость и улыбка.

***

— Эрик, угадай, что я нашла? — спросила девочка, стоя на лестнице и что-то пряча за спиной. Еве семь лет. С каждым годом Картман всё чаще задумывался, что его сестра — его же наказание. Он планировал вырастить себе маленькую помощницу в его скверных делах, но получилась девчонка, которая если не портила все его планы, то изворачивала всё так, что план был бы нереализуем вообще. Она добавляла кучу переменных, досконально вела расчеты в новом плане её брата, чтобы он нигде не прогадал, правда в итоге любой план приводил к тому, что на реализацию уйдет кругленькая сумма. Эрик шутливо называл её экономистом в такие моменты. А ещё ей не нравился весь смысл в любимой Эриком фашистской партии. Она говорила, что Гитлер был просто глупцом, который пошел не по той тропе. За это она была заперта в кладовой на целых двадцать минут. Потому что, пусть она и не испытывала, как таковой ненависти к евреям, но дразнить Кайла ей все-равно нравилось. Тут в ней уже играла вредность. Она так же любила КФС, как и Картман, даже могла подраться с ним за оставшееся крылышко, но если и побеждала, то всегда делилась с Эриком. В общем, что-то она получила от родителей, а что-то от братца. — Ева, свали, мы смотрим кино. В следующем году у парней выпускной. Двенадцатый класс был не за горами, на что очень часто стал намекать Кайл, порой отказываясь от дружеских посиделок. Но стоит Картману упомянуть, что Брофловски и так задрачивается с этими книгами каждый день и один раз в недельку имеет право на отдых, то рыжий достаточно быстро сдается, ибо умные люди так же устают. Сейчас они сидят и смотрят на какую-то очередную новую часть Звездных Воинов, которые после того, как примкнули к Диснею, стали делать все, словно на печатном станке. Доили эту корову досуха, как говорится. Ребятам было не особо интересно, но чем ещё заняться уже взрослым парням? Не мультики же смотреть. — Эту часть я видела. Она получилась отсосной до глубины души. Ева подошла ближе к парням, так же заостряя внимание на фильме. — Согласен, полный отстой. — подал голос Кайл, чуть съехавший со спинки дивана. — Еврейчик тоже почтил нас своим присутствием? — ухмыльнулась Ева, залезая на колени к Эрику. Ноги его были большими, словно пуфик, да и места на диване больше нигде не было. — Как учеба, Каел? Брофловски невероятно злило, что из достаточно милой девочки выросло, благодаря, конечно же, Картману, ещё одно антисемитское нечто. После каждого подобного высказывания Эрик ухмылялся и гладил сестру по голове, словно собачонку, будто так и надо. Уебок. — Не уподобляйся твоему тупому брату, Ева! Меня зовут Кайл, а не Каел. — Как тебе угодно. Эрик, так ты знаешь, что я нашла? — девочка чуть попрыгала на коленках, широко улыбаясь. — Ева, если это снова очередной паук, который теперь умеет ходить на четырех ногах вместо восьми, то… — Узнаешь? — девочка достала из-за спины, казалось бы, тетрадку. Черная кожаная обложка сразу же узналась в глазах Картмана и тот было хотел вырвать тетрадь из рук мелкой, но та, быстро соскочив, бросилась к лестнице и со смехом поднялась наверх. — Вернись сюда, мерзавка! — рявкнул Эрик, убегая вслед за сестрой. Он поймал её в своей комнате. Вырвав тетрадку из проворных ручонок Евы, он уже планировал на неё начать кричать, мол, как она смеет, но… — Это ваш дневник, Эрик Теодор Картман! И вы влюблены в Кайла Брофловски! Сам Эрик Теодор Картман чуть побледнел, оглядываясь на дверь, обнаруживая, что она закрыта. Слава богам. Он злобно глянул на сестру, вновь планируя начать монолог о том, почему Ева Браун является сейчас самым ужасным человеком в его глазах, но она снова его прервала. — Первое упоминание об этом было ещё два года назад! Почему ты не сказал ему? — Да дай ты мне уже хоть слово вставить! — разозлился Эрик. — Во-первых, юная леди, у нас был договор, по которому вам запрещается входить в мою комнату без моего отсутствия. А во-вторых, какого хрена ты позволяешь себе читать то, что тебе не принадлежит?! — А почему ты сначала смотришь на Кайла, буквально пожирая его глазами, а потом пишешь об этом в дневнике, перед этим вздрочнув на его образ?! Кажется, Картман побледнел ещё сильнее после этих слов. Господи, она прочитала всё. От корки до корки. — Э-это вообще тут не причем! Мы говор… — А вот и причем! — вновь прервала его Ева. — Ты любишь его, Эрик, но почему ты боишься ему об этом сказать? — Это не твоё дело! — вскрикнул парень, от эмоций хлопая тетрадкой о стол. От такого в комнате на несколько секунд повисла тишина. — Запомни, Ева. Если Кайл хотя бы косвенно узнает о том, что у меня есть хоть какие-то к нему чувства, то тебе будет очень плохо. И простой кладовой или подвалом дело не закончится. Ты поняла меня? Сейчас брат выглядел действительно жутко. Девочка поджала губы и опустила голову, молча кивнув. Ей не нравилось, когда Эрик начинал ей угрожать. Одно дело кричать, у неё и самой голос звонкий, но вот против него именно в таком плане она была бессильна. Сейчас Картман — это уже не жирный мальчик, а настоящая машина. Высокий, сильный, опасный. С возрастом всё перекочевало как-то в мышцы, так что у неё буквально не было ни единого шанса. Эрик тяжело вздохнул, убирая дневник в дополнительный отсек под одним из ящиков стола. Ранее эту систему никто не находил. Видимо, в будущем придется перепрятать. После он молча ещё раз глянул на сестру и покинул комнату. — Че у вас там за оры были? — лениво спросил Кенни, когда заметил спускающегося друга. — Она изрисовала мне тетрадь по истории пенисами. Знала, что там доклад. Теперь переделывать всё из-за неё. В любом случае, парням было плевать, лишь ухмыльнулись от такой истории. А вот маленькую Еву было уже не остановить. Она, покинув комнату брата, перебралась в собственную, где стала разрабатывать свой план, как когда-то обучал её сам Картман.

***

— Каел, можно тебя на минутку? В одном из немногочисленных школьных коридоров к кудрявому мальчику подошла Ева. Девчонка выглядела так, словно ей немного неловко подходить к нему. Благо она, следя за братом практически всю неделю, смогла понять частоту посещаемости столовой или просто выходов из класса. Когда же Эрика не было в кабинете, она подошла к Брофловски и подергала его рукав, как бы обращая на себя внимание. — Что тебе нужно? — спросил парень, немного надменно смотря на сестру друга. — Помощь нужна твоя, еврея кусок! — вскрикнула Ева, буквально копией голоса своего братца в её-то годы. — Ты в математике разбираешься, так ведь? Вот, а у нас какая-то важная контрольная будет. Помоги мне разобраться в теме. — Хах, после того, как ты вновь проявила свой антисемитизм? Да не в жизнь. — Да ладно тебе, Кайл, меня Эрик ничему толковому не научит, а ты же умный. Да и объяснять что-либо у тебя хорошо получается. Думаешь, что у меня вариантов много у кого попросить? Выбрала самого… Лучшего. Гордись, да, Каел. Кто бы что не говорил о том, что Ева и Эрик в её возрасте — это два разных человека, в чем-то они были схожи. Например, в хитрости и манипуляции. Как-то на подсознательном уровне не ожидаешь от миленькой маленькой девочки того, что простая просьба насчет математики может быть одним из этапов её плана. Сам же предмет для манипуляции улыбнулся, услышав такую хвалебную оду о себе, после вздохнул и повернулся уже к ней полноценно. — Хорошо, я приду тогда… — Нет, я к тебе приду. Дома слишком много раздражителей. Что от простого телефона, до Эрика, что включит свою попсу за стенкой и поёт. Рыжий захихикал от такой новости. Да, Ева снова немного его обманула. Эрик не поёт. Только слушает. Да и достаточно тихо. Но нужно же как-то продемонстрировать, что положение у неё безвыходное. — Ладно, приходи сегодня в семь. — с улыбкой произнес Кайл, уже собираясь перебираться в другой кабинет, как его снова тормазнули. — Только не говори Эрику. Ты можешь догадаться, что меня ждет, если он узнает, что я была в еврейской обитель, уж извини за такое. Кивнув головой, Кайл скрылся за дверь, а Ева, с улыбкой на лице, потирала свои ручки, понимая, что первый шаг из её плана выполнен даже лучше, чем она ожидала. Вообще, она подготовила целый список возможных вопросов от Кайла и ответы на них, но он вообще не понадобился. Остаётся только ждать вечера.

***

— Евочка! Здравствуй! Миссис Брофловски всегда любила Еву. Пошло это, наверное, ещё с детского сада, ведь иногда девочка играла и с маленьким канадским мальчиком по имени Айк на крыльце у Брофловски. Шейла тогда подумала, что у её младшенького появилась подружка, приглашала её в гости, давала Айку цветочки, чтобы он дарил их Еве. В общем, пыталась создать такую, небольшую детскую романтику. И пусть Айк остался лишь другом для Браун, но в сердце его мамы она точно заняла какое-то место. — Добрый день, миссис Брофловски! А Кайл дома? Он согласился помочь мне с математикой, поэтому я и пришла к вам. — Да, он наверху. Будь так добра, дорогая, отнеси ему ещё его ужин. Он так поглощен учебой, что совсем забывает покушать. А ты не голодная? Я могу и тебе положить. — Что вы, что вы. Я уже дома поела. И да, обязательно отнесу. Девочка улыбнулась, принимая тарелку в руки. Она поднялась по ступенькам, чуть не проронив еду на пол и постучалась, открывая дверь. Сам старшеклассник сидел, чуть сгорбившись, над какой-то книгой, внимательно вглядываясь и покусывая ручку, что держал в руке. Когда он заметил присутствие Евы, то оторвался и кивнул ей в знак приветствия. — Твоя мама передать просила. — на стол, прямо на книгу, опустилась тарелка с едой. — Давай быстрее жри и начнем. — Поесть я всегда успею. — Брофловски с недовольным лицом отодвинул тарелку и закрыл книгу, на которой остался небольшой след. — Давай, подсаживайся и показывай, что именно тебе не понятно. У Евы, если честно, проблем с учебой не было, как таковых. Но нужно было придумать такой повод, чтобы сам Кайл поверил. Да и он действительно был хорош в математике, сам это прекрасно понимая, поэтому, попроси девчонка помощь в каком-то другом предмете, то была бы послана и к другому человеку. Всё продумано в маленькой голове, всё. Выслушивая целую лекцию об уже известной ей информации, она периодически брала орешки из небольшой вазочки на столе у Брофловски. Видимо, и он верит в теорию, что орехи для ума полезны. Нет, возможно, это правда, но как-то слабо в это верится. Один орешек попал немного не в то горло, из-за чего Ева сразу же закашлялась, прикрывая ладошкой рот. Орешек уже давно был во рту, но наигранный кашель не прекращался. Кайл, явно обеспокоенный тем, что девка-то помереть может, принялся стучать по спине. Орешек, якобы, вылетел, что продемонстрировала Браун, показав его в руке. Но в горле, опять же, якобы, всё ещё першило. — Я принесу воды. — сказал Брофловски и вышел за дверь. У Евы было несколько секунд, чтобы сделать то, ради чего она и попала сюда. Достав подготовленный листочек с запиской, она положила его в рюкзак парня, специально между учебниками, мол, подсунул кто-то, мигом возвращаясь на место. Больше ей тут делать нечего. Она попила воды, прослушала ещё минут десять материала и сказала, что всё вполне поняла. Кайл улыбнулся, решив проводить ту до двери. — Удачи тебе, Кайл! Спасибо за помощь! Лучезарно улыбнулась в ответ Ева, уже покидая дом и направляясь в свой же, что стоял напротив. Отлично. Второй шаг так же позади.

***

Девочка стояла на пороге бардового домика, стуча своим кулачком. За дверью послышались шаги, а когда она открылась, то на пороге возник парень, улыбаясь подруге и говоря своим высоким голоском: — Привет, Ева! Баттерс всё так же, как говорил ей брат, оставался ребенком. Он так же воспринимал мир, как нечто прекрасное, словно вокруг него не происходит чего-то плохого или страшного. Он так же был приветлив к каждому. Он так же остался таким же ведомым. Младшенькая из Картманов сама не раз пользовалась этой ведомостью ради своих целей. Например, однажды она попросила украсть из кабинета биологии руку скелета, ради розыгрыша братца, на что бедный Лео неохотно, но согласился. Или как она звала его в гости и мальчику приходилось убрать её комнату, ведь Ева «болела», но при том не могла видеть беспорядок. Эрик говорил, то такими темпами он быстро догадается, что она его использует, но пока что всё проходило чисто. Ведь взамен Браун умела слушать многие переживания Баттерса и давать ему советы, которые порой действительно работали. Она научила Лео врать родителям, в конце концов. На эту новость Эрик отреагировал плохо. Вся суть и весь прикол и был в том, что его постоянно наказывали. Сейчас же это происходило очень редко. — Баттерс, ты не мог бы помочь мне? Но для этого поклянись, что никому не расскажешь. Парень пропустил подругу в дом, уже собираясь внимательно слушать что же там задумала Ева в очередной раз. Некоторые приколы ему действительно нравились. Например, они вместе смеялись над Крейгом, что ходил всё утро с привязанным воздушным шариком. Он болтался у него на поясе, а парень даже не замечал, погруженный в свой телефон. Это было безобидно и забавно одновременно, потому Баттерсу и нравилось. — Клянусь, что не расскажу! — У меня для тебя сплетня есть. Я вчера к Кайлу ходила и узнала, что ему нравится одна девочка. Уж не знаю кто, но на фотке, которую он спрятал от меня, была блондинка с вьющимися волосами. — Бебе чтоль? Ох гамбургеры. Ну да, она красивая девочка. Так, и что же мне нужно сделать? — Лео выглядел очень заинтересованным. Конечно, с ним же мало когда делятся новостями, особенно такими. — Тебе нужно сказать об этом моему брату. Понимаешь ли, я ему пыталась сказать, но в ответ лишь то, что я выдумала это. Мол, Бебе слишком хороша для него. А твоя часть, чтобы Эрик понял, что эта новость настолько распространилась, что уже дошла до тебя. Стотч глянул на девочку взглядом, который так и говорил, что он не до конца понял, зачем да почему ей это нужно. Но благо Лео вырос таким человеком, что редко задавал вопросы. Сказали сделать, значит сделай. Видимо, это уже превратилось в инстинкт, который навязал Эрик бедному Баттерсу, каждый раз отвечая, что на вопросы времени нет, просто сделай то, что я тебе сказал, мать твою. В любом случае, парень кивнул, следом говоря, что скажет о подобном Картману. В ответ на это, Ева улыбнулась и предложила рассказать, как дела у Лео, дабы тот немного отвлекся от данной темы. Это были не самые веселые полчаса её жизни, но они и правда стоили того.

***

Очень повезло, что Ева довольно хорошо общалась с одноклассниками её брата. Из-за того, что Эрик был практически самым популярным парнем не только в школе, но и в городе, то новость о сестре распространилась достаточно быстро. Правда, популярность эта была не самая хорошая. Все знали, что он наглый, злой и противный говнюк, который считает, что ему позволено всё и даже больше. Потому и весть о Еве несла сначала за собой очень скверный характер, мол, теперь дьяволов два, но если Картман даже не скрывал то, что он действительно не пример для подражания, то Ева, будучи миловидной девочкой, умудрялась за этой миловидностью порой скрывать свои темные делишки. Немного навязывания себя в различные приключения с компанией Эрика, частые приходы не в свой корпус, и вот — она уже практически в коллективе предпоследнего класса старшей школы Южного парка. — Бебе, подожди! Девочка бежала по коридору за двумя одноклассницами её брата. Одна была девушкой Стэна, а вторая предполагаемой мишенью в её плане. Достаточно сложно было выбрать жертву, ведь нужен был человек знакомый обоим парням, немного глуповатый, чтобы она не догадалась о настоящих мотивах Евы, красивый, чтобы теория с влюбленность подтвердилась и тот, с кем сама Браун хорошо общалась. Стивенс, кажется, подошла идеально. Бебе с Венди развернулись на позывы. Улыбнувшись Еве, они притормозили, дождавшись, пока она добежит до них. — Ева, крошка, здравствуй. Тебе нужна моя помощь? — Да, Бебе, очень нужна. Меня завтра позвали на свидание, нужно, чтобы я выглядела великолепно! Конечно, она соврала. Ей нужно привлечь внимание чем-то девчачьим. А что, как не подготовка к свиданию помогает сблизиться? Составление списков и ночевки не в счет, это уже для элит девчачьего клуба. — Правда? Я тебя поздравляю! Ты мне должна рассказать об этом красавце всё-всё-всё! — да, это воодушевило блондинку. Как и предполагалось. — Только будь осторожна, мальчики бывают такими грубыми. Помни, что если он начинает к тебе приставать, то… — Венди было снова начала читать лекцию о том, как защищаться от насильника, как её прервала подруга. — Венди, я прошу тебя. Ему наверняка даже десяти нет, какие приставания! Не пудри малышке голову. Детка, не переживай, всё будет в порядке. Я заскочу к тебе завтра, чтобы помочь тебе с подготовкой. Поблагодарив, Ева быстро скрылась за поворотом, потому что звонок оповестил, что пора бы и учебой заняться. Боковым зрением она успела заметить Баттерса и Эрика, которые о чем-то разговаривали. По недовольной морде братца можно было понять, что свою часть в этом плане Стотч выполнил.

***

— Он сегодня весь день с этой стервой кокетничал. То он наклонится к ней, чтобы шепнуть что-то, то она. А потом сидят и ржут, вот суки! Всё настроение просто убили мне сегодня. Скоро будут стоять и сосаться по коридорам..! Нет, мне-то похуй, но это же противно! Из комнаты Эрика доносилась недовольная тирада какому-то другу. Тирада же была о том, что Кайл — рыжая еврейская тварь, весь день то и дело подкатывал свои яйца к Бебе — блондинистой суке с куриным мозгом. Подкинутая записка о том, что Бебе была бы не прочь встречаться с Брофловски, работала как нельзя лучше. Ревность брата, кажется, витала в воздухе и доходила аж до комнаты юной Браун, как и громкий голос самого Картмана. Ухмыляясь своим успехам, Ева старалась максимум придать своей комнате обычный вид. Убрала доску с детальным планом её дальнейших действий, раскидала по столу косметику, которую взяла у мамы, развесила противные постеры с какими-то поп-звездами. Наивная «блондинистая сука» не должна ничего заподозрить. Снизу раздался звонок в дверь. Девочка вышла из комнаты, а снизу донесся голос отца. — Ева, к тебе подруга пришла! — Бебе! — специально громко произнесла Браун, пробегая мимо комнаты брата. Достаточно четко был расслышан удар о стену. Она встретила её и отвела в комнату. Несколько минут слушала о том, как Бебе трепалась, что у неё очень милая комнатка, сколько групп с плакатов она знает и её любимые песни у этих самых групп. Только после этого началось преображение. Они вели обычную беседу. Ева рассказывала о мальчике, которого выбрала случайным образом из своего класса, рассказывала, как он её позвал на свидание и какой у него характер. Через целый час она взглянула в зеркало и удивилась. «Я ж как блядь с шоссе.» — подумала девочка, но вслух сказала: — Ого! Я такая красивая! После ещё пятнадцати минут бессмысленного трепа Бебе наконец-то покинула дом Картман-Браунов. Из-за болтовни дальнейший план совсем вылетел из головы. Пришлось доставать запрятанную доску, чтобы сверится с тем, что всё идет правильно. Рассматривая нарисованные мелками линии, она что-то бубнила себе под нос, не замечая, как сзади подошел Эрик. — Эт что за хрень? От испуга Ева обернулась. Завидев на лице сестры макияж, Картман завис на несколько секунд, выбирая правильную эмоцию для реакции. — Да знаю я, что выгляжу, как вьетнамская проститутка, не утруждайся с подбиранием более правильного описания для этого пиздеца на лице. — М-да, лучше и не скажешь. Ты куда так намалевалась то? — У меня свидание. И вновь затуп. Эрик, конечно, знал, что рано или поздно его сестрой начнут интересоваться парни, но планировал он это малость позже. Не сказать, что он вообще как-то заботился о том, кто же ей там попадется, но явно не хотел, чтобы потом его маленькая Ева плакала из-за какого-то мудака. Она — Ева Браун — сестра Эрика Теодора Картмана, это она должна доводить людей до слез и наслаждаться их муками. Если что, то Эрик с радостью сделает всё самое плохое её обидчику. — Вообще, мне надо выбирать наряд, Эрик, уйди! Вытолкнуть Эрика, когда он обдумывал что-то у себя в башке было достаточно легко. Правда, потом пришлось потерпеть, когда он начал ломиться в закрытую дверь с требованием всё рассказать. Это очень сильно портило план. Интересно, успел ли братец что-то разглядеть на доске. Лучше её перепрятать.

***

Пришло время для самого сложного пункта. Она должна была похитить Бебе. Ну, не она, а нанятые мексиканцы. Дабы не столкнуться с надоедливым братом, пришлось вылезать через окно. Это было сложно, даже страшно, но когда она оказалась на улице, а веревка из одеяла приемом своеобразного рычага была уже в комнате, то она радостная побежала в сторону обитания мексиканцев. Сейчас она должна была заскочить к Венди, поболтать с ней, а потом направиться домой. Ева пристально следила за всем, надеясь подобрать нужный момент. Благо блондинка такая отзывчивая, что постит свои планы на день в твиттере, снизу приписывая «Как же много дел!» с грустным смайликом. И вот он момент, когда на взятой у Эрика рации должна была нажаться кнопка, а в само устройство был донесен приказ о нападении, как произошло нечто выходящее за рамки её плана. К Бебе, что мирно стояла на улице, подошел Кайл и они вместе куда-то направились. — Нет, так быть не должно! — шепотом произнесла Ева, поднося рацию ближе ко рту. — Отмена! Отмена операции, сраные мексы! Твою ж мать! Её план состоял в сведении Эрика и Кайла, а не Кайла и Бебе! Она должна была быть в незначительной роли, а теперь решила покуситься на срыв! Картман был прав, она та ещё сука! Нужно срочно исправлять, срочно! Думай, думай, думай! В кармане завибрировал телефон. «Легок на помине.» — подумала Ева, завидя то, что ей звонит брат. Сняв трубку, она даже не успела ничего сказать, как прямо в ухо ей начали кричать: — Твою ж мать, Ева! Что это ещё за хрень! Какого черта у тебя план по похищению сраного еврея! Я тебя спрашиваю, дрянь ты этакая! Он подумал, что сестра собралась похитить Кайла. Кайл. Черт возьми, точно! — Это не моё. — выпалила девочка, думая, что этим она, хотя бы, направила брата в нужном направлении. — Эта хрень стоит у тебя в комнате, на ней рисунки моих сраных друзей и меня, какого черта происх… Пришлось сбросить Эрика, чтобы более подробно схватить пришедшую идею за хвост. Теперь Картман знает о плане. Если он действительно умный, как о нем думала Ева, то он просмотрит всю схему и найдет чек на аренду складного помещения. Сдаются они очень часто и стоят копейки. Нельзя было упускать такую возможность. Правда, теперь план придется изменить. Не сильно, конечно, но всё же. Девчонка поднесла рацию ко рту и проговорила: — Мексиканцы, план меняется. Нужно похитить парня с рыжими кудрями. И поживее, черт возьми, я плачу вам не за просто так! Направляясь в нужное место у Евы мимолетно промелькнула мысль, что порой она очень похожа на молодого брата, если судить по рассказам остальной тройки.

***

Поймать Кайла, как оказалось, не самая легкая задача. Пока блондинка мирно прогуливалась с новой целью, то приходилось наблюдать. Удалось начать операцию лишь после того, как эта «сладкая парочка» трижды прошлась по улице, а потом девушка скрылась в собственном доме. Теперь придется доплачивать за то, что этот драчун сломал одному мексу нос. Ну, они сами виноваты, в любом случае. Сам еврейчик теперь лежал в одном из помещений склада. Ева пристально наблюдала за его пробуждением, ведь тут каждая секунда на счету. Но этот рыжий черт, словно насмехаясь, не просыпался. Эрик ходит быстро. Наверняка уже идет сюда. Нет, нужно срочно включать план Б! Она прошла внутрь темного помещения, освещаемого лишь лампочкой над выходом. Достав из рюкзака, потому что кто ходит на дело без рюкзака, в котором лежит всё самое нужное, коньяк отца, она открыла бутылку и поводила горлышком у чужого носа. Какого черта? Он должен проснуться! В кино всегда так было! Ладно, плевать, пришлось немного влить содержимого в рот Брофловски. От этого он, наконец-то, открыл глаза и немного испугано осмотрелся. Заметив сестру своего друга, он нахмурился и оскалился. Вот теперь Эрику действительно стоило поторопиться. — Ева?! Какого черта?! — Не волнуйся, Кайл. План изначально был другой, но теперь приходится немного забегать вперед. — на девчонку посмотрели, словно она мела невероятную чушь. — Поверь, я лишь помогаю. Вам. Тебе и Эрику. Он — упертый баран, который даже не хочет пытаться… Вот! Господи, зачем ему объяснять, если можно показать? Из того же рюкзака она достала парочку вырванных листов. Ей очень трудно было их достать после того, как братец перепрятал дневник, но несколько ночей спустя ей удалось узнать местоположение заветной книги. Да, возможно, она поступает подло, но это же только Эрику на благо! Он сам не понимает, чего боится! Листы так и не были переданы в руки Кайла, потому что в этот самый ответственный момент дверь с громким скрипом распахнулась, а в проёме пытался отдышаться Картман. — Ева Браун! У тебя крупные неприятности!

***

Её руки превратились в один большой комок складок, а ноги готовы были сломаться пополам. После того вечера она вообще должна была быть наказана самым жестоким способом, что и произошло. Эрик заставил её вычищать и намывать дом от и до трижды! Каждый чертов раз, когда не только основные комнаты, но и подвал с чердаком сверкали, то братец умудрялся находить самые мизерные пылинки и приходилось всё начинать заново! И так должно было продолжаться ещё месяц, почти каждый день! Это ещё не считая школьной домашки, ведь любимому Эрику насрать, что у неё могут быть дела — нет, она наказана, значит она наказана. Сволочь! — Да я ж сдохну так! — простонала от обиды и усталости Ева. — Устраиваешь ему жизнь, а он! Недовольно фыркнув, она поднялась с кровати. Комната брата была буквально напротив. Браун младшая всё ещё не отчиталась за третью помывку дома. А ведь это тоже обязательное условие. И как этому переростку только не надоело просматривать каждый уголок, чтобы до чего-нибудь доебаться?! В любом случае, она не хотела ещё больше обязанностей на свою голову. Постучав в дверь и решив от обиды смотреть в пол, она открыла её и с выдохом начала, будто отрепетированную речь, произносить: — Эрик, я всё закончила: полы вымыты, ковры пропылесосены, пыль протерта со всех поверхностей, мусор вынесен, кухня и ванная так же чисты, зеркала блестят, одежда сушится, а та, которая высохла, выглажена, цветы политы, в комнате своей порядок, окна так же вымыты с обеих сторон, как и холодильник, а постельное бельё в моей и комнате родителей сменяно… Не успела Ева перечислить всё, что она сделала, как над головой зазвучал звонкий смех. Она подняла её, но увидела, что ебаный Эрик лежит на кровати, а уже на нем лежит Кайл и ржет! — Это из-за меня ты её так нагрузил? — сквозь смех проговорил Брофловски, стирая невидимые слезы. — В точку. — на выдохе произнес братец, взглянув на Еву. — Через десять минут я начну проверку. И только попробуй что-то упустить. А сейчас иди в свою комнату, Каел с радостью проверит твоё домашнее задание на завтра. Он гаденько ухмыльнулся, а девочка решительно покинула комнату брата. Ей всё-таки удалось. Они, нахуй, вместе. А ей ещё и пахать за то, что её план сработал?! — Ты сволочь, Эрик! Обижено стукнув кулачком по Картмановской двери, она спешно ушла в свою комнату. Вслед за ней из-за двери полетел громкий еврейский смех.