Bedroom Talk

2. Контроль Рикки взял стопку бурбона, заказанного себе в баре, скривился, обжигая алкоголем горло. Пьяная храбрость была единственной вещью, о которой могу думать, прогуливаясь по улице после того, как напился и раздумывал над тем, что предложил ему Крис накануне. Это было что-то сродни приглашению в тихое заведение на углу, которое мог предоставить им пространство (и алкоголь), требуемые для некоего разговора. Жизнь гастролирующего музыканта не была контролируемой, и недавно Олсон почувствовал, что, продолжись этот вихрь событий, и он, кажется, просто не переживет его. Без сна, с ноющей болью в теле и каждодневным похмельем - все это оправдывало желание Рикки, делая его вполне нормальным для данной ситуации. В прострации, в депрессии - все это отравляло жизнь, делая ее каким-то насилием над личностью. И этот весь ужас мало кто замечал. Но Моушнлесс заметил, и теперь сидел около Рикки за душеспасительной беседой. Это был жест доброты, и он был почти успешным. Почти. Вместо того, чтобы попытаться поддержать Хоррора аккуратно, как-то мало-мальски изящно, Крис решил использовать комбинацию тактик, причем в хаотичной комбинации да еще и все одновременно. И Рик заметил это сразу же, когда Черулли указал ему, где садиться. В течение дня (это было совершенно очевидно) что-то изменилось. Он повел бровью, услышав в вопросах Криса повелительные ноты. Их было больше, они были жестче, чем обычно. -Нравится ли тебе, когда я указываю, что тебе делать? Экран телефона в его кармане зажегся синхронно с вопросом, и, подняв взгляд на Рикки, его лицо было увенчано демонической улыбкой отравителя. Олсон почувствовал, как внезапно обдало жаром. Черулли подталкивал его сдать позиции и позволить возглавить над собой его контроль. Под влиянием расстройства своей личности Хоррор был слабее. Ему нужно было просто сказать стоп. Это была странная, извращенная метафора о его отношении к жизни. Олсон ответил только одно слово: -Да. Это было как зеленый свет светофора - Крис не замедлил с тем, чтобы сказать, в котором часу тот должен прийти сегодняшней ночью. В какой-то момент это звучало, как хорошая идея, но сомнения на этот счет осели где-то внизу тела. Рикки даже не подозревал, что Моушнлесс будет делать с ним, и как будет крушить барьер дружбы между ними, но это его решение - все же прийти к Черулли - не было легкомысленным. Олсон не мог отрицать то, насколько он обожал Криса. И, что более важно, как сильно он ему доверял. Именно эта мысль убедила его перестать тянуть время и постучать в дверь вокалиста. Когда она распахнулась, Крис выглядел таким же нормальным, как и обычно. На нем был свитер в черно-белую полоску и джинсы. -Проходи. - с теплотой улыбнувшись сказал Моушнлесс, жестом приглашая войти. Рик остановился на пороге, не зная, что делать, но до того, как неудобство залегло в атмосфере, Крис подошел, положил свои ладони ему на плечи и поцеловал Олсона в губы. Он сделал это нежно, мягко, совершая небольшие, сладостные перерывы. -Ты даже не представляешь, насколько я ждал весь день, чтобы сделать это. - сказал Черулли, отстранившись. Эти слова затянулись тугими узлами предвкушения и любви внутри Рикки. - Я рад, что ты сделала это. - он сумел ответить только несколькими словами, надеясь, что этого будет достаточно; он никогда бы не признал этого, но, кажется, он начинает чувствовать себя лучше. -Не хочешь ли наверх? - спросил Крис, заведя свои руки за спину Хоррору и засунув их в задние карманы его джинс, легонько покачиваясь, как будто говоря все языком тела. Как бы там ни было, он не хотел давить на Рикки. - Я не знаю, что ты собираешься делать со мной, но будь нежен. - Рикки нервно улыбнулся, прежде чем ему ответили кивком согласия. Крис издал грудной смех, оглядываясь через плечо и ведя гитариста за собой. Прежде чем ответить, взглянул на Олсона, утопающем в тусклом освещении. - Конечно буду… начнем с малого. Несмотря на то, сколько времени они знакомы, Олсон никогда не видел спальни того, и, когда дверь в нее отворилась, он внезапно осознал, почему. Карминовые стены в этой комнате очень сильно отличались от простого минимализма, в котором была отделана остальная часть дома; его застали врасплох четыре постера, висевшие над кроватью в центре комнаты. “Хорошо, мистер Грей, какой контракт я должна подписать?”. Олсон рассмеялся, проводя рукой по мягкой ткани, лежащей на постели. Она просачивалась, будто песок, сквозь его пальцы. Черулли остановился напротив него и запустил длинные пальцы в темные волосы Рикки, отчего у того пробежала по спине приятная дрожь. Повернув свое лицо к Крису, он смотрел в черные радужки того встревоженным взглядом, не зная что делать. - Мы можем действовать в любом удобном тебе темпе, и если у тебя есть какие-то причины, по которым ты захочешь остановиться, тебе нужно просто сказать это. Есть ли у тебя стоп-слово? - объяснял Моушнлесс, нежно убирая волосы от лица Рикки. - Абрикос. - сдвинув плечами, ответил тот, сказав первое слово, пришедшее ему в голову. Звучало это тупо, но Крис казался довольным. -Окей, абрикос так абрикос. - он улыбнулся, повторяя это слово снова и снова, чтобы запомнить его до автоматизма. Он отошел, открывая верхний ящик комода, возвращаясь с чем-то сложенным в руке. Когда Черулли повернулся, то на свете стало видно, что он достал - черную шелковую повязку на глаза. - Ничего не имеешь против? - спросил он, терпеливо ожидая согласия. Ему не хотелось принуждать Олсона к чему-то, если тот не был уверен. Мгновение - Рикки кивнул, развернувшись, чтобы Крис смог завязать ее, отпустив ситуацию и полностью доверяя человеку рядом с собой. Он услышал скрип половиц, когда Крис медленно обошел его, не прикасаясь. Мысли сбивали дыхание, он напряженно ждал того, что будет дальше. Незнание того, что ему уготовано, заставляло почувствовать головокружение и странное осязание собственного тела. Крис щелкнул языком, решив начать с рубашки. Он медленно расстегивал пуговицы, наблюдая за каждым движение грудной клетки Олсона. Он стащил ее с плеч Рикки, бросив на пол. За ней последовали и джинсы. - Если ты хотя бы попытаешься меня пощекотать, то я не буду отвечать за свои действия.- Хоррор рассмеялся, пытаясь понять, где находиться Моушнлесс. Тот подошел к нему, чтобы успокоить. -Я никогда не сделаю этого, пытки - не мой профиль. - с улыбкой ответил Черулли, смотря на уязвимость Рикки. Он подвел того к краю кровати, опуская его на нее. Олсон лег на спину. Пальцами гитарист ощущал гладкую поверхность ткани под ним, она будто исчезала, как только он пытался к ней прикоснуться. Он утопал в ней. Ткань имела запах лавандового кондиционера для одежды, и этот запах казался очень травматично знакомым. - Ты уверен, что пытки - не твой профиль? Потому что я уверен, что помню этот запах. - он говорил это все больше себе, чем Крису. -Ты не будешь долго жаловаться на это. - усмехнулся Моушнлесс, надевая на Рикки наручники. Он застегнул их на лодыжках и запястьях, а потом проверил, не врезаются ли они в кожу, а затем спросил Олсона, все ли нормально. Сев на край кровати, Черулли наклонился и поцеловал Хоррора. Он ощутил вкус сигарет, которые Рикки курил, и запах жвачки со вкусом перечной мяты. Крис слышал, как сердце подступило к горлу - уже до этого момента он так сильно увлекся игрой, что не хотел останавливаться. В эту ночь промедления были более привлекательны, чем когда-либо. Он хотел подвести Олсона к самой грани, сделать все возможное для этого, довести до точки невозврата, когда тот не сможет сможет вспомнить свое собственное имя, идя по непроглядной тьме пылающего наслаждения. Только одна мысль об этом заставила его подняться с постели. Его глаза бегали по гладкой, татуированной, бледной коже, что ожидала его. - Я сейчас вернусь. - сказал Крис, оставив Олсона наедине с предположениями о том, что будет дальше. Рикки на мгновение показалось, что это была тщательно продуманная шутка, и Крис просто оставил его здесь, а сам пошел спать. Он слышал мягкие звуки шагов, который ниспадал с тем, как Моушнлесс спускался вниз, а затем наростали, когда тот возвращался обратно. Он все еще не сказал ни слова. Крис провел пальцем вверх от нижней трети бедра, заставляя Рикки дернуться от неожиданных ласок. Он чувствовал себя беззащитным, и не мог никак себе помочь. Но ему хотелось большего. Чужая рука прикоснулась к его члену через боксерки. Что-то холодное прикоснулось к его шее. Эти два противоположных чувства смешались в одно. Стук крови в ушах делал весьма сложным сосредоточение на чем-либо, хотя было еще кое-что, что во много серьезней не давало сконцентрироваться. Черулли стянул его нижнее белье, прикасаясь кожей к коже. Крис провел кубиком льда по ключицам Олсона, опускаясь ниже, к груди, наблюдая за тем, как холод тает на горячей коже Рикки. Тот в ответ на смены температуры начал ёрзаться, но не сделал ни одного движения, чтобы пресечь подобное. Крис убрал кубик льда с груди и взяв другой, проведя им по внутренней стороне бедра. Олсон вновь дернулся, ахнув и засмеявшись. - Окей, остановись. - сказал он, почувствовав, как холод немедленно исчез с его кожи. -Абрикос? - спросил Крис, полностью убрав руки. Рикки отрицательно покачал головой. -Нет… Даже не видя ничего, он почувствовал, как покраснели его щеки. -Как на счет взять что-нибудь потеплее вместо этого? - Черулли усмехнулся, проходя по комнате и ища в ящиках спички или.. Металлический щелчок привлек внимание Рикки, и его голова повернулась в сторону источника звука. Он не видел через повязку то, что крис зажег свечу, но все же этот звук заставил его нервничать. Моушнлесс вернулся к кровати. Он накренил свечу, и расплавленный воск каскадами спадал на кожу живота, всюду, где до этого был лед. Олсон шумно вдохнул, закусив губы от того, насколько чудесным было ощущение тепла после холода. Крис едва прикасался к нему, его пальцы, будто тени, пробегали по коже. Тело принимало никогда еще не испытанное чувство. Мурашки побежали по его рукам, вдоль бедер; дыхание участилось. Он почувствовал, что начинает возбуждаться. Крис взял следующий кубик льда, прикасаясь им к чувствительным участкам кожи, каждый из которых отзывался совершенно рандомным и неповторяющимся ощущением. Когда холод сталкивался с местом, где только что было тепло, Хоррор глухо промычал от разочарования. Каждая его клетка хотела фокусироваться на понимании того, что за тянущую боль будет испытывать его тело дальше. Не было ничего другого в его мыслях, кроме Криса и этой постели. Черулли кусал невероятно мягкую кожу Рикки, скользя по ней губами, желая получить контроль над реакцией Хоррора до того, как тот сдастся окончательно. Не время для стеснения. Олсон никогда не был тем, кто много говорит, и звуки, которые то и дело вырывались из него, в любое другое время ввели бы его в смущение. Его охи, стон и шепот выражали агонию в ожидании прикосновений. Ему нужно было чувствовать руки Черулли на своей коже, болезненные поцелуи на шее, то, как он запускает пальцы ему в волосы. Он должен был наконец испытать освобождение, которое создавало бы напряжение в каждом дюйме его тела. Рикки слышал свое ускоряющееся сердцебиение, когда капли воска падали ему на ребра. Вдохи, срывающиеся с его губ, становились громче, нетерпение начало цепляться когтями в кожу. -Абрикос, абрикос, абрикос. - он повторял до тех пор, пока Крис не остановился. - Мне нужен ты. Он тяжело дышал, сдвинувшись вниз настолько, насколько мог. Крис ничего не сделал, но был удовлетворен своей работой. Улыбка расползлась на его губах. Он хотел продолжить, хотел закончить, но шансы, что Рикки продержиться дольше, были малы. Кожа Олсона блестела от влаги, руки будто искали что-то, во что можно было бы вцепиться. -Я здесь, твой. - Крис мягко прошептал ему это прямо на ухо, целуя и снимая повязку. Он снял с себя одежду, бросив на край кровати, а затем отправив туда и нижнее белье. Глаза Хоррора привыкли к свету и, опустив голову, он увидел обнаженного Черулли. У него будто речь отняли. Крис обернулся, и Рикки не мог не последовать за его взглядом. Он увидел свое удивленное отражение. У изголовья кровати было отличительных размеров зеркало, что давало полный обзор его, лежащего на кровати, утопающего в глубоком красном оттенке воска и влажных следов от кубиков льда. Он едва мог распознать похоть в своих глазах, посылая всего себя на осязание тяжелого поцелуя Криса. Их глаза встретились в зеркальном отражении, обменявшись внеземными бессловесными шифрами. Моушнлесс выдавил из тюбика смазку и уверенно провел ею по члену Рикки; с каждым движением он все наращивал силу. Они работали в идеальном ритме, искрились от жара, вечно сталкивая друг друга с грани, не давая достичь пика. Его глаза были в поисках их отражения - Хоррору же было достаточно одного только воображения, чтобы довести себя до крайней черты. Рикки тонул в ошеломляющем, уничтожающем оргазме, нарываясь на руку Криса, пока ничего не осталось. Он был полностью измучен. Истощенный, удовлетворенный, лежащий на мокрых белых простынях, он чувствовал себя оторванным от всех тревог, которые душили его. Облегчение потрясло его до глубины души, полностью поглощая способность думать. Он едва ли смог бы связать предложение, если бы кто-то его об этом попросил. Неопределенные мысли, которые терзали его ежедневно, теперь исчезли во тьме. Теперь он впускал Криса все глубже в себя, бессильно издавая стоны от дрожи, принимающей его тело с каждым движение Черулли в себе. Знакомое чувство приятной тяжести поселилось внизу живота. Крис начала ускоряться, его дыхание прерывалось.Он абсолютно отпустил себя. Его глаза были сосредоточены на Рикки, когда он почувствовал очередную волну услады, захлестывающей и не дающей ему останавливаться. Он хотел провести остаток своей жизни в этой постели, будучи абсолютно потерянным для мира. Достигнув пика наслаждения, напряжение спало, и Моушнлесс почувствовал, как его тело внезапно отяжелело и он захотел провалиться в безмятежный, спокойный сон. Крис слегка склонился, начав целовать Рикки глубоко и протяжно, параллельно снимая наручники с его запястий и лодыжек. Они утомленно лежали на помятой кровати - удовлетворенные; счастье вытеснило все мысли. Они с трудом могли вернуться к жизни. Ужасающая реальность была там, по ту сторону двери спальни, и ни один из еще не был готов встретиться с ней вновь. Они хотели как можно дольше пробыть в их украденном рае. -Как ты себя чувствуешь? - с уставшей улыбкой спросил Крис, поворачивая свою голову к Хоррору, надеясь, что его тактика была успешной. Голубые, ледяного цвета радужки Рикки встретились с глазами Криса. Он хмыкнул, не желая признаваться, как преступно хорошо ему было. - Я не думаю о том, как ненавижу этот знакомый запах кондиционера для одежды, так что отлично. ______________________________________________________________________________