Казалось бы мечта

Всё ещё не привычный летний дождь постепенно замедляется. Запах омытой земли витает в воздухе, позволяя прочувствовать всю полноту жизни. Кажется, это и есть свобода? Ответ не важен. Капельки продолжают наперегонки скатываться по стеклу, напоминая, что дождь всё ещё идёт. Наблюдать за ними интересно. Будто каждая из них отдельная жизнь, прямо сейчас проживает свою, полная уверенности в себе и мире. Девушка в коричневой юбчонке, чуть мокрая бежевая кофта. Глупая улыбка не сводится с чуть алых губ. Бледная кожа блестит от света луны. Глаза цвета мёда, что пристально наблюдают за уставшими каплями дождя. Тонкие пальцы мелодично стучат по столу рядом с окном. — Прошло два года, а ты всё ещё, как влюблённая наблюдаешь за этим чертовым дождём — Женщина, за шестьдесят с лишним лет, внезапно прерывая мысли Хоуп, садится рядом — Баб Танош, ты меня напугала — Ой, да ладно, как одна противостоять буйному мужику, так не страшно, а как бабушка Таноши, так сразу страшно — буркнула бабуля — Бабуль, ты преувеличиваешь. И как долго ты будешь напоминать об этом? — Пока до головки не дойдёт — Бабушка мягко ткнула указательным пальцем по голове — я тогда испугалась не на шутку — Прости… Ао спит? — спросила девушка протирая лоб — Ага. Ты скажи, откуда в ней столько усталости? Последнее, что я делала в её возрасте — спала — Очень похоже на тебя — Лучше послушай, был у нас случай — Бабуля чуть продвинулась всем телом к девушке и с искренним восторгом начала описывать былую историю из своей молодости.

***

Уже два года прошло с момента приезда к бабуле Таноши. Важнейший день в моей жизни снился иногда, напоминая о том, что я чужда этим местам. Эмоциональные качели охватили в первые недели, доводя от безумной эйфории, до глубочайшей депрессии. Второе состояние давалось с трудом. Иногда эти чувства страха, отчуждения так сильно разъедали внутри, что разрушали всю целостность. К счастью, я смогла взять себя. Начала замечать много прекрасного вокруг, такое далёкое прежде, сейчас передо мной, даже коснуться можно. Не долго же это длилось… 845… День начинался, как и остальные; та же я, те же выражения лиц людей, то же спокойствие витало в воздухе. Внезапно ударил гром, заслоняя ясное небо, он словно предупреждал о скорых бедствиях. Минут 5 и… Не человеческие крики людей находившихся в мучительной агонии, начали доходить до слуха с бешеной скоростью. В них звучало необычайное чувство отчаяния. Скоро приплыли люди из стен Роза. Их отуманенный взгляд пугал до жути. Так выглядят люди, пережившие катастрофу на своей шкуре, потерявшие близких прямо перед глазами. Полное отчаяние от потерь и радость в том, что живы и всё в одном выражении лица. После бедствий кошмары снились в каждой попытке уснуть. Бодрствуя я вновь и вновь затягивалась в пучину сознания, где скопилось множество мыслей: сколько же людей погибло за стеной? что они чувствовали? что испытали? Сколько осталось без близких, дорогих, родных людей? Мир будто перевернулся, уничтожив множество невинных, беспомощных душ. Ненависть к миру стало отдушиной. Раненые начали поступать в маленький лазарет бабули. Она справлялась невероятно быстро и легко. В юные годы она работала при военном госпитале, но из-за возраста стало трудновато. Она ушла и открыла маленький лазарет для немощих. Таноши была безумно смелой; она временами отправлялась за стены вместе с разведкорпусом, чтобы оказать мед. Помощь при надобности и спасла при этом немало жизней. Они общаются до сих пор, люди чью жизнь она спасла. Многие из них калеки, но они живы и семья есть. Некоторые сдавались, ощущая себя беспомощными, но бабуля пыталась помочь и им. Не всегда получалось. Я помогала бабуле с ранеными. Иногда люди умирали прямо на моих руках, из-за потери крови или надежды. Времени на ненависть, страх и прочее не оставалось, и в конце концов, они стерлись с памяти. Завтра я поступаю в кадет. корпус, как и хотела. Немного боязно уходить из уже родного места. Ведь к нему было непросто привыкнуть. Бабуля постаралась. Она шутливо болтала, рассказывала разные истории и была открытой с самого начала, была собой. Она не пытается скрыть неудовлетворительные стороны своей личности. Бабуля будет браниться, глупить, говорить прямо, потому что так она остаётся собой. Быть собой с самого начала… Так легче всего — говорит бабуля. Но как это быть мной? Сон подкрался незаметно, будто напустившийся туман окутывал, не давая выхода. Оставалось только поддаться ему. Мысли Хоуп, которые блуждали в саду памяти теперь испарились. Она успела лишь крепко обнять Ао, что воротилась, ища место попрохладнее.

***

Солнце выходило из горизонта, когда девочка всё ещё блуждала по миру грёз и ничто не могло её потревожить, даже пустая постель рядом, немного помятая от небрежной торопливости девушки.

***

В небе яркий шар направляет на землю острые лучи. Они просачиваются сквозь плотную одежду изнуряя всё тело. Лысый мужчина то и дело кричит не жалея силу и голос. — Эй, ты! Как звать? — мужчина заметил новую жертву для своей работы — Хоуп Свон, сэр! — Бешеные глаза до ужаса пугали — Откуда прибыла? — Стена Роза, Трост. — Вот как. Причина вступления в кадет. Корпус? — Я… Я хочу увидеть внешний мир! — любопытные взгляды опустились на низкорослую девчонку. Высокое солнце пекло до головокружения Чёрт, я умру быстрее, чем увижу титанов! — А желудок титана ты не хочешь увидеть? — голос не заставил ждать — Нет…? — неуверенно спросила девушка — Как жаль, но придётся. Будешь кормом для титанов!

***

Саша Блаус, странная Солнце уже во всю прощается, одаривая последними лучами. Толпа новобранцев наблюдают за уставшим силуэтом бегущей девочки. Она продолжает наяривать неизвестно какой круг. — Привет — Девушка направила взгляд на младших  — Привет — руки неловко помахали Глаза зелёные — Меня зовут Эрен, это Армин Голубые  — Ты говорила о внешнем мире? — голубоглазый с воодушевлением спросил, словно нашёл человека, что походил и был близок к нему — Да — неуверенно ответив, опустила голову, поглядывая на свои руки — Мы тоже очень хотели ли бы увидеть внешний мир. Армин особенно  — А что вы знаете о нём? — Мы читали о ледяных землях, огромных солёных водах, что зовутся океанами  — Честно говоря, я мало, что знаю о внешнем мире, но хотела бы узнать. Знаете, вы мне кажитесь знакомыми. Мы не встречались раньше? — Кажется, нет — почесывая затылок ответил Эрен — Странно… — Ужин, ребят!

***

Неугомонные продолжали расспрос нового друга о заклятых врагах. Он в свою очередь уверенно отвечал на каждый вопрос. Соседи сидели рядом, не говоря ни слово, отдав все почести звезды другу. Хоуп направилась к выходу, бесшумно, дабы не обратить внимание остальных. Снова чувство отчужденности. Ей хотелось подбежать к ребятам, начать рассказывать о себе, расспрашивать их. Начать активно спорить и смеяться, шутить и найти друга, которого у Хоуп никогда не было. Да, Сэм и Таноши были замечательными людьми, но они были скорее как семья. Что насчёт друга, то его нет. Воспоминаний о человеке, что зовут другом — нет. Вечер тих, только приглушённые голоса новых товарищей. Звезды всё также упорно сияют, временами поблескивая. Расположенные на потолке Земли они тянут взгляды любопытных. Им неважно, что происходит под ними. Они продолжают существовать, смотря на людей, и, вероятно, смеяться с отчаянных попыток жить и спасти человечество. Новобранцы всё больше сплачиваются и активно заводят знакомства. — Привет — парень с короткими, кажется, светлыми пепельно-каштановыми волосами внезапно прервал мысли Хоуп. Сейчас можно заметить, что у него маленькие, яркие светло-карие глаза — Привет — наконец выпалила она — Жан Кирштейн — мягкая улыбка — Хоуп Свон— Да, знаю. Ты та, что о внешнем мире говорила. Одна из запоминающихся личностей сегодня Неловкое молчание — Почему ты хочешь за стены? — молчание всё же прервали — А почему ты нет? — Ну, там опасно. Этого достаточно После минуты упорной тишины голос становясь увереннее начала — Мне кажется, что я в клетке. Будто птица, за которой пристально наблюдают. И в любой момент могут разрушить и без того шаткое чувство безопасности, а я даже не успела пожить толком, чтобы умирать без сожалений… Извини, я кажется, немного… — Нет, не извиняйся. Мне правда интересно — парень до, пристально глядевший на неё серьёзным взглядом теперь понимающе улыбнулся — Кажется, я немного некомфортно чувствую себя, потому что далеко от дома.Бабушка говорила быть честной, значит буду честной. И это «кажется» стоит сократить его употребление. — Я понимаю. Ребята здесь странные или интересные — Жан сделал акцент на втором — А почему ты хочешь в военную полицию? — Повернула корпус к парню — Я буду честен, не хочу умирать — парень подставил руки назад, навешиваясь на них, глядя в небо — Вполне логично… — уголки губ приподнялись в чуть заметной улыбке — Именно, логичнее некуда! Двое говорили до объявления отбоя. Когда пришлось прощаться неловкость снова возросла, будто проведённого времени вместе просто не было. И чудных вопросов о любимых местах, любимом времени года, о звёздах, еде тоже не было. Воодушевленная девушка чуть ли не прыгая прошла в комнату. Новое знакомство наполнила её трепетом от будущих дней. Теперь она была уверена в своём выборе. Она интересна кому-то, о ней хотят знать. Глаза наполненные слезами прежде так бесившие Хоуп, теперь её не волновали совсем.