Out of control

      Очередная осень заключает город в свои объятия. Листья деревьев медленно окрашиваются живописной желтизной. Лесополоса, окольцовывающая город по периметру, словно золотая корона украшает границы. Нортвилль — современный прогрессивный город, являющийся научной столицей. Эпицентр инноваций, родина гениальных умов и гордость страны. Хотя многим жителям такой расклад совершенно не по душе: считают опасным жить поблизости с кучей лабораторий и научных институтов, с их нескончаемым потоком новых разработок. И несмотря на то, что ни в одном отчёте экологов нет сведений об угрозе для природы или жизни горожан, некоторые бы с этим поспорили. Но жизнь продолжается, несмотря на все разногласия. Время течёт неумолимо быстро. Его не волнует, что ты не успел. Вот и Хлоя сейчас не успела на свой автобус, а значит, опоздает на работу и будет слушать лекцию от своего противного начальника. Хлоя Декс — 27 лет, старший лаборант в Научно-испытательном центре (НИЦ). Ответственный и исполнительный работник, на которого всегда можно положиться. Но кто из нас не опаздывал в этой жизни хотя бы раз? — Зараза… — прошипела Декс. — Придётся теперь на такси тратиться. Хлоя начала рыться в сумочке, пытаясь найти телефон, но в её вечном бардаке так просто ничего не найдёшь. От нервов пальцы стали слушаться хуже и поиски заметно усложнились. Девушку отвлёк громкий клаксон подъехавшей к остановке машины. — Опаздываете, мадам? Садись. Опустившееся стекло явило Хлое улыбающееся лицо её подруги Рейчел. Рейчел Картер — 24 года, наёмный убийца. — Рейч, ты мой спаситель! — Декс с облегчением выдохнула и быстро села в машину. — Что с тобой? Ты же никогда не опаздываешь, — Картер хитро улыбнулась и покосилась в сторону Хлои. — На работе полный завал. Остаёмся до поздней ночи, я уже совсем с ног валюсь, — Декс подставила лицо последним тёплым лучам солнца. — Лучше скажи, как там дела с Трисси? — Новый проект? — Рейчел настойчиво игнорировала больную тему. Не услышав ответа, понимающе кивнула. — Ясно, великое неразглашение. — Ладно… скажу одно — не нравится мне этот проект. Что-то с ним не так. Рейчел доставила подругу на работу за считанные минуты. Припарковавшись около НИЦ, Картер повернулась к Хлое. — Ну что ж, беги к своим колбочкам-пробирочкам. Благодарностей не нужно, я просто спасла твою задницу от воплей Торена. — Обожаю тебя, Рейч, спасибо, — Хлоя крепко сжала её в объятиях. — Как разгружусь, напишу тебе, сходим куда-нибудь выпить. Береги себя. Декс пулей вылетела из машины и помчалась вверх по ступенькам навстречу новому рабочему дню. Когда дверь за Хлоей закрылась, Рейчел зажала педаль газа, направляясь дальше по своим делам. — Мисс Декс! — в паре метров от Хлои, сложив руки на груди, стоял недовольный мужчина средних лет. Седина вовсю овладевала волосами мужчины, придавая при этом некую солидность. Морщины и тёмные круги под глазами давно стали друзьями этому человеку. Доктор нахмурил густые брови, от чего очки немного сдвинулись с места. — Мистер Торен… — виновато опустив глаза, девушка подошла к начальнику. — Прошу прощения… этого больше не повторится. — Надеюсь. А теперь живо за работу, у нас важный проект! Уолтер Торен — 58 лет, директор Научно-исследовательского центра (НИЦ), доктор наук в области клеточного мутирования, председатель городского совета. Хлоя шустро побежала вверх по ступенькам прямиком в свой кабинет. Надела халат и принялась изучать материалы по новому проекту. Впереди ждёт долгий и трудный день, требующий крайней внимательности. Девушка любит свою работу, но чрезмерная секретность и повышенная ответственность давили на неё. Нортвилль — город контрастов. Вот и сейчас действо в дальнем квартале города кардинально отличается. Хелстрит — громкое и, вероятно, самое подходящее название для такого места. За пределами безопасного, современного и ухоженного Нортвилля, казалось, располагается иная страна, как зазеркалье. «Городские» жители прозвали этот район именно так, как бы подтверждая наличие Ада на земле. Ад в прямом смысле: не самые чистые тёмные улочки, которые так и норовят привести вас либо в бар, либо в бордель; достаточно агрессивный контингент, который не особо жалует «не местных»; дилеры, внимательно изучающие людей на улице, и дилеры в заведениях, предлагающие всё и всем, они знают — чужой в такое место не сунется. Убийство, пропажи и ограбления, суициды и передозировки — местных здесь вряд ли удастся удивить. Квартал, который стараются избегать люди из «благоприятных районов». Место, где царят боль, страх и смерть. Вот она — расплата за «светлое будущее». Жители Хэлстрит, в основном: лишившиеся дома и работы из-за массовой добровольно-принудительной продажи жилья ради получения территории для строительства новых Научных институтов, заводов, испытательных центров, военных полигонов и различных офисов, где мест для простых людей практически нет — лучшие места отдаются «по блату», за огромные деньги или достаются людям с нереальным везением, а на вакансии попроще огромная конкуренция. Хэлстрит — дом сломленных, отчаявшихся людей, нашедших отдушину в алкоголе и наркотиках. В большинстве своём они безвозвратно теряются в этой бездне, заканчивая существование в ближайшем морге. Тех, кому удалось встать на ноги и вернуться к прежней жизни — можно по пальцам пересчитать. Около четверти людей балансирует на грани. Они ещё не пали так сильно, но и исправить что-то не в силах. Случайные, зачастую грязные во всех смыслах подработки, заставляющие чувствовать себя ещё для чего-то нужным, и призрачная надежда на лучшую жизнь — вот, что не даёт им пасть окончательно. Сидя в самом колоритном баре Хелстрит под названием «Бездна», брюнет бездумно сверлил взглядом случайную точку, крутя в руке стакан дешёвого виски. Усталый взгляд, преждевременные морщины и шрамы — как стандартный атрибут местных. Мужчина вышел из транса, потерев рукой глаза, и невольно услышал разговор двух завсегдатаев бара. — Я тут видал, это… с неделю назад в НИЦ доставляли что-то в бронированных машинах, да ещё и с сопровождением военных! Прикинь, — знатно охмелевший рассказчик опрокинул очередную стопку. — Военных приплели! Что ж они там опять удумали, твари… Не обратив внимания на очередные пьяные сплетни, брюнет допил виски, прихватил свой потрёпанный рюкзак и отправился на встречу. Прибыв первым, он неспешно бродил по заброшенному зданию, окружённому полумёртвыми деревьями; пинал попавшие под ноги камни и ждал её. Ту, что давала ему постоянную работу. Довольно странную, порой доходящую до абсурда, но работу. И деньги. В его голове за эти годы пазл никак не мог сложиться: зачем молодой девчонке всё это? Кто она? И во что он ввязался на этот раз? — Ты уже здесь? Прости, задержалась. За время их знакомства она ничуть не изменилась: тёмные волосы, длина которых никогда менялась; холодный цепкий взгляд зелёных глаз; вечно твёрдая походка и напряжённое тело, будто она всегда готова вступить в бой. Брюнет на секунду невольно вспомнил их первую встречу, а точнее нездоровую худобу девушки. В глубине души он был рад, что она смогла справиться с этим. Но на лице вместо эмоций — маска безразличия. «Так легче» — взбрело когда-то в голову и стало моральной установкой на дальнейшую жизнь. — Ты всё принёс? — голос выдернул его из раздумий. Шатенка вопросительно уставилась на своего поставщика, указывая ладонью на рюкзак в его руке. — А… да, — даже секундное замешательство не позволило его голосу исказиться. — Ещё не надоело? Вопросительная гримаса на её лице стала в разы выразительнее. — Ну эта твоя игра в шпионов: никаких имён и всё в том духе. — Ха, — девушка слегка улыбнулась и начала медленно сокращать расстояние. — У меня много имён. Она требовательно протянула руку. — Я Кайл. Кайл Форвилль. Но вместо откровения в ответ — лишь недовольное лицо зеленоглазой. — Слушай, ты знаешь, иногда я и правда люблю с тобой поболтать, но сейчас у меня нет на это времени! Давай сюда то, что я просила, бери деньги и иди. — Сколько лет мы уже… сотрудничаем? Шесть? Больше? — Кайл, явно никуда не торопившийся, продолжал гнуть свою линию. — Почти семь, — тихо буркнула девушка. — Тем более. Уж хотя бы имя твоё я могу… — Точно! — воскликнула она, словно озарённая великим открытием. — Форвилль! То-то я думаю, какая фамилия знакомая. «…вилль»… уж не потомок ли основателей города? Брюнет, явно не обрадованный таким «озарением», раздражённо скривился. — Какая ирония! — девушка саркастично улыбалась. — Ладно. Я — Рейчел Картер, раз уж ты так официально начал. — Ну вот. И никто не умер, правда? — довольный Кайл ехидно улыбнулся. — Я действительно тороплюсь. С удовольствием поболтала бы с тобой, но точно не сегодня, — Рейчел нервно взглянула на часы. — Держи, — мужчина протянул свой потрёпанный рюкзак. — Как договаривались. — Отлично, — Рейчел закинула рюкзак на плечо. — Давно хотел спросить: кто ты такая? — А по содержимому рюкзака не понятно? Хотя да… оно же каждый раз разное, — девушка склонилась ближе, прикрыла рот рукой и заговорщицки продолжила. — Я шлюха. Ну… по крайней мере, сегодня, — шатенка быстро выпрямилась и подмигнула слегка растерянному мужчине. Девушка протянула Кайлу большой подарочный пакет, который мужчина заметил лишь сейчас. — Что это? — брюнет с недоверием покосился на пакет. — Ничего такого, — Картер невинно пожала плечами. — Просто небольшой презент, а то таскаешься с этим старьём. С плохо скрываемым сомнением Кайл всё же взял пакет и осторожно достал содержимое: новый рюкзак и куртка. Форвилль удивлённо взглянул на девушку. — У вас тут проблемы с магазинами, вот я решила… помочь. Считай благодарностью за твою работу, — махнув рукой на прощание, Рейчел собралась уходить. — Рейчел! Спасибо. — Да не за что, — развернувшись вполоборота, Картер всё так же беззаботно пожала плечами и поспешила прочь. Кайл провожал её взглядом до тех пор, пока девушка не скрылась за ближайшим поворотом. Взглянув ещё раз на неожиданный подарок, он сменил старую потёртую куртку и долго смотрел на неё, трепетно держа в руках. А после отправился туда, где проводил значительную часть времени. Старые ржавые ворота заброшенного кладбища встретили его привычным скрипом. Он остановится лишь на пару секунд, сомневаясь в своём решении, но что-то подтолкнёт его идти дальше. И он пойдёт. Минуя сотни полуразрушенных, увитых плющом, сорняками и мхом могил, Форвилль дойдёт изученной вдоль и поперёк дорожкой до надгробной плиты. Совершенно не похожей на другие: ухоженной и вычищенной, со свежими цветами, недавно принесёнными игрушками и конфетами. Кайл опустился на колени, сильнее сжав в руке потрёпанную куртку. Взгляд мужчины затмился слезами, а рука привычно потянулась обводить имя — Ванесса Форвилль. Проведённое у могилки время, литры пролитых слёз, тысячи слов извинений и прошедшие после смерти годы не способны унять боль от потери. Вот и сейчас его голос дрогнет, как в первый раз. — Здравствуй, звёздочка. С холодного камня на безутешного отца смотрела пара горящих, будто бы всё ещё живых глаз. Такая жизнерадостная, весёлая и неугомонная. При жизни Ванесса наивно верила, что их с отцом ждёт лучшее будущее и Хелстрит окажется просто дурным сном. Но суровая реальность оказалась сильнее детских надежд. И она погасла. Его личная путеводная звезда, освещающая самую тёмную ночь и дающая надежду на что-то светлое. Кайл долго сидел, обдумывая правильность своей мысли, и всё же решился. Скомкав куртку, он бросил её неподалёку от могилки, так, чтобы портрет дочери смотрел на это действо. Присев на корточки, мужчина достал зажигалку и обратился к Ванессе: — Ты просила начать всё заново? — Форвилль грустно усмехнулся, потирая щетину. — Думаю, я нашёл в себе силы выполнить твоё последнее желание. Кайл бросил огниво на подарок дочери. Вещь трещала и медленно тлела. Последняя связующая с прошлым ниточка сгорала на его глазах, открывая путь дальше.

***

      Сменив номера машины и покинув мрачный Хелстрит, Рейчел рассекала по дорогам беззаботного города. Чем ближе девушка подъезжала к месту назначения, тем беспокойнее ей становилось. Сердце начинало стучать в разы быстрее, а от нарастающей тревоги подташнивало. И вот на горизонте появилось то самое здание, единственное место, где она могла хотя бы мельком пообщаться с младшей сестрой. Она припарковала машину, но выйти не решалась. — Так не пойдёт, — дрожащим голосом произнесла Картер. Девушка откинула зеркало и, глядя себе в глаза, сделала несколько глубоких вдохов. Немного успокоившись, Рейчел всё же смогла совладать с эмоциями. Заметив в последний момент, что на голове всё ещё находится парик, она быстро стянула его и покинула авто. Рейчел застыла около ворот начальной школы в ожидании той самой встречи. Часы отсчитывали последние пять минут до звонка. Одни из самых долгих и стрессовых в жизни Рейчел. Коротая время, девушка вышагивала из стороны в сторону, нервно перебирая в руках подарочную коробочку. — Рейчел! — радостный детский голос раздаётся за спиной старшей Картер. Девочка спешно бежала навстречу с раскрытыми руками. Она едва не снесла сестру с ног. — Трисси! Как же я рада видеть тебя! — опустившись на уровень сестрёнки, Рейчел крепко сжала её в объятиях. — Ты пришла забрать меня? У тебя всё получилось? — горящие глаза ребёнка заставляли сердце девушки сжиматься от боли. — Я… Нет, прости, — Рейчел сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в голосе. — Дай мне ещё немного времени. Я обязательно заберу тебя, слышишь? Беатриса заметно помрачнела. Губы девочки слегка подрагивали, но старшей Картер этого было достаточно, чтобы понять — Трисса на грани истерики. — Прошу тебя, милая… — Рейчел взяла лицо сестрёнки в руки, посмотрела ей в глаза и мягко продолжила говорить. — Нужно ещё немножко времени, и мы снова будем вместе, как раньше, обещаю. — Честно? — Трисса утёрла слёзы и подняла расстроенные глаза. — Глория говорит, что мне нужно забыть об этом, и что ты не сможешь меня забрать… Об одном упоминании Глории — приёмной матери Беатрисы — на девушку накатывала волна злости. Женщина всячески препятствовала их встречам и нелестно отзывалась о Рейчел. — Глупости какие… — девушка протянула коробочку с фиолетовым бантом. — Это, кстати, для тебя. Ты, кажется, такие хотела? Трисса с радостью приняла подарок и принялась нетерпеливо раскрывать упаковку. Внутри оказались часы от популярного бренда в ограниченном издании. — Это же… Спасибо! — от восторга девочка бросилась обнимать сестру. — Мне же теперь все в классе завидовать будут! — Я рада, что тебе… — Ты же её разбалуешь такими подарками! — недовольный голос прервал Картер на полуслове. — И что вообще ты здесь забыла? — И тебе привет, Глория, — девушка выпрямилась и нехотя посмотрела в сторону источника шума. — Я вправе дарить своей сестре всё, что захочу. — Ну да… — Глория подошла ближе и, склонившись к уху Рейчел, гневно зашипела. — Тебе ясно дали понять в суде — у тебя нет никаких прав в её отношении. Пойдём, Трисса. Женщина уволокла за руку Беатрису и усадила в машину. Девочка едва успела помахать сестре на прощание. Рассерженная и оскорблённая Рейчел села в свою машину, громко хлопнув дверью. — Вот же сука! — выкрикнула Рейчел и, не сдержавшись, заколотила руками по рулю. В очередной раз заехать к органам опеки казалось единственным выходом из этой ситуации. Девушка завела авто и направилась к хорошо знакомому месту. Светлое многоэтажное здание располагалось на одной из центральных улиц. Отстояв в пробке, она всё же успела до начала обеденного перерыва. Миновав пост охраны и пару коридоров, Рейчел подошла к кабинету начальницы местного отдела опеки — Маргарет Фицджеральд. Постучав, девушка вошла внутрь. — Добрый день, миссис Фицджеральд. За дубовым столом сидела женщина средних лет в строгом костюме, с убранными светлыми волосами и очками, которые придавали ей ещё большей деловитости. Отложив в сторону какие-то бумаги, она сложила перед собой руки и устало взглянула на вошедшую «гостью». — Ну что ещё ты хочешь от меня, Картер? — голос миссис Фицджеральд звучал тихо, но довольно властно. — Вы знаете, что мне нужно, — Рейчел нескромно прошла по кабинету и села напротив женщины. — Я выполнила все условия для назначения меня опекуном: деньги есть, комфортное жильё для ребёнка тоже, моя репутация — чище не придумаешь, что ещё вам нужно? — Каждый раз одно и то же, тебе ещё не наскучило? — Почему меня лишили даже права видеться с сестрой? Что со мной не так?! — Рейчел… мне жаль тебя. Искренне, — Маргарет тяжело вздохнула и поправила очки. — Но пойми ты, наконец, я в этой ситуации ничего не решаю. Впервые за несколько лет Рейчел услышала правду. Правду, которая повергла её в шок. — Что значит «не решаете»? Вам что, запретили отдавать мне Трисс? Девушка уловила изменение мимики Фицджеральд и поняла, что та болтнула лишнего. — Уходи! И больше не приходи. Я сказала больше, чем нужно, не заставляй меня жалеть об этом. Глаза Картер растерянно забегали по лицу миссис Фицджеральд. В голове крутилась тысяча вопросов, но произнести что-то внятное она сейчас не смогла бы. Рейчел встала и медленно поплелась к выходу. — Мой тебе совет, Картер — не лезь ты в это, для твоего же блага. Но Рейчел, казалось, уже и не слушала. Она закрыла за собой дверь и просто шла, опустив глаза в пол. В голове замелькали обрывки воспоминаний — все унижения, что она терпела, чтобы иметь возможность вернуть сестру, все её старания были напрасны. Шесть лет борьбы за право опеки оказались напрасными. Выйдя из здания, Рейчел села на ступеньки, сгорая от злобы, пыталась придумать, что делать дальше. Будет ли вообще какой-то в этом смысл? Но оставлять Трисси в семье абсолютно чужих не выход. Она твёрдо решила, что пойдёт на всё, чтобы вернуть сестру. Вернувшись домой, девушка поднялась по лестнице на второй этаж, прошла в спальню. Миновав стеклянную перегородку, за которой располагалась ванная комната, Рейчел быстро приняла душ и вернулась в спальню. Большой шкаф, занимающий половину стены, не только отлично вписывался в интерьер, но и скрывал небольшой секрет. Взяв с собой рюкзак Кайла, девушка открыла дверцы шкафа. Пошарив рукой за многочисленными вешалками, она нажала на спрятанную кнопку. Потайная дверь бесшумно отворилась, открывая проход в небольшую комнату. Деревянные панели шкафа отлично скрывали стыки скрытой двери, так что даже при большом желании её не найти просто так. Маленькое пространство давило на Рейчел, вызывая приступ клаустрофобии, но, к счастью, она научилась с ними быстро справляться. Бросив рюкзак на стул, она достала из него вещи: японское кимоно, чёрный парик, традиционные японские украшения для волос и пару новых линз. Рейчел разместила кимоно на вешалке, чтобы оно не помялось ещё сильнее. Расчесав парик, надела его на манекен и собрала в причёску гейши. Девушка присела за большой туалетный столик, достала из ящика специальную массу и принялась лепить накладной нос: маленький и аккуратный, с тонкой переносицей и вздёрнутым кончиком. Покончив с ним, перешла к скулам. Картер быстро разделалась с этой работой, ведь это был далеко не первый опыт. Закончив с приготовлением своего «лица», она приклеила новые части к своим местам, убедившись, что они держатся крепко, и перешла непосредственно к макияжу: тщательно замаскировала места крепления скул и носа и повторила образ одной из современных гейш, найденный в интернете. Последними штрихами стали тёмно-карие линзы и плотно собранный пучок волос. И вот из зеркала на Рейчел смотрел абсолютно другой человек. Девушка быстро отпарила кимоно, приводя его в нормальный вид, аккуратно сложила и вместе с париком и украшениями убрала в подходящую сумку, надеясь, что ткань не помнётся вновь, а прическа не распадётся. Она также кинула в сумку перчатки, без которых никогда не работала, зажигалку и, как прикрытие к ней, сигареты. — Если что-то пошло не по плану — сожги всё к чёртовой матери, — повторила девушка одно из своих правил. Рейчел быстро надела первые попавшиеся джинсы и кофту и отправилась к месту, откуда её должен забрать водитель. День прошёл быстро. На улице её встретили сумерки и прохладный осенний ветер. На месте девушку уже ожидал автомобиль. Она села в машину и, пока было время, попыталась выкинуть из головы события дня, ведь захлестнувшие её чувства могли отрицательно сказаться на работе. Картер и не заметила, как авто припарковалось у нужного загородного дома. Дорога осталась незамеченной за изводившими девушку раздумьями. Рейчел вышла из машины и вошла в дом. Роскошная обстановка уже давно не производила на неё никакого эффекта. Девушка равнодушно прошла по коридору, выискивая цепким взглядом камеры. Не обнаружив ни одной, она пошла дальше и, найдя ванную комнату, скрылась за её дверью. Достала из сумки перчатки, кимоно и парик. Быстро оделась. Чуть больше времени заняли волосы: поправив их, она надела плотную сеточку и лишь затем парик. Закончив с одеждой и спрятав клинок во внутреннем кармане, она поднялась на второй этаж, где и должен был находиться её «клиент». Тёплый свет, видневшийся за дальней дверью, сразу привлёк внимание. Оставив сумку у двери и собравшись с мыслями, она вошла в спальню с опущенной головой и низко поклонилась мужчине, ожидавшему её. Профессиональным взглядом девушка сразу оценила обстановку: множество свечей, которые можно случайно уронить; пол, усыпанный лепестками, которые в свою очередь могут оставить след на обуви; неприметная дверь в дальнем углу, ведущая на балкон, который может послужить запасным путём отхода, на всякий случай. — Ты задержалась, — хриплый голос прервал тишину. Молодой мужчина лет тридцати-тридцати пяти вальяжно сидел на тахте, располагавшейся у изножья кровати, недовольно скрестив руки. — Я заставила господина ждать? — девушке пришлось выдавливать нежный голос и бороться с чувством отвращения. — Мне так неловко. Как я могу загладить свою вину? — Хах, успеешь ещё. Так называемый «господин» встал и медленно обошёл Рейчел вокруг, она чувствовала, как он пожирает её мерзким похотливым взглядом. Остановившись в нескольких шагах от гейши, он приподнял её подбородок, заставляя взглянуть на себя. Осведомлённая обо всех его слабостях Картер вела собственную игру, которая довольно быстро выводила её из себя. Рейчел сделала самый невинный и застенчивый взгляд, на который была только способна. — Какая ты милая, — мужчина довольно улыбнулся, проводя пальцем по нижней губе девушки. — Выходит, не зря я расстарался для тебя. Он немного отошёл и обвёл комнату рукой, демонстрируя свои «старания». «Старания, как же. Свечи и лепестки роз — примитивная пошлость» — пронеслось в голове Рейчел, но на деле она лишь улыбнулась и произнесла: — Здесь очень красиво. Господин постарался на славу. — Именно, — мужчина подошёл к комоду и достал из ящичка свёрнутую верёвку. — Кимбаку. Рейчел на секунду опешила, не веря своим ушам, но быстро взяла себя в руки. — Господин хочет опробовать шибари? — Да, милая, ты всё верно поняла, — он вручил девушке ту самую верёвку и удобно утроился на кровати, выжидающе смотря на растерянную гейшу. Картер многого стоило сдержать злобную ухмылку. «Это будет намного легче, чем я ожидала». Девушка приступила к шибари, победно ликуя внутри. Тишину прерывал лишь шелест верёвки. Рейчел вновь погрузилась в мысли. Произошедшая днём ситуация не отпускала её, сидящий впереди мужчина бесил, было тошно от самой себя, но девушка держалась из последних сил, успокаивая себя тем, что этот цирк кончится через пару минут. Рейчел покончила с верёвками, настало время покончить и с «господином». Покрепче затянув последний узел, Картер встала и, подойдя к мужчине, запустила руку в потайной карман. — Что ты делаешь? — возмутился мужчина. — Знаешь, вообще-то тебе жена просила «привет» передать, — Рейчел очаровательно улыбнулась, доставая клинок. Оружие в руках девушки и резко сменившийся тон ясно давали понять мужчине, кто перед ним и в какую ситуацию он попал. — Эта мерзкая сука заплатила тебе за моё убийство? — в панике он попытался отползти назад, но верёвки не давали сделать это. — Я заплачу больше в два… Нет! В три раза! Только отпусти меня! — Не интересует. Она рассказала, какой ты ублюдок, как относишься к людям в целом, ну а девушек так вообще ни во что не ставишь. Рассказала, как ты избиваешь её практически каждый день, — он попытался что-то возразить, но Рейчел продолжила, не обращая внимания. — И я, честно говоря, не сразу ей поверила. Но проверив кое-что, узнала, как ты относился ко всем девочкам, которых снимал. Бедняги возвращались в синяках и истериках после тебя. — Я больше не буду! Клянусь, я ни одну бабу больше не трону! — «Бабу»? Как неуважительно. Знаешь… — девушка говорила абсолютно спокойно и тихо, уставившись пустым взглядом в пульсирующую вену на его шее. — Она просила перерезать твою глотку, но аккуратно, чтобы ты немного помучился перед смертью. Рейчел сделала выпад в попытке выполнить работу. Но жертва решила сопротивляться. Оттолкнувшись коленями, мужчина упал на спину, уходя от клинка. Аккуратно уложенная гора подушек распалась. Одна из них задела бокал на прикроватной тумбочке и повалила свечу. Девушка кинулась ловить свечу, пытаясь предотвратить пожар, но задела разбитое стекло и ранила руку. — Чёрт! — зашипела Картер, понимая, что оставила свою ДНК на месте преступления. Кровь медленно капала на пол, оставляя всё больше следов. Озлобленная Рейчел развернулась к мужчине, тщетно пытающемуся подняться на кровати. — Кажется, её желание не будет выполнено. Девушка подняла разбитый бокал за ножку и воткнула его в шею своей жертве острой стороной. Словно спущенная с цепи собака, Рейчел дала волю своей агрессии: она извлекала стекло и вновь с силой погружала его в окровавленную плоть до тех пор, пока не выдохлась. Картер сползла с кровати и осмотрела комнату ещё раз. — Твою мать… Паника заняла место разума. Девушка сделала несколько глубоких вдохов и выдохов и медленно вернула контроль над мыслями. Схватив сумку из коридора, Рейчел наспех перевязала раненую руку, сменила перчатки и одежду, закинула сумку на балкон. Сняв парик и свернув кимоно, она сложила их вместе с запачканными перчатками около трупа. Развязала все верёвки на теле мужчины. Взяв ту злосчастную свечу, упущенную несколькими минутами ранее, бросила её на кровать. Огонь распространялся по всему, чего касался. Схватив с подноса пару бутылок алкоголя, она залила спальню спиртосодержащим и направилась к выходу — балкону. У самой двери Картер сняла обувь и бросила её в очаг. — Не стоило тебе недооценивать девушек, урод, — бросила она напоследок. Закинув сумку на плечо, Рейчел быстро спустилась по балкону вниз и бросилась прочь. Девушка возвращалась домой окольными путями и самыми тёмными дорогами, чтобы остаться незамеченной. Спустя несколько часов ей всё же удалось вернуться домой. Уставшая, злая и испачканная кровью Рейчел сразу залезла в ванную, наполнив её до краёв горячей водой. Сняв накладные части лица, она растирала мокрыми руками по коже макияж и кровь. Грязная вода медленно стекала вниз. Резкими, болезненными движениями девушка растирала всё тело — хотелось отмыться от всей грязи, избавиться от отвращения, в первую очередь к себе, да и ото всей кожи в целом. Приведя себя в порядок, Рейчел мысленно воспроизвела свои действия во время заметания следов. — Клинок! Она вылетела из ванной, едва не упала, поскользнувшись на полу. Картер стала лихорадочно рыться в сумке в поисках оружия. И, к счастью, нашла его. Облегчённо выдохнув, она вернулась в ванную и принялась отмывать и без того чистый клинок. — Совсем не помню, как клала тебя в сумку… — Рейчел заботливо протерла оружие полотенцем. — Больше никакой работы в нестабильном состоянии. Девушка поплелась в спальню, надеясь окунуться в сон и забыться. Бережно спрятав клинок во второе дно прикроватной тумбы, Рейчел повалилась на кровать. Беспокойно покрутившись длительное время, Картер, психанув, подскочила с постели и начала что-то бурно искать в тумбочке. Перевернув содержимое вверх дном, она всё же отыскала нужную вещь. В руке девушки лежала пластинка таблеток — сильнодействующее наркотическое обезболивающее. Но Рейчел использовала его в качестве успокоительного и снотворного, сбегая от бесконечных кошмаров и чувства тревоги. — Какая же ты жалкая, Картер! — презренно произнесла Рейчел, закинув в рот пару таблеток. Спустя несколько минут девушка ощутила эффект — веки потяжелели, перед глазами плавно размывались очертания предметов, тело становилось ватным и будто бы вообще чужим. Тревогу и прочие неприятные ощущения сняло как рукой, и Рейчел начала медленно погружаться в сон. Задремав, она подскочила вновь с осознанием того, что оставила ножку от разбитого бокала на месте убийства, равно как и осколок, которым порезалась. — Вот же блять! — Картер заметалась по комнате. — Стекло ведь не сгорит… Чёрт! Короткий взгляд на часы дал ещё больше поводов для паники. — Прошла куча времени. Естественно соседи уже вызвали пожарных, а те, в свою очередь, полицию, — Рейчел в ужасе прикрыла лицо рукой, понимая, насколько сильно она облажалась. Облажалась впервые в жизни. — Я уже ничего не могу сделать… Мне конец. Первой мыслью было собрать вещи и сбежать как можно дальше, но эту идею девушка быстро откинула — сестру она не оставит никогда. — Если найдут следы — пойду в «Геотею». Они найдут способ прикрыть. Получив приглашение в клуб пару лет назад от липового заказчика, Рейчел спрятала его в дальний угол — от одной мысли о нахождении с кучей лучших в своём деле в одном помещении становилось не по себе. Девушка долго не находила себе места. В конец измучившись, через пару часов она решила усилить эффект от таблеток парой глотков алкоголя. Тепло быстро разливалось по телу, и Рейчел смогла уснуть. Проснувшись ближе к обеду совершенно разбитой и опустошённой, Картер спустилась вниз на кухню. Запустив кофемашину, Рейчел включила новостной канал и приготовилась к худшему. — Сегодня ночью произошла ужасная трагедия — один из загородных домов вспыхнул посреди ночи, — Рейчел внимательно слушала речь ведущей, нервно перебирая пальцами. — Причину возгорания установить не удалось, однако пожарными были найдены остатки газовых баллонов. — Баллонов?! — девушка поднялась со стула, подходя ближе к телевизору. На экране появились кадры со съёмки дома, точнее того, что от него осталось. — Среди завалов на данный момент обнаружено одно тело — предположительно, мужчины, личность которого пока не установлена. Пожарные продолжают работу на месте происшествия. Сотрудники полиции поделились информацией о сложности проведения расследования и возможности закрытия дела за недостаточностью улик или признания происшествия несчастным случаем. — Твою же мать… — не веря услышанному, Рейчел села на ближайший стул, обдумывая информацию ещё раз. Озадаченное выражение лица сменила радостная улыбка и неконтролируемый, почти истеричный смех. Ликования были прерваны звонком в дверь. Без тени сомнения Рейчел открыла замки, готовая к встрече с гостем, вот только девушка никак не ожидала увидеть здесь его. — Здравствуй, Рейчел, — на пороге стоял Кайл со странным выражением лица. — Впустишь? Опешив, Картер смогла лишь немного отойти, пропуская гостя внутрь. Кайл медленно прошёлся, осматривая дом девушки с нескрываемой завистью. — Что ты тут делаешь? — Рейчел, чувствуя подвох, не сводила глаз с Форвилля. — Даже не спросишь, как узнал твой адрес? — Нет. — Что ж, к делу, значит… — мужчина прошёл на кухню и, увидев новости, нахмурился ещё больше. — Вот, кстати, об этом я и хотел поговорить. — И что в «этом» такого? — обогнув Кайла, девушка подошла к кофемашине и прильнула к чашке горячего напитка. — Там жил твой друг? — Какая к чёрту разница, кто жил, если ты убила там чиновника?! Взгляд Рейчел тут же стал тяжёлым и мрачным. Первой мыслью было только одно — от свидетелей нужно избавляться всегда. Но это же Кайл… Тот самый человек, что заменил собой в сложные для девушки времена абсолютно всех: от родителей до лучшего друга. Как бы ни пыталась отрицать — Рейчел всё же к нему очень привязалась за эти годы. Приняв ситуацию просто как факт, девушка тихо вздохнула. Хладнокровное спокойствие заняло привычное место на лице Картер. — Поздравляю, Кайл, тебе удалось узнать мою главную тайну, — Рейчел присела, жестом приглашая гостя сделать то же. — Но ты лучше скажи вот что: откуда в доме, работающем полностью от электроэнергии, взялись газовые баллоны? — Ты думаешь, я их с собой прихватил из Хелстрит? Серьёзно? — мужчина уставился на Рейчел, давая понять, насколько это абсурдно. — Они там и были, я просто перетащил их ближе к огню. — Допустим… Я даже не хочу знать, зачем ты следил за мной, просто скажи, чего ты хочешь в конечном итоге? — Помоги мне обосноваться в городе. Глаза Рейчел расширились от удивления, а в голове промелькнула тень надежды. — Ты, наконец, отпустил её? — Я никогда не забуду Ванессу. — Кайл… — девушка, подойдя к Форвиллю, положила руку ему на плечо. — Отпустить — не значит забыть. Конечно, я помогу тебе. Рейчел была искренне рада за Кайла, ведь многие годы она наблюдала, как боль потери маленькой дочери пожирала его изнутри.