Не всегда сказка бывает хорошей

      Жаркие и томные поцелуи Арсения. Омут глаз сводящий его с ума. Громкий протест и попытки сопротивления. Бесполезно. Нежная бархатистая кожа. Мммм, так и хотелось его попробовать. Сладкая теплая кровь — слаще любого красного вина, и приглушенные вскрики после каждого укуса. Звон пряжки ремня, хватка немного ослабла и Антон начал активней сопротивляться. Наивный мальчик — сбежать не получится. Звонкий хруст и оглушающий крик. Кажется Арсений перестарался и сломал ему ногу. Но ничего, Арсений сможет ее вылечить, но позже, будет меньше брыкаться... О том что произошло дальше Антону было жутко вспоминать. Сейчас хотелось под душ — смыть все мерзкие прикосновения и в самых интимных местах, смыть всю боль и не только в теле, но и в душе. Забыть этот проклятый вечер, этого ненавистного человека, что ворвался ураганом в его жизнь, разнося и круша все, разбивая душу и медленно ломая под себя... Антону хотелось понять, в какой момент это все началось. В голове медленно всплывали обрывки фраз, странный человек в любимом баре Антона — Арсений, предложение выпить, потом и подвезти домой... А потом он резко просыпается обнаженный и связанный в этом жутком месте от мерзких прикосновений и холода, что пробирал до костей худое тело, вызывая волну мурашек... Засыпать тоже страшно — не успеваешь закрыть глаза, как вновь вспоминается мучитель и жуткая резкая боль от проникновения... Но все же усталость берет верх и парень засыпает беспокойным сном... В это же время Арсений сидит на подоконнике и курит. Очередная сигарета, скуренная до фильтра; наконец пачка закончилась, а он все сидит. Все мысли заняты Антоном. Хотелось быть с ним нежным и ласковым, но когда Арс получает с его стороны сопротивление, то на первый план выходят грубость и жестокость. Хочется подчинить, заставить, сломать. Что бы был лишь его и плевать каким способом... На улице пошел дождь и Попов вышел на улицу. Хотелось освежить мысли и понять, зачем ему это все нужно. Ведь может если бы он сделал все по другому, то сейчас видел бы в этих глазах ответное желание. Но поздно. Слишком поздно что либо изменить... Одежда промокла насквозь и Арс вернулся в дом. Он понял, что сейчас уже все равно на все... На все, кроме Антона. Хочется чувствовать его каждой клеточкой тела, вдыхать приятный аромат, зарываться пальцами в волосы, слышать и видеть, как Антон кричит, извивается и брыкается, ругается на Арсения матом, но ничего не может сделать против. Эта смесь боли и желания — ядерная штука. Но сейчас Арсению мало и этого, хочется чего-нибудь жёстче и ярче, что бы притупить мозг окончательно...       Сколько это длится? День, неделю, месяц? Никто не знает. Оба потеряли счет времени... На теле Антона ни одного живого места — засосы, укусы, кровоподтеки, следы от плети; запястья содраны в кровь и жутко затекли, волосы мокрые от пота и крови, любое движение — жуткая боль. Но в переди лишь звенящая пустота и пугающая неизвестность, а еще четкое осознание того, что он влип. Впервые и по самые уши. О любви и речи идти не может. Антону всей душой противно все, что с ним произошло, но внутри еще не погас огонек. Огонек призрачной надежды все вернуть, хотя как раньше уже не будет никогда...       Все рухнуло в тот момент, когда Арсений сошел с ума, обезумев от любви, в которой он и не получит ответной реакции. В тот момент, когда весь мир Арсения начал крутиться только вокруг двухметрового худощавого парня, отнимающего все мысли. В тот момент, когда Арсений понял, что болен... Болен им и повернуть время вспять нельзя... Но руины превратились в прах, тогда, когда Арсений начал кричать на весь дом, срываясь на вой, сидя на коленях, расцарапывая кожу в кровь от злобы и бессилия на самого себя, понимая, что надо было закончить все еще давно, а сейчас поздно. Вновь видеть обезумевшие от боли глаза напротив, как бы спрашивающие: "За что?!" Вновь пробовать его на вкус, грубо без какого-либо намека на нежность, вновь пробовать на вкус его кровь, зализывая новую рану и оставляя все новые отметки, хотя сейчас мальчик только его и вряд-ли это измениться...       Пора все заканчивать. Антон опять порывался сбежать. Арсению, несмотря ни на что, было страшно смотреть как его мальчик сходит с ума... Арсений все решил. Сегодня они уйдут, с разницей в несколько минут... Как все таки приятно видеть безысходность и ужас, застывший на лице, на еще не охладевшем теле. Не удержался - последний поцелуй в мертвые губы... Выстрел ... Они умерли в один день, как пишут в прекрасных сказках. Но не всегда сказка бывает хорошей...