Год на раздумье

      Приехав на станцию, Марина первым делом зашла в кафе, ехать домой почему-то не хотелось. Но время шло, деваться ей было некуда, и она неторопливо пошла на автовокзал. Четыре года она не была дома, в своём родном посёлке, многое уже изменилось, но раздумья не давали разглядеть всё. Мысленно она была не тут, в нескольких метрах от дома, а всё ещё там — в городе — вместе с ним, с Геннадием.       – Мам, ты дома!? — открывая калитку крикнула Марина.       Из-за дома, вытирая о фартук руки, вышла удивлённая мать.       – Дома. Где же мне ещё быть? — ответила, подходя к дочери, Зинаида. — А ты одна? Без Геннадия?       – Да, — тихо ответила Марина. — Мам, я… — одна замялась, не зная, как сказать матери. — В общем, я домой вернулась.       – Насовсем значит? Что же так? Сама ушла или он?..       – Нет, я сама. Он не виноват, я так решила. Мам, ну, ты вообще меня не рада что ли видеть? — спросила она, уходя от расспросов матери.       – Да рада конечно, что ты, — обняв наконец-то дочь ответила Зинаида. — Просто спросила. Четыре года дома не была, только телефонные звонки, а тут… Да ещё и одна.       – Так ты же его не любила никогда? Разве ты бы обрадовалась, если бы вместе приехали?       – А чего мне его любить? Да и у многих так. Для матери зять всегда чужой человек. Пять лет уж вместе, а всё замуж не зовёт, да и внуков никак не дождусь.       – Мам, это моя вина. Он мне не раз предложение делал, я не хотела, так же, как и детей. Я хотела вначале всё обустроить, а потом уже семью создавать. Жить негде, квартиру только купили, даже обставить до конца не успели. Какая семья и дети?       – Всё ты виновата, всё на себя берёшь. А он что же? Ты то чего вдруг уехать захотела, ну, и жила бы, раз так, обустраивала всё. Или всё-таки он чего? — и мать пристально посмотрела на дочь.       – Я же сказала, он тут не причём! Это я устала уже от всего этого. Устала просто. Постоянно конфликтовать стали. Он устаёт, работает, подрабатывает, на меня времени почти не остаётся. Я деньги коплю, ему не нравится, опять конфликт. Вот я и решила — год у тебя поживу, а там видно будет… Возвращаться или нет. Ну, так ты против или нет? Мне обратно уезжать? Или на квартиру? — она вопросительно посмотрела на неё.       – Ну, как же я могу быть против, дочь всё-таки. Живи, что же, раз так получилось. Сойдётесь ли через год, вот вопрос? Я одна живу, никого подселять не собиралась, так что, твоя комната свободна, живи сколько надо.       – Спасибо. Мама, а ты всё там же работаешь?       – А где же? Аркадий платит нормально, работа не пыльная, не тяжёлая.       – Мам, а ты можешь тогда поговорить с ним про меня? Может, к себе возьмёт?       – Поговорить-то поговорю, вот только возьмёт ли? У него уже всё занято, так что не знаю уж, но, не волнуйся, поговорю. Поможет, чем сможет, уж не обессудь.       После обеда, отдохнув, Марина решила выйти прогуляться по родному посёлку. Время рабочее, поэтому посёлок выглядел каким-то пустым и одиноким, только дети, приехавшие на школьные каникулы и просто живущие здесь, сглаживали эту пустоту.  Пройдя по небольшому парку, находящемуся недалеко от центра, она устало села на лавочку.       – Маринка! Ты что ли!? — неожиданно окликнул её кто-то сзади. Она повернулась и увидела стоявшего в нескольких метрах от себя улыбающегося мужчину лет сорока пяти.       – Юрка? Привет. А ты что здесь? В отпуске? — спросила с улыбкой она. Юра был мужем Лены, лучшей подруги Марины.       – Да нет. Я работаю здесь рядом, в магазин бегал. Вот приходится всё самому делать. Ленка учиться в город уехала, а я вот сам всё.       – Ой, Юр, тебе, наверное, некогда? Поговорить бы. А Ленка надолго уехала?       – Да у неё экзамены. Приедет через неделю, поговорите, если ты надолго.       – На год, наверное. Так что зайду. Рада была тебя видеть.       – Ну, как приедет, заходи обязательно.       Она повернулась и посмотрела вслед уходящему Юре. Он хотя и изменился, пополнел, но выглядел молодо, да и был, несмотря на эту небольшую полноту, всё таким же красивым, как и прежде. Марина даже удивилась, почему она раньше этого не замечала? Наверное, от того, что в то время была сильно увлечена другим человеком, которого вскоре увела другая подруга — Наташа.       «А он красивый. Везёт же Ленке, — подумала она, всё ещё глядя ему вслед. — Да и мужик деловой. Геннадий, конечно, тоже не хуже, красивый, работящий, всё может, всё умеет, руки от куда надо растут, но Юрка…»       Неожиданный телефонный звонок вывел Марину из размышлений. Достав телефон, она увидела на экране надпись — «Гена».       – Алло, — нехотя ответила она.       – Марин, привет. Как доехала? Как ты там?       – Нормально. Всё хорошо. У тебя как дела? Что нового?       – Ну, что нового? Я один, тебя не хватает. Может, всё-таки передумаешь? Чего нам проверять? За пять лет ничего не проверили? Чего дурью-то маяться?       – Для тебя это дурь? А мне уже всё надоело. Тебя, почти всегда, рядом нет. Я тоже всегда одна. Да и скандалы эти вечные, претензии, надоели. Надо пожить отдельно.       – Ну, скандалы не я устраивал, и претензии не я предъявлял. Я старался для нас. А как мне ещё надо было поступать? Ты же на меня только всё свалила, сама деньги копила, а я всё отдавал, ничего не прятал, никаких заначек у меня никогда не было. Может всё-таки вернёшься, поговорим по-человечески, всё обсудим? А не так.       – На всё надо время. Может так будет лучше? Без скандалов, без выяснений. Время всё расставит по местам — кто мы друг для друга. Всё, Ген, мне пора, — и Марина, нажав отбой, снова задумалась.

***

      Зинаида вышла из дома. Заперев калитку, огляделась, нет ли кого поблизости и, время от времени оглядываясь, пошла в сторону небольшого леска, расположенного в полукилометре от посёлка. Уже подойдя к нему, она ещё раз оглянулась и вошла в лес. Пройдя несколько метров остановилась, сев на поваленное бревно, стала ждать. Через полчаса туда же пришёл мужчина примерно её годов.       – Что-то ты сегодня запаздываешь, — сказала она, когда он подошёл поближе.       – Так я же не простой рабочий, да и не свободный, сама знаешь.       – Знаю, — вздохнув ответила она. — Дочка приехала, говорит — на год. Может к себе возьмёшь? Не чужая же.       – Куда? У меня же всё занято, — но, посмотрев на недовольное лицо Зинаиды, продолжил. — Ладно, пусть подойдёт, посмотрю, чем помочь. Ну, Зин, чего такая недовольная? Пришёл же, — подсев к ней и обняв за плечи спросил он.       – А чего довольной-то быть? Сколько лет всё ходишь, а всё не придёшь совсем. От жены так и не ушёл. Привязала она тебя, что ли?       – Зин, ну, не смог я. Да и зачем теперь? По-молодости не смог, а теперь чего уж? Сама понимаешь. Привык уж. Да и людям как в глаза смотреть?       – А со мной значит так можно? Мне в глаза смотреть не стыдно? — зло спросила Зина, оттолкнув обнимавшего её Аркадия.       – Зин, ну, чем ты не довольна? Чего тебе опять не хватает? Нормально встречаемся, чего я теперь-то к тебе переберусь? Да и с твоим характером… Будем жить, как кошка с собакой. Дочка-то чего от мужа ушла?       – А кто их знает? Разбежались чего-то. Она всё на себя берёт, говорит, мол, я сама так решила. Всё я, а там не знаю. Может и к лучшему. Не нравится он мне и всё тут.       – Не нравится, — зло повторил Аркадий. — Ты, смотрю, и дочке-то не очень рада, и она тебе тоже теперь не нравится? Меняться тебе надо, хотя уже, наверное, поздно. Всё тебе не так. Люди живут нормально — не нравится. Дочка человека хорошего нашла — опять не нравится. Всем всегда недовольна. Мужа запилила, ушёл, не выдержал.       – А чего ему выдерживать. Знал, с кем связался, сам за мной бегал. Ты вот ушёл бы от своей Зинки, по-молодости, ко мне, может и помягче была бы, да и ему жизнь не портила бы.       – Ушёл бы. Куда? Ты с ним, в его доме. Отец твой рад бы был? Он бы и тебя и меня взашей выгнал… куда-нибудь на улицу. А Зинка? Ну, как бы я её бросил? Детей жалко, да и ей куда? Сирота всё-таки, жалко.       – А меня, значит, не жалко? — опять оттолкнув от себя Аркадия проговорила Зинаида. — Дочка до сих в отце души не чает, а не знает, кто настоящий-то отец. Зинку ему жалко. А то что я мучаюсь, не жалко? Ничего, не она одна такая, дали бы место в общежитие, прожила бы. Баба она деловая, не пропала бы. Детей ему, видите ли, жалко. Не плодил бы столько, жалеть бы меньше пришлось, да и Зинке проще было бы.        – Зин, смотрю я на тебя, ну, вот что ты за человек? — резко вскочив с бревна, зло ответил Аркадий. — Не человек, а камень какой-то.       И он, бросив со злостью цветок ромашки, который крутил в руках, пока разговаривал с ней, пошагал обратно из леса, ни разу не повернувшись в сторону своей многолетней любовницы. Зинаида, нехотя поднявшись, злясь, даже не на себя, а на Аркадия и его жену, также пошла по тропинке обратно, по дороге нарвав немного земляники на небольшой полянке у леса. Уже войдя в калитку, и посмотрев, нет ли нигде дочери, она набрала номер на телефоне.       – Марина, ты где пропадаешь? Домой собираешься? Я тут с Аркадием поговорила.       – Ну, и чего он сказал?       – Домой приходи, ужинать пора, там и поговорим.       – Ну, и что сказал дядя Аркаша? Возьмёт? — спросила Марина, зайдя на кухню, где мать готовила ужин.       – Просил зайти к нему. Ничего не обещал, сказал посмотрит, что тебе предложить. В общем, зайди к нему, поговори.       – Ладно, — расстроенно ответила Марина.

***

      – Здравствуйте, Аркадий Павлович. Можно вас отвлечь, на минутку, — войдя в здание конторы и подойдя к разговаривающему с кем-то Аркадию, спросила Марина.       – А, Марина, здравствуй. Приехала, значит?  Ну, что же, пошли поговорим, — посмотрев неё ответил он.       – Да вот, приехала, — опустив голову ответила она.       Они прошли к нему в кабинет.       – Ну, насчёт работы, значит? Мать говорила, просила помочь. Я бы с радостью, но у меня всё занято, все специалисты на местах, — разведя руками ответил он. — Работают нормально, так что с радостью бы взял, но… извини. Могу только рядовым работникам, но ты пойдёшь ли? Платят немного.       – А другого ничего нет? Ну, ладно, чего же сделаешь.       – Ты не обижайся, а пойми меня. Я что же должен других уволить ради тебя? А их куда? Сама понимаешь. Слушай, тут есть одно место. В библиотеку человека никак не найдут.       – Там же специалист нужен. У меня же экономическое образование.       – Да там хоть кого-то сейчас возьмут. Бегут все отсюда, нет работников. Хотя бы временно устроишься. Место не пыльное, ну, платят, конечно, не как у вас в городе, но всё же. Да вам с матерью много ли надо? К тому же мать и здесь неплохо зарабатывает, да ещё и с огорода продаёт втридорога.       – Ладно. Я согласна.       – Ты лучше скажи, чего сюда-то вернулась? Все отсюда, а ты наоборот?       – Да так, — нехотя ответила Марина. — Я только на год, а там посмотрю.       – На год ли? — спросил Аркадий, посмотрев на Марину, вспомнив характер её матери.

***

      Геннадий, выйдя из подъезда, подошёл к машине Олега, друга и коллеги, который тоже уезжал вместе с ним. Олег, укладывая вещи в багажник, с удивлением посмотрел на подъезд.       – А чего один? Я думал, вместе с женой поедешь?       – Я тоже так думал, — нехотя ответил Геннадий.       – Чего не захотела уезжать из города? Понимаю. И как же теперь?       – Если бы из города, — вздохнув ответил он. — На родину уехала.       – Как уехала? — удивлённо спросил Олег. — Чего так? Разбежались что ли?       – Не знаю, — зло ответил Геннадий. — Решила, как сказала, год пожить у себя там. Проверить чувства… Будь они не ладны! Я бы понял ещё, если бы тут осталась. Ладно, не хочет, пусть здесь живёт, но она — на родину. Там от города несколько километров, да и посёлок небольшой, все оттуда бегут, а она наоборот.       – Ну, а зачем на год? И чего через год? Приедет и примешь? Кто её знает, как она там жить будет.       – Там будет видно, что будет дальше. Давай не будем. Поехали!