Ошибка Конохи

      Тьма.       Тьма окружала вокруг, и невозможно было понять, где же конец.       Бесконечность — вот что можно представить, плавая в этой тьме, где нет места свету. Одна лишь пустота, что внутри, что снаружи она окружала.       Душа человека воссоединилась с пустотой и стала одним течением, где все является тьмой. Ни звук, ни эмоции, ничего не может здесь существовать в принципе.       Всю идиллию нарушил приближающийся шум. От его шага тьма начала раступаться и во всей красе представляя обитателям течения.       От звука щелчков блондин слегка зажмурился и не мог предположить, что же будет дальше. В попытках пошевелиться тело не слушалось.        Шинигами. Вот кто правил душами, которые забирал в свое царство. И блондина подняло в воздух так, чтобы он видел бога смерти, от одного взгляда на него по спине пробежались мурашки. Никто так близко ещё не смотрел в лицо смерти. И ещё один щелчок был произведён им.       После падения он вновь ощутил подвижность и поднялся с пятой точки, Шинигами исчез и на его месте появился Четвёртый хокаге — Минато Намикадзе. Они были похожи как две капли воды. Его лицо он видел на скале хокаге и лишь Сарутоби назвал имя погибшего хокаге двенадцать лет назад.       — Здравствуй, Наруто, рад тебя видеть. Жаль, что тебя не видит Кушина — твоя мама.       — Ты знаешь моё имя, значит ты мой батя?       — Да. Вижу, что ты получил протектор деревни, но что с тобой произошло?       — На меня напали АНБУ из Корня. Данзо лично присутствовал, чтобы извлечь из меня девятихвостого. И без ключа они освободили Шинигами, тем самым убив всех вокруг.       — Не ожидал, что это древняя мумия рискнет на такой шаг. Лучше бы мы с Кушиной покинули Коноху и возвратились в Узушио.       — Узушио? Разве деревня не уничтожена?       — Не совсем, мы находимся в ней. После того как наши души забирает Шинигами, то мы отправляемся сюда. По всей видимости Узумаки поклонялись своему защитнику и здесь были построены храмы. Нас можно призвать в мир живых, но только с техникой Эдо Тенсей — тоже техника Узумаки.       — Вот это да! Не думал, что такие техники были созданы моими предками.       — Здесь ещё Первый хокаге со своим братом. К сожалению, Хаширама-сама не может понять, что не может отсюда выбраться, — и позади раздался крик бешенства и высвобождение ки, от которого мурашки по спине прошли.       — «Никогда бы не подумал, что самого сильного из клана Сенджу будет полным идиотом, когда тот не серьёзен. Похоже, что Тобирама будет посильнее даже бати».       — Сколько раз я должен тебе вдалбливать, что мы заперты навечно, ты же сам, не думая, заключил контракт с этими Узумаки, когда взял их химе Мито. Каждого хокаге ждёт такая участь.       — Ты же не пробовал по-другому, дай мне минутку.       — Хватит, у нас новенький. И почему у меня такой непробиваемый брат? — схватился за голову Тобирама и его брат посмотрел на новенького.       — Эй, Тобирама, он мне кого-то напоминает, хм… — задумался Хаширама, пока ему на голову не лёг тяжёлый удар, отчего, не удержав равновесие, рухнул под ноги.       — Он сын Четвёртого хокаге, дубина!!! И он, похоже, тебе приходится далёким родственником, чакра как у Мито. И ещё чакра девятихвостого в нем запечатана.       — Ай-яй, брат, за что?       — Чтобы тебе не пришло больше в голову дурью маяться.       — Ладно, ладно, понял. И вправду, он чем-то напомнил мне Мито. Смешанный характер, он не знает радоваться или злиться. Мито такой же была.       — «Хотя нет, она меня обещала кастрировать, если опять буду с Мадарой тусить», — взглотнул Хаширама об одном воспоминании о ней.       — «Чакра девятихвостого, неужели он с самого рождения стал джинчурики. Я же говорил Сарутоби, чтобы с джинчурики не поступали как с отбросами общества. Хоть они и все почти Узумаки».       — Пойдём, брат, не будем их отвлекать. Пусть отец с сыном поболтают, — проговорил Хаширама и Тобирама с ним ушел в другое место выяснять отношения.       Минато рассказывал и о своем детстве, когда встретил Кушину. Она его поразила тем, что хотела стать первой женщиной хокаге. Для своих лет она была очень сильной, что все боялись шутить над её цветом волос.       — «Моя мама такая крутая!!!» Микото была близкой её подругой и должна была стать крестной Наруто. Как и он работал в АНБУ и изучал фуин печати, которым его научила Кушина.       Также он узнал, что отец создал технику Расенган. В течение двух лет он над ней трудился.       — Бать, значит, все свои техники ты благодаря маме выучил?       — Да. Она была очень строгим учителем в этой дисциплине. Ох, как вспоминаю её в гневе, даже на душе приятно. Не каждый бы смог вынести жить с Узумаки под одной крышей.       — Наверно жутко было.       — Лучше не спрашивай. Кстати, как там Какаши, он наверное уже капитаном стал?!       — Так и есть, он был твоим учеником, пап?       — Он единственный кому удалось выжить из всей команды, которую я обучал. Обито Учиха и Рин Нохара погибли. Обито погиб под завалами, я не подоспел вовремя, разбираясь с шиноби из Облака. Рин погибла от рук Какаши.       — Какаши сенсея? Но как?       — Она была выбрана сосудом треххвостого и на ней была печать, которая высвободила бы его, если бы она попала в Коноху. Какаши выбрал спасти деревню, ему это было тяжело сделать.       — Второй Мизукаге?       — Да. Я тоже так подумал, что в этом замешан Туман. По такому же сценарию они запустили и в Узушио хвостатого. Правда, меня удивляет, как их барьеры смогли обойти.       — Но зачем? Узумаки были нейтральны ко всем деревням, почему остальные так боялись их?       — Я тоже этим вопросом задавался сколько я себя помню. Коноха в память об Узушио стала носить символ этой деревни.       — С кем ты успел подружиться? Или есть девушка?       — Почти со всеми из класса с кем учился. Меня приютили из клана Учиха, когда мне исполнилось пять лет, тогда меня выгнали из приюта. Изуми Учиха заботились обо мне в больнице, она для меня была как старшая сестра. Если бы Киеми с Итачи меня не заметили, то я бы раньше погиб.       — Интересная у тебя жизнь, Наруто. И Киеми наверно с характером, как у тебя. Жаль, что Кушина не с нами, она бы за тебя порадовалась.       — Наверное у неё характер в маму. Джирайя ни разу не приходил и не интересовался мною. Только недавно появился и я забрал ключ, с помощью которого можно открыть клетку.       — Ты и про клетку знаешь, молодец. Это не похоже на сенсея, похоже что старейшины оградили его от тебя, чтобы ты не стал сближаться с ним и не узнал о своём происхождении. Ведь состояние у тебя большое. И они поделили между собой всё состояние, грязные стариканы.       — Что? Третий-сама, — появился сам Хирузен, идя к ним.       — Прости меня, старика, Минато, и ты, Наруто. Орочимару напал на деревню, и мне пришлось запечатать его дзюцу в обмен на мою жизнь.       — Орочимару? Отступник деревни и ваш ученик бывший. Третий, почему вы поступили так с Наруто, отобрав всё наследство и скрыв от него всю правду??? Ответьте мне!!!       — Я не мог поступить иначе, они грозились поставить на Наруто закладки и привязать к деревне. Мне было противно с ними ваше наследство с Кушиной делить. Как они сказали: «мёртвые не мстят». И вот результат, ты, Наруто, Данзо мертвы, и я за вами вслед.       — Это храм в Узушио. Похоже, что мой учитель Тобирама-сама выясняет отношения со старшим братом.       Увидев силуэт сенсея, он отправился к нему, и разговоры затянулись до бесконечности.       Тем временем в Конохе экзамен на чуунина был отложен на следующий год и на плечи Цунаде Сенджу легла непростая ноша — поднять родное селение с колен.       Киеми прогуливалась по Конохе и не могла забыть тот день, когда узнала о его смерти. Даже фотографии ни одной не сохранилось о нём.       Изуми также переживала, как и она. Учиха бы дальше шла, не вслушиваясь в шум деревни, но Киба заговорил о Наруто, наговаривая всякие гадости.       — Да он слабак, ему просто повезло меня одолеть. Погибнуть в собственной квартире, так глупо. Видать это он придумал себе фамилию Узумаки, у них все женщины были шлюхами и его мать такая же была, — Киеми больше не могла терпеть оскорблений в его сторону и набросилась на Кибу, активируя Шаринган.       — Повтори, что ты там сказал про Узумаки, кусок дерьма? А?! Я не слышу!!! Ты, урод!!!       — Ты чего взъелась из-за этого бескланового подонка? Забудь его.       — Не смей говорить о нем такое, ты понял меня?! — её ки чудовищно возрастала с каждой секундой и он лишь кивнул, боясь дальше злить эту фурию.       Впервые она была такой взбешённой, никто не знал, что она будет использовать Мангеке Шаринган. Отойдя за угол, она стала рыдать, тяжело было держаться, она полюбила его.       Раньше могла это принимать за обычную симпатию, но теперь стала понимать, что любила его и не понимала своих истинных чувств.       Саске искал её и нашёл очень быстро. Незадолго до этого встретился с Кибой. За то что тот обидел сестру получил по морде. Никто не стал вмешиваться в разборки.       — Он был моим другом, не смей говорить о нем плохое. В отличии от остальных он принимал меня за брата. И все, кто ко мне лез с признаниями в любви, лишь пустышки без души внутри.       — Другом? Да он ни с кем не хотел вести дружбу.       — Вы не заступились за него, когда того избивали и оставляли умирать на улице.       — Проклинаю тебя и твой клан Учиха, — заявил Киба, из-за чего получил смачный удар, от которого отключился. Саске после этого был в бешенстве и, забрав сестру, скрылся от ненавистных взглядов.

***

      Джирайя отправился учить Учих с Узумаки в странствиях. Ямато удалось с Какаши поймать джинчурики двуххвостой кошки. Нии Югито не стала отрицать, что прибыла для диверсии от Райкаге.       — У меня был приказ лишь проверить ваши слабые стороны, а также захватить уникальных экземпляров, передав лично в руки Райкаге.       — Райкаге будет всё отрицать, как несколько лет назад и не раз. Ты джинчурики двуххвостая, мой человек смог тебя разгадать. И тебя Райкаге не захочет терять никак.       — Ему нужны верные шиноби, как и джинчурики. Вы не сможете долго меня удерживать, — она стала высвобождать чакру Мататаби и Ямато успел её заковать в панцирь и она лишь злилась сильнее.       — Ты не сможешь меня долго сдержать, порву в клочья!!! — пока Ямато сдерживал её, Какаши ввёл её в гендзюцу и она утихомирилась.       — Успели, — выдохнул Какаши и резкая боль в глазу дала о себе знать.       Какаши отправился докладывать Цунаде, пока Ямато сдерживает её. И в скором времени на ней будут каналы, сдерживающие чакру, и она не сможет использовать ни одной техники.       Акацуки на время ушли в тень, но не Итачи с Кисаме. Они находились недалеко от страны Молний и стража даже не могла им ничего противопоставить.       Райкаге был в резиденции и не смог сразу сообразить, как к нему в страну забрели два отступника, причём очень опасных.       — Вы?! Немедленно выбирайтесь из моей страны!!! — он буквально закипал от ярости и мог в любой момент взорваться.       — Не советую вам этого делать. Если вы хоть притронитесь к моей семье, вы пожалеете, что встретили меня на своём пути, — спокойно проговорил Итачи, и Райкаге даже не думал меняться и ещё больше злился, что его молния буквально заполонило всё вокруг.       — Ты смеешь мне угрожать, да я тебя размажу… — он стоял парализованным, не понимая, что же произошло. И мир погрузился в тёмные тона.       — Я предупредил вас, и не повторюсь. Я мог вас и убрать, но организация не позволит воевать с вами без их разрешения. Кисаме, мы уходим.       — Уже? Как жаль, а я хотел ещё покормить Самехаду, она очень капризна. Как скажите, Итачи-сан, — отозвался напарник, поглаживая меч, и идя за ним.       Райкаге не смог даже пикнуть, мир перед глазами снова померк и он даже не смог забыть эти устрашающие глаза. Мангеке Шаринган впечатлял, и в тоже самое время настораживал.       Итачи не сожалел, что так нагло заявился в стране Молний и использовал свой козырь, чтобы к семье не прикасались.       Он знал, что с ними всё будет в порядке и беспокоиться не стоит. Шиноби даже не могли объяснить, почему же случилось такое, будто их на время отключили. Итачи с Кисаме шли в тишине, пока не появился Зецу из земли.       — Лидер сказал всем затаиться, вас тоже самое касается. Итачи, ты привлекаешь к нашей организации лишнее внимание, мы рискуем раскрыться и потерять контракты от деревень, которые нас заказывают для грязных дел.       — Никто не смеет трогать мою семью. Райкаге легкомысленно думает, что ему сойдёт это с рук. Я лишь его припугнул и в следующий раз, если он встанет на моем пути, убью.       — Будем считаем, что вы услышали.       Зецу скрылся из виду и парочка наемников продолжила путь. Они пересекли границу молний и двигались в одно из убежищ где можно без проблем отсидеться.