Книгочеи против Майора Грома

      Тёплое июльское солнце пробивалось сквозь листву, красочными узорами рисуя на стенах Большого Историко-Литературного Института имени Ивана Хотурского. Угрюмая трёхэтажная бетонная коробка всем своим видом давала понять, что последние лет двадцать никому не было дела до её состояния. Ни студентам, ни преподавателям, ни прочей нечисти, которая здесь обитала. Все они были оптимистами настолько, что видели в этих почти руинах величественный замок, с кучей башенок, мостиков и летней верандой где-то высоко-высоко. И именно здесь берёт своё начало наша история.       - Эй, куда вы дели мой комикс?! Кому задницу распинать?       В столовую влетел запыхавшийся комок непонятной чёрной ткани. Откуда-то из-под всей массы толстовок, футболок и рокерской атрибутики доносилось гневное рычание вперемешку с пыхтением. Ребята, сидевшие за столами замолкли и испуганно обернулись сначала на него, а через секунду – на другой бесформенный комок за дальним столом. Груда одеял и пледов немного осела.       - Чесссстно, это был не я. Олег, я же уже читал этот выпуск!       В воздухе, кажется, повисло настолько густое молчание, что были слышны трески и щелчки то ли нервов, то ли зубов.       - А я ведь не уточнял какой именно выпуск… Александр, мать твою, Знаменский! Я из тебя такую отбивную сейчас сделаю, что вся библиотека неделю сытой будет! Одеяла в момент осели и из-под них вывалился худощавый паренёк, уже через секунду шагнувший в окно. Недолго думая, рокер рванул следом. Подождав минутку-другую после их выхода, толпа продолжила шумно обсуждать насущные темы, словно ничего и не произошло.       Тем временем, со стороны города шагало трое, с облегчением потягивая лимонад из одной бутылки на троих. Девушка в компании была самой высокой, постоянно поправляла шёлковый шарфик на шее и, словно не замечая спутников, норовила постоянно сдвинуться к обочине достаточно широкой тропы. Прядь длинных огненно-рыжих волос постоянно спадала ей на лицо, из-за чего то и дело звучали раздражительных фырканья под нос.       - Рит, я тебе на день рождения точно ободок подарю. Как ты еще не постриглась налысо?       - Костенька, - улыбнулась она, глядя на самого низкого парня, - я уже всё сказала по этому поводу.       Костя старался держаться на одном уровне со своими коллегами, постоянно прибавляя шаг. Он был похож на клерка – классические брюки и пиджак, который, впрочем, был в ужаснейшем состоянии. Рукав был практически ободран до подкладки, а кое-где торчала грязная ткань рубашки.       - Рит, ему и так уже досталось. И от тебя, и от собаки.       Второй парень был одет в простую водолазку с оттянутыми локтями, а также джинсы, испачканные каким-то светящимся порошком. Среди русых волос виднелось немного запёкшейся крови. В левой руке виднелся сборник историй про Шерлока Холмса.       - Игорь, он сам напросился!       - Да что я-то не так сделал?! Ты сама…       Не успел Костя договорить свою мысль, когда мужчина в несуразной одёжке, стоявший на крыльце, двинулся в сторону троицы. Лицо его выражало такую злобу, что, казалось, сейчас кому-то сломают нос точным ударом трости. Клетчатая рубашка не была заправлена в старые серые брюки, из-за чего немного развевалась по ветру.       - Если еще раз будешь увиливать от работы на кухне, ты у меня будешь не в тетради знаки выводить, а на наждачке! Титановым стержнем! Без чернил! Рита и Костя в последний момент расступились в разные стороны, прикрывая головы в страхе, но удара не последовало. Мужчина лишь ловко выдернул книгу из рук парня, убирая её в сумку, висевшую на поясе.       - А за поимку пса – респект и уважение.       Вечер подступал со всех сторон, плавно опускаясь алым заревом на крышу замка. По коридорам праздно шатались отщепенцы, которым было неинтересно слушать “обурительные истории нашего городка” в столовой. Где-то в дальних уголках библиотеки играли в карты библиотени, вместо ставок предлагая друг другу пуговицы. Одна из них, между прочим, была особо ценной – ведь слетела он с рубашки Василия Христофоровича. Того самого мужчины парой абзацев выше.       - Ну абзац, не так ведь всё было!       - Да тебе-то откуда знать, как было!       - Уж точно не так!       Костя, уже переодетый в “дворово-сонные” футболку, шорты и пушистые тапочки, сидел в середине, держа в руках флаер с синопсисом нового фильма “Майор Гром: Чумной доктор”, на который он ходил ранее днём. Вокруг сидело несколько студентов – кто-то в растянутых майках и штанах разной степени короткости, кто-то в почти официальном наряде. И все спорили о достоверности истории, которую несколько лет назад они и сами видели на улицах Питера.       Но вот столовая почти опустела, лишь размеренное сопение откуда-то из-под пледа нарушало гробовую тишину. Рита и Игорь, стараясь не потревожить спящего, тихо вышли в коридор и двинулись в сторону своих комнат, обсуждая разное. Особенно из не отпускала мысль о том, что впервые собака, которая не умерла от фосфора, стала хорошей новостью (ведь мёртвый персонаж – горе в книге).       - Красный лист! Красный лист!       Громогласный рёв разнёсся по всему замку. Это было не к добру. Василий Христофорович никогда не поднимет библиотеку ночью просто так, даже Ктулху не был веской причиной для красного листа. Пара сломя голову рванули в центральный зал, где их уже ждал глава библиотеки и несколько других студентов.       На столе в центре лежало несколько блокнотов, норовивших укусить за палец немолодого дедушку в костюме-тройке. Лаврентий Алексеевич отвечает за порядок в библиотеке, но даже во время погромов с попытками поджога он не был настолько напуган.       - Лаврентий, пожалуйста, скажи, скольких ты уже успел определить?       - Около двадцатки, Вась. Не определено еще около сотни, но их количество растёт с каждым часом! Эти бешеные уже заполонили одну из улиц, мэрия помогает локализовать проблему, но причину прорыва я всё еще не установил.       Народ всё пребывал в зал, обступая импровизированную сцену со столом и двумя немолодыми мужчинами. Один из блокнотов чуть повернулся обложкой в сторону студентов и на секунду где-то в толпе прозвучал удивлённый вдох.

Чумной доктор убивает майора Грома