Сыграем

Саске семь лет, он ходит в первый класс. Он лучший по успеваемости, на самом деле, в школе ему даже скучно. Итачи научил его читать, писать и считать еще в четыре, и теперь Саске еле дожидается конца уроков, чтобы прибежать к брату и попросить его почитать ему энциклопедию. — Ты уже не маленький, читай сам, — раз за разом отвечает Итачи, погруженный в уроки. Разумеется, Саске может сделать это сам, но так интересно, когда ему выразительно читает Итачи, а Саске лежит у него на коленях. Но, конечно, брат ходит на подготовительные курсы будущих юристов, и ему не до энциклопедий. Итачи поднимает голову, видит расстроенное лицо брата и добавляет уже мягче: — Может, в следующий раз, Саске. Тогда Саске бежит к маме. Мама всегда дома, смеется, когда Саске запрыгивает к ней на кровать, ерошит волосы. — Пришел, мой любимый котенок, — говорит она и гладит по голове. А потом наклоняется и шепчет, словно доверяет секрет: — Я тебя люблю больше всех на свете. Так было не всегда, и Саске предпочел бы, чтобы мама, как и раньше, ходила на работу, а в спальне пахло ее духами, а не лекарствами. Саске ничего не говорят, но он и сам не глупый и понимает, что мама больна. Она все чаще кашляет, а врачи появляются все реже. — Спой мне, котенок, — просит мама, и Саске поет ей все песни, какие знает. У Саске хорошо получается петь, мама говорит, что у него красивый голос. Она даже говорит, что его нужно отдать в вокальную школу. Саске мечтает об этом! Итачи с четырех лет водят на уроки фортепиано. И Саске представляет, как он выйдет на сцену под аплодисменты, Итачи будет играть, а он петь. Потом приходит отец. — Ты почему матери докучаешь? — грозным баритоном начинает он. — Немедленно в свою комнату! И чтоб без разрешения не выходил! Отец на вопросы Саске, когда же его отведут в вокальную школу, говорит: — Мне пока некогда. Ты уроки сделал? Или мне опять краснеть за тебя? Хотя Саске еще ни разу в жизни не получал за домашние задания оценки ниже пятерки. Саске заканчивает первый класс, когда на уроке появляется новенький. У новенького смешно торчат в разные стороны светлые волосы, а глаза голубые-голубые, Саске таких еще не видел. Новенького сажают за вторую парту — сам Саске сидит за третьей возле окна. Тот озирается по сторонам, и взгляд его останавливается на Саске. Он смотрит, широко открыв глаза и даже приоткрыв рот, и Саске это не нравится. На него постоянно пялятся девчонки, от их бесконечного внимания он уже устал. И новенький туда же. Мальчишка наконец закрывает рот, отворачивается и больше не оглядывается ни разу за день. И это не нравится Саске еще больше. А на следующее утро он обнаруживает новенького сидящим за партой рядом с ним. Саске протискивается мимо него, опускается на свое место и достает учебники, демонстративно не глядя на соседа. Тот снова рассматривает его во все глаза. Саске отворачивается к окну, а сам краем глаза подглядывает, смотрит или нет. Куренай-сенсей начинает урок, но в какой-то момент останавливается. — Наруто, — смотрит она на новенького. — А ты почему пересел? Я же тебе показала твое место. — Хочу сидеть здесь, — заявляет Наруто. — Нельзя пересаживаться без разрешения учителя, — сообщает Куренай. — К тому же у нас мальчики сидят с девочками, а ты сел рядом с Саске. Наруто встает и демонстрирует всем напяленную форменную юбку. На его месте сидит рыжая девчонка в его штанах. Класс заливается хохотом, а Наруто довольно лыбится. — Наруто! — давится возмущением Куренай-сенсей. — Живо переоденься! Сидеть здесь я тебе разрешу, потому что ты новенький, но только до конца недели! Наруто удаляется переодеваться, а когда возвращается, Саске впервые видит это: блеск в его глазах, сияющих озорством. Крошечные лучики-хитринки в голубом ободке. Взгляд глаза в глаза, и до Саске даже не сразу доходит, что Наруто говорит: — Сыграем? — и кладет на колени синюю налобную повязку с символом на металлической вставке. — Заори на весь класс. Это проверка на слабо. Это вызов. Это вопрос, осмелишься ли, и Саске не намерен проигрывать, только не этому большеротому мальчишке с секретом в глазах. Саске хочет увидеть этот блеск вновь. И Саске, правильный, воспитанный Саске, мгновенно включается в игру. Он орет так, что горлу больно, подпрыгивает от неожиданности Куренай-сенсей и пялятся дети. — Саске! — восклицает учительница. — Тебе плохо? — Саске качает головой. — Тогда чего ты кричишь? — Саске молчит, и Куренай-сенсей непонимающе говорит: — Тогда не делай так больше. На перемене Саске отдает повязку Наруто. Ему не нужно объяснять правила игры. Он умный мальчик и понимает, что у кого повязка — тот и играет. Наруто протягивает ему руку и говорит с очень важным видом: — Узумаки Наруто. Саске хмыкает, делает вид, что ему неинтересно, но руку пожимает: —Учиха Саске. Вечером, когда в спальне приглушен свет и играет из колонки тихонько блюз, который так любит мама, он рассказывает ей: — У меня сегодня появился друг. — Ну наконец-то ты будешь играть с кем-то кроме Итачи, ему же сейчас некогда, — радуется мама. — Ты хороший мальчик, уверена, твой друг тоже замечательный. Наруто потрясающий. Конечно, Саске не признался бы в этом даже под страхом смертной казни, но Наруто искрометно шутит, умеет играть в футбол и волейбол, свистеть и плевать с крыши школы дальше всех мальчишек. На следующий день он появляется в школе, разукрашенный красно-белой краской, забирается на учительский стол и орет: — Я великий Наруто-сама! Склонитесь же передо мной, неверные. Приходит Куренай-сенсей, округляет глаза, отчитывает, велит идти умываться. Наруто бежит к выходу, но по дороге впечатывается в крепком объятии в учительницу. — Я так рад, что теперь учусь у вас, Куренай-сенсей! Белоснежные пиджак и брюки безнадежно испачканы, Наруто скрывается за дверью, а Куренай-сенсей со вздохом опускается на стул. Повязка — протектор, как назидательно сообщает ему Наруто, это протектор, который ему подарила мама, чтобы они вместе играли в нидзя — оказывается у Саске. Саске подкладывает найденного за школой мертвого голубя однокласснице в портфель, и Наруто смеется, а он удовлетворенно хмыкает, пока та истошно орет. Другим мальчишкам Наруто совершенно не нравится. Его дразнят сиротой, и никто не хочет с ним дружить. Он пробует пообщаться то с одними, то с другими, но те замолкают в его присутствии, и Наруто бежит к Саске. Саске это только на руку. С ним тоже не хотят дружить, потому что он умный и все девчонки хотят сидеть только с ним, так что Саске тайно радуется, когда у Наруто снова не получается присоединиться к игре одноклассников. Тот плюхается за парту и тянет: — Подумаешь. — Саске делает вид, что читает учебник. — Давай лучше сыграем? — загорается Наруто. В дневнике Саске одна за другой появляются двойки за поведение. «Съел весь мел в классе» — подписывает Куренай-сенсей. «Бросал из окна на людей шарики с водой». «Притащил в школу змею и всех напугал» — подчеркивает она двумя линиями. Отец в бешенстве. Он топает ногами, кричит, снимает ремень и порет Саске. Но Саске ни за что не проиграет Наруто, не откажется от игры и внимательного взгляда голубых глаз. Они вместе ходят в школу и домой. Зависают у Саске в комнате, играют в видеоигры, делают домашние задания, бегают по заднему двору. Они часто спорят и еще чаще дерутся, но никогда не обижаются друг на друга дольше пяти минут. На последнем звонке учителей и детей встречает разукрашенный памятник основателю школы. Наруто, как очевидного нарушителя, оставляют после праздника вытирать следы преступления, а Саске остается ему помогать. Ведро с водой оказывается перевернутым Наруто на голову, и они дерутся, пока их не разнимают. А после счастливые они бредут домой. Начинаются каникулы, и ни дня они не проводят порознь. Отец ругается, когда они шумят, и они убегают играть на улицу. Наруто учит Саске забираться на гору за городом, откуда открывается красивый вид на сам город, реку, другой берег. Свистит на вершине, и эхо разносит его свист на километры вперед. Раскидывает руки и валится на выжженную траву. Саске валится рядом. По голубому, как глаза Наруто, небу плывут пушистые облака, и они спорят, на что они похожи. Саске так легко, словно он сам из ваты и летит в дальние страны, где всегда тепло и хорошо. Саске учит Наруто строить шалаш на дереве и разжигать огонь из веточек. Огонь перекидывается на сухую листву, и тушат они его уже всей семьей, Саске наказывают, и Наруто присылает ему в окно самолетик с подбадриваниями. — Мне совершенно не нравится этот Наруто, — зудит отец. — Вечно лохматый, неопрятный. Кто его родители? Он отрицательно на тебя влияет. Тебе лучше не общаться с ним, если хочешь чего-то добиться в жизни. Но прямо сейчас Саске хочет только видеть широкую улыбку, поэтому в первый раз в жизни ослушивается и продолжает дни напролет проводить с другом. Они тихонько сидят в комнате Саске, читают книжку про приключения пиратов, когда во входную дверь кто-то звонит. — Пошли посмотрим, кто там, — потягиваясь, говорит Наруто. Он, неусидчивый, слишком долго сидел на одном месте, и ему жизненно необходимо размяться. Саске идет за ним. Они замирают на лестнице, ведущей со второго этажа. — Всего лишь страховщик, — говорит Саске Наруто в ухо. — Неинтересно, пошли. Но Наруто уже не смотрит на дверь, он смотрит в кухню, где работает телевизор и стоит на столе кружка с недопитым отцом пивом. Он проходит, нюхает пиво, морщится. — Гадость! И как взрослые это пьют? Выливает пиво в раковину, а сам расстегивает ширинку и подносит кружку. Саске фыркает, представляя лицо отца. Ловит протектор и толкает Наруто, чтобы быстрее спрятаться в комнате. — Саске! — прокатывается громогласный крик по всему дому. — Лучше беги, — ухмыляется Саске, открывая окно. — А ты? — спрашивает Наруто. — Я привыкший, — важно говорит Саске. — К тому же шрамы красят мужчину. — Ага, когда они на лице, а не на заднице, — возражает Наруто. — Ты идешь со мной, — хватает он его за руку. — Переночуем у меня. И Саске вместе с ним вылезает в окно, спускается по растущему возле дереву и бежит на соседнюю улицу. Когда на следующий день он возвращается, отец не на работе, мама в гостиной, а не в спальне, и даже Итачи спустился из своей комнаты. — Где ты был? — орет отец. Итачи ухмыляется и идет к себе. — Мы волновались, милый, — говорит мама и смотрит ласково. — Неделю без телевизора! — кричит отец. — И если я еще раз увижу этого мальчишку, клянусь, я выкину его из окна! И пусть меня посадят за детоубийство, моя совесть будет чиста! Поэтому с этого дня Наруто прокрадывается в комнату Саске только тайно или наоборот Саске вылезает к нему в окно. Оба в восторге от этой игры в шпионов — Наруто без устали говорит, что быть спецагентом — это теперь его призвание, а Саске хмыкает, представляя, как они с Наруто пробираются на секретную базу. Как-то раз в коридоре Наруто, идущий из туалета, сталкивается с Итачи. Саске замирает в дверях своей комнаты. Но Итачи только спрашивает: — Вам принести что-нибудь поесть? Целый день же сидите, — Наруто с Саске синхронно качают головой. — Ну, как хотите, — говорит он и скрывается в своей комнате напротив. — А ты говорил, твой брат — козел, — шепчет Наруто, когда за ними закрывается дверь. — Я не говорил, что он — козел, — отвечает Саске. — Просто он никогда со мной не играет. — Ну, он взрослый, — говорит Наруто. Саске грустно кивает. У Итачи уже, кажется, даже есть девушка. А может, они просто делают вместе какой-то проект. Итачи никогда ничего не рассказывает. — Сыграем? — спрашивает Саске. — Постриги соседскую кошку налысо. Каникулы заканчиваются, снова начинается школа, и количество двоек за поведение у Саске не уменьшается. Они сидят в столовой и давятся невкусными котлетами, когда Наруто достает из рюкзака пакетик и передает под столом Саске. Саске разворачивает его. — Это...? — Лошадиное дерьмо, — радостно подтверждает Наруто. — Сыграем? Саске с минуту раздумывает, а потом кладет котлеты в пакетик, а его содержимое в тарелку и идет к поварихе. — Простите, но мне кажется, что котлеты вам сегодня не очень удались, — и сует ей тарелку. Повариха бледнеет, потом краснеет, затем кричит: — Ах ты маленький… И успокаивать ее приходится всем ее коллегам, потому что она разъяренно несется за Саске, чтобы вывалить ему эту тарелку на голову. Наруто догоняет его уже за школой и валится на траву от смеха. — Давай сюда, — говорит он, забирая у Саске протектор и напяливая его на лоб. Саске ложится рядом, до урока еще десять минут. — Может, не пойдем на уроки? — предлагает Наруто. — Надо, Наруто, — говорит Саске. Наруто вздыхает и тут же приподнимает голову. По дорожке в сторону школы идет Сай из параллельного класса. Все знают, что Сай — внук директора школы. Учителя ставят ему только хорошие оценки, поэтому он второй по успеваемости после Саске, все мальчишки заискивающе хотят с ним дружить, а девчонки сражаются за его внимание не меньше, чем за внимание Саске. Работы Сая ежегодно занимают первое место в конкурсе рисунков. Наруто же считает, что все его рисунки — мазня, его настоящие оценки — двойки, а сам он — заносчивый говнюк. — Эй, — свистит Наруто, подскакивает и преграждает ему путь. — Куда торопимся? — В школу, — равнодушно отвечает Сай. — Получать свои незаслуженные пятерки, которые тебе нарисуют просто потому, что ты любимый внучок? — Мой дед — раз уж мы заговорили об этом — говорит ни в коем случае с тобой не общаться, — сообщает Сай. — Если с тобой общаться, то можно деградировать, — он выразительно смотрит на Саске. — Дегра- чего? — не понимает Наруто. — Вот именно, — кивает Сай и намеревается идти дальше. — Ну, все, ты сам напросился, — злится Наруто. Наруто хорошо дерется и отделывает Сая за пять минут. У того синяк под глазом, разбит нос и кровит губа. — Я все деду расскажу, — шипит он и убегает в школу. Наруто показывает ему язык и кидает протектор Саске. Саске стоит в кабинете директора. Отец высится над ним непреодолимой мрачной скалой, поджимает губы. Мама тоже пришла, отец не хотел этого, но она настояла. Мама сидит в кресле и гладит его по руке. — Не балуй его, — одергивает отец, но мама лишь мягко улыбается ему и целует Саске в щеку. Чуть поодаль стоит лохматый Наруто в форменном пиджаке нараспашку. Брошь, которую все второклашки носят с гордостью, он уже потерял, рубашка торчит из штанов. Рядом с ним стоит похожий на косматого медведя большой мужчина с седой гривой. Дед Наруто, Джирайя. — Рубашку хоть заправь, — отчитывает он Наруто. Тот, не обращая внимания, качается с пятки на носок. За столом сидит директор школы. У Шимуры Данзо повязка на одном глазу и классный шрам на подбородке. Кто-то говорит, что он бывший спецназовец, кто-то — что бывший наёмный убийца, получивший шрам на зоне, как бы там ни было, многие мальчишки хотят быть на него похожими и даже вступают в карате клуб под его руководством. Саске нравится шрам, но в остальном Данзо его не впечатляет. Итачи занимается дзюдо с пяти лет, он лучший ученик, и Саске уверен, что он сделает этого старикашку одной левой. — Как вы все понимаете, темой нашей сегодняшней встречи будет поведение ваших детей, — говорит Данзо скрипучим невыразительным голосом. Отец Саске сжимает кулаки, дед Наруто вздыхает. — А почему собственно не пришли родители Узумаки? — спрашивает Фугаку. — Им жизнь сына не интересна? — Они погибли три года назад, — откликается Джирайя. — У Наруто только я. Данзо кивает. — Что ж, начнём. Должен заметить, что юный Учиха всегда был примером для подражания для всех вторых классов, он умён, хорошо воспитан и уравновешен. Но с появлением Узумаки в классе ребёнка словно подменили, — разводит руками Данзо. — Да, у него сохраняется хорошая успеваемость, но надолго ли это? Его поведение выходит за все рамки. Куренай-сенсей требует увольнения. Другие учителя просят изолировать их классы от дурного влияния. Школьная повариха неделю пролежала на больничном с расстроенными нервами. — Очевидно же, что все дело в этом мальчишке! — закипает отец Саске, гневно глядя на Наруто. — Выгоните его из школы, и дело с концом! — Ты даже не думай такое про моего внука говорить! — вступает басом Джирайя. — Воспитывать надо было лучше, а не второсортные книженции писать, — кривит губы отец. — Уж лучше писать второсортные книженции, чем быть продажным адвокатишкой, — мечет глазами молнии Джирайя. Надвигается гроза, но Данзо успокаивает обе стороны. — Господа, мы собрались здесь как взрослые цивилизованные люди, чтобы обсудить выход из положения. Выгонять Наруто — это не выход, — говорит Данзо, скрещивая пальцы. — В нашей школе мы хотим дать шанс всем способным детям и помочь им преодолеть трудности в их поведении. У Наруто весьма неплохие успехи. Не знаю уж, помогают ли ему, — косится он на Саске, — но мне бы не хотелось ставить крест на ребёнке только потому, что к нему пока ещё не найден подход. — И что вы предлагаете? — цедит отец. — Я считаю, что лучшим выходом на данный момент будет их разлучить, — говорит Данзо, и Саске пропитывается ненавистью к нему. — Нужно перевести одного ребёнка в другой класс и желательно на вторую смену, чтобы у них было как можно меньше возможности видеться. — Я не собираюсь подвергать Саске стрессу, чтобы он тратил время на адаптацию в новом классе, — отрезает отец. — Нас и в этом все устраивает. Кроме одного, — смотрит он на Джирайю. Джирайя оскорблён, взрослые ругаются, но внимание Саске привлекает притихший Наруто, копошащийся в карманах брюк. Он ловит взгляд Саске, и хитринки разбегаются по уголкам его губ. Он достаёт что-то из кармана, поджигает зажигалкой — взрослые слишком заняты разборками — и бросает под стол Данзо. Петарда взрывается, и все вздрагивают, а Данзо хватается за стол и опрокидывает его. А потом оседает на стул и держится за сердце. — Вы что делаете, у директора ПТСР, он все горячие точки прошёл, ему нельзя громких звуков, — верещит секретарша и бежит отпаивать начальника корвалолом. Саске его не жалко, нечего было такие идиотские решения предлагать. Саске смеётся и ловит протектор. — Ах, тебе смешно, — больно хватает его за руку разъяренный отец. — Ты думаешь, что это смешно! Ты будешь месяц сидеть без компьютера и сладкого! Никаких книжек! Никаких прогулок! И если я ещё раз узнаю, что ты хоть словом перекинулся с этим малолетним преступником, я тебя так выпорю, что ты неделю сидеть не сможешь! — трясёт он его, что есть мочи. Краем уха Саске слышит, как те же угрозы и наказания сыпятся на Наруто. Мама смотрит на Саске грустно и прижимает руку к сердцу. А на следующий день после школы в его комнату заходит смурной больше прежнего отец. — Иди, посиди с мамой. У мамы возле постели уже сидит Итачи. Он хмур, но ободряюще улыбается Саске. Саске аккуратно забирается на кровать и подползает к маме. Саске белокож, он подносит ладонь к лицу мамы, но ее цвет как будто даже не белый, а серый. Она тяжело дышит. — Мой любимый котёнок, — улыбается она бескровными губами и притягивает его к себе для поцелуя. Укладывает рядом с собой, обнимает нежной рукой. — Мамина радость. Спой для меня. Саске поёт все песни, которые знает, греясь о тёплый, часто вздрагивающий бок. Ласковая рука гладит по волосам, порхает по лбу и щекам, щекочет уши. А потом Саске допевает свою последнюю песню и с ужасом замирает. Он больше не знает ни одной. И в этой пронзительной тишине раздаётся страшный хрип. В дверях появляется отец. — По своим комнатам, оба, — приказывает он, ведя за собой доктора в белом халате. Их выставляют из спальни, захлопывая дверь, но Саске не идёт к себе, он стоит под дверью, и Итачи сжимает его руку, пока дверь снова не открывается, и Саске видит, что мама накрыта белой простыней. Саске со всех ног мчится в свою комнату и прячется под одеяло. Он знает, что если бы он не замолчал, что если бы спел ещё, если бы знал ещё хоть одну песню, если бы смог петь до утра, мама ни за что бы не захрипела, и ее, красивую и улыбающуюся, не стали бы накрывать простыней. Он лежит под одеялом несколько часов, заходит Итачи. Он зовёт его по имени, но Саске не хочет вылезать, и Итачи уходит. Он возвращается со словами: — Смотри, кто к тебе пришёл, — и кто-то тяжелый плюхается на него сверху, сдирает одеяло. Наруто улыбается во все тридцать два, больно тянет за волосы и говорит: — Привет, плакса. — Я не плакса, — сердится Саске, скидывает его с себя и бьет кулаками по животу. Наруто заливисто смеётся, скатывается на пол, уходя от ударов. — Я не плакал, когда деда сказал, что мама с папой больше не приедут, — важно говорит он, гордо задирая нос вверх. — Потому что они тебя не любили, — шипит Саске. — Любили больше всего на свете, — уверяет Наруто и озаряется улыбкой. — Смотри, что принёс. — В ногах кровати лежит гитара, настоящая. — Это мне деда купил. Я уже немного научился играть, вот послушай, — и выдаёт ужаснейшую какофонию звуков, брынча нечто даже отдаленно не напоминающее мелодию. Они включают компьютер и до самого утра слушают песни. Наруто мучает струны, подбирая по его словам ноты, а Саске подпевает. Это не те песни, что он знает, другие. — Ты очень красиво поешь, — со знанием дела говорит Наруто. — Я думаю, нам нужно создать группу. Ты будешь петь, а я играть на гитаре. — А Итачи на фортепиано, — добавляет Саске. Наруто кивает. — Да, и пусть будет нашим бухгалтером. Будет считать наши денежки, пока мы будем пить сок с девчонками. — Какими девчонками? — спрашивает Саске. Он не хочет никаких девчонок в их группу. — Нашими фанатками, — поясняет Наруто. Саске морщится. Ему эти фанатки в реальной жизни уже надоели. — Давай лучше вдвоём пить сок, — говорит Саске, откидываясь на подушку. — Я томатный люблю. — А я апельсиновый, — говорит Наруто, укладываясь рядом. Саске поворачивается к нему и кладёт ладонь ему на щеку. Белый снег на песке. Сочетание до того непривычное, что не хочется отрывать глаз. Наруто смуглый, пышущий жизнью, солнцем и теплом. Довольно щурится под прикосновением. — Наруто, мне кажется, я убил свою маму, — шепчет Саске. — Ты ей пел? — спрашивает Наруто. — Тогда, скорее всего, да. Саске бьет его по башке. — Ты сказал, я красиво пою. — Шучу, шучу, — отсмеивается тот. — Она сейчас, наверное, уже встретилась с моей мамой, и они обсуждают, какие у них замечательные дети. А потом, когда Саске уже качается на волнах сна, сквозь пелену он слышит: — Сыграем? Давай убежим из дома. И Саске снится, как его отец бегает по городу с ремнём и кричит «почему ты не делал домашние задания, Саске?!», а Саске сидит, пьёт томатный сок вместе с мамой и Наруто, и мама говорит: — Я ваша самая большая фанатка, мальчики. И во сне они все такие же загорелые, как Наруто, жизнь кипит в них, они слушают шум прибоя и едва различимую мелодию фортепиано.