Твой неправильный выбор

1994 год Лера открыла глаза. Над ней склонился управляющий, врач скорой помощи, а за ними она увидела бледное Витино лицо. — Очнулась! – констатировал управляющий и выпрямился. К ней подскочил Витя, отталкивая врача. — Лера! – он взял её за руку и сжал. — Молодой человек, можно её осмотреть? – раздражённо проговорил доктор. — Да, простите. – пробормотал Пчёлкин, но руку её не отпустил. — Ели что-нибудь сегодня? – Лера покачала головой. – А вчера? – снова отрицательный кивок головы. – Сильных стрессов не испытывали? – Лера встретилась с Витей взглядом и он тут же отвёл глаза. – Понятно. – Доктор что-то написала на бумажке и протянула её Лера, но Витя перехватил её. – Успокоительные. Принимать три раза в день в течении недели. Не волноваться, больше отдыхать и желательно воздержаться от работы хотя бы пару дней. – Лера и Витя синхронно кивнули. Врач вышел, а Лера поднялась со стульев, на которые её уложили. Витя сел рядом. — Лер… - начал Пчёлкин, когда они остались, наконец, наедине. — Не надо, Вить. Я сама во всем виновата. — Нет. Виноват я! Я тебя довёл. – Витя резко дёрнул её назад и девушка зажмурилась от боли в голове. Пчёлкин взглянул на неё с нескрываемой тревогой. — Вить, поехали домой? – он кивнул и взяв её за руку, повёл к выходу. До дома они ехали в тишине. Голова предательски болела, настолько сильно, что девушка морщилась от внезапных спазмов боли. Витя то и дело поглядывал на девушку. В синих глазах, черти тихо сидели на местах, уступая место плескавшейся там же тревоги за неё. Его беспокойство, казалось, было осязаемым. Поднявшись в квартиру Лера расположилась на диване в гостиной, а Витя вышел на кухню. Вскоре оттуда донёсся запах табака. Вскоре Витя заглянул к ней. — Я пойду в аптеку, куплю тебе лекарства, и назад. – Лера кивнула. Вскоре она услышала, как закрылась входная дверь. Лера вздохнула и постаралась расслабиться. Сил практически не было и поэтому вскоре она, сама того не заметив, заснула прямо сидя на диване. Когда она открыла глаза, то была по прежнему на диване, но она лежала, укрытая пледом. За окном уже было темно. Сфокусировав зрения и привыкнув к темноте, Лера увидела, что часы на полке показывали девять вечера. Она спустила ноги на пол и вышла из гостиной. Витя стоял у окна на кухне и курил. Судя по пепельнице, он выкурил уже слишком много. Лера подошла к нему вплотную и обняла его со спины. Витя слегка вздрогнул и прижал её руки к своей груди. — Лер, я был не прав. – выдавил он наконец. Слова давались ему тяжело. Даже слишком. — Я тоже была не права. – тихо откликнулась девушка. – Знаешь, я подумала…я завтра поеду в ресторан и уволюсь оттуда. – Витя обернулся к ней и заглянул в глаза. — Лер, если ты…если я… — Не надо, Вить. Я всё решила. Я не хочу ссориться и не хочу, что бы ты снова так уходил, и я гадала где ты и что с тобой. Для меня нет ничего ужаснее, чем узнать, что с тобой что-то произошло. Что-то страшное. – девушка содрогнулась в объятиях любимого. А Витя ещё сильнее прижал её к себе. — Я обещаю тебе, со мной ничего не случится. Пока ты ждёшь меня, я всегда буду здесь. — Я буду всегда тебя ждать. Витя притянул её к себе и коснулся губами сначала её лба, а затем перешёл на губы. Лера судорожно выдохнула, отвечая на поцелуй. 2002 год В семь вечера Валерия Воробьёва вошла в квартиру Вити, где сейчас временно остановился Белов, и где сейчас расположилась братва. Все они когда-то работали с Беловым и его бригадой. Все они когда-то работали с Витей. Лера прошла в гостиную. Там было сильно накурено, мужчины что-то бурно обсуждали. Она замерла в дверях, наблюдая за мужчинами, которых было около десяти человек. На секунду она подумала о том, что Витя когда-то так же сидел среди этих мужчин и так же обсуждал что-то, решали какие-то вопросы. Лера прикрыла глаза и в мужском гуле голосов, будто бы на несколько секунд услышала его голос. Он говорил, как всегда серьёзно, но с долей усмешки. Мягкая и одновременно волевая интонация, которая всегда внушала ей доверие и спокойствие. Из дымки раздумий её вывел голос Белова. — Познакомьтесь, братва! – Саша встал и подошёл к Валерии, подводя её ближе. Лера поймала на себе тяжёлый взгляд Шмидта. Мужчина беспокоился за неё и был недоволен её присутствием здесь. — Это Валерия Воробьева, невеста Пчёлы и мать его ребёнка. – мужчины удивлённо переглянулись между собой, изучая невысокую брюнетку. — Добрый вечер. – поздоровалась девушка, позволяя Белому провести её в глубь комнаты. Лера расположилась в кресле у окна и оглядела незнакомых ей мужчин. Витино прошлое, прошлое Белого, прошлое, частью которого являлась она сама, хотя долгое время этого не подозревала. Когда с формальностями знакомства было покончено, Белый хлопнул в ладоши, обращая внимание на себя. — Лер! Ты вовремя, мы как раз переходим к роли твоей, в нашем деле. Доля Пчёлы по праву твоя и Кати, но что бы вернуться в дела, нам понадобиться твоя помощь. – Лера кивнула, призывая мужчину продолжать. Шмидта она предпочитала игнорировать. Его мнение она знала, его недовольство её присутствием здесь было осязаемым. — Зданием фонда сейчас владеет молодой предприниматель, некий Свиридов. Я наводил справки. Здание досталось ему не так давно. — И какова моя роль? — Так как ты журналист и работаешь в достаточно крупном издании, я хочу, что бы ты связалась с его представителями и предложила интервью. — Я не интервьюер. Я журналист, который пишет. Я не имею опыта бесед. — Но ты же можешь сделать это для нас. Для меня. – с лёгким нажимом произнёс Белов. Лере стало не по себе, она заметила, что Шмидт тоже напрягся. Саша не спрашивал. Он утверждал. Его тяжёлый взгляд внимательно изучал реакцию молодой женщины. Лера потёрла виски. Согласится на это, с целью узнать для Белова информацию об этом Сидорове, означало окончательно ввязать себя в эту игру. Лера сомневалась, стоит ли это того. Хотя и понимала, что помочь Витиному другу она в силах. — Я должна обдумать это. – Лера поднялась и вышла на кухню. Там было темно и душно, от сигаретного смога, который тянулся по всей квартире. Она распахнула окно, впуская в него осеннюю прохладу. Лера сделала глубокий вдох. Затем ещё один, и ещё. За спиной раздались шаги. — Ты можешь отказаться. Саша не в праве тебя заставить. – тихо проговорил Шмидт. — Дим, не начинай. Если ты скажешь снова, что Витя бы не одобрил, то, клянусь богом, я тебя ударю. — Лер, но… — Давай без "но". Я не хуже тебя знаю, что Пчёлкин был бы в бешенстве от этого. Но мы тысячу раз это обсуждали уже. Вити больше нет. Нет и не будет. А я есть. — Но Катя..! — С Катей ничего не случится. Она у Витиных родителей. Я отправлю их в Подмосковье, в санаторий. Отправлю на столько, на сколько это возможно. — Я так понимаю, ты уже всё решила? – с ноткой горечи произнёс Шмидт. Лера обернулась к нему. Она иногда удивлялась, откуда в этом огромном, неприветливого на вид, устрашающем мужчине было столько нежности и доброты. Хотя Пчёлкин тоже был не всегда беспринципным и жестоким. Дома с ней он был нежным и добрым. Таким, каким, наверное, знала его только она. Любящий мужчина и отец, который души не чаял в маленькой Катюше. — Дим, прошу, давай оставим этот разговор. Я три года живу в пузыре. Вити нет, и я ничем не могу заполнить эту пустоту. Ничем и никем. – Шмидт усмехнулся и эта усмешка была горькой. Она знала, что нравиться ему, но ответить на его чувства не могла. Слишком уж она любила Витю до сих пор. — Ты думаешь, что если присоединишься к движению, то пустота заполнится? -— Я не собираюсь присоединяться к движению. Ты же знаешь, что бандитка из меня никудышная. Я на Катю то не могу голос повысить. Но я хочу помочь. – Шмидт кивнул и отступил. Лера благодарно улыбнулась мужчине и вышла из кухни.